Глава 9
—Я не думаю, что моя личная жизнь как-то касается наших деловых отношений, Томми.
—Мы сейчас не в офисе, так что… теоретически мы не партнёры на данный момент. Да и рабочее время подошло к концу.
Я с лёгким раздражением улыбнулся, закатив глаза. Этот парень умеет побесить своей прямолинейностью…
—Может, сначала поешь, а потом уже продолжишь сеанс копания в моём мозгу? — Томас взглянул на свою еду и затем кивнул.
Мы продолжили есть в тишине. Выкинув остатки и упаковки, я взял пакет со сладостями и уселся обратно на ковёр. Я знал, что он любит сладкое: когда мы с Томасом пили кофе на работе, он всегда брал два шоколадных маффина — один для Терезы. Она мне нравится, приятная девушка. Ебучий местный психолог и в дополнении бухгалтер. Не удивительно, что они с Томми так спелись в общении.
Внимание моего собеседника привлекла упаковка с палочками «Pocky» — что-то вроде обычной соломки, только одна сторона умочена в шоколад. Томас открыл и достал одну, а затем взглянул на упаковку. Я сразу не понял, почему он так внимательно всматривался в неё, а потом осознал причину.
—Я смотрел сегодня шоу айдолов, и они ели это, — тихо проговорил он. — Выглядело нелепо.
Я усмехнулся, склонив голову. Лицо Томми выражало детскую заинтересованность, искренность. Он очень отличался от тех людей, с которыми я общаюсь или общался.
—Да, есть такое. Ты любишь корейскую музыку, или же помогал мне в поисках актёров? — я с подозрением посмотрел на него, но тот, подняв взгляд, тут же замотал головой.
—Когда… когда я над чем-то работаю, то по уши влезаю в это, изучая до малейших подробностей.
—Ты уникален, — проговорил я, продолжая смотреть на него.
В какой-то момент былая уверенность рассеялась, и Томас, опустив коробку и сложив руки вместе, поднял голову.
—Я самый обычный человек, как и Вы… ничего больше.
Наклонившись, я вытянул из коробки соломинку.
—Хочешь попробовать? Поспорим, кто дольше пройдёт.
—Ну нет… я не люблю спорить. Это бессмысленно, глупо и денежно-затратно…
—Эй, поспорим на что хочешь! Можешь задать один из своих мега-смущающих вопросов, если выиграешь. Что скажешь?
Его рассеянный взгляд сфокусировался на соломинке, и он неохотно кивнул. Сев прямо перед ним, между нами оставалось пару сантиметров. Я усмехнулся, зажав зубами несладкую сторону, и слегка наклонился. Томас поколебался, но всё же аккуратно обхватил губами сторону с шоколадом.
Ситуация смешила меня всё больше, особенно когда я наблюдал за его глазами, нервно бегающими из стороны в сторону. Я надкусил свою часть, приблизившись. Томас сделал то же самое спустя секунду. Расстояние уменьшалось, дыхание Томаса участилось. Волосы лезли мне в лицо, но я игнорировал это.
От него исходил приятный аромат ванили, который теперь наверняка будет ассоциироваться только с ним и этим моментом. Ещё ближе. Я уже достал до его шоколадной глазури — сладко. Я ни на миг не сомневался в правильности действий. Не чувствовал сожаления или вины, как обычно с другими.
Он закрыл глаза, точнее — зажмурился, а я продолжал смотреть. Последний шаг — и вот мои губы накрыли его. Лёгкое, мягкое прикосновение. Я закрыл глаза, будто взорвавшись от эмоций и чувств. В моём каменном сердце снова закрутились шестерёнки… Я снова видел краски, почувствовал себя живым. Я хотел наклониться ещё ближе и в процессе задел руку Томаса.
И в этот момент он резко убрал её, отклоняясь назад. Я вынырнул из омута блаженства и заметил, насколько широко были открыты его глаза. Он поджал руку к груди, отползая, а я понятия не имел, что происходит.
—Нет… так не должно быть. Я не могу… — бормотал он, прерывисто дыша.
—Томми, прости… мне не стоило предлога…
—А мне не стоило соглашаться, — перебил он, отведя взгляд в сторону. Томас дрожащей рукой коснулся волос, дыхание не выравнивалось.
И я понял, что у него паническая атака.