Трофей

До комнат Слизерина оставалось совсем немного.

Коридоры уже почти опустели,
замок затих,
и только редкие факелы дрожали от сквозняка,
отбрасывая на стены длинные тени.

Бриана шла рядом с Малфоем,
иногда поглядывая на него украдкой.

И каждый раз ей хотелось смеяться.

Потому что Драко Малфой выглядел оскорблённым самим существованием этой ночи.

Он всё ещё ворчал.

Тихо.
Почти себе под нос.
Но очень эмоционально.

— Нет,
это невозможно.

— Что именно? — уже с улыбкой спросила Бриана.

Он посмотрел на неё так,
будто она задала самый странный вопрос в мире.

— Всё.

И махнул рукой на самого себя.

— Посмотри на меня.

Она посмотрела.

И тут же прикусила губу,
чтобы снова не засмеяться.

Потому что выглядел он действительно... не так,
как обычно.

Белая рубашка помялась.
Рукава были закатаны.
На воротнике осталась пыль.
Волосы слегка растрепались,
а на щеке вообще виднелся какой-то серый след.

Но даже так...

черт возьми.

Он всё равно выглядел красивым.

И это было ужасно несправедливо.

— Даже не думай смеяться, — мгновенно произнёс Малфой.

Поздно.

Бриана всё-таки тихо рассмеялась.

Драко закрыл глаза.

Очень медленно.

— Великолепно.
Теперь и ты издеваешься надо мной.

— Я не издеваюсь.

— Издеваешься.

Он снова осмотрел себя.

С выражением глубокой внутренней трагедии.

— Я выгляжу так,
будто именно мной этот Филч мыл пол.

Бриана снова не выдержала.

Смех вырвался громче.

Малфой посмотрел на неё с максимально страдающим видом.

— Тебе вообще не стыдно?

— Нет.

— Прекрасно.
Я окружён ужасными людьми.

Он провёл рукой по волосам,
пытаясь привести их в порядок.

Не получилось.

И это раздражало его ещё больше.

— Позор и унижение.

— Ты слишком драматизируешь.

— Селвин,
меня видел весь Хогвартс.

— Не весь.

— Пока не весь.

Он произнёс это так серьёзно,
что Бриана опять начала смеяться.

Драко тяжело вздохнул.

— Вот именно поэтому мне нельзя дружить с Ноттом.

— Почему?

— Потому что теперь вы оба смеётесь надо мной.

— Ты сам виноват.

— В чём?

— В том,
что постоянно ноешь.

— Я не ною.

Она молча посмотрела на него.

Очень выразительно.

Малфой возмущённо приподнял брови.

— Это была мужская трагедия.

— Конечно.

— Ты не понимаешь.

— Да-да.

Он прищурился.

— Селвин,
твоя поддержка ужасна.

Она улыбнулась.

И почему-то именно эта улыбка заставила Малфоя на секунду замолчать.

Просто посмотреть на неё.

Спокойно.

Внимательно.

Так,
что внутри у Брианы опять стало слишком шумно.

Потом уголок его губ чуть дрогнул.

И Драко вдруг шагнул ближе.

— Знаешь,
что меня раздражает больше всего?

— Что?

— Ты слишком чистая.

Бриана непонимающе нахмурилась.

— Что?

Малфой медленно посмотрел на её рубашку.

На уже одно пятно,
которое сам же и оставил.

Потом —
на вторую сторону.

И Бриана мгновенно поняла,
что сейчас будет.

— Нет.

— Да.

— Малфой, даже не—

Но было поздно.

Он снова коснулся её талии.

На этот раз увереннее.

Быстрее.

И оставил второе грязное пятно на белой ткани.

Бриана ахнула.

— Драко!

Он тут же довольно ухмыльнулся.

Абсолютно довольный собой.

— Теперь идеально.

Она шокированно смотрела на рубашку.

На второе пятно.

Потом подняла глаза на него.

— Ты ненормальный.

— Нет,
теперь мы хотя бы выглядим одинаково.

— Это была моя любимая рубашка!

— Была.

И эта наглая улыбка.

Бриане захотелось его ударить.

И одновременно...

она опять поймала себя на том,
что просто смотрит на него.

На серые глаза.
На светлые волосы,
упавшие на лоб.
На расслабленную ухмылку.

Мерлин.

Это уже становилось проблемой.

Малфой заметил её взгляд мгновенно.

Конечно.

Он вообще будто чувствовал,
когда на него смотрят.

И особенно —
когда смотрит она.

Он чуть наклонил голову.

— Селвин.

— Что?

— Ты опять зависла.

Она тут же отвела взгляд.

— Неправда.

— Правда.

Он выглядел слишком довольным этим.

— Ты слишком любишь смотреть на меня.

— Я не люблю.

— Любишь.

— Малфой...

— Это нормально,
не переживай.

Он совершенно спокойно продолжал:

— На меня все смотрят.

— Какая неожиданность.

— Потому что я красивый.

Она закатила глаза.

— Ты невыносим.

— Зато честный.

Он говорил это с таким самодовольством,
что Бриана снова начала смеяться.

И Малфой вдруг усмехнулся тоже.

Тихо.
Красиво.
Уже без раздражения.

Кажется,
он наконец начал отходить от наказания.

Хотя ненадолго.

Потому что через секунду он снова посмотрел на рукав своей рубашки,
и лицо его опять стало страдальческим.

— Нет,
я всё ещё выгляжу ужасно.

— Ты переживёшь.

— Не уверен.

— Малфой,
ты будто действительно собираешься умереть.

— Моя репутация уже умерла.

— Очень трагично.

— Ты бессердечная женщина,
Селвин.

— А ты слишком любишь себя.

Он мгновенно усмехнулся.

— Да.

И ни капли стыда.

Вообще.

— И что в этом плохого?

— Всё.

— Неправда.
Если бы я себя не любил,
это пришлось бы делать другим.

Бриана фыркнула.

— Какая жертва.

— Именно.

Они уже почти дошли до женских комнат.

В гостиной Слизерина было тихо.
Почти все давно спали.

Только зелёный свет от Чёрного озера мягко скользил по стенам,
делая всё вокруг каким-то странно спокойным.

И именно сейчас Бриана вдруг поняла,
что ей не хочется,
чтобы этот разговор заканчивался.

Потому что рядом с Малфоем было...

живее.

Шумнее.

Теплее,
хотя сам он был человеком,
которого сложно назвать тёплым.

Он остановился первым.

Посмотрел на неё сверху вниз.

Чуть уставший.
Чуть растрёпанный.
До невозможности красивый.

И Бриана снова поймала себя на том,
что слишком долго смотрит.

Драко медленно ухмыльнулся.

— Опять.

— Что опять?

— Ты смотришь на меня так,
будто пытаешься понять,
как я вообще существую.

Она смутилась мгновенно.

И это ему,
разумеется,
понравилось.

— Спокойной ночи, Селвин.

— Спокойной ночи.

Он уже хотел уйти,
но вдруг снова остановился.

Посмотрел на пятна на её рубашке.

Потом на неё.

И совершенно спокойно произнёс:

— Тебе идёт быть частью катастрофы.

После этого он ушёл.

А Бриана ещё долго стояла на месте,
пытаясь понять,
почему сердце бьётся так быстро.