8 часть. Семёрка.
Проснулась я от того,что кто-то довольно бесцеремонно тряс меня за плечо. Причём не нежно,не аккуратно,а так,будто пытался вытрясти из меня душу вместе с остатками сна.
Я недовольно зашипела и поморщилась. Сон наконец исчез,и слава богу. После всего того дерьма,что мне снилось последние дни,я уже начинала бояться закрывать глаза.
Открыв их,я сначала вообще ничего не поняла. Картинка расплывалась,будто кто-то налил мне в глаза воды.
Голова моментально отозвалась тупой,ноющей болью,а плечо неприятно заныло.
—Да твою ж...
Я потёрла глаза ладонью и попыталась сфокусироваться на человеке перед собой.
За окном было уже темно. Не глубокая ночь,но точно вечер. Часов восемь,может чуть больше. Факелы с улицы бросали в медхижину слабый рыжий свет.
—Эй,поднимайся... - тихо сказал знакомый голос.
Я нахмурилась.
—Бен?.. - хрипло переспросила я. —А ты какого чёрта тут делаешь?
Он неловко переступил с ноги на ногу и отвёл взгляд в сторону.
—Меня попросили тебя отвести... - он запнулся и явно почувствовал себя максимально некомфортно. —Ну... на наказание.
Я пару секунд просто смотрела на него.
Потом медленно села на кушетке,держась за голову.
—Наказание?.. - тупо переспросила я. —Вы серьёзно? Может мне ещё кирпичом по башке ебануть для полного комплекта?
Бен тихо фыркнул,пытаясь не засмеяться.
—Ну... правила есть правила.
—О да. Обожаю ваши дебильные правила.
Я тяжело выдохнула и всё же спросила:
—И что за наказание?
—Ночь в кутузке. - пожал плечами он.
—Вообще хотели больше,но тебе повезло.
—Ах,ну спасибо огромное. - саркастично протянула я. —Какое счастье. Всегда мечтала после почти смертельной ночи поспать в яме с грязью.
Я осторожно спустила ноги с кушетки и только сейчас заметила состояние своей одежды.
Футболка порвана почти к чёрту. Засохшая кровь. Дырки. Пятна.
Выглядела я так,будто меня пожевал гривер и выплюнул обратно.
Я скривилась.
—Так. - подняла я палец. —Прежде чем вы торжественно кинете меня в эту вашу дыру,можно я хотя бы переоденусь? А то я выгляжу как бомж после драки с медведем.
Бен задумался на пару секунд.
—Вообще мне сказали сразу вести тебя туда... - протянул он,а потом вздохнул. —Но я не настолько мудак. Идём.
Я улыбнулась краем губ.
—Вот за это спасибо.
Когда мы вышли наружу,по коже сразу пробежал холод. Ночной Глэйд выглядел совсем иначе. Тише. Темнее. Только факелы горели в разных углах,отбрасывая длинные дрожащие тени.
Где-то вдалеке слышались тяжёлые звуки лабиринта. Металл. Скрежет. Далёкий рёв гриверов.
И от этого по спине невольно пробежали мурашки.
Я попыталась идти нормально,но стоило наступить на раненую ногу,как тело тут же прострелило болью.
—Тихо-тихо. - Бен сразу подхватил меня под руку. —Ты сейчас красиво навернёшься лицом в землю.
—Я просто проверяла твою реакцию.
—Ага,конечно.
В итоге я всё же положила руку ему на плечо,чтобы нормально идти.
Несколько секунд мы шли молча.
А потом мне в голову пришла идея.
Очень гениальная. По моему мнению.
—Слууушай... - протянула я максимально хитрым голосом.
Бен тут же напрягся.
—Вот когда ты так начинаешь,мне уже страшно.
—Да ладно тебе. Я же милая.
—Ты ночью в лабиринт сама полезла. Ты не милая)
Я фыркнула.
—Ты ведь бегун,да?
—Допустим.
—А Минхо слушает бегунов?
—Иногда. Когда не ведёт себя как псих.
—Тогда может замолвишь за меня словечко? Ну там... какая я классная,смелая,вообще легенда Глэйда и будущая бегунья столетия.
Бен не выдержал и засмеялся.
—Ты серьёзно после всего всё ещё хочешь быть бегуном?
—Ещё сильнее хочу.
Он покачал головой,улыбаясь.
—Ты точно больная.
—Спасибо.
Как раз в этот момент мы подошли к моей хижине.
—Иди переодевайся. - сказал Бен. —А потом продолжим этот крайне странный разговор.
Я кивнула и зашла внутрь.
Переодевалась я медленно. Всё тело болело так,будто меня сутки били палками. В итоге натянула чёрные штаны и голубой лонгслив - единственную тёплую вещь с длинными рукавами.
Когда вышла обратно,то решила героически пойти сама.
Героизма хватило ровно на один шаг.
Стоило наступить на больную ногу,как меня резко повело в сторону.
—Опа! - Бен тут же поймал меня. —Ну и куда ты полетела?
—В светлое будущее.
—С такими темпами ты улетишь только мордой в грязь.
Я тихо засмеялась.
И почему-то рядом с ним было легко.
Не натянуто. Не напряжно. Без постоянных споров и попыток что-то доказать.
Мы снова пошли в сторону кутузки.
—Так что насчёт моей просьбы? - напомнила я.
Бен пожал плечами.
—Если честно... я не против.
Я удивлённо посмотрела на него.
—В смысле?
—В прямом. - спокойно сказал он. —Ты странная,конечно. Но в хорошем смысле. И сильная. Намного сильнее половины тех,кто тут живёт.
Он усмехнулся.
—Ты,блин,в лабиринте ночью выжила. Тут некоторые от одного рёва гривера в штаны чуть не делают.
Я довольно улыбнулась.
—Продолжай,мне нравится.
—Не зазнавайся.
Он слегка толкнул меня плечом.
—Но Минхо... - продолжил Бен. —Это отдельный случай. Он упрямый как стадо баранов сразу. Если он что-то вбил себе в голову - всё,конец.
—О,поверь. Я заметила.
Мы оба засмеялись.
Пока разговаривали,успели дойти до кутузки.
И веселье как-то резко закончилось.
Яма выглядела всё так же мерзко,как и в первый день. Сырая земля,грязь,тяжёлый влажный воздух.
Оттуда тянуло пылью и сыростью так,будто там кто-то умер лет пять назад и решил остаться жить.
—Фу... - скривилась я. —Это вообще законно?
—Не-а. - усмехнулся Бен. —Но выбора у тебя нет.
Он помог мне аккуратно спуститься вниз.
Я села на землю и сразу почувствовала,какая она холодная.
Мерзость.
Подняв голову,я посмотрела на Бена.
И только сейчас поняла одну важную вещь.
Я чертовски голодная.
Прямо катастрофически.
—Кстати... - начал он. —Ты есть хочешь?
Я посмотрела на него такими глазами,будто он предложил мне миллион долларов.
—Бен... я сейчас готова есть траву.
Он заржал.
—Ладно,понял. Сейчас вернусь.
И убежал в сторону кухни.
А я осталась одна.
Тишина в кутузке давила сильнее всего. Когда рядом никого нет,мысли начинают жрать тебя изнутри.
Сон. Лабиринт. Блокнот. Гривер. Минхо.
Особенно Минхо.
Я до сих пор не понимала,почему он сидел возле меня. Почему приходил. Почему злился так,будто я сделала что-то лично ему.
Хотя... может так и было.
Я тяжело выдохнула и прислонилась головой к земляной стенке.
После слёз днём действительно стало легче. Будто часть всего этого груза наконец вылилась наружу.
Через несколько минут вернулся Бен с двумя сэндвичами и стаканом воды.
—Держи,страдалица.
Я буквально выхватила еду у него из рук.
—Ого. - прыснул он. —Полегче,ты сейчас мне пальцы откусишь.
Но мне уже было плевать.
Я ела так быстро,будто не видела еды всю жизнь.
И господи...
Фрайпан реально готовил как бог. Или это голод делал любую еду божественной. Тут уже сложно понять.
Доев, я протянула Бену пустую тарелку и стакан. Он аккуратно забрал их у меня, а потом на пару секунд замолчал, будто сомневался, стоит ли вообще говорить то, что собирался.
—Если хочешь... — наконец тихо начал он, чуть почесав затылок. — Я могу тут посидеть. Работы сегодня всё равно уже нет.
Я невольно улыбнулась.
Мы с ним не были прям близки, да и разговаривать нормально начали только сегодня, но рядом с ним почему-то было спокойно. Без напряжения.
Без этого вечного ощущения, что тебе сейчас начнут что-то доказывать, проверять или орать.
Бен был... нормальным.
Наверное, впервые за всё время в Глэйде я чувствовала рядом с кем-то обычное человеческое тепло.
—Если тебе не трудно, — тихо сказала я, подтягивая колени ближе к себе. — А то я тут одна реально скоро кукухой поеду.
Он тихо усмехнулся и сел удобнее рядом с краем ямы.
На какое-то время между нами повисла тишина. Не неловкая. Скорее спокойная. Ночной воздух был холодным, сырым, а где-то далеко за стенами опять выли гриверы.
От этого звука по спине невольно проходил холодок, но сейчас он уже не пугал так, как раньше. После всего, что произошло, страх будто слегка притупился.
Я подняла голову вверх, разглядывая кусочек тёмного неба над кутузкой.
—Слушай... — протянула я задумчиво. — А чем вы вообще занимаетесь в лабиринте целыми днями?
Бен устало потёр лицо ладонью и тоже посмотрел наверх.
—Ну... в лабиринте всё поделено на секции. Всего их 8. Каждый день открывается новая, и мы должны проверить её полностью. Смотреть, не изменилось ли что-нибудь: стены, проходы, тупики, метки... Иногда вообще ничего нового, а иногда лабиринт будто специально издевается над нами.
Он хмыкнул и продолжил:
—Обычно на одну секцию уходит почти весь день. Пока добежишь, пока всё осмотришь, пока обратно вернёшься — уже вечер.
—А потом вы идёте в картохранилище?
—Ага. Там карты хранятся. Каждый вечер рисуем новые маршруты и сравниваем со старыми. Уже чёрт знает сколько времени этим занимаемся, а толку...
Он не договорил, но я и так поняла.
Толку почти не было.
Я задумчиво ковырнула ногтем засохшую землю рядом с собой, а потом резко вспомнила кое-что другое.
—Кстати... тебе сказали, что в лабиринте валяется дохлый гривер?
Бен сразу посмотрел на меня и усмехнулся.
—Сказали. Ты вообще понимаешь, что натворила?
—Ну убила и убила, чего бухтеть-то, — пробормотала я.
Он тихо засмеялся.
—Нет, серьёзно. Это ещё раз доказывает, что ты не совсем нормальная.
—Спасибо, очень приятно.
—Да я в хорошем смысле! — тут же начал оправдываться он, смеясь ещё сильнее. — Просто... никто до тебя такого не делал. Алби завтра отправляет нас осмотреть гривера. Правда есть одна ма-а-аленькая проблема.
—Какая?
—Мы понятия не имеем, где ты вообще бегала.
Я нахмурилась и попыталась вспомнить хоть что-нибудь из той ночи. Перед глазами снова вспыхнули тёмные коридоры, звук металла по камню и этот жуткий рёв за спиной.
—Я помню... передо мной закрывались стены. Две сразу. Я успела проскочить, а гривер — нет. Его буквально зажало между ними.
Бен заметно напрягся.
—Так... уже что-то. Ещё помнишь? Может, повороты какие-то? Особенности?
Я зажмурилась, пытаясь восстановить картинку в голове.
—После тех стен был тупик. Ну... если стоять лицом к закрытым воротам, то слева был проход. А потом... потом вроде развилка. Большая. Из четырёх сторон. Типа перекрёстка.
Бен удивлённо присвистнул.
—Охренеть... Кажется, я понял, где это.
—Серьёзно?
—Угу. Такая развилка в лабиринте всего одна. И она, мать её, очень далеко отсюда.
Он посмотрел на меня уже совсем другим взглядом.
—Ты сколько вообще от гривера бегала?
Я нервно усмехнулась.
—Да хрен его знает. Но долго. Очень долго. Мне казалось, что эта тварь никогда не отстанет.
Бен покачал головой, будто до сих пор не мог в это поверить.
А потом я заметила, насколько он уставший. Глаза сонные, движения медленные, голос уже слегка хриплый.
—Слушай, тебе завтра снова в лабиринт, — сказала я. — Так что иди спать. Я уж как-нибудь переживу своё великое одиночество и драматичное заключение.
—Уверена? Мне не трудно тут сидеть.
—Уверена, — твёрдо ответила я. — Ты сейчас прям здесь вырубишься.
Он тихо рассмеялся.
—Ну... возможно.
Поднявшись на ноги, Бен ещё раз посмотрел на меня.
—Ладно. Тогда спокойной ночи, шанк. И постарайся больше никого не убить, пока все спят.
—Ничего не обещаю.
Он улыбнулся и ушёл, а я снова осталась одна.
Тишина почти сразу навалилась тяжёлым грузом. Слышно было только ветер и далёкий скрежет лабиринта.
Я медленно сползла в угол между стенами, подтянула колени к груди и обняла их руками. Земля была холодной и сырой, но сил уже не оставалось даже жаловаться на это.
Организм всё ещё был полностью выжат. Несмотря на три дня без сознания и ещё один день почти полного отдыха, меня снова клонило в сон так сильно, будто тело пыталось наверстать все месяцы недосыпа разом.
Глаза закрывались сами собой.
И уже через пару минут я окончательно провалилась в сон.
***
Сквозь деревянные прутья медленно пробивался утренний свет. Солнце только начинало подниматься, лениво окрашивая Глэйд в бледно-золотой цвет.
Воздух был ещё прохладным после ночи, но уже чувствовалось — днём будет жуткая жара.
Снаружи стояла почти идеальная тишина. Такая редкая, непривычная. Не было криков, шума, беготни. Даже ворота всё ещё оставались закрытыми, и их огромные серые стены отсюда выглядели особенно мрачно.
Наверное, бегуны ещё не проснулись.
Я медленно приподнялась, чувствуя, как неприятно тянет плечо и ноет лодыжка, но, честно говоря... сейчас это волновало меньше всего.
Потому что я, мать его, выспалась.
Реально выспалась.
И это было настолько неожиданно, что я даже тихо усмехнулась сама себе.
Ну надо же.
Не медхижина.
Не нормальная кровать.
А сырая яма с запахом грязи и плесени подарила мне лучший сон за последние дни. Просто шикарно.
Я снова прислонилась затылком к деревянной стенке и тяжело выдохнула. Понимание того, что меня откроют ещё не скоро, было одновременно и неприятным, и... спокойным.
Сейчас никто не будет орать, задавать вопросы или сверлить взглядом.
Впервые за долгое время я осталась наедине со своими мыслями.
И это оказалось даже хуже.
Потому что стоило остаться в тишине, как в голове снова начали всплывать сны.
Лабиринт. Белые коридоры. Этот грёбаный голос.
Я нахмурилась, уставившись в землю.
Что вообще со мной происходит?
Почему мне снится место, которого я не должна знать? И почему, когда я бегу по лабиринту, у меня постоянно ощущение, будто я уже была там раньше?
Не просто видела.
А знала.
Каждый поворот.
Каждую стену.
Каждый холодный каменный коридор.
Будто память прячется где-то очень глубоко и иногда случайно вылезает наружу короткими вспышками.
Меня аж передёрнуло от этой мысли.
Перед глазами снова всплыл тот белый коридор из сна. Стерильный, длинный, бесконечный. И женский голос.
Спокойный. Холодный. Почти механический.
«Порок — это хорошо».
«Не забывай это место».
Я резко зажмурилась.
Да как я, блять, могу не забывать место, которого даже не знаю?!
Или... всё-таки знаю?
От этой мысли внутри неприятно скрутило. Всё происходящее начинало напоминать какой-то затянувшийся кошмар, где я одна не понимаю, что вообще творится вокруг.
Может, после гривера у меня просто поехала крыша?
Хотя нет.
Сны были ещё до лабиринта.
И это пугало сильнее всего.
Я провела ладонями по лицу и тяжело выдохнула. Почему-то мне казалось, что никто больше такого не видит. Никто не просыпается среди ночи с этим мерзким голосом в голове.
И если я продолжу таскать всё это внутри себя, то реально когда-нибудь слечу с катушек.
Но была ещё одна проблема.
Минхо.
Я нахмурилась ещё сильнее, уставившись куда-то сквозь деревянные прутья.
Что вообще с этим человеком не так?
Нет, я понимала, что тут все давно отвыкли от девушек. Возможно, именно поэтому многие иногда ведут себя странно. Но остальные хотя бы... нормальные. Ну, относительно.
Если не считать Джейка.
Тот вообще отдельный вид раздражающего долбоёба.
Но Минхо...
С ним всё было как-то слишком непонятно.
То он сидит возле меня в медхижине несколько дней подряд.
То смотрит так, будто хочет придушить собственными руками.
То орёт на меня как психованный придурок, потому что я пошла в лабиринт.
Хотя какого чёрта его это вообще так волнует?
Он ведь сам постоянно повторяет, что я его бешу. Что я проблема. Что я лезу не туда.
Так почему тогда продолжает таскаться рядом?
Я раздражённо провела рукой по волосам.
Не понимаю я его.
Вообще.
То несёт меня на руках после лабиринта...
И откуда я вообще знаю, что это был именно он?
Я нахмурилась, сильнее обнимая колени. Это звучало как полный бред. Я ведь была без сознания.
Практически отключилась ещё у ворот. Но почему-то внутри сидела странная, почти раздражающая уверенность.
Будто тело запомнило.
Тепло чужих рук.
Тяжёлое дыхание рядом.
И это ощущение безопасности, которое появилось буквально на пару секунд, прежде чем меня окончательно вырубило.
Меня аж передёрнуло от собственных мыслей.
Да что со мной вообще происходит?
Я слишком долго прокручивала всё это в голове. Один и тот же круг мыслей, от которого уже начинало мутить.
Лабиринт. Сны. Минхо. Гривер. Опять Минхо.
Ни одной нормальной идеи. Ни одного нормального объяснения.
Из размышлений меня вырвал звук шагов.
Тихих, медленных, сонных.
Я подняла голову. Солнце уже поднялось чуть выше, окрасив Глэйд мягким тёплым светом, но ворота всё ещё были закрыты. Видимо, я проснулась слишком рано даже для бегунов.
Шаги становились всё ближе, а потом рядом с ямой появилась знакомая фигура.
—Доброе утро... — сонно протянул Ньют, слегка хриплым после сна голосом.
Я невольно улыбнулась.
С Ньютом почему-то всегда становилось спокойнее. Ему не хотелось язвить или грубить, как остальным. Наоборот — рядом с ним хотелось хоть немного перестать быть колючей.
Хотя получалось это через раз.
—Доброое, — лениво протянула я в ответ.
— Надеюсь, ты пришёл освободить меня из этого шикарного пятизвёздочного курорта.
Ньют тихо усмехнулся и закатил глаза.
—Угадала. Вставай давай.
После этих слов я кое-как поднялась с земли и начала отряхивать штаны от пыли и грязи. Всё тело неприятно ломило после сна на земле, волосы наверняка выглядели как гнездо, а от одежды всё ещё пахло сыростью.
Господи, как же я хотела в душ.
Смыть с себя весь этот лабиринт. Кровь. Грязь. Эту ночь. Эти воспоминания.
Пока я пыталась привести себя хоть в какой-то человеческий вид, Ньют уже развязывал верёвку на деревянной решётке.
Через пару секунд проход открылся.
Он протянул мне руку, и я без лишних слов ухватилась за неё.
Ньют помог мне выбраться наружу, придерживая за локоть, когда я чуть не наступила на больную ногу.
—Первым делом идём в медхижину, — сразу сказал он тем самым спокойным тоном, после которого становилось понятно: спорить бесполезно. — Нужно проверить раны. Вдруг инфекцию занесла.
Я только вяло кивнула. Честно говоря, спорить сейчас реально не было сил.
Мы молча направились к медхижине. Глэйд только начинал просыпаться: где-то слышались сонные голоса, кто-то таскал ящики, а со стороны кухни уже пахло едой.
Как только мы зашли внутрь, я заметила Клинта. Джеффа нигде не было — видимо, ещё спал. Ну и ладно. Мне было абсолютно всё равно, кто именно из них будет ковыряться в моих ранах.
—Доброе утро, — сразу сказал Клинт, поднимаясь со своего места. А потом внимательно посмотрел на меня. — Как себя чувствуешь?
—Живая, уже достижение, — пробормотала я, пожав плечами. — Ходить всё ещё больно, но лучше. Плечо тоже почти не ноет.
Клинт кивнул и указал на кушетку.
—Садись.
Я послушно села, а Ньют устроился напротив на стуле, наблюдая за всем слишком внимательно, будто лично контролировал процесс моего существования.
Клинт осторожно начал разматывать бинты. Когда спирт коснулся раны на плече, я резко зашипела и дёрнулась.
—Твою ж...
—Терпи, — спокойно сказал он, продолжая обработку. — Зато заживает хорошо.
Я недовольно пробурчала что-то себе под нос, пока он осматривал лодыжку.
—Вообще, выглядит уже намного лучше, — спустя пару минут произнёс Клинт. — Ты быстро идёшь на поправку.
—Потому что я бессмертная, очевидно.
Ньют тихо фыркнул со своего места.
—Не льсти себе.
—Ой, заткнись. - с едва заметной улыбкой сказала я.
Клинт только покачал головой с лёгкой улыбкой и закончил перевязку.
Минут через десять мы уже вышли обратно на улицу. Солнце поднялось ещё выше, окончательно разгоняя утреннюю прохладу.
Ньют посмотрел куда-то в сторону ворот.
—Слушай, мне надо проводить бегунов.
Я автоматически проследила за его взглядом.
У ворот уже стояли Бен и... Минхо.
И почему-то внутри сразу всё странно напряглось.
—Эм... можно я с тобой? — как можно спокойнее спросила я. — Я с Беном поговорить хотела.
Ньют чуть приподнял бровь, но потом кивнул.
—Ты, смотрю, быстро с ним спелась.
—Он нормальный, — пожала я плечами.
— С ним хотя бы можно поговорить без желания кого-нибудь придушить.
—Интересно, о ком это ты..
—Догадайся.
Ньют тихо усмехнулся, и дальше мы пошли уже молча.
Когда мы подошли ближе к воротам, первым на меня посмотрел именно Минхо.
И господи...
Этот взгляд.
Тяжёлый. Прямой. Немного раздражённый. Будто я опять успела его выбесить, просто существуя.
Но под всем этим было что-то ещё. Что-то глубже, что он очень старательно прятал.
Он стоял чуть впереди,рядом с воротами, и выглядел так, будто вообще был создан для этого места. Спокойный, собранный, уверенный.
Не как мальчишка.
Как человек, который привык брать всё под контроль.
И это почему-то бесило меня ещё сильнее.
Бен заметил нас почти сразу и широко улыбнулся, помахав рукой.
—Эллис! Ты нас тоже пришла проводить?
Я закатила глаза улыбаясь.
—Много чести. Вообще-то я с тобой поговорить хотела.
Я буквально почувствовала, как после этих слов взгляд Минхо стал тяжелее.
Сначала он посмотрел на меня. Потом на Бена. И выражение его лица мне вообще не понравилось.
Бен, кажется, тоже это заметил, потому что быстро кашлянул и кивнул в сторону.
—Ладно... пошли тогда отойдём.
Пока мы отходили чуть дальше, я всё равно чувствовала на себе взгляд Минхо. Прожигающий. Внимательный. Слишком цепкий.
И почему-то от этого по коже снова пробежали мурашки.
—Так о чём ты хотела поговорить? — задумчиво спросил Бен,слегка наклонив голову в сторону.
Я почему-то сразу напряглась. Даже сама не поняла почему. Плечи чуть поднялись,а челюсть невольно сжалась.
—Я хотела сказать спасибо,что проводил и посидел вчера со мной..
Бен удивлённо хмыкнул и махнул рукой.
—Та брось. За что тут благодарить? Мне не трудно было. Я люблю поболтать,а ты вроде не такая зануда,как половина Глэйда.
Я тихо усмехнулась,и напряжение внутри немного отпустило.
—Это сейчас был комплимент?
—Не привыкай.
Я улыбнулась уже шире и,немного помедлив,снова заговорила:
—Вы сейчас за гривером бежите? Помнишь где я говорила он лежит?
—Да,помню. — Бен кивнул. — Я рассказал Минхо,и честно... он слегка приофигел.
—Да ладно?
—Ага. Пытался сделать вид,что ему по барабану,но у него на лице буквально было написано: "какого хрена она вообще там забыла".
Я невольно усмехнулась.
—Ну,это звучит как Минхо.
—Вот именно. — Бен тихо рассмеялся. — Просто понимаешь... тот участок лабиринта реально очень далеко от Глэйда. Мы туда даже днём не всегда добегаем спокойно,а ты каким-то образом оказалась там ночью. Да ещё и с гривером за спиной.
После этих слов я ненадолго замолчала.
Если честно... когда он сказал это вслух,мне самой стало немного не по себе.
Я ведь тогда вообще не думала насколько далеко убежала. Просто неслась вперёд,лишь бы эта тварь не догнала меня.
—Хреново прозвучало сейчас.
— пробормотала я.
—Ну,зато честно. — он улыбнулся уголком губ. — Ты либо очень смелая,либо очень безумная. Пока не решил.
—Можно вариант "слегка туповатая"?
—О,это тоже подходит.
Я тихо фыркнула со смеху и развернулась обратно к парням.
Ньют и Минхо стояли возле ворот и о чём-то разговаривали,но стоило нам приблизиться,как Минхо сразу поднял взгляд.
И конечно же посмотрел на меня.
Даже отсюда чувствовалось это его вечное раздражение. Хотя... не только оно.
Он быстро пробежался глазами по моей перевязанной ноге,задержался на плече,а потом перевёл взгляд на Бена.
Тяжёлый такой взгляд.
Будто Бен сейчас не разговаривал со мной,а как минимум предал государство.
—Чего так долго? — сухо бросил Минхо.
—Общались вообще-то. — спокойно ответил Бен.
—Угу.
Я закатила глаза.
—Господи,у тебя лицо такое,будто мы тут преступление совершили.
Минхо перевёл взгляд на меня и слегка сощурился.
—С твоей удачей — это вопрос времени.
—Какой же ты приятный человек с утра.
—А ты как была проблемой,так ей и осталась.
Ньют рядом тихо усмехнулся,словно уже привык к нашим перепалкам.
А я вдруг поймала себя на том,что,несмотря на его вечно недовольный тон... сейчас Минхо выглядел спокойнее,чем в прошлый раз.
Хотя взгляд всё равно был такой,будто ещё чуть-чуть — и он лично привяжет меня к кровати,лишь бы я снова не полезла в лабиринт.
Вдруг ворота начали открываться с привычным тяжёлым скрипом. Этот звук я уже почти перестала бояться, но всё равно внутри каждый раз что-то неприятно сжималось.
И именно в этот момент голову снова будто ударили изнутри.
Резко. Жёстко. До темноты перед глазами.
Я даже не успела понять, что происходит, просто согнулась пополам и рухнула на колени.
Мир не исчез. Он сломался.
Сначала появилось стекло. Огромное, толстое стекло, за которым был виден лабиринт.
Внизу — металлические панели, рычаги и какие-то кнопки, будто там находился центр управления всем этим местом. Всё гудело, мигало, жило своей отдельной жизнью.
Я моргнула, и картинка резко сменилась.
Белая комната.
Слишком белая, почти болезненная.
Ряды компьютеров, люди в одинаковой одежде. Они что-то печатали, говорили между собой, но никто даже не посмотрел в мою сторону, словно меня здесь не существовало.
Ещё одно моргание.
Лаборатория.
Огромные стеклянные капсулы с водой. Внутри — люди. Они двигались медленно, будто спали, но в этом сне было что-то неправильное.
И в этот момент меня пронзило странное чувство. Не страх, а узнавание, слишком далёкое и чужое, будто мозг пытался достать что-то, что давно спрятано.
Но мысль не успела оформиться.
Боль резко оборвалась.
Я резко вдохнула и будто захлебнулась воздухом.
Голова кружилась, к горлу подступала тошнота, всё перед глазами плыло, словно я смотрела сквозь мутную воду.
Чьи-то руки легли мне на плечи и слегка встряхнули.
— Эй, — голос резкий, напряжённый.
— Сколько пальцев видишь?
Перед глазами мелькнули пальцы, но они раздваивались и расплывались.
— Четыре... — хрипло выдавила я, сама не уверенная в ответе.
— Чёрт... — коротко выдохнул Минхо.
Теперь я узнала его голос окончательно.
Он быстро вытащил из рюкзака бутылку воды и почти силой сунул её мне в руки.
— Пей.
Я сделала несколько глотков. Холодная вода немного вернула меня в реальность. Тошнота осталась, но головокружение стало слабее.
Минхо не убирал взгляд. Смотрел слишком внимательно, будто проверял, не развалюсь ли я прямо сейчас.
Потом он резко поднял меня за плечи и поставил на ноги.
Я пошатнулась, но удержалась.
Сзади стояли Ньют и Бен. Они молчали, но по их лицам было видно, что им не нравится то, что они видят.
— Ли, ты как? — голос Минхо стал чуть тише, но всё ещё резкий, будто он злился на сам факт моего состояния.
Ли? И когда это он стал меня так называть? В прочем,сейчас это не столь важно.
Я сделала шаг назад и снова чуть не потеряла равновесие.
— Да... — тихо ответила я. — Наверное, нормально.
— "Наверное"? — Ньют прищурился. — Ты сейчас выглядишь так, будто тебя через стену протащили.
— Уже лучше, — я попыталась улыбнуться. — Честно.
Это было правдой, просто не до конца.
Я не сказала им, что именно видела.
Минхо всё ещё смотрел на меня, но Ньют уже перевёл взгляд на ворота и выдохнул.
— Ладно. Бегите, иначе опоздаете. Я с ней побуду.
Бен и Минхо переглянулись.
Бен кивнул первым и развернулся.
Минхо задержался на секунду дольше.
Его взгляд снова скользнул по моей перевязанной ноге, по плечу, и в этом взгляде было что-то тяжёлое, почти раздражённое, но не только это.
Он будто хотел что-то сказать, но не сказал.
Потом резко развернулся и вместе с Беном пошёл в лабиринт.
Я выдохнула только когда ворота начали закрываться.
И вдруг стало слишком тихо.
— Эллисон, — Ньют повернулся ко мне. — Что случилось?
Я замялась, не сразу находя слова. Потом всё-таки кивнула.
— Пойдём. Только... никто не должен знать, ладно?
Он не стал спорить.
— Пойдём.
Мы отошли в сторону, туда, где меньше людей и шума. Сухие деревья, тень, почти пустое пространство.
Я села и начала говорить.
Про сны. Про белые коридоры. Про голос. Про слово "ПОРОК". Про блокнот. Про ощущение, что всё это как-то связано, но я не могу понять как.
Я говорила спокойно, но внутри всё ещё дрожало.
Ньют не перебивал ни разу.
И от этого становилось одновременно легче и тревожнее.
Когда я закончила, он долго молчал.
Потом тихо произнёс:
— Порок...
Он нахмурился, будто пытался вспомнить.
— На припасах... это же написано. П.О.Р.О.К.
Я медленно подняла взгляд.
— Значит, это они нас сюда отправили?
— Похоже на то. Но тогда ничего не сходится. — он провёл рукой по лицу.
— Почему тебе снится одно, а в блокноте написано другое?
Я тихо усмехнулась.
— Добро пожаловать в мою голову. Там вообще ничего не сходится.
Ньют слабо улыбнулся, но без радости.
— Когда это началось?
— Сны с первого дня. Эти... обрывки начались в столовой.Тогда с вами.
Он кивнул.
— Это не выглядит случайностью.
— Я тоже так думаю.
Повисла пауза.
— Ладно, — сказал Ньют наконец. — Просто пока никому не говори. И если станет хуже — скажи мне сразу. Не держи это одна.
Я чуть хмыкнула.
— Уже поздно. Я давно держу всё одна.
— Тогда пора перестать, — спокойно ответил он.
Я ничего не сказала.
Мы просто пошли обратно.
В столовой было шумно, как всегда. Смех, разговоры, споры — всё это смешивалось в один живой гул, который неожиданно не раздражал, а даже успокаивал.
Как будто это и есть нормальная жизнь.
Я подошла к Фрайпану. Он сразу поднял голову и улыбнулся.
— Доброе утро! Как самочувствие?
— Уже лучше, — кивнула я. — Если не считать того, что меня сегодня почти вырубило об реальность.
Он тихо хмыкнул.
— Значит, всё ещё в строю. Отлично.
И протянул мне тарелку с оладьями.
Как раз то, чего хотелось после всего произошедшего.
Я подсела к Максу и Чаку за наш любимый столик. Он стоял чуть в стороне от общего шума, и мне это нравилось — можно было спокойно выдохнуть.
Плюс окно рядом: весь Глэйд как на ладони.
Чак заметил меня первым.
— Эллисон! — он сразу заулыбался, будто я не из лабиринта вчера вернулась, а с прогулки. — Ты сегодня с нами? Уже лучше?
Он весь светился, как всегда, когда я рядом. Странно даже, как быстро он ко мне привык.
— Ага, уже почти в порядке, — ответила я, садясь рядом.
Макс просто кивнул и поздоровался, спокойно, без лишнего шума. Ньют опустился напротив, и мы начали есть.
Я пару секунд ковырялась в тарелке, а потом вспомнила разговор с Максом у озера. И, пока все были относительно спокойны, решила сразу вытащить этот вопрос наружу.
— Кхм... — я специально кашлянула, чтобы привлечь внимание. — Ньют, что там с моей ролью бегуна?
Он чуть поперхнулся, и Макс тут же стукнул его по спине, не давая задохнуться.
— Я думал, ты уже забыла эту идею,
— выдохнул Ньют, выпрямившись и бросив на меня настороженный взгляд.
— Особенно после лабиринта. А ты, оказывается, наоборот...
Я закатила глаза и уставилась на него.
— Почему вы так против? Я, чёрт возьми, в лабиринте выжила. Не думаю, что меня там уже что-то удивит.
В столовой на секунду стало тише — кто-то явно прислушался.
И, конечно, именно в этот момент появился Джейк.
— О, цыпочка сегодня в боевом настроении? — ухмыльнулся он, как будто это его личное шоу.
Я даже не сразу повернулась.
— Ещё раз так меня назовёшь — и пожалеешь, что вообще рот открыл.
Он усмехнулся, будто я его развлекаю.
— Да ладно тебе, пошли прогуляемся, расслабишься...
Я уже почувствовала, как в руках всё напряглось. Ещё чуть-чуть — и я реально врежу ему прямо здесь, при всех.
— Я сказала тебе нормально, — голос стал тише, но жёстче. — Отойди.
Он хотел что-то ответить, но между нами резко встал Галли.
— Завязывай, Джейк, — сказал он спокойно, но так, что спорить не хотелось. — Или правда вылетишь с работы.
Джейк скривился.
— Из-за неё? Серьёзно?
— Серьёзно, — коротко ответил Галли. — И да, вылетишь.
Тот что-то пробормотал себе под нос и ушёл, хлопнув плечом кого-то у выхода.
Я выдохнула только тогда, когда он исчез.
— Э... спасибо, — сказала я Галли.
— Не за что. Он просто идиот, — бросил он и тоже ушёл.
Я доела молча и вышла из столовой, не особо разбирая, куда иду. В голове было слишком шумно, а люди вокруг только сильнее раздражали.
Почти сразу я остановилась.
Душ.
От одной мысли стало легче. После всего этого мне реально нужно было смыть с себя и грязь, и запах столовой, и, если честно, половину этого дня.
Я развернулась и направилась к хижине.
Внутри было тихо. Я быстро взяла чистые вещи — без долгих раздумий, просто первое, что попалось нормальное и не выглядело так, будто его уже пережёвывали гриверы.
Через пару минут я уже была в душевой.
Горячая вода ударила по коже так, будто смывала не только пыль, но и всё напряжение последних дней.
Я стояла под ней слишком долго, просто позволяя себе ничего не думать.
Когда я наконец вышла, стало даже непривычно легко.
Я переоделась прямо там, и только тогда поняла, насколько сильно устала — но уже не морально, а приятно, по-человечески.
И вместо того чтобы возвращаться обратно в шум, я снова выбрала тишину.
Вышка.
Я забралась наверх и остановилась, осматривая Глэйд. Сверху он выглядел почти нереально — будто аккуратно вырезанный из дерева и камня макет, а не место, где ты можешь умереть за стеной.
Я облокотилась на дерево, подтянула колени к себе и просто замолчала.
*Минхо*
Я проводил Ли взглядом и почти сразу развернулся.
— Пошли, — бросил я Бену.
И мы рванули в лабиринт.
Из-за всей этой сцены утром мы задержались минут на пять. Вроде мелочь. Но в лабиринте мелочей не бывает.
Тут каждая секунда может стоить тебе жизни — или карты, или выхода, или вообще головы.
Поэтому мы сразу прибавили темп.
Солнце уже жарило, как будто специально решило добить нас сверху. Пот стекал по спине, а каменные стены вокруг будто сужались от жары и усталости.
И всё равно меня заело другое.
Бен.
И Ли.
Как они там переговаривались, как она ему улыбалась, как он смеялся в ответ...
Какая мне вообще разница.
Я хмыкнул про себя.
— О чём говорили? — спросил я ровно, даже не поворачивая головы.
— С Эллисон?.. — Бен на секунду сбился с дыхания, будто не ожидал вопроса. — Да так... она спросила, помню ли я, где остался гривер.
Я кивнул, но не ответил.
Он врёт не полностью. Но и не договаривает тоже.
Такие вещи видно сразу.
Дальше мы бежали молча.
Только дыхание, только шаги, только стены, которые каждый день выглядят одинаково, но каждый день могут оказаться смертельной ловушкой.
Один раз остановились, чтобы быстро перехватить воду и немного восстановить дыхание. Солнце к тому времени уже било так, что даже тень казалась горячей.
И всё это время у меня в голове крутилось одно.
Как Ли вообще выжила там, где её нашли.
И как, чёрт возьми, вернулась обратно.
Она не должна была оказаться так далеко.
Но оказалась.
И это раздражало больше, чем я хотел признавать.
Когда мы добрались до так называемого «перекрёстка», мы перешли на шаг.
Тишина в лабиринте всегда давит сильнее, чем любой шум.
Мы повернули в нужный коридор — и сразу остановились.
Гривер был там.
Сдавленный между двумя каменными стенами.
Мёртвый.
— Ну... — Бен нервно сглотнул. — И чё с ним делать-то?..
— Не трогай, — резко сказал я.
Мы подошли ближе.
Запах ударил сразу — густой, кислый, такой, что желудок неприятно сжался. Жёлтая слизь стекала по камню, будто всё это вообще не должно было быть реальным.
Я присел ближе, прищурился.
И только тогда заметил.
Красный свет.
— Стой... — пробормотал Бен тише.
Я не ответил.
Просто протянул руку и дёрнул клешню в сторону.
Скользко. Тяжело. Будто оно всё ещё не совсем мёртвое.
— Минхо, может не надо... — Бен напрягся.
— Поздно — коротко бросил я.
Клешня сдвинулась,но не достаточно.
— Помоги мне оторвать клешню, — повернулся я к Бену.
— Нахрена? — он недоумённо посмотрел на меня так, будто я предложил обнять гривера.
— Внутри что-то есть. Лампа или проводка. Я не вижу из-за клешни.
Бен помолчал секунду, потом тяжело выдохнул и кивнул.
— Ладно. Только если нас сейчас сожрёт его труп — это твоя идея.
Я хмыкнул.
— На счёт три. Раз... два... три!
Мы дёрнули одновременно.
Клешня поддалась не сразу — будто сама земля не хотела это отпускать. Потом раздался резкий, влажный лязг, и металл с хрустом оторвался.
Запах ударил сильнее.
Я поморщился, но не отступил.
Внутри, прямо в полости тела, оказался серый цилиндр, обмотанный проводами.
И посреди него — маленький красный огонёк, который всё ещё слабо мигал.
— Что за... — выдохнул Бен.
Я не ответил.
Просто смотрел.
Потом, не особо задумываясь, засунул руку внутрь и вытащил эту штуку.
Слизь тянулась за пальцами, мерзко липла к коже.
— Фу, черт... — пробормотал Бен.
Я вытер её о край гривера и только тогда увидел цифру.
— Семь.
Бен сразу наклонился ближе.
— Семь?.. Серьёзно?
Я покрутил цилиндр в руках, прищурившись.
— Или он из седьмой секции... или это его метка.
— Или кто-то просто любит цифру семь,
— буркнул Бен, но уже без уверенности.
Я усмехнулся, но без веселья.
— Да, конечно. Прям очень похоже на "просто цифру".
Мы оба замолчали.
Слишком странная находка, чтобы быть случайной.
— Ладно, — Бен выпрямился. — Давай это заберём. В Глэйде разберёмся.
Я кивнул.
И мы почти одновременно развернулись обратно.