Глава 1 𑁍 Боль которую нужно проходить
Единственный способ избавиться от искушения - это поддаться ему. Стоит только начать сопротивляться, и вашу душу начнет томить жажда того, что вы сами себе запретили.
Оскар Уайльд,
«Портрет Дориана Грея»
начало истории
Сегодня Арине исполнилось восемнадцать. Собрались все близкие: подруги, одноклассники и просто знакомые, но она ждала только одного - его, Артёма. Она постоянно поглядывала на дверь в надежде, что вот-вот он войдет, поздравит её, поцелует и крепко-крепко обнимет.
Как-никак, они были вместе уже год. Они познакомились в десятом классе, когда Арина только переехала в этот город. Поначалу всё было как в сказке: подарки, прогулки после уроков, походы в кино... Но со временем Арина почувствовала холод со стороны Артёма, будто она перестала быть ему интересной.
С тех пор Арина всячески пыталась стать «лучше». Сначала набирала вес, потому что одноклассники называли её скелетом. Потом снова худела, потому что Артёму нравились худые. Перекрасилась в блонд и испортила волосы, начала носить бежевые женственные платья, хотя ей было в них совсем некомфортно. Она улыбалась днем, а плакала ночью, потому что потеряла самое главное, понимание того, кто она есть на самом деле. Ведь с детства её учили быть послушной и правильной, не вмешиваться во взрослые дела, знать своё место и держать язык за зубами.
Спросите, разве она, будучи взрослой девушкой, не вправе поступать так, как хочется ей самой?
У всего была своя цена. Каждый раз, когда она пыталась постоять за себя, история заканчивалась синяками, шрамами и беззвучными слезами, стекающими по щекам. Ведь плакать это значит признать, что ты слабая, а слабость в семье Орловых не прощалась.
Александр стоял по правую сторону от дочери, одной рукой сжимая предназначенные для неё розы, а другую положив ей на спину. Этот жест не был нежным - он ощущался как предостерегающий приказ, напоминание о том, что у Арины нет права на ошибку, ведь «родители всегда рядом».
Для других детей эти слова могли прозвучать утешительно, но невозможно было даже представить, какой ужас охватывал Арину от этой фразы. С левой стороны стояла мать Наталья Орлова. В отличие от мужа, она была женщиной более мягкого склада. В молодости Наталья преподавала в школе, но после замужества оставила работу, посвятив всё своё время воспитанию дочери. Можно сказать, что Арина никогда не знала недостатка в строгом родительском внимании.
Бывали моменты, когда она намеренно вела себя плохо, надеясь, что угрозы типа «проведешь ночь в детском доме» станут реальностью. Но вместо этого она лишь чувствовала вкус крови во рту и сильное жжение во всем теле, которое не давало уснуть по ночам. Так и засыпала, мечтая лишь об одном - оказаться как можно дальше от этого дома.
У матери методы были «изящнее»: она предпочитала запирать дочь в комнате или днями не обмениваться с ней ни словом. И если после наказаний отца Арина видела в зеркале синяки и понимала, что с ними делать, то материнские санкции наносили более глубокую, душевную боль, которая не проходила месяцами.
Тем не менее, со стороны они казались идеальной, успешной семьей, вызывающей зависть у многих. Арина часто слышала от одноклассниц: «Я бы так хотела жить, как ты» или «Хотела бы я быть на твоем месте». Но в глубине души она и врагу не пожелала бы родиться в семье Орловых.
Впрочем, мы слишком отклоняемся от основной линии. На чем я остановилась? Ах да, Арина ждала и ждала своего возлюбленного, но желанный момент всё никак не наступал.
В разгар вечеринки она почувствовала, что нервы на пределе, и решила незаметно ускользнуть из зала, чтобы подышать свежим воздухом. Как бы прилежно родители ни воспитывали её, ограждая от плохих привычек, Арина вопреки всему развила в себе умение мастерски прятать вещи.
Достав из неудобного кармана платья электронную сигарету со вкусом клубники, она сделала две затяжки и медленно выдохнула дым и казалось, вместе с ним она выталкивает из себя всю тяжесть этого дня.
Но этот миг покоя был нарушен странными звуками, доносившимися снизу, из-под балкона. Ведомая любопытством, Арина быстро спрятала сигарету и на цыпочках, медленно спускаясь по винтовой лестнице, сошла на первый этаж. Вокруг никого не было, но звуки стали отчетливее: теперь можно было понять, что это стоны женского наслаждения.
На этом можно было бы остановиться, но она решила рискнуть и пройти дальше. Из трех дверей две вели в санузлы, а одна в комнату отдыха для персонала.
Звуки доносились из мужского туалета.
Постепенно Арина приоткрыла дверь и застыла от увиденного. В груди возникла острая, колющая боль, будто весь кислород в помещении внезапно исчез, и она вот-вот задохнется. В свой день рождения, так долго ожидая любимого человека, она получила от него в подарок лишь предательство. Артём стоял, обнимая другую. Она была выше, с более изящной фигурой и свежими, длинными светлыми волосами.
Как поступить? Уйти молча, сделав вид, что ничего не произошло, и продолжить вечер? Или устроить сцену и потребовать объяснений?
Времени на долгие раздумья не было. Арина достала телефон, засняла всё происходящее на видео, а затем тихо вернулась в зал. Зайдя в женский туалет, она посмотрела на свое отражение в зеркале.
Это была не Арина. Сколько раз она видела себя в слезах или с окровавленным лицом, но ни разу не испытывала к себе такого чувства. И имя ему - омерзение. Она была полна ненависти к своему отражению за то, что позволила так с собой обращаться.
Позволила использовать себя и управлять собой, как марионеткой; делала всё, чтобы понравиться другим, но так и не заняла первого места ни в чьей жизни.
Вытерев слезы и освежив макияж, Арина еще раз взглянула в зеркало и сделала то, в чем преуспела за долгие годы.
Фальшь эмоций. Она посмотрела на себя и улыбнулась, затем приняла серьезный вид, снова улыбнулась но на этот раз во весь рот, обнажая свои красивые белые зубы.
Она начала смеяться, громко и во все легкие, убеждая себя, что жизнь прекрасна.
Но в этом смехе её глаза приобрели особенный блеск, и одна за другой слезинки покатились по щекам, словно жемчужины.
Жемчужины, которые прекрасны, как улыбка, и солены, как слезы.