4.
— Не знаю, что можно и рассказать. — Бурчу себе под нос, и начинаю рассказ. — На данный момент шестнадцать лет, живу с родителями, которые пьют, а бывает — и бьют. Только одна знакомая, но и она не надёжная, как ты понял не вижу смысла существовать и пытаюсь хоть как-то выжить сама в мире, где никто не помогает.
— Слишком много рассказала, хотя может я и не встречу его больше.
Парень смотрит на меня, не отводя взгляда, а мне уже становилось неловко от этого.
— Из-за чего тебя бьют? — Думаю, отвечать на этот вопрос, но рассказать хоть кому-то хотелось, поэтому было уже все равно.
— Как я уже сказала родители любят пить, поэтому зачастую это происходит без причины. Но если я сделала что-то не так, к примеру недавно я осталась на ночь у той самой подруги на выходные, за такое мне достается как минимум вдвое сильнее. Хотя в основном причины нет. — Отпиваю чай в надежде обжечь язык и перестать рассказывать все незнакомому человеку, хоть и держать все в себе уже не получалось.
Если я сейчас не закончу высказываться, то разревусь тут от осознания, насколько я беспомощная и жалкая. Мне никто не помогал, пусть он хоть выслушает, раз начал, иначе дела мои будут совсем плохи...
Сжимаю ручку кружки и снова пью, обжигаясь чтобы поменьше болтать. Боль даёт о себе знать, а слезы так и просились выйти наружу вместе с тем, что во мне накопилось за всю эту никчемную жизнь.
— Нет, только не здесь и не сейчас. Я не заплачу.
— Покажи места где он тебя бил? — Сдерживаюсь из последних сил.
— Зачем? — Я смотрела на свою кружку, не осмеливаясь взглянуть в глаза парня.
— Вдруг что-то серьезное? — Его тон был таким же ровным и спокойным.
— Все нормально. — В мыслях метались варианты, как можно было бы сменить тему, хотя по сути сама ее и начала.
— Просто покажи, я же тебя не убиваю, а лишь хочу помочь. — Я поднимаю взгляд на парня, который не выражал буквально никаких эмоций.
— Лучше бы не помогал. — Закатываю рукава и показываю недавние следы от ремня.
Потемневшие следы виднелись на руках. Я не видела, но знала это. Если я посмотрю, то точно не сдержусь.
— Все нормально? Как их вообще ещё не поймали? Почему ты никому ничего не говорила? — Смотрит на меня, а по его выражению лица и глазам понятно, что он удивлен.
— Не хотела, тут хоть дом есть, а так их лишат родительских прав и меня отправят в детский дом, куда мне хочется меньше всего. — Зная, какие условия в том страшном здании, я выбирала все же свой дом. Уже привычную для себя обстановку.
— Алекс, но это же ненормально! — Его голос немного повысился, и он посмотрел на меня.
— Для меня уже нормально. Сейчас ты видишь только руки, больше я тебе показывать и не стану. — Возвращаю руки на место, скрывая все под рукавом.
— А порезы... Тоже они? — Он вновь стал более спокойным.
— Не все. — Врать не хотелось. Хочу говорить только правду, устала врать. Пускай он будет первым, кто услышит от меня только правду.
— Все равно больше не увидимся. —Надежда, что эта встреча станет последней, была слишком сильной.
Не хотелось бы, чтобы обо мне кто-то знал так много. Все равно умру одна, где-то далеко отсюда. Видимо, такова моя судьба.
Еле сдерживаюсь от слез и начинаю жадно пить чай, подавляя слезы.
— Зачем ты это делала? — Его голос был осторожным и внушительным, что было последней каплей.
Эмоции вырвались из меня тяжёлым вздохом и кучей слез, что наконец вышли на свободу. Кусаю себя за руку которой все это время прикрывалась, пытаясь подавить всхлипы.
— Зачем? Того, что я рассказала, недостаточно? У меня не жизнь, а дерьмо! За что мне это? Разве я хотела жить такой жизнью? Я отброс вселенной, это уже причина. У меня никого нет и не будет. Никто не захочет общаться с такой, как я. Я ведь не такая, как все, я ведь отброс. Меня нигде не принимают, мир огромный и среди этого мира я одна выживаю на протяжении всей жизни. Почему? Я обеспечиваю сама себя хотя не должна, я ещё ребенок! Разве я заслужила всего этого? За что? Боже! — Понимаю, что наговорила уже слишком много и кусаю губы.
Мой голос почти срывался на крик, с накатывающей истерикой. Голова падает на стол, а рука сжимается в кулак. Ногти оставляют след на ладонях и хоть что-то меня сейчас успокаивает. Тяжело дышу, плача. Сил не осталось.
— Я недостаточно сильная... — Хотелось исчезнуть и никогда не возвращаться в этот мир.
Снова осознаю, насколько я жалкая, беспомощная и слабая. Снова не смогла сдержаться и теперь реву как маленький ребенок, в чужом доме, в чужом окружении и перед чужим человеком.
— Как же стыдно... — Пытаюсь успокоиться и снова чувствую, что прокусила губу.
Медленные шаги, после которых чувствую чужую руку на своей. Чувствую, как меня поворачивают и обнимают. Странное чувство, которого раньше не было.
— Теперь он думает, что я слишком слабая! — Убираю руки парня и насильно успокаиваюсь.
Вытираю слезы и смотрю в пол, снова сдерживая слезы, которые не до конца ушли.
— Лучше выплакаться, станет легче. — Теперь его руки на моих плечах. — Ты очень сильная, но невозможно быть такой всегда. — Эти слова меня снова добивают и я падаю на него.
Его руки разместились на моей спине, поддерживающе поглаживая ее, что очень успокаивало. Сама же крепко обхватываю его тело и рыдаю уже ему куда-то в плечо. Скоро мне и вправду стало намного легче. Когда я успокоилась, снова оттолкнула парня и вытерла лицо.
— Спасибо... — Шепчу куда-то в пустоту, смотря в пол.
— Пустяки. Не за что. — Чувствую как он улыбается. — У тебя серьезно прям никого из близких нет? Прям совсем одна?
— Есть брат, но он ещё давно уехал, с тех пор от него никаких вестей, поэтому пока он не объявится я одна.
— А куда он уехал? — Брюнет вновь сажает меня на стул, после чего тоже возвращается на свое место.
— Сказал, что по работе и скоро вернётся. — Вспоминаю последние слова брата, которые уже кажутся пустым звуком.
— И сколько длится это "скоро"? — Он отпивает из своей кружки, смотря на меня.
— Больше года, намного больше. — Краем глаза смотрю на время и понимаю, что засиделась. — Мне надо уже идти, спасибо тебе за все. — Встаю со своего места, делая последние глотки чая.
— Точно? Куда ты пойдешь? — Он встает вслед за мной, убирая пустые кружки со стола.
— Домой конечно же, куда ещё? — Смотрю за его действиями, ожидая пока он подойдет.
— Может тебя проводить? — Он подошел и я отправилась в сторону выхода.
— Не стоит, спасибо. — Скрываюсь в коридоре, а после за входной дверью.
— Нет уж, сама дойду. — Вспомнив, как скрипел этот лифт ранее я решила спуститься пешком.
В холодном подъезде включается свет и я выхожу на улицу.
— Черт. — Смотрю на себя и понимаю, что забыла свою куртку у этого парня. — Может, так надо? — Не решаюсь вернуться, чтобы забрать свою куртку и сразу направляюсь домой.
— Сейчас-то мне никто не помешает. — Смотрю в сторону парка, где, скорее всего, до сих пор валяются осколки стекла. — Нет. — Твердо решаю, что убивать себя пока что не стану.
Стараюсь смотреть только в пол и ни о чем не мыслить, ведь любая мысль и любое напоминание могут все испортить. Дорога домой сопровождалась хрустом снега под ногами, моим шумным дыханием и дрожью от холода.
— Наверное, стоило все же забрать куртку и забыть об этом парне навсегда. На что я рассчитывала вообще? — Оборачиваюсь назад, все же размышляя над возвращением. — Нет. — Снова оборачиваюсь и продолжаю идти домой.
Дорога была короткой и я уже открывала входную дверь. Тихо захожу и иду в свою комнату. Из родительской комнаты доносится шум и дальше приходится идти, стиснув зубы чтобы не издать лишнего звука.
— Как же это мерзко... — Проклинаю свою жизнь и, зажав рот руками, уже поднимаюсь в комнату.
Закрываю дверь на замок изнутри и падаю на скомканную кровать. Моя комната не представляла собой ничего хорошего. Она просто олицетворяет слово "бардак". Убираюсь я редко, когда есть время и настроение ведь дышать совсем пылью тоже не хотелось. Сейчас тут было темно. Единственное, маленькое окно рядом с кроватью было занавешено черной занавеской. Отодвинув ее, я уставилась в окно.
Серое небо, покрытое тучами заслоняло солнце, но в комнате все равно стало чуть светлее. Теперь, комнату стало видно чуть лучше. Тесное помещение, где стоял единственный, маленький шкаф для одежды, письменный стол, на котором валялось все что можно было и нельзя, кровать и как я уже говорила одно окно.
Шкаф стоял между двумя дверьми, одна - в коридор, вторая - в ванную. После стоял письменный стол. Пустая стена, которую украшало лишь окно и наконец моя кровать. Изголовье кровати было рядом с окном, а изножье смотрело на письменный стол.
Шум родителей был слышен и в комнате, поэтому я включила наушники и включила музыку на максимум. Ещё раз осматриваю комнату: темная, тесная нора, где даже обои были темного оттенка.
— Надо бы убраться. — Определившись с будущим занятием, я включила первый попавшийся плейлист и стала убирать.
Мелодия сменялась быстро, и самое прекрасное – это помогло мне отвлечься от всей жизни и проблем. Протирая каждую полку я слушала незнакомые мне песни, и одна из них меня зацепила. Смотрю на исполнителей и перехожу на их альбом. На экране светится: False Mirror – FLESH & LIZER.
Включаю альбом и продолжаю убираться. Уборка заняла мало времени, и сейчас я уже просто лежу и читаю про этих исполнителей.
— Арсен Магомадов — Смотрю на фото прикрепленное к биографии и узнаю в нем своего спасителя. — Как я не узнала его голос сразу? — Уже отчётливо слыша его голос в наушниках, я читала его биографию.
Мое занятие было прервано сообщением, от незнакомого номера.
— Привет — Долго смотреть на него я не стала и уже набирала ответ.
— Знакомы? — Номер сразу стал печатать.
— Арсен
— Это шутка какая-то? — Удивленно смотрю в экран телефона.
— Откуда у тебя мой номер?
— Любого человека можно легко найти в интернете, если постараться
— Всё-таки, моя куртка вернётся ко мне... Надеюсь. — Слегка улыбаюсь от этой мысли.
— Ты свою куртку забыла, не хочешь забрать?
— Да что ты? А я не знала
— Встретимся завтра? — Быстро проверяю время и печатаю ответ.
— Только ради куртки
— Отлично, завтра в 16:00 возле входа в парк, идёт? — Неожиданно ловлю себя на улыбке, смотря в экран.
— Куртку взять не забудь
— До встречи ) — Читаю последнее сообщение от парня, выключаю телефон и смотрю в потолок. Почему-то я улыбалась от столь короткой и незначительной переписки.
— Походу, я схожу с ума. — Такого не было давно.
Оказывается, этот парень может поднять мне настроение одним лишь разговором.
— Ну хоть кто-то стал интересоваться моей жизнью по-настоящему... — Вспоминаю Джессику и то, как иногда она смотрит на других одноклассниц сидя рядом со мной. — Может мне вообще все это не надо? Кто я для нее? Никто. Зачем тогда обманывать себя? — Об этом я размышляла часто. Также часто приходила к одному и тому же выводу – она мне просто знакомая, а я ей грубо говоря никто.
Для нее я всегда где-то на последнем месте. Она мне ничего не рассказывает. Можно считать, что я ее и не знаю, как и она меня. А для чего тогда это общение? Подавить скуку? Да.
Я уже давно и неоднократно приходила к одному и тому же выводу – дружба не имеет смысла. Друзья ведь должны помогать друг другу всегда и помнить? А меня забудут при первой возможности и глупо это отрицать.
— Зачем я снова об этом думаю? Снова засоряю голову перед сном. — Подготавливаясь ко сну, я знакомилась с творчеством Арсена в наушниках.
Выйдя из душа, взяла пижаму и тут же надела ее на себя. Подходя к кровати, взяла наушники и выключила везде свет.
— Лучше музыку послушаю, чем этот шум. — Удобно устраиваюсь под одеялом, прибавляя звук в наушниках.
***
Мой голос дрожал и я уже сама не понимала от чего – страха или крика.
— Пошли вы! — Выплевываю последние слова родителям в глаза и выбегаю на улицу, пока меня не поймали.
— Как же я хочу жить нормальной и спокойной жизнью. — Хватаюсь за голову, которая уже раскалывается после такой длинной ссоры.
— Как же я устала... — Обхватываю свои плечи и падаю на колени.
Холодный воздух обнял меня со всех сторон. Всхлипы выходили сами и я не могла успокоиться.
Оглушающий крик вырвался из моей груди и прозвучал наверное по всей улице. Стало намного легче, но дрожь в руках усилилась.
— Ненавижу... — Посмотрев на свои руки, я прокричала это слово и снова срываюсь в слезы.
— И чего ты тут сидишь? — Слышу голос отца и в который раз проклинаю свою жизнь. — Орёшь как резаная, ты вообще в своем уме?
— Отстань... — Шепчу это слово готовясь к худшему.
— Что ты сказала? — Усталость и злость не давали здраво мыслить и действовать.
— Я сказала "отстань"! — Повышаю голос с каждым словом и смотрю прямо ему в глаза.
Медленно он садится рядом со мной также смотря мне в глаза.
— Я тебе жизнь подарил и так ты меня благодаришь? Я здесь главный, а не ты. — Его голос был хриплым и низким, и слушая его, я все больше и больше ненавидела этот мир, хотя казалось больше уже некуда.
— За что...? — Смотрю в небо и чувствую пронзающую боль, которая сразу прекращается из-за появившейся темноты вокруг.
***
Тяжело дышу и резко поднимаюсь, отчего голова тут же начинает кружиться. Закрываю глаза, ожидая пока это пройдет. В голове проносились картины сна. Открываю глаза и сосредотачиваюсь на своем дыхании, выравнивая его.
— Боже мой... Это всего лишь сон... — Хоть и снятся такие сны не в первый раз, пугаюсь все равно не меньше.
Прикладывая руку ко лбу, ощущаю холодный пот. Недовольно мыча, я снова падаю на кровать с закрытыми глазами.
— Который вообще час? — Достаю телефон и включаю его. 3:58
— Круто поспала. — После такого кошмара сон как рукой сняло и заснуть снова не удастся.
Встав с кровати, я сразу направилась в душ надеясь согреться там. Выйдя, я оделась и вернулась к зеркалу в ванне. Вид Алекс, которую я там увидела меня совсем не радовал.
Черные, спутанные и мокрые волосы, бледное лицо, синяки под глазами, которые я ненавидела. Хотя что я любила вообще?
В надежде уснуть, я снова легла на кровать и закрыла глаза. Тишина звенела в ушах. Спать точно не хотелось.
— И что мне теперь делать? — Встаю с кровати и подхожу к окну.
Удобно уместив локти на подоконнике, я смотрела на звёзды и считала их.
— Всего лишь восемь... — Устало вздыхаю и продолжаю рассматривать их.
Долго стоять мне не пришлось и я решила выйти погулять. В этот раз я оделась потеплее. Уже отдаляясь от дома, я решила достать сигареты, все равно время есть и отдохнуть, и выветрится. Хотя последнее необязательно, все равно всем не до этого будет.
Сажусь на качели и понемногу раскачиваюсь. Дым согревал изнутри, а голова приятно кружилась. Откидываю голову назад и снова затягиваюсь, не выдыхая.
— Как же хорошо. — Выпускаю дым, смотрю перед собой и все ещё раскачиваюсь.
Жизнь все равно не давала полностью расслабиться и постоянная тревожность меня всегда преследовала. Единственный, кто мне всегда помогал так это брат, но и от него уже как несколько лет ни слуху, ни духу, слышу о нем только в пабликах.
— С ним было намного легче. — Последняя затяжка и кидаю окурок в снег.
Смотрю как он догорает и достаю следующую сигарету.
— Да чтоб тебя... — Наконец удается поджечь сигарету после чего сразу затягиваюсь.
Лёгкий ветер щекотал кожу и рассеивал дым. Терпкий вкус сигарет, который оставался на языке приятно обжигал. Пальцы рук покраснели на морозе и двигать ими становилось неприятно и больно.
Снова последняя затяжка и наслаждаясь ею вдоволь, снова выбрасываю окурок рядом со старым и уже мокрым. Жду, пока огонек потухнет и начинаю раскачиваться ещё больше. Сухой снег хрустел под ногами, пока я набирала скорость. Ветер становился все холоднее и по лицу пробежали мурашки от него. Поежившись от холода, перевожу взгляд на ноги.
***
Школьный день провожу одна ведь Джессика не пришла. Спешу дойти до дома чтобы поскорее заснуть. Да, спала я сегодня довольно мало и это сказалось на моем настроении.
Злая, раздраженная и сонная Алекс шла и проклинала снег, что так громко хрустит. Наконец я дома и снимая верхнюю одежду ставлю будильник чтобы не проспать встречу. Как только мое тело сваливается на кровать, веки мгновенно тяжелеют и я уже ничего не чувствовала.
Темнота окружила меня, а сон вот-вот должен был начаться. Темнота рассеивалась в белом свете, и, как только все вокруг стало белым, я открыла глаза. Где-то под подушкой звенит будильник, от которого раскалывалась голова. Спать я все ещё хотела и довольно сильно. Достаю телефон, и отключаю будильник.
— Класс, и поспала круто, и сон крутой. Мдаа. — Понимаю, что время поджимает и встаю с такой удобной, теплой кровати.
Пролежала бы в ней всю жизнь, не вставая. С такими прекрасными и одновременно грустными мыслями я направилась в ванную. Там меня снова застала жуткая картина Алекс.
Растрёпанные волосы и синяки под глазами. Вроде бы обычный мой вид на который раньше мне было все равно, но не сегодня. Включив холодную воду, я стала умываться.
— Блять... — раковина и руки стали красным.
В зеркале мои догадки подтвердились и из моего носа текла кровь. Минуту я потратила только на то, чтобы смыть всю кровь и продолжить умываться. Остались волосы.
Не знаю сколько времени на это ушло, но знаю точно, что мои волосы меня возненавидели. Пытавшись их расчесать, я все больше задумывалась о том, чтобы просто обрезать их.
Уже в комнате я встала перед выбором одеться во что попало или всё-таки выбрать вещи которые выглядят чуть получше? И конечно мой выбор пал на первый вариант, хоть и долго думала над вторым.
Всё-таки встреча с этим парнем не просто пойти в школу и хочется произвести нормальное впечатление. Хотя и так сойдёт.
Под руки попались только темно-синие, свободные спортивки, которые уже изношенные, но все равно мои любимые. Сразу надев их, я приступила к верху. Темно–серая толстовка, утепления изнутри вроде как подходила к низу. Толстовка в отличие от спортивок совсем новая и почти ни разу не ношенная.
Обувшись в белые кроссовки, я взяла всего несколько вещей с собой, раскидав их по карманам. Взглянув на время, быстро провела расчёской по волосам и уже готова была выходить.
15:55
Без куртки, пролезаю через окно и иду в сторону парка, предвкушая встречу.