КОРОНА ДЛЯ ШУТА

Следующий вечер оказался ещё хуже предыдущего.

Элеонора проснулась с тяжёлым ощущением внутри, будто ночь совсем не принесла отдыха. Она почти не спала.

Слишком много мыслей.

Слишком много воспоминаний о голосе Люциана.

О его взгляде.

О том, как легко он разрушал её привычное спокойствие всего несколькими словами.

Она сидела перед зеркалом, пока служанки укладывали её волосы, затягивали корсет и поправляли серебристое платье, расшитое жемчугом.

И всё это время пыталась убедить себя, что вчерашний разговор ничего не значил.

Просто шут.

Просто странный человек, который любит играть словами.

Но сердце почему-то продолжало вспоминать тепло его пальцев на своём запястье.

— Ты сегодня слишком тихая, — заметила Мира Белфорд, входя в комнату.

Мира была единственным человеком во дворце, рядом с которым Элеонора могла позволить себе быть настоящей.

Подруга с детства.

Та, кто видела её слёзы.

Та, кто знала, насколько сильно Элеонора боится будущего брака.

— Я просто устала, — тихо ответила принцесса.

Мира подошла ближе и внимательно посмотрела на неё.

— Нет. Дело не в этом.

Элеонора отвела взгляд.

— Ты когда-нибудь чувствовала, будто делаешь что-то неправильное… но всё равно не можешь остановиться?

Мира нахмурилась.

— Это связано с шутом?

Сердце Элеоноры предательски дрогнуло.

Слишком быстро.

Слишком заметно.

И Мира сразу всё поняла.

— О боги… — выдохнула она. — Элеонора, только не говори, что он тебе нравится.

— Он мне не нравится.

Ложь.

И они обе это понимали.

Мира медленно села рядом.

— Тогда почему ты так выглядишь?

Элеонора не ответила.

Потому что сама не знала.

Она никогда раньше не чувствовала ничего подобного.

Рядом с Дамианом всё было спокойно.

Правильно.

Предсказуемо.

А рядом с Люцианом…

Всё внутри начинало гореть.

К вечеру дворец снова наполнился музыкой.

Сегодняшний приём был посвящён официальному объявлению будущей свадьбы.

Гости прибывали со всех уголков королевства.

Дворяне смеялись.

Советники обсуждали политику.

Музыканты играли настолько громко, что у Элеоноры начинала болеть голова.

Она стояла рядом с Дамианом в центре зала, принимая поздравления.

— Вы станете прекрасной королевой, — произнесла какая-то пожилая леди.

— Союз ваших семей изменит будущее страны.

— Вы так подходите друг другу.

Каждая подобная фраза ощущалась как ещё одна цепь на её шее.

Дамиан заметил её напряжение.

— Ты снова нервничаешь.

Она слабо улыбнулась.

— Просто устала от шума.

— Ты привыкнешь.

Эти слова почему-то прозвучали особенно холодно.

Ты привыкнешь.

К браку.

К обязанности.

К жизни без любви.

Элеонора уже собиралась ответить, когда двери зала резко распахнулись.

Разговоры мгновенно стихли.

Люциан вошёл в зал так уверенно, будто принадлежал ему.

Красно-чёрный костюм снова выделялся среди роскошных нарядов знати. Серебряные детали блестели в свете свечей, а на губах играла знакомая насмешливая улыбка.

Но взгляд…

Его взгляд сразу нашёл её.

Сердце Элеоноры пропустило удар.

— А вот и главный источник проблем, — тихо пробормотал Дамиан.

Люциан сделал театральный поклон королю.

— Ваше Величество. Надеюсь, сегодняшний вечер будет менее скучным, чем вчерашний.

Некоторые гости нервно рассмеялись.

Король Альдрик нахмурился.

— Следи за языком.

— Конечно, Ваше Величество. Я ведь всего лишь шут.

Элеонора заметила, как Люциан слегка улыбнулся после этих слов.

Словно наслаждался раздражением короля.

Музыка сменилась.

Начался медленный танец.

Пары постепенно выходили в центр зала.

Дамиан протянул Элеоноре руку.

— Потанцуем?

Она уже собиралась согласиться.

Но вдруг рядом раздался знакомый голос.

— Боюсь, сегодня очередь не ваша, принц.

Тишина.

Опасная.

Элеонора медленно повернула голову.

Люциан стоял прямо рядом с ними.

Слишком близко.

Слишком уверенно.

— Что ты себе позволяешь? — холодно произнёс Дамиан.

— Спасаю вечер от смертельной скуки.

Несколько гостей тихо рассмеялись.

Люциан даже не посмотрел на принца.

Только на Элеонору.

— Один танец, принцесса.

Её сердце снова начало биться быстрее.

Это было плохой идеей.

Очень плохой.

Она должна отказаться.

Но вокруг уже собрались взгляды придворных.

Любой отказ привлечёт ещё больше внимания.

Элеонора медленно вложила ладонь в руку Люциана.

И сразу почувствовала, как его пальцы сжались чуть сильнее, чем позволяли правила приличия.

Он вывел её в центр зала.

Музыка стала медленнее.

Опаснее.

Люциан положил руку ей на талию.

Слишком низко.

Слишком уверенно.

Элеонора резко подняла взгляд.

— Ты специально пытаешься меня разозлить?

— Нет.

Он наклонился чуть ближе.

— Я пытаюсь заставить тебя чувствовать хоть что-то.

Эти слова ударили слишком точно.

Он двигался плавно, уверенно ведя её в танце.

Будто контролировал каждый её шаг.

Каждое движение.

Каждый вдох.

И хуже всего было то, что рядом с ним Элеонора начинала забывать обо всём остальном.

О гостях.

О короне.

О Дамиане.

О правилах.

— На нас смотрят, — тихо произнесла она.

— Пусть.

— Тебя это не пугает?

Люциан усмехнулся.

— Меня пугает только то, как ты смотришь на меня.

Её дыхание сбилось.

— И как же я смотрю?

Он медленно наклонился к её уху.

Слишком близко.

— Будто хочешь, чтобы я разрушил твою жизнь.

По её коже пробежали мурашки.

Музыка продолжалась.

Но для Элеоноры всё вокруг будто исчезло.

Остались только его руки.

Его голос.

И опасное чувство внутри, которое становилось всё сильнее.

Когда танец закончился, Люциан не отпустил её сразу.

Его пальцы медленно скользнули по её ладони.

Слишком интимно.

Слишком неправильно.

— Это была ошибка, — тихо прошептала Элеонора.

Он улыбнулся.

Той самой опасной улыбкой.

— Нет, принцесса.

Люциан слегка наклонился ближе.

— Ошибка — это твой будущий брак.

И после этих слов он ушёл, оставив её посреди зала с бешено колотящимся сердцем.

А Элеонора впервые поняла:

Она начинает терять контроль.