256-260
После того как Бай Жэнь закончил говорить, он проигнорировал молодого императора и ушёл. Хуан Футянь остался один, размышляя о паранойе и очевидной решимости в глазах Бай Жэня. Внезапно он не знал, завидовать Мо И или жалеть его.
Молодого императора всегда привлекали настоящие женщины, и он не испытывал интереса к мужчинам, поэтому, пережив то, что только что произошло, его чувства к Бай Жэню полностью исчезли.
Бай Жэнь был удовлетворён реакцией молодого императора. Он просто хотел избежать проблем, поэтому немедленно признался в своём поле. Хотя это была нормальная реакция для людей с разной сексуальной ориентацией, это не мешало ему быть предвзятым, когда дело доходило до его партнёра.
Если бы это был его собственный «щенок», ему было бы всё равно, мужчина Бай Жэнь или женщина. Даже если бы он был чайником, Сяо Мо всё равно бы лелеял его каждый день без всякого пренебрежения.
Подивившись своей удаче, Бай Жэнь начал связываться с людьми из Павильона Инь, чтобы всё устроить.
С другой стороны, Мо И был вызван Хуан Фусяо и проинформирован, что в будущем он должен будет докладывать ему о любых особых действиях императора.
Это был способ использовать его как шпиона, размещённого рядом с императором. Мо И понимал это и согласился, но затем немедленно сообщил об этом своей приёмной матери и императору.
Хуан Футянь знал, что через это придётся пройти, поэтому он намеренно позволил Мо И передавать информацию, упоминая множество обид императора на него. Однако он не упомянул ничего о том, с кем он встречался в частном порядке и какие выгодные действия предпринял в борьбе за власть.
После тщательного обдумывания Хуан Фусяо в конце концов решил сделать свой ход во время осенней охоты в восточных предместьях.
Мо И и Бай Жэнь тоже это поняли. В день охоты, когда молодой император притворился, что ведёт Мо И и остальных верхом на лошадях преследовать добычу, они действительно столкнулись с убийцами, которые лежали в засаде и окружили их.
Появился и Хуан Фусяо, встретившись взглядом с Хуан Футянем.
Однако пока богомол охотится на цикаду, не подозревая об иволге позади, в этот момент большое количество Императорской Гвардии, которая скрывалась там ещё дольше, появилось со всех сторон, окружая Хуан Фусяо и его людей.
Хуан Фусяо посмотрел на этих солдат и понял, что недооценил молодого императора, но он не мог просто так сдаться.
За эти годы, чтобы получить власть, он отказался от слишком многого, включая единственного человека, которого он по-настоящему любил. Теперь, добровольно сдаться и стать пленником, разве не будут все его прошлые усилия напрасны? А как же те жертвы, которые он принёс прежде?
С этими мыслями в глазах Хуан Фусяо мелькнул оттенок безжалостности.
Скомандовав, он немедленно приказал своим людям действовать. В одно мгновение бесчисленные стрелы полетели в молодого императора и остальных.
Видя это, Мо И выхватил меч и встал перед Хуан Футянем. Несколькими изящными движениями меча он успешно отразил часть летящих стрел.
Хотя Императорских Гвардейцев было много, убийцы были искусны, и некоторые из окружающих неизбежно получали ранения, что привело к тупиковой ситуации.
В этот критический момент группа людей, одетых в чёрное, в соломенных шляпах и масках на лицах, казалось, спустилась с высоких деревьев, словно божественное вмешательство. Они прибыли перед молодым императором и Мо И, помогая им отражать атаки убийц.
Среди них самым искусным был одинокий мечник, одетый в белое.
Когда стрела едва не задела руку Мо И, мечник быстро отклонил стрелу, тем самым приблизившись к Мо И.
Вздохнув, взгляд мечника встретился с Мо И.
Глаза Мо И расширились, потому что даже со шляпой и маской, скрывающими лицо, он узнал бы эти глаза где угодно — они принадлежали Бай Жэню, который переодевался и чьё лицо было скрыто.
Но теперь, Бай Жэнь появился здесь, и его боевые навыки были так же хороши, как у Мо И. Он никогда раньше не узнал бы, что его возлюбленная была мужчиной.
Неудивительно, что голос Бай Жэня был таким низким, а поведение не таким, как у обычной женщины.
Он даже удивлялся раньше, что никогда не видел такой высокой женщины. Теперь он понял, что был слеп, не в силах различить пол.
В то время как его движения по отражению атак убийц продолжались, сердце Мо И было в смятении.
Но если всё было ложью, что означали их чувства?
Почему он приблизился к нему? Были ли у него только скрытые мотивы?
Его сердце на мгновение сжалось от боли, и Мо И почувствовал удушье, которого никогда раньше не испытывал. Он не смел больше задумываться об этом, сосредоточившись только на своём фехтовании, которое стало ещё более яростным, как будто вымещая что-то.
С другой стороны, Бай Жэнь не беспокоило, что его спутник узнает его. Он даже находил это приятным сюрпризом.
Это была идеальная возможность раскрыть себя. После того как всё уляжется, он немедленно признается в своих чувствах возлюбленному.
С помощью Императорской Гвардии и Павильона Инь убийцы были быстро уничтожены, а Хуан Фусяо был схвачен и приведён к молодому императору.
Молодой император не собирался допрашивать его перед всеми прямо сейчас; он просто приказал увести его и задержать. Мятеж регента теперь был неоспорим, и отныне мир будет под полным контролем Хуан Футяня.
Многие были удивлены, что простая охотничья поездка перевернула небо императорского города.
Прежде чем основные силы отбыли, молодой император специально позвал Бай Жэня в свой шатёр для разговора.
Мо И смотрел, как Бай Жэнь входил в шатёр императора, и его лицо побледнело.
На обратном пути он уже узнал личность этого человека.
Он оказался новым главой Павильона Инь, и его звали не Бай Су, а Бай Жэнь. Даже император относился к нему с большим уважением.
Мо И не знал, когда Бай Жэнь и император связались друг с другом, или, возможно, визит нового главы Павильона Инь в резиденцию регента был устроен императором.
Иначе как мог престижный новый глава Павильона Инь переодеться женщиной и прийти один собирать информацию?
А он, как дурак, развил искренние чувства.
Теперь, о чём они говорили внутри шатра?
Его ноги, казалось, обрели собственный разум, и Мо И медленно приблизился к императорскому шатру.
Мо И ещё не разобрался в своих эмоциях, и было очевидно, что атмосфера внутри шатра не была такой гармоничной, как он себе представлял.
Хотя на этот раз им удалось схватить регента с помощью Павильона Инь, Хуан Футянь не мог не думать о верности генерала Мо ему и о том, что он был единственной оставшейся кровной линией в резиденции Маркиза Чжунъюн.
Даже несмотря на соблазнительную силу Павильона Инь, он не хотел жертвовать Мо И в обмен Бай Жэню.
Поэтому он позвал Бай Жэня, чтобы обсудить этот вопрос. Он немедленно предложил предоставить Бай Жэню несколько красивых молодых людей, но получил немедленный отказ.
— Ваше Величество, конечно, не думаете, что просто обладание некоторым шармом может сравниться с генералом Мо, — сказал Бай Жэнь, холодно глядя на человека напротив.
Он понял, что этот подход не сработает, и продолжил:
— Прошу прощения за мою дерзость, мастер Бай. Я просто не хочу обменивать верных подданных на выгоду, это было бы удручающе. Более того, некоторые вещи лучше не форсировать. Я верю, что уважаемый мастер Бай тоже не хотел бы, чтобы его принуждали.
Услышав это, Бай Жэнь не разозлился; напротив, он почувствовал, что у молодого императора ещё осталась совесть. Его тон слегка смягчился, когда он ответил:
— Ваше Величество, пожалуйста, будьте спокойны. То, чего я ищу, — это, естественно, взаимная привязанность с генералом. Здесь нет вопроса о принуждении.
Хуан Футянь почувствовал некоторое облегчение от этого ответа, но, глядя на лицо Бай Жэня, он мог понять, почему этот человек был так уверен. Он похвалил:
— Действительно, мастер, вы обладаете необычайной красотой. Если бы вы были женщиной, я бы, несомненно, был тронут и не пожалел бы усилий, чтобы завоевать вашу благосклонность!
Тем временем, когда Мо И жестом приказал страже покинуть вход в шатёр и остановился там, он случайно услышал последнюю половину разговора.
«Не пожалел бы усилий, чтобы завоевать вашу благосклонность».
Что это значило? Может ли быть, что император действительно имел намерения в отношении Бай Жэня?
Его разум на мгновение опустел, и Мо И без колебаний ворвался в шатёр. Он даже схватил Бай Жэня за запястье и притянул его ближе к себе перед молодым императором.
Видя удивлённые выражения двух человек внутри, Мо И понял, что поступил опрометчиво.
Но он не мог сдержаться. Он не мог просто стоять и ничего не делать. В этот момент он уже понял, что будь этот человек Бай Жэнем, или Бай Жэнем, переодетым женщиной, он не мог его отпустить!
— Ваше Величество, у меня срочное дело, которое я должен обсудить с мастером Баем! — тон Мо И был полон срочности, и любой мог услышать, что что-то не так.
Хуан Футянь тоже был озадачен и спросил:
— В чём дело? Можете обсудить это здесь.
Но Мо И яростно покачал головой:
— Нет, Ваше Величество, пожалуйста, позвольте мне обсудить это с мастером Баем наедине!
Мо И пристально смотрел в глаза молодого императора, говоря это.
К этому моменту Хуан Футянь также заметил собственническое поведение своего генерала и странную улыбку на лице Бай Жэня, поэтому он вздохнул и нетерпеливо махнул рукой, сказав:
— Можете идти.
Честно говоря, Мо И был таким дураком, и Хуан Футянь напрасно волновался за него!
Как только молодой император закончил говорить, Мо И схватил Бай Жэня за запястье и вытащил его из шатра, уведя в свой собственный.
Когда полог шатра закрылся, Мо И повернулся к Бай Жэню, его глаза слегка покраснели, он молчал и колебался.
Бай Жэнь, чувствуя, что что-то не так, вздохнул и притворился обеспокоенным.
Наконец молодой человек напротив заговорил:
— Что ты собираешься делать?
— А? — Бай Жэнь с недоумением посмотрел на Мо И.
— Я слышал. Император признался тебе в своих чувствах. Ты собираешься принять их? — с трудом выдавил из себя Мо И.
Бай Жэнь сразу понял, как много услышал его партнёр. Он моргнул, пытаясь подавить улыбку. Это было слишком совпадением и забавно.
Поколебавшись, Бай Жэнь сказал:
— Я не знаю. Но император сказал, что готов дать мне должность. Если я соглашусь...
— Я не позволю!
Прежде чем Бай Жэнь успел закончить, Мо И схватил его за плечо с яростным выражением лица:
— Ты ясно сказал, что я тебе нравлюсь, что хочешь быть со мной. Как ты можешь думать о ком-то другом?
Сильное и несколько безумное поведение Мо И смягчило сердце Бай Жэня. Он тихо спросил:
— Братец Мо И, ты злишься?
— Да, — не отрицал Мо И, яростно глядя в глаза Бай Жэня.
Ведь это явно этот человек признался ему первым и сказал, что восхищается им.
Бай Жэнь: Скорее заставь меня! Я не могу дождаться!!!
Наблюдая, как его партнёр скрежещет зубами в разочаровании, Бай Жэнь почувствовал покалывание, пробежавшее по его телу, словно через него пропустили электрический ток.
Он тихо вздохнул и продолжил спрашивать:
— Но... но он Император. Ты собираешься с ним соревноваться? Кроме того, я всё ещё мужчина.
— Что с того, что ты мужчина? Будь ты мужчиной или женщиной, я хочу тебя! Даже если ты Император, я никому тебя не отдам! Ты был тем, кто первым сказал, что восхищается мной. Даже если мне придётся связать тебя, я не отпущу!
Услышав это, Бай Жэнь потерял дар речи, чувствуя себя переполненным решимостью партнёра.
Он не мог поверить своим ушам. Неужели его партнёр действительно думал о том, чтобы заставить его и даже увезти!
Столкнувшись со своим яростно выглядящим возлюбленным, Бай Жэнь больше не мог сдерживаться. Он бросился вперёд, кусая губы Мо И, а затем прижал его голову, яростно целуя.
Но даже этого было недостаточно. Бай Жэнь прямо толкнул Мо И на кровать в шатре, используемую для отдыха.
Мо И также был ошеломлён этим внезапным порывом страсти. Он только что угрожал другому человеку не покидать его, так что же происходило сейчас?
Но эта реакция была гораздо лучше, чем ожидал Мо И.
В конце концов, он думал, что его противником был Император, а в этом мире чей статус мог быть благороднее императорского?
Мо И даже приготовился сразиться с Бай Жэнем, чтобы усмирить его и увезти.
Так что же означало такое поведение Бай Жэня сейчас?
Мо И хотел спросить, но он не мог заставить себя отпустить инициативу возлюбленного, поэтому быстро погрузился в неё.
Затем определённые сцены, которые появлялись в его снах раньше, стали явью.
Спустя долгое время Мо И лежал на кровати, тяжело дыша. Он положил одну руку на лоб, тупо глядя на верх шатра, всё ещё не в силах полностью осознать, как всё это произошло.
Опустив голову, он увидел мужчину, садящегося на противоположной стороне, его горло подёргивалось, пока он вытирал рот носовым платком, отчего лицо Мо И мгновенно покраснело до самой шеи.
— К-как ты мог? — запинаясь, произнёс Мо И, не в силах подобрать нужные слова.
Видя выражение лица своего партнёра, Бай Жэнь не мог не находить это забавным. Честно говоря, ему действительно хотелось полностью поглотить его только что.
К сожалению, сейчас они были в дикой местности, с единственной целью захватить регента. Теперь, когда ситуация разрешилась, они скоро уедут.
Делать всё сейчас было бы неудобно, поэтому он мог лишь довольствоваться вкусом.
Что касается основного блюда, оно определённо будет съедено, когда они вернутся.
Отвечая на вопрос Мо И, Бай Жэнь поднял брови и сказал:
— Почему бы и нет? Ты тот, кто мне нравится, и я хочу делать это с тобой. Что, ты не хочешь?
Мо И неловко покачал головой в ответ. Конечно, он был согласен. Если бы роли поменялись, и он делал это для Бай Жэня, он бы тоже был согласен.
Самое главное, Бай Жэнь признался, что ему нравится Мо И, что делало его более уверенным и счастливым, чем что-либо ещё.
Прежняя мрачность исчезла. Думая о том, что он услышал снаружи шатра, взгляд Мо И стал твёрдым. Даже если этим человеком был Император, он не отступил бы. Видя, что Мо И всё ещё беспокоится о другом, Бай Жэнь заговорил с ним:
— Раз ты мне нравишься, тогда мы должны быть вместе, не так ли?
Мо И твёрдо кивнул и, глядя на улыбающееся выражение лица своего возлюбленного, понял, что он был слишком взволнован.
Быстро успокоившись, он объяснил:
— Мне всё равно, император он или нет. То, что моё, не может быть отнято другими. Ты неправильно меня понял раньше. Император не интересовался мной в том смысле. Когда он просил поговорить со мной наедине, он знал, что у меня есть чувства к тебе, и хотел предложить мне красивых молодых людей, чтобы убедить меня отпустить тебя.
— Что? Он на самом деле хочет предлагать тебе людей! — воскликнул Мо И, его глаза расширились от гнева.
Видя, что внимание его возлюбленного снова переключилось, Бай Жэнь не мог не усмехнуться. Он погладил щёку Мо И и несколько раз поцеловал его, чтобы успокоить эмоции.
— Ладно, ладно, я им сразу откажу. Как эти люди могут сравниться с тобой? С самого начала и до конца тот, кто мне нравился, был только генерал Мо. Я даже раскрыл секреты Павильона Инь госпоже Мо ради тебя, просто чтобы иметь шанс остаться с тобой.
— Ты хочешь сказать, матушка уже знала о твоей личности? — слова мужчины ошеломили Мо И ещё больше.
Бай Жэнь кивнул:
— Госпожа Мо невероятно проницательна, поистине героиня среди женщин.
Мо И согласился со словами Бай Жэня, а затем слушал, как Бай Жэнь раскрывал многое, чего он раньше не знал. Даже цель первоначального владельца прийти в резиденцию регента была искажена до того, что Бай Жэнь переоделся женщиной, чтобы встретиться с Мо И, и влюбился с первого взгляда, что и привело к попыткам Бай Жэня сблизиться.
Даже в этот раз, приведя людей для защиты Императора, он сделал это из беспокойства за безопасность Мо И.
Незаметно для него его возлюбленный сделал для него так много.
Сокровища Павильона Инь были такими ценными, что Бай Жэнь даже передал их добровольно.
В этот момент Мо И полностью поверил в чувства Бай Жэня к нему. Он смотрел на мужчину перед собой, чувствуя невероятную удачу, что заслужил привязанность этого человека.
Неважно, был ли он мужчиной, пока этот человек был Бай Жэнем, у Мо И не было сожалений.
Понимая послание, переданное в глазах Мо И, Бай Жэнь чувствовал себя довольным, держа его нежно долгое время.
Только когда кто-то снаружи шатра послал сообщение с вопросом, когда они отправятся, Бай Жэнь помог Мо И привести в порядок одежду, и они вдвоём покинули шатёр.
Вернувшись благополучно в столицу, новости о том, что регент поднял мятеж и был схвачен, потрясли всех и внутри, и за пределами двора, но большинство не было удивлено.
В конце концов, напряжённость при дворе в последнее время была высокой, и многие знали, что такой день неизбежен.
Теперь, когда регент пал, его сторонники, естественно, были на грани, и Хуан Футянь, вероятно, потратил бы много времени на их устранение.
Особенно учитывая ложные дела, созданные Хуан Фусяо для подавления тех, кто выступал против него, включая дело Маркиза Чжунъюн.
Эти дела, несомненно, будут пересмотрены, а причастные к ним — оправданы, и правда откроется миру.
И для этих дел допрос Хуан Фусяо, несомненно, будет иметь первостепенное значение.
После того как его заключили в тюрьму, хотя он и не сопротивлялся дальше, он молчал на любых допросах. В конце концов он выдвинул только одну просьбу: увидеть госпожу Мо. Он обещал заговорить, как только увидит её.
Дознаватели должны были спросить разрешения у Императора, прежде чем послать за госпожой Мо. Наблюдая снаружи темницы, где госпожа Цэнь стояла на коленях на каменных ступенях со слезами, умоляя, госпожа Мо вздохнула.
Она шла шаг за шагом вверх по каменным ступеням, через тёмные коридоры, пока не достигла самой дальней камеры. В тусклом свете огня она увидела Хуан Фусяо.
Некогда гордый мужчина теперь безжизненно сидел в рваной тюремной одежде, сжавшись в углу. Услышав шаги, он поднял взгляд и узнал госпожу Мо. Он поспешно привёл в порядок свои растрёпанные волосы и вытер заросшее бородой лицо чистым рукавом, прежде чем подойти к ней.
Увидев женщину перед собой, он тихо сказал:
— Мо'эр, ты пришла навестить меня.
— Ммм, — кивнула госпожа Мо, чувствуя боль в сердце, глядя на Хуан Фусяо.
Хуан Фусяо не спрашивал госпожу Мо, почему она усыновила потомка верного Маркиза без его ведома, или почему она решила помочь Императору вместо него в этот критический момент. Он просто смотрел на её лицо и сказал:
— Мо'эр, ты так же прекрасна, как когда мы встретились впервые.
Госпожа Мо усмехнулась на его слова, прекрасно зная, что за эти годы она набрала вес, с животом, полным жира, который не мог сравниться с госпожой Цэнь, которую когда-то провозглашали самой красивой женщиной в столице.
Но Хуан Фусяо смотрел в яркие и ясные глаза госпожи Мо, вспоминая невинную и милую улыбку, что была у неё при их первой встрече десятилетия назад.
— Воистину, Мо'эр, ты всегда была лучшей в моём сердце! — твёрдо сказал Хуан Фусяо.
— Я знаю, — улыбнулась госпожа Мо и потянулась, чтобы коснуться щеки Хуан Фусяо. — Ты всё такой же сладкоречивый.
Хуан Фусяо немедленно схватил её руку в волнении и робко поцеловал её:
— Давно ты не была так добра ко мне, Мо'эр. Я всегда был искренен с тобой. Поверь мне.
— Ты сказал, что если бы я не был жаден до власти... — начал Хуан Фусяо, но госпожа Мо прервала его, опустив взгляд.
— Я верю тебе, конечно. Я всегда знала о твоей искренности по отношению ко мне. Когда ты обещал, что будем только мы, ты действительно хотел провести нашу жизнь вместе. Жаль, люди меняются. Я не виню тебя за то, что в конце концов ты не выбрал меня. В конце концов, у каждого есть право выбирать то, чего он желает больше всего.
— Но после того, как я выбрал власть, ты тоже меня отпустила, не так ли? — посмотрел на госпожу Мо Хуан Фусяо, его голос дрожал.
Госпожа Мо тихо вздохнула и мягко кивнула:
— Ты мог жениться на другой ради власти, и ты мог подставлять верных министров. Это был твой выбор. Но нам было суждено больше не быть вместе. Даже если бы у нас был ещё один шанс, ты мог бы сделать тот же выбор, не так ли?
— Это звучит точно как то, что ты бы сказала, — горько усмехнулся Хуан Фусяо.
Но госпожа Мо не хотела больше говорить. Она хотела уйти, но её крепко держала рука Хуан Фусяо.
— Мо'эр, я всё ещё хочу знать, что, если бы я не был жаден до власти? Что, если бы это всегда были только ты и я? Возможно, даже сейчас меня бы всё ещё считали угрозой Императором, и в то время, что бы ты...
— Я была бы с тобой, — наконец сдалась госпожа Мо. — Я всегда была бы с тобой, будь то в богатстве или бедности, даже в заключении. Ты не покидаешь меня, и я не покину тебя.
С этими словами госпожа Мо отдёрнула руку и повернулась, чтобы уйти.
Когда она уходила, Хуан Фусяо стоял там, глядя на её удаляющуюся фигуру, его выражение лица было смесью слёз и улыбок.
— Ты не покидаешь меня, и я не покину тебя.
— Но в конце концов это я тебя подвёл...
Вскоре после ухода госпожи Мо Хуан Фусяо признался. Он признался во всём, что он и его последователи делали на протяжении многих лет. После подписания документов той ночью пришло известие о самоубийстве Хуан Фусяо.
Посреди ночи Мо И был разбужен срочным стуком. Оттолкнув крепко обнимавшего его Бай Жэня, он крикнул:
— В чём дело?
Услышав новости из-за двери, он быстро встал, в спешке натягивая одежду.
Бай Жэнь, также проснувшийся, поднял взгляд, увидев, что его партнёр всё ещё покрыт клубничными метками от их предыдущих занятий, и сглотнул.
Сев, он сказал:
— Может, мне пойти вместо тебя? Мы вместе всего несколько дней, и ты всё ещё не привык. Разве ты не говорил, что чувствовал себя немного нездоровым перед сном?
— Нет, это дело я должен решать лично с матушкой, — отказался Мо И.
Беспомощно, Бай Жэнь мог только помочь Мо И привести в порядок его одежду.
Когда всё было готово, Мо И немедленно направился во двор госпожи Мо.
Там он увидел свою мать, которая обычно ложилась спать рано и вставала поздно, сидящую в одиночестве под деревом, держащую бокал вина и глядящую на убывающую луну.
— Матушка, — тихо позвал Мо И. — Что касается Лорда...
— Я уже знаю, — ответила госпожа Мо.
Так же, как Хуан Фусяо понимал её, никогда не осмеливаясь вторгаться в её двор без разрешения, боясь, что она прогонит его, госпожа Мо тоже понимала Хуан Фусяо.
Всю свою жизнь он отказывался от всего ради власти, и теперь, потеряв всё, он предпочёл смерть, находя её более лёгким исходом.
Наблюдая из дверного проёма, Бай Жэнь понимал чувства госпожи Мо и тихо вошёл, чтобы увести Мо И.
Возможно, из-за смерти регента Хуан Фухао и госпожа Цэнь не были слишком сильно замешаны.
Хуан Фухао всё ещё унаследовал титул, но был лишён всех своих придворных должностей, обречённый прожить остаток жизни как простой праздный дворянин.
Вскоре после этого Мо И и Бай Жэнь отпраздновали свадьбу, а затем обратились к Императору с просьбой отправиться на границу.
Сопровождала их госпожа Мо.
Наблюдая, как его приёмная мать свободно скачет впереди на своей лошади, Мо И был тронут.
Повернувшись к Бай Жэню рядом с ним, он прошептал:
— Любовь принимает разные формы в этом мире, и не каждая пара получает счастливый конец. К счастью, моя мать из тех, кто может отпустить. С начала и до конца она никогда не теряла себя.
Держа Мо И за руку, Бай Жэнь улыбнулся и сказал:
— Да, именно потому, что любовь редка, мы должны ещё больше ценить друг друга, не так ли?
Услышав это, Мо И энергично кивнул. Он будет ценить эту удачу и никогда не расстанется со своим возлюбленным!
Пережив целую жизнь счастья со своим партнёром в их собственном маленьком мире и проведя ещё некоторое время, восстанавливаясь с Бай Жэнем в системном пространстве, Мо И отправился в следующий мир.
Снова открыв глаза, он оказался в новом мире.
Перед ним простиралось бескрайнее пространство звёзд, бесчисленные небесные тела проносились по глубокому синему полотну.
Такое захватывающее дух зрелище наполнило Мо И благоговением.
Это зрелище нельзя было увидеть каждый день, так что, значит, он сейчас посреди вселенной?
Оглядевшись, он увидел пустоту.
Но под ним было мягкое ощущение, как будто он лежал на плюшевой кровати. Однако он не мог видеть физическую форму кровати, только звёздное небо.
Что это за ситуация?
Опустив голову, он увидел свои человеческие руки, одетые в белую рубашку и чёрные брюки.
Но вместо того чтобы строить догадки о своей текущей ситуации, Мо И напрямую позвал систему в своей голове:
— 006, пожалуйста, передай мне сюжет малого мира и воспоминания первоначального владельца.
Однако к его удивлению, за этим последовал не знакомый голос системы, а несколько холодный мужской голос, говорящий:
— Конечно, господин Мо И. Однако 006 в настоящее время в отпуске, поэтому я временно заменяю его. Я 000, рад сотрудничать с вами.
Услышав это, Мо И понял, что система в его голове действительно была не знакомым маленьким псом, которого он когда-то знал, но превратилась в серебряно-белую металлическую сферу.
У сферы не было никаких черт лица, только шов, испускающий красный свет, напоминающий глаза.
Прибыв в Управленческое Бюро Измерений, Мо И понял, что внутри были системы, исполнители заданий и различные другие типы работников, все сотрудничающие для поддержания всего духовного мира.
Аватары системы принимали множество форм, не только животных или растений, но и некоторые с технологическим ощущением или даже объекты, такие как камень или чашка. Все выбирались самой системой и зависели от их личных предпочтений.
Мо И слышал о знаменитой системе первого поколения 000, и это был его первый раз, когда он видел аватар 000. Раньше он встречал 000 как молодого человека в очках с золотой оправой, источающего ауру строгости.
Просто стоя там, 000 излучал устрашающую атмосферу, однако взгляд в сторону 006 был исключительно нежным.
Мо И слышал некоторые слухи о 006 и 000, намереваясь спросить своего системного друга об этом после медового месяца, но теперь он задавался вопросом, как развивались их отношения.
Мо И хотел спросить об этом 000, но, глядя в эти «глаза», излучающие красный свет, он необъяснимо находил это трудным.
Эта система поистине источала самое сильное чувство угнетения, которое Мо И когда-либо испытывал...
Поэтому Мо И послушно принял сюжет и воспоминания, молча начиная читать.
Быстро пролистав сюжет, Мо И узнал, что этот малый мир был футуристическим межзвёздным фоном.
В межзвёздной истории планеты были обнаружены, и разные интеллектуальные виды начинали частую коммуникацию.
Протагонист истории, Шэнь Лу, также был человеком; он родом с небольшой планеты в Звёздном Поле H774.
Его вид, Псы, были межзвёздной расой, напоминающей людей, но с мехом цвета и чёрной кровью. У них был энергетический камень в их грудях, позволяющий им превращаться в слизней и обладающий невероятными умственными способностями.
Будучи сиротой с момента своего пробуждения, Шэнь Лу путешествовал в одиночку и пережил множество приключений.
Что касается текущей личности Мо И, он был надзирателем межзвёздной тюрьмы, а первоначальный владелец был генерал-лейтенантом империи, который пережил множество сражений и заслужил великие заслуги.
В глазах многих у первоначального владельца был потенциал подняться до более высоких должностей, но по какой-то причине он решил отказаться от этого.
Он выбрал приехать на эту удалённую планету, которая, как утверждалось, была самой безопасной межзвёздной тюрьмой, и стать её надзирателем.
Некоторые предполагали, что это было потому, что первоначальный владелец не полностью оправился от тяжёлых ранений, полученных во время войны, поэтому и сделал такой выбор.
Но в действительности, хотя ранения первоначального владельца были серьёзными в то время, он уже выздоровел. Причина приезда в это место заключалась в том, что здесь, по слухам, содержались самые отъявленные преступники во всей галактике. Он должен был кое-что здесь расследовать.
Лучший друг первоначального владельца, Оуэн, был обвинён в измене во время битвы, что привело к почти полному уничтожению их армии. Во время расследования Оуэн был заключён в эту самую тюрьму. Прежде чем расследование закончилось, он там умер.
Многие утверждали, что Оуэн получил по заслугам, но первоначальный владелец знал, что его брат по оружию не был таким человеком.
Перед атакой они даже делились мечтами о мирной и счастливой жизни после войны.
С физиологией морского конька Оуэн даже представлял, как в будущем найдёт любимую девушку и заведёт с ней много детей. В идеале он стал бы домохозяином, следя, чтобы дома всё было в порядке, чтобы его любимая жена могла наслаждаться вкусной едой, как только вернётся с работы.
Поэтому первоначальный владелец не верил, что Оуэн предал бы их. Должно быть, произошло какое-то недоразумение.
После той битвы атмосфера в армии и действия королевской семьи сильно разочаровали первоначального владельца.
Он чувствовал, что если останется в армии, то, возможно, никогда не раскроет правду, особенно после того, как столкнулся с двумя попытками покушения при расследовании дела Оуэна.
Таким образом, первоначальный владелец решил уйти в отставку, намеренно попросив, чтобы его отправили в эту тюрьму. Он думал, что, возможно, сможет найти здесь улики.
И его интуиция не ошиблась. Многие из заключённых внутри не были по-настоящему виновны, но были подставлены и заключены.
Оуэн не был предателем; он был просто козлом отпущения, использованным, чтобы переложить вину на кого-то другого.
К сожалению, в оригинальной временной линии расследование первоначального владельца было раскрыто, и в конечном итоге он был убит здесь.
Поэтому желанием первоначального владельца при обмене личностями было раскрыть зачинщика всего этого и обеспечить, чтобы виновные понесли наказание.
Естественно, Мо И согласился на эту просьбу.
Однако, прочитав весь сюжет, Мо И понял, что его нынешняя личность не имела большой связи с протагонистом малого мира.
Возможно, в этом было преимущество мира для медового месяца; по крайней мере, он мог делать, что ему заблагорассудится, и не обязательно должен был ввязываться в основную сюжетную линию или иметь значительную связь с протагонистом.
Так что, ближе к концу сюжета, хотя он мог столкнуться с Шэнь Лу, это была бы лишь мимолётная встреча.
Сев, теперь обладая воспоминаниями первоначального владельца, Мо И пошарил рукой у кровати и нажал на что-то, похожее на кнопку.
Немедленно вся комната вернулась к своему первоначальному виду.
Оглядевшись вокруг, было очевидно, что это была просто обычная комната отдыха.
Казалось, с текущими технологическими достижениями можно было определить окружающую среду по своему вкусу, позволяя полностью расслабиться. А любимым занятием первоначального владельца было лежать посреди такого бескрайнего звёздного пространства.
Поправив воротник рубашки, самой насущной заботой Мо И, конечно же, был его партнёр.
Он не был частью основной сюжетной линии; его имя лишь мелькало.
Даже в сюжете информации о нём было мало, как и о Мо И. Но Мо И удалось проследить некоторые подсказки из воспоминаний первоначального владельца.
Это было потому, что их тюрьма должна была принять ужасающего заключённого.
Некоторое время назад на планете, принадлежащей империи, произошёл массивный выброс энергии, как будто пробудился какой-то ужасающий бегемот.
Подобные инциденты происходили дважды за последние несколько тысяч лет, каждый раз принося бедствие их стране.
Поэтому, когда такая ситуация возникла снова, империя, естественно, увидела в этом угрозу.
Вследствие этого империя отправила большое количество войск, намереваясь убить это существо.
Однако, несмотря на то, что существо выглядело как гуманоид, оно уничтожило тысячи имперских военных кораблей. Только когда королевский научно-исследовательский институт наконец разработал устройство, способное сдерживать энергию существа, им удалось захватить его.
Но, несмотря на все усилия, они не могли найти способ устранить угрозу.
В конце концов они решили отправить существо в тюрьму, где теперь служил Мо И, намереваясь заточить его там навсегда.
По сей день никто не знает, к какому виду принадлежит это существо. Всё, что они знают, это то, что его имя, кажется, Бай Жэнь.
Если бы это был первоначальный владелец, он бы просто следовал протоколу. Такой заключённый был слишком опасен для кого-либо, его следовало запереть в самой глубокой и тёмной камере тюрьмы, чтобы он никогда не увидел дневного света.
Но теперь, когда за главного был Мо И, он не мог избавиться от чувства, что обладание такой ужасающей силой и совпадение имени с его партнёром не может быть простой случайностью.
Была восьмидесятипроцентная вероятность того, что это существо и было его партнёром.
А сегодня был день, когда Бай Жэня доставляли в тюрьму.
Разве это не означало, что Мо И скоро воссоединится со своим возлюбленным?
С этой мыслью Мо И немедленно оживился. Он сел прямо и встал с кровати. Из гардероба он схватил пальто и подошёл к зеркалу, надевая его.
Его аккуратные короткие волосы, гладкая чёрная униформа и сияющие кожаные сапоги.
Мо И поправил чёрный галстук на белой рубашке и поднял голову, заметив своё отражение в зеркале, которое также имело пару чёрных звериных ушей.
Но это не было удивительным; в конце концов, разумные существа в этом мире демонстрировали разнообразие.
Нынешняя раса Мо И не напоминала полностью зверолюдей. У него не было полностью человеческой формы; вместо этого он сохранил некоторые животные черты.
Изначальная форма первоначального владельца и звериная форма Мо И уже совпадали на 90%. После ассимиляции с духом это тело-реплика, созданное системой, станет ещё более похожим на Мо И.
Наконец надев шляпу и затянув белые перчатки на руках, Мо И удовлетворённо кивнул своему отражению в зеркале.
Он верил, что Бай Жэнь, несомненно, оценит его наряд.
Когда всё было в порядке, Мо И покинул комнату и направился в диспетчерскую.
Проходя по узкому коридору, Мо И столкнулся с заместителем надзирателя Джонасом и инструктором Терезой, которые также направлялись принимать заключённого.
Джонас поприветствовал Мо И с улыбкой, но Мо И лишь слегка кивнул в ответ, проигнорировав лесть.
Потому что Мо И знал, что в глубине души заместитель надзирателя презирал его.
Именно из-за прибытия первоначального владельца Джонас был понижен до заместителя надзирателя. Изначально именно он отвечал за тюрьму.
Как только они вместе прибыли на платформу, она начала медленно подниматься. Через прозрачный стеклянный колпак Мо И мог видеть, что теперь он находится под водой.
Или, скорее, эта планета была полностью покрыта водой, а тюрьма была построена на дне океана.
Когда они поднялись на вершину построенной платформы, военный корабль, перевозивший заключённого, медленно спустился сверху.
Мо И наблюдал, как дюжина солдат спустила вниз тяжело укреплённый железный ящик.
Когда он достиг их, стены железного ящика медленно открылись.
Посередине находилась маленькая клетка, содержащая человека, связанного железными цепями, с особым устройством на шее для электрических разрядов.
Его серебряно-серые длинные волосы скрывали лицо, но, судя по настороженному поведению всего сопровождающего персонала вокруг, было ясно, что он опасен.
Но Мо И всё же увидел узкий глаз, выглядывающий сквозь пряди волос, и кроваво-красные зрачки отражали его собственную тень.
Знакомая аура глубокого моря омыла их, и Мо И уже мог сказать, что этот человек был его партнёром!
В то же время заключённый, который всё это время был спокоен, внезапно поднял голову и начал яростно сопротивляться.
Надзиратель Мо: Этот заключённый слишком непослушен. Приведите его в мой кабинет; я лично займусь его дисциплиной!
Охранявшие заключённого солдаты мгновенно стали нервными и настороженными, и даже Мо И был несколько удивлён.
Потому что Мо И слышал ранее, что его партнёру вкололи успокоительное, и он не должен был внезапно начать сопротивляться.
Ему было интересно, почувствовал ли его возлюбленный его, вызвав такую сильную реакцию.
Мо И уже испытывал неспособность узнать своего партнёра раньше, но даже если его сознание не узнавало его, его тело сначала чувствовало знакомство.
Однако ошейник с электрическим разрядом на шее мужчины активировался, заставив его сильно конвульсировать.
В то же время Мо И видел, что ошейник, казалось, выпускал какую-то особую энергию, окутывая мужчину и сдерживая силу внутри него.
Чувствуя боль своего партнёра, глаза Мо И покраснели от гнева. Он хотел взломать клетку и увести этого человека.
Но он знал, что не может. Он мог лишь поспешно оглядеться, чтобы увидеть, кто активировал шоковый ошейник.
Затем Мо И увидел заместителя надзирателя, держащего пульт дистанционного управления и нажимающего его с самодовольным выражением лица.
Этот парень всегда любил делать такие вещи, всегда пытаясь превзойти первоначального владельца и используя различные инструменты пыток. На этот раз, должно быть, не было исключения, поэтому он и завладел пультом управления раньше Мо И.
Поэтому Мо И выхватил пульт дистанционного управления, положил его обратно на место и увидел, как его партнёр наконец перестал страдать. Затем он развернулся и ударил заместителя надзирателя кулаком в живот.
Джонас немедленно упал на землю от боли, изрыгая завтрак, который он только что съел.
— Угх, что ты делаешь! Надзиратель Мо, ты должен дать мне объяснение сегодня! — Джонаса рвало некоторое время, прежде чем он поднял взгляд и сердито потребовал объяснить действия Мо И.
Но Мо И просто убрал пульт управления в карман, холодно глядя на всё ещё стоящего на коленях человека, который выглядел довольно упитанным, и сказал:
— Мне не нужно объяснять. Тебе лучше понять, кто здесь главный!
Игнорируя изумлённый взгляд инструктора Терезы и обиженное выражение лица Джонаса, Мо И с душевной болью посмотрел на своего партнёра, лежащего неподвижно на земле, подавляя свои эмоции.
Но при посторонних он не мог немедленно броситься проверять состояние своего партнёра. Он должен был следовать протоколу и позволить их людям заняться этим, переправив Бай Жэня на самый глубокий уровень тюрьмы.
Как только сопровождающая команда села на космический корабль и улетела, Мо И повернулся к Терезе и сказал:
— Подождите минутку. Нет необходимости отводить его на самый глубокий уровень темницы. На него надето устройство; он ничего не может сделать. Препроводите заключённого в камеры Блока D.
— Это... это безопасно? — колебалась Тереза, хорошо осознавая опасность, которую представлял этот заключённый.
Хотя Блок D содержал некоторых из самых опасных заключённых во всей тюрьме, было ясно, что их уровень угрозы не мог сравниться с этим.
Мо И не ответил на вопрос Терезы, а просто взглянул на заместителя надзирателя, который всё ещё стоял на коленях на земле, ещё не встав.
Понимая предупреждение Мо И, Тереза немедленно кивнула и приказала своим тюремным охранникам переправить Бай Жэня в Блок D.
Тихо наблюдая, как клетку увозят, Мо И не стал больше задерживаться. Он вернулся прямо в свой кабинет и начал дневную работу.
Он беспокоился о состоянии своего партнёра, но было ясно, что он ничего не мог сделать открыто перед всеми.
В тюрьме было много информаторов, иначе первоначальный владелец не был бы убит при расследовании смерти своего друга.
Мо И верил в свои боевые способности, но не собирался в одиночку сражаться с целой армией. Если бы он не мог контролировать истинного убийцу, вся тюрьма могла бы пострадать.
Подавляя себя, чтобы успокоиться, Мо И не мог не беспокоиться об устройстве на шее Бай Жэня.
Ошейник на шее его партнёра отличался от тех, что были на других заключённых с высоким уровнем угрозы. И тюремный пульт дистанционного управления не мог напрямую разблокировать ошейник.
Он понял это, когда возился с пультом дистанционного управления. Активация выключателя питания не причиняла Бай Жэню вреда, но не могла снять ошейник.
Не в силах это понять, Мо И мог лишь возиться с имеющимся у него пультом дистанционного управления.
Он хотел напрямую уничтожить устройство, но не хотел привлекать к себе внимание.
Мо И помнил из файлов, ранее переданных на его световой компьютер, что пульты управления и устройства на Бай Жэне периодически проверялись.
В этот момент Мо И услышал голос 000 в своей голове:
— Господин Мо И, я полагаю, что могу вам помочь. В вашем кабинете есть устройство 3D-печати, которое должно быть полезным.
— Но для этого нужны детальные чертежи, — нахмурился Мо И.
Однако 000 немедленно ответил:
— Совершенно верно, но я могу просканировать все детали пульта управления прямо сейчас. Я могу взять под контроль печатающее устройство напрямую и идеально воспроизвести внешний вид, не повредив пульт управления господина Бай Жэня.
— Это было бы здорово! — Мо И мгновенно почувствовал прилив сил от этой новости, думая, что 000 действительно надёжен.
Пока Мо И был занят подделкой пульта управления, на другой стороне Бай Жэнь, который уже покинул клетку и был брошен в одиночную камеру, медленно просыпался.
Оглядывая незнакомую обстановку, его глаза оставались спокойными, без каких-либо всплесков.
Но когда он вспомнил одного человека, которого видел раньше, он внезапно сел.
Быстро подойдя к двери, он схватился обеими руками за перила, украдкой осматривая местность.
Нет, нигде не видно!
Где был человек в униформе с чёрными звериными ушами?
Он глубоко вздохнул, но не уловил запаха другого человека.
Бай Жэнь изначально был гигантским зверем, живущим в бескрайнем космосе, и целые звёздные поля принадлежали ему.
Бесчисленные различные расы с разных планет поклонялись ему как своему божеству.
Однако такая жизнь была также одинокой, и Бай Жэнь находил её неинтересной. Он отправился на удалённую планету и погрузился в глубокий сон.
Проспав неизвестно сколько времени, он снова проснулся, только чтобы быть осаждённым роем мух неизвестно откуда.
Они нападали на него, пытаясь вторгнуться на его территорию.
Он был в ярости, но также чувствовал, что эти ничтожные расы не заслуживают видеть его совершенную и огромную звериную форму, потому что они просто не были достойны быть его врагами.
Кто знал, что эти хитрые подонки создадут странное оружие, испускающее лучи, подавляющие его энергию, заставляя его оказаться в ловушке на месте.
Впоследствии они испробовали различные методы, чтобы убить его.
Это было смешно; неужели они думали, что он умрёт так легко?
Рано или поздно он заставит этих муравьёв заплатить!
С этой мыслью зрачки Бай Жэня внезапно сузились в узкую щель, как у морского зверя, наполненные яростью.
Однако эта ярость резко утихла, когда он подумал о человеке, которого искал.
Прежде чем его бросили в камеру, он внезапно уловил очень приятный запах. Он не мог точно его описать, возможно, что-то похожее на детёныша млекопитающего.
Не в силах разобрать, когда он открыл глаза, перед ним оказался мужчина в чёрной униформе, который твёрдо держал его взгляд.
С первого взгляда Бай Жэнь был затоплен сильным аппетитом, которого он не чувствовал годами. Но он знал, что это было не просто желание поглотить мужчину; он хотел его как свою пару.
Это было чувство, которого он никогда раньше не испытывал!
Он яростно сопротивлялся, желая немедленно унести мужчину в своё логово. Он хотел показать ему свою мощную звериную форму и заставить его добровольно стать его парой.
Но как бы сильно Бай Жэнь ни старался, как только он собирал энергию, чтобы вырваться из клетки, она поглощалась ошейником на его шее.
— Проклятье!
Он выругался и сел на землю.
Только к вечернему ужину, когда камера открылась, он вышел, как любой обычный заключённый.
Возможно, потому, что он понял, что оставаясь здесь, он сможет снова увидеть этого человека, Бай Жэнь стал немного более терпеливым.
Он не мог вспомнить, как долго спал, но, глядя на различные расы и окружающую обстановку, она действительно сильно отличалась от эпохи, которую он пережил в прошлом.
Сев на стул в обеденном зале, глядя на кашеобразную субстанцию перед собой, Бай Жэню было трудно ассоциировать это с едой.
Но люди вокруг, казалось, привыкли к такой пище. Размешав содержимое тарелки ложкой, Бай Жэнь понюхал его и не обнаружил неприятного запаха.
Но когда оно попало в рот, вкус был неописуем.
Бай Жэнь не хотел мучить свои вкусовые рецепторы; в конце концов, он мог долгое время обходиться без еды, поэтому он просто отложил ложку.
Однако вскоре он заметил, что некоторые люди вокруг смотрели на него, намеренно или непреднамеренно.
Бай Жэнь чувствовал злобу в их взглядах, но ему было всё равно, пока коренастый мужчина с верхней частью тела леопарда не подошёл к нему.
Когда мужчина встал перед ним, он оскалился и сказал:
— Ты здесь новенький? Понимаешь правила? Новенькие должны становиться на колени у моих ног, чтобы поесть!
Люди вокруг усмехались на его слова, и даже охранники вдалеке оставались безразличными, казалось, привыкшие к таким ситуациям в тюрьме.
Услышав это, Бай Жэнь поднял голову, странно взглянув на мужчину, но всё ещё игнорировал его, продолжая сидеть и смотреть вперёд пустым взглядом.
— Я с тобой говорю, ты глухой?
Человек-леопард, разъярённый игнорированием Бай Жэня, перевернул поднос мужчины перед ним.
Кашеобразная еда пролилась на тело Бай Жэня, но его выражение оставалось спокойным, пока он смотрел на самодовольное выражение лица мужчины. Бай Жэнь медленно встал и посмотрел на человека-леопарда.
— Что, теперь пытаешься меня задобрить?
Человек-леопард подумал, что Бай Жэнь боится его и припрятал что-то хорошее, что хотел ему отдать, как это бывало много раз прежде.
Но он и не подозревал, что когда он приблизился, Бай Жэнь схватил его за горло одной рукой. В следующий миг другая рука Бай Жэня прижалась к голове человека-леопарда, как будто извлекая что-то из его разума.
В одно мгновение человек-леопард начал яростно сопротивляться, но через несколько секунд он уже не мог сопротивляться, дёргаясь в хватке Бай Жэня.
Когда Бай Жэнь ослабил хватку, человек-леопард рухнул на землю, без сознания и, возможно, даже мёртвый.
Бай Жэнь наклонил голову, смотря на бессознательного человека-леопарда с некоторым чувством и сказал:
— Так вот какой теперь мир...
Остальные заключённые вокруг были немедленно напуганы и отошли подальше от Бай Жэня.
Охранники в обеденном зале поспешили в этот момент, размахивая дубинками и пытаясь усмирить Бай Жэня. Однако он легко сломал запястье одного охранника и заставил его в агонии опуститься на колени.
Транквилизаторные дротики и пули, выпущенные в Бай Жэня, просто отскакивали от него; казалось, обычное оружие не действовало на него.
Услышав суматоху, Мо И и другие поспешили на место. С балкона сверху заместитель надзирателя срочно крикнул Мо И:
— Надзиратель Мо, скорее активируйте его ошейник!
Мо И стиснул зубы, услышав это, сжимая в руке поддельное устройство. Он крикнул вниз человеку, который приближался к охранникам:
— Бай Жэнь, остановись!
Он не был уверен, возымеют ли его слова какой-либо эффект, но чудесным образом Бай Жэнь услышал его голос. Увидев лицо Мо И, Бай Жэнь на самом деле остановился.
Бай Жэнь откинул длинные волосы, рассыпавшиеся по лбу, открывая своё совершенное лицо. Он посмотрел на Мо И и показал странную улыбку, говоря:
— Это вы меня зовёте, надзиратель?
Все были ошеломлены реакцией Бай Жэня, и сердце Мо И затрепетало. Его спутник жизни всё ещё любил его так сильно.
Тюремные охранники не осмеливались приближаться, поэтому Мо И прямо сказал Бай Жэню:
— Поднимись, следуй за мной.
Покачав пультом управления в своей руке, другие предположили, что этот чудовищный человек подчинился пульту надзирателя и послушно ушёл.
Но они и не подозревали, что человек, следовавший за Мо И, был полон неописуемого возбуждения.
Всего несколько минут назад он извлёк из воспоминаний человека-леопарда, что это был за мир и где он находится. И человек, на которого он положил глаз, был здесь высшей властью, по имени Мо И.
Он всё гадал, где найти этого человека, но неожиданно вот он, прямо перед ним сейчас.
Не в силах удержаться, он облизал губы своим тонким языком, его кроваво-красные глаза были прикованы к спине Мо И. Бай Жэню казалось, что он ощущает будоражащий аромат, исходящий от него.
Ему очень хотелось поглотить его сейчас же, проглотить целиком.
Но он не мог, с этим пультом управления в его руке. Это было слишком хлопотно.
С этой мыслью Бай Жэнь слегка нахмурился, чувствуя некоторое раздражение. Он выглядел послушным, следуя за Мо И, и вскоре они прибыли в его кабинет.
Когда Мо И собирался закрыть дверь, его остановила инструктор Тереза.
— Нет, надзиратель Мо, этот парень слишком опасен. Пожалуйста, позвольте нам остаться, чтобы защищать вас.
Видя серьёзность на лице Терезы, Мо И вспомнил, что она была одной из очень немногих прилежных работников в тюрьме.
Он знал, что она просто пытается выполнить свой долг, но покачал головой. Если он позволит этим охранникам остаться, как он сможет приятно провести время наедине со своим партнёром?
— Нет нужды. Я уверен, вы должны верить в способности своего надзирателя. Кроме того, у меня есть средства самообороны.
Мо И имел в виду пульт управления шейным ошейником. Тереза всё ещё казалась встревоженной, но Мо И настаивал, и ей ничего не оставалось, как подчиниться.
Когда дверь кабинета закрылась, в комнате остались только Мо И и Бай Жэнь.
Мо И подошёл к своему столу, но не успел он обернуться, как в следующий миг мужчина прижался к нему.
Их груди были прижаты друг к другу, и Мо И инстинктивно отступил назад, только чтобы Бай Жэнь продолжал наступать, пока не прижал его к краю стола, не оставляя ему места для отступления.
Они были крепко прижаты друг к другу, и Мо И даже чувствовал тепло тела и дыхание своего партнёра.
— Слишком близко.
Сказал Мо И, поднимая голову, чтобы рассмотреть внешность своего возлюбленного в этой жизни. Серебряно-серые волосы ниспадали до талии, слегка вьющиеся. Подходящие ресницы, кроваво-красные глаза и губы, настолько зловещие, что, казалось, с них вот-вот закапает кровь.
Неожиданная доминантность только делала его более привлекательным.
Но Бай Жэнь, казалось, был доволен, слегка кривя губы и говоря:
— Надзиратель, позвав меня сюда одного, вы, должно быть, хотели меня поцеловать?
Услышав это, Мо И открыл рот, чтобы ответить, но не нашёл слов для возражения.
Он действительно хотел поцеловать его, сильно хотел. Он хотел сделать так много вещей, выходящих за рамки, но ещё не наступило время для этого.
Увидев Мо И в таком состоянии, Бай Жэнь больше не мог сдерживаться. Он схватил Мо И за подбородок и поцеловал его.
Это было необычно; он никогда раньше никого не целовал, но врождённое умение, казалось, было естественным.
В этом поцелуе было неописуемое чувство связи.
Бай Жэнь чувствовал себя невероятно удовлетворённым. Он думал, что сможет лишь украсть поцелуй, прежде чем его ударит током, возможно, даже изобьют и отругают. Может, Мо И даже придёт в ярость.
Но Бай Жэню было всё равно. Он даже думал, что было бы интересно, если бы он смог спровоцировать Мо И на ярость. Эти простые удары и нападения были для него как зуд.
И лучше было привлечь внимание Мо И, чем быть проигнорированным им.
Но странно, Мо И, казалось, оцепенел, просто позволяя себя целовать.
Бай Жэнь не упустил бы эту возможность. Он крепко обнял Мо И, целуя его долгое время, пока не почувствовал, что человек в его объятиях почти задыхается, тогда он отпустил.
Его пальцы легко скользнули по опухшим губам Мо И, и Бай Жэнь почувствовал удовлетворение, которого никогда раньше не испытывал.
— Надзиратель, вы не собираетесь меня наказывать? — сказал Бай Жэнь, глядя на пульт управления, который Мо И всё это время держал в руке.
Но Мо И повернулся к поддельному пульту в своей руке и просто бросил его на стол.
— Это подделка.
Сказал Мо И, вырываясь из объятий Бай Жэня. Он достал из ящика пульт, идентичный предыдущему.
— Вот это настоящий.
С этими словами Мо И раздавил пульт прямо на глазах у Бай Жэня.
Система уже определила, что этот пульт управления только активировал шоковый выключатель на шейном ошейнике Бай Жэня; он не мог снять сам ошейник. Так что хранить его было бессмысленно. Лучше было уничтожить его, давая Мо И больше спокойствия.
У Бай Жэня перехватило дыхание, когда он смотрел на действие Мо И, зная, что это значит. Хотя ошейник на его шее нельзя было снять, по крайней мере, никто в этой тюрьме больше не мог его контролировать!
— Значит, надзиратель, я вам действительно приглянулся, — сказал Бай Жэнь с уверенностью, его взгляд на Мо И излучал неприкрытую собственническую страсть.
Ответом Мо И было ослабить галстук, обнимая рукой плечо Бай Жэня и даря ему страстный поцелуй.
Бай Жэнь наслаждался инициативой Мо И, принимая это внезапное преимущество с удовольствием.
По крайней мере, это доказывало, что не только его привлекал другой; Мо И также привлекал его.
Они действительно были совместимы!
Бай Жэнь удовлетворённо вздохнул, пока Мо И не схватил его за воротник, толкая на диван в кабинете и быстро снимая свою форменную куртку.
Видя твёрдые мышцы живота, открывшиеся, когда Мо И расстегнул свою белую рубашку, Бай Жэнь внезапно сел наполовину, схватив Мо И за запястье и спрашивая:
— Ты не из тех, кто позволяет кому угодно себя обслуживать, верно?
При мысли о такой возможности гнев мужчины, казалось, был на грани взрыва.
Он не хотел, чтобы кто-то трогал его избранного спутника. Даже если это было в прошлом, он найдёт их всех по одному и полностью уничтожит.
Этот человек принадлежал ему и только ему!
Его мысли были написаны на его лице, и Мо И не мог притворяться, что не замечает.
Он знал, что его возлюбленный иногда может быть склонен к иррациональным мыслям, но Мо И не злился, потому что забота о ком-то означала беспокойство о нём.
— Конечно нет, кроме тебя, я никого не хочу, — терпеливо объяснил Мо И. Бай Жэнь казался очень удовлетворённым его ответом.
Хотя он был несколько разочарован, что не мог показать свою совершенную звериную форму возлюбленному, Бай Жэнь не мог дождаться, чтобы оставить на нём свой след.
Его тонкие пальцы погрузились в волосы Мо И, поглаживая его пушистые звериные уши.
Мягкое и удобное прикосновение заставило Бай Жэня прищурить глаза.
Уши, которые дрожали при прикосновении, заставляли его не хотеть отпускать.
Пока его уши дразнили, Мо И не мог не рассмеяться, обнажив пару острых клыков, добавляя ещё несколько очков милоты к своему и без того солнечному и чистому лицу.
Бай Жэнь казался наполовину заворожённым и толчком прижал Мо И под себя...
В тюремной столовой всё вернулось в норму. Человека-леопарда унесли. Он причинил вред бесчисленному количеству людей, и теперь было неизвестно, жив он или мёртв, но никого не волновала его судьба.
Каждая комната в тюрьме была усилена для безопасности.
Кабинет надзирателя редко беспокоили в обычные дни.
Пока Мо И то погружался в сознание, то выходил из него, он был рад, что в кабинете была хорошая звукоизоляция. Ему не нужно было беспокоиться о том, что люди снаружи услышат, что происходит внутри.
Но он был действительно уставшим...
Теперь он имел примерное представление о том, что значило быть со своим спутником жизни в этом маленьком мире.
000 сказал, что Бай Жэнь был массивным небесным зверем, с полной формой, сравнимой по размеру с маленькой планетой. Неудивительно; он был невероятно силён, настолько силён, что Мо И чувствовал, что едва может противостоять.
Трудно было сказать, сколько времени прошло, прежде чем в комнате наконец воцарилась тишина.
Мо И бесцеремонно лежал на полу кабинета, благодарный за толстое одеяло под ним. Он чувствовал себя так, будто его только что вытащили из воды, полностью промокшим.
С другой стороны, мужчина рядом с ним выглядел расслабленным, непринуждённо сидя на диване с удовлетворённой улыбкой на лице.
— Я был хорошим слугой? Мой дорогой надзиратель, — дразня, улыбнулся Бай Жэнь.
Все пуговицы на его серой тюремной форме были расстёгнуты, и серебряный металлический блеск шокового ошейника на его шее был лучше виден.
Мо И слегка привстал, протянул руку и нахмурился, касаясь холодного металла.
К счастью, кожа его спутника не была стёрта или порезана ошейником, но это всё ещё был значительный риск.
— Это неудобно, да, эта штука, — сказал Мо И с недовольным выражением лица, приходя в себя и чувствуя гнев на то, что Империя сделала с его спутником.
Бай Жэнь, однако, не выглядел так, будто чувствовал дискомфорт. Вместо этого он взял руку Мо И и легко поцеловал её тыльную сторону.
— Надзиратель Мо жалеет меня?
— Конечно!
Мо И не отрицал. Он крепко держал руку Бай Жэня и сказал:
— Я обязательно найду способ помочь тебе снять эту штуку.
— О? — Бай Жэнь наклонил голову, не ожидая, что Мо И такое скажет.
Странный блеск мелькнул в его глазах, когда он усмехнулся:
— Тогда, мой дорогой надзиратель, что вы хотите от меня взамен?
Когда-то ему поклонялись как богу, люди приносили ему подношения и затем загадывали всевозможные желания, казалось, не беспокоясь, может ли он или хочет ли он помочь им их исполнить.
Власть, авторитет, богатство и ещё более эфемерные желания — всё это казалось ему нелепым.
И теперь, даже несмотря на то, что человек перед ним был тем, кто ему приглянулся с первого взгляда, Бай Жэнь не верил, что Мо И искренне поможет незнакомцу, с которым встретился менее дня назад.
Так каким же было его желание?
Бай Жэнь был полон любопытства.
Но он и не подозревал, что Мо И просто нежно посмотрел на него, протянул руку, чтобы погладить его щёку, и тихо сказал:
— Всё, чего я когда-либо хотел, — это ты.