Глава 4.
перед прочтением не забудьте поставить звёздочку!
stepnoymindal — тг канал, где публикуются новости, эстетика, мемы и просто общение со мной.
— Элина Александровна, я вас в машине сейчас закрою, — пробурчал телохранитель, забирая из рук девушки очередной прозрачный чехол с ручками.
— Константин, ну это же плед, а не кирпичи в сумках, — скорее устало, чем раздражённо, ответила Элина, наблюдая, как мужчина вытащил ещё несколько таких же упаковок и понёс к летней террасе ресторана. Ничего, кроме как беспомощно последовать за ним, не оставалось.
— Иван Антонович сказал, чтобы вы ничего не носили сами, для этого с вами я, — машинально повторил Костя, ставя сумки у крайнего столика. — Останьтесь тут, я принесу остальные.
Элина села на диван, вытаскивая первый плед из упаковки, и тут же отвлеклась на первую пришедшую на смену официантку — заболтавшись с сотрудницей, Светлова не заметила, как Костя вернулся уже не один.
— Приветик! — весело бросила Анжела, обнимая Элину. — Настрой серьёзный, подготовка финальная? Когда закрываешь зал?
Брюнетка плюхнулась на диванчик напротив, закинув ногу на ногу и подмигнув подошедшему Константину, поставившему рядом ещё партию пледов. Если бы Элина подняла глаза от заевшей молнии на одной из упаковок, заметила бы, как телохранитель реагирует на Анжелу уже в разы спокойнее — по крайней мере, не смущается до красных кончиков ушей.
— Серьёзнее некуда, — наконец справившись с молнией, Элина встала и накинула плед на плечи подруги. — Зал закрыт с сегодняшнего дня. Теперь только не очень летняя терраса и надежды, что ремонт уложится в три недели, как мне и обещают, — улыбнулась уголком губ Светлова.
— А я смотрела прогноз погоды, там дальше тепло, в принципе — не по вечерам, конечно, но постоянные клиенты из бизнес-центра продолжат обедать, — заверила Анжела, кутаясь в плед сильнее: — Очень уютный, кстати, и тёплый, — авторитетно заявила она, но тут же перевела взгляд на Костю.
— Ваня посоветовал магазин, — задумчиво сказала Светлова, ногтем водя по ворсу такого же пледа. — Там ещё и скидку сделали. Оказывается, какого-то его знакомого.
— У вас прямо семейная идиллия уже, — усмехнулась Бабич, но добавила серьёзнее: — Егор говорит, у Кисы какие-то проблемы с казино.
— Ну, значит, далеко не идиллия, — Элина отвела глаза, смотря на проспект и нечастых людей на нём. — Со мной он ничем подобным не делится.
— Ладно, переводим тему, — Анжела выглядела виноватой примерно секунду, а после, когда официантка принесла две чашки кофе, продолжила стрелять глазами на Костю, сидевшего за последним столом. — Слушай, а вот если мы пойдём в спа — Костик тоже переоденется в трусы и заплатит, чтобы его пустили в женский зал?
— Вряд ли Ваня разрешит мне видеть другого мужика в трусах, — усмехнувшись без особого веселья, ответила Элина, на что Бабич громко рассмеялась. — А что, это приглашение?
— Да. Хочу расслабиться. Сегодня — я, ты и Оксанка, которая конец-то перестала обматываться соплями и выздоровела, — фыркнула Анжела, но энтузиазма на лице подруги не наблюдала:
— Вечером? — Бабич кивнула, и Элина неуверенно продолжила: — Не знаю, Анжел... у меня ещё дела по ресторану и...
— Какие? Обдирать штукатурку вместе со строителями? — закатила глаза Бабич. — Я пошутила про женский зал, если что. Снимем отдельный, мы с Оксанкой всегда так делаем — бассейн, массажик, винишко и женские сплетни. Что может быть важнее? Ты вообще хоть раз, сколько живёшь в этом городе, куда-то для себя выбиралась?
— На маникюр, — тихо отозвалась Светлова, прекрасно понимая, что Анжела права. Но копошащийся внутри страх от этой правоты никуда не делся.
— Ну ты бы ещё поход в магазин за овощами назвала культурной вылазкой, — вздохнула Бабич и тут же оговорилась: — А, точно. У вас же домработница.
Анжела вскоре попрощалась — явно недовольная так и неполученным согласием Элины, она ушла с неопределённым «созвонимся позже»; а сама Светлова осталась за крайним столом летней террасы ресторана, наблюдая за немногочисленными гостями. Она хотела пойти — но мысли о том, что нужно поставить в известность мужа, заставляли покрываться холодком внутренности.
О его проблемах с бизнесом Элина знала и без Анжелы. Вернувшись после юбилея отца три дня назад, дома они практически не виделись; а если всё же пересекались, то Ваня держался отстранённо и нарочито спокойно, хоть Элина и видела напряжение в каждом его жесте.
Светлова убеждала себя, что беспокоиться за мужа адекватно — за его бизнес, прямо влиявший и на неё, за их финансовое состояние; беспокоиться за семью, которой они по факту не были. Но Элина даже ни разу его картой не воспользовалась — и этот факт тоже не подходил к пазлу, который она пыталась сложить.
Потому что на самом деле она просто скучала. По его идиотским шуткам, по его вопросам о её ресторанах, по всегда внезапным комплиментам и по прожигающему насквозь взгляду — по всему тому, что её так раздражало в первые дни. Он же всем видом давал понять, что ему не до неё — и разница эта с его отношением во время поездки почему-то ни на минуту не давала покоя.
Единственным взаимодействием помимо перебрасывания бытовыми короткими фразами было как раз то, что Кислов услышал, как Светлова обзванивала все магазины с текстилем для дома в поисках тридцати одинаковых пледов, и посоветовал один определённый. Не особо веря в успех, она связалась с менеджером — и, пока Ваня активно писал что-то со своего телефона, Элина получила только ответ с просьбой подождать. Зато через минут тридцать Элине пришло сообщение с пожеланием удачи в ремонте, предоставленной скидкой и фотографиями доступных расцветок. На её благодарность Ваня только кивнул.
По пути домой Элина даже не сомневалась, что мужа снова нет дома — и, свободно зайдя и скинув туфли у порога, вздрогнула от его голоса из гостиной:
— Я не могу не нервничать, когда у нас счета заморожены!
Сквозняк заставил дверь хлопнуть, и Ваня сразу замолчал, выглянув в холл — и, пересёкшись взглядами с женой, добавил собеседнику в разы спокойнее:
— Подожди минуту.
Не сказав ничего Элине, он просто прошёл мимо и вышел за дверь, плотно закрыв ту. Светлова подскочила к окну, наблюдая, как фигура мужа отдаляется от дома — он шёл к беседке и уже продолжал разговор, но первая его фраза всё равно повисла в прохладном воздухе. Момент, когда всё стало настолько серьёзным, она пропустила — но если бы сейчас зашла на пару секунд позже, то не узнала бы в принципе?
Какая-то неправильная тоска по общению с ним сменилась злостью. Твердить себе же, что их брак — не более чем бумага с печатью из ЗАГСа, не помогало. Она ведь не просит от него нежности — и хотя мозг сразу предательски напомнил, как он обнимал её той ночью в придорожной гостинице, Элина заставляла себя думать, что имеет право быть в курсе проблем такого масштаба. Пусть даже сам Кислов считает иначе.
Дождавшись, пока он вернулся к дому, Элина замерла в холле, не решаясь выйти на крыльцо — Ваня остановился там, нервно чиркнув зажигалкой и закурив. Ещё пару секунд смотря через окно в спину мужа, Светлова глубоко вдохнула и всё же открыла входную дверь — но он даже не обернулся.
Девушка молчала, шагнув ближе и сбираясь с мыслями, чтобы начать разговор, но Киса опередил:
— Что на этот раз успела подслушать? — хрипло бросил он, выдыхая дым и смотря куда угодно, только не на Элину.
Внутри всё рухнуло с глухим треском — и все человеческие конструкции вместе со спокойными интонациями оказались погребены под завалами. В горле стало так сухо, что Элина еле произнесла:
— Почему ты ничего не сказал мне?
— Потому что не считаю нужным посвящать тебя в рабочие вопросы, — раздражённо отрезал Ваня, снова глубоко затянувшись и на секунду прикрыв глаза.
— При рабочих вопросах не замораживаются счета, — не зная, чем занять руки, Элина провела пальцами по волосам, выпуская локоны вперёд. Киса следил боковым зрением, так и не повернувшись к жене. — Я ведь имею право знать...
— Чтобы что? — резко и холодно перебил Ваня. — Что ты сделаешь с этим знанием, Элина? Повлияешь на этот пиздец бюрократический? Или хочешь вместе посчитать, что придётся продавать первым, если всё совсем к чертям полетит?
Последнюю фразу он практически рявкнул, наконец пересекаясь взглядами — Элина впилась ногтями в ладонь, изнутри прикусив губу и стараясь проглотить вставший в горле ком.
— Мы же семья — да, фиктивная, но... — пыталась стоять на своём девушка, но снова была перебита:
— Как фиктивная жена переживёшь, если я разорюсь, — ещё сильнее взбесился он, смотря в упор на Элину. — Если так стремишься помочь, то, не знаю, волосы продай — натуральный блонд же ценится, — ехидно добавил Ваня, кивая на её светлые локоны, что трепал ветер. — Или просто не лезь в мои дела.
Остервенело затушив окурок в пепельнице, Киса резко зашёл в дом, хлопнув дверью. Элина ошарашено смотрела на место, где он стоял ещё пару секунд назад, и искренне старалась дышать медленно, чтобы не разрыдаться. Его слова липким мерзким ощущением влезли под кожу.
Даже не переодевшись, Элина быстро зашагала к припаркованной во дворе машине, на ходу набирая номер Константина и радуясь, что не отпустила его домой, как собиралась. Пока телохранитель не вернулся из пристройки для персонала и не спросил, куда ехать, Светлова уже позвонила в салон красоты, что пару раз упоминала Анжела в восхищенном контексте — и, стараясь скрыть дрожь в голосе, назвала его адрес мужчине.
Элина 15:43
«Если спа в силе, то я буду»
Отправив сообщение Анжеле, Светлова уставилась в окно, пытаясь выбросить из головы весь этот разговор с мужем — что, конечно, абсолютно не получалось. Элина ощущала себя бунтующим подростком — хотя никогда в юности не вела себя подобным образом. А волосы не красила никогда вообще, всю жизнь слушая комплименты её натуральному редкому цвету.
В салоне пахло косметическими средствами и кофе у входа — администратор попросила подождать, намекая на то, что Элина приехала рано; Светлова улыбнулась, ответив, что всё понимает. Немного поговорив с приятной сотрудницей, поставившей на столик перед Элиной чашку латте, Элина сделала глоток и вытащила из сумки телефон.
Анжела 16:01
«Урааа»
«Тогда в 19:00, адрес скину»
Поставив реакции на сообщения, Элина зашла в навигатор, прокручивая карту и ища любой торговый центр поблизости — возвращаться домой за купальником не было никакого желания. Приметив пару магазинов, Элина листала их страницы в инстаграме, когда её пригласили к мастеру. Убрав телефон, Светлова зашагала к освободившемуся креслу, посмотрев на себя в широком зеркале — и быстро отвела взгляд, не задерживая его на волосах.
Поздоровавшись с мастером и вкратце объяснив, чего хочет, Элина бросила взгляд на переписывающегося с кем-то Константина, оставшегося в зоне ожидания у входа. Отогнав глупые надежды, что ему пишет Ваня и беспокоится, где она, Светлова сосредоточилась на разговоре с мастером:
— Уверены, что не нужен тест? — девушка уже смешивала состав, когда Элина покачала головой:
— Нет, красим полностью.
— Хорошо, — мягко кивнула та. — Состав максимально бережный, тонировка со временем смоется в ноль — если захотите обновить цвет, то откройте сегодня бонусную карту, на второй визит будет скидочка.
— Обязательно, — слабо улыбнулась Элина и прикрыла глаза, когда на её волосы стали наносить приятно пахнущую массу.
По-настоящему обидно почему-то стало именно сейчас. Не из-за волос — а потому, что человек, которому она стала понемногу доверять, одной фразой заставил снова посмотреть на себя как на товар. Не оттого, что она восприняла его слова всерьёз; а от осознания, что за пылью, которую он мастерски периодически бросал ей в глаза, она останется для него вещью.
Через час мастер выключила фен, сказав:
— Готово. Вам очень идёт!
Элина подняла взгляд, рассматривая своё отражение в зеркале, и провела по прядям пальцами. Светлый цвет волос не исчез — но теперь переливались тёплым персиковым оттенком, нежным и не бросающимся в глаза, если не присматриваться. Элина повернула голову, и пряди шевельнулись, заблестев под светом ламп — и девушка впервые искренне улыбнулась:
— Да. Я именно такой цвет и хотела — спасибо Вам.
Но в голове, пока Элина оплачивала и машинально называла имя, номер телефона и почту для бонусной карты, крутилась совсем другая мысль: теперь волосы ничего не стоят.
Пытаясь убить время до встречи с Анжелой и Оксаной, Элина намеренно медленно ходила по бутикам в торговом центре, игнорируя хмурого Константина, шагавшего за ней почти нога в ногу. Приходилось игнорировать ещё и пытливые взгляды консультантов, кидающиеся от неё самой к телохранителю: со стороны они явно выглядели поругавшейся парочкой, потому что словами не перебрасывались вообще. С настроением у мужчины сегодня было что-то не то; спрашивать Элина, конечно, не собиралась, но его наигранную сосредоточенность и выросшую до небывалых масштабов серьёзность не замечать было сложно.
В очередной примерочной Элина просто села на пуфик, кидая усталый взгляд на своё отражение и снова рассматривая новый цвет волос. В тёплом свете плафона над головой пряди казались слишком яркими, словно чужими; думать о реакции Кислова не хотелось, хоть она и была уверена, что незамеченным изменения не останутся.
Хотелось просто побыть одной хотя бы пять минут — но время шло слишком быстро, и, взяв самый обычный чёрный раздельный купальник, Элина вышла из примерочной, направившись к кассе. В кошельке попалась карта Вани — та, которую он дал ей недавно для всех её расходов; про себя подумав, что ей интересно, заблокирована ли она, Элина отогнала эти мысли, приложив к терминалу свою собственную.
Вскоре Светлова вышла из припаркованной машины у спа-комплекса — Анжела, стоящая у входа и издалека заметившая машину Элины, помахала рукой с большой сумкой:
— Ты что, покрасилась? — как только Светлова оказалась в зоне досягаемости несильно повышенного голоса, воскликнула Анжела. — Когда успела?
— Только что, — усмехнулась Элина. — Послушала тебя: пора и правда побольше времени уделять себе.
— Вот и правильно! Классный оттенок, ты красотка! — подхватив девушка под руку и таща её в здание, Анжела начала рассказывать о подъезжающей Оксане и о том, чем занималась с тех пор, как они попрощались в ресторане.
Элина старалась слушать внимательно, не упуская деталей; но на первый план всё равно лезли мысли о муже и о том, что произошло за эти несколько часов у неё. Но с появлением Оксаны — высокой и действительно красивой блондинки, которую на свадьбе Элина если и замечала, то не запомнила из-за своих захлёстывающих эмоций, — атмосфера стала более расслабленной. Анжела представила девушек друг другу, и разговор сразу принял тёплые ноты, словно знакомы все трое были уже давно; а после пары бокалов шампанского перетёк в совсем дружеский.
— Киса и дома такой... холодный, что ли? — задумчиво спросила Оксана, когда Анжела прекратила жаловаться на «душащую» её заботу Егора. — Мы с Анжелой когда узнали, что он женится, жалели его невесту. Я его вообще побаиваюсь — даже когда он молчит. Но Боря говорил, что ты с ним... вроде хорошо ладишь.
— Не холодный, — стараясь говорить уверенно, Элина сделала ещё глоток пузырящейся жидкости. — Не знаю, я... уже привыкаю. Жаловаться точно не на что.
— Он хоть улыбается тебе? Я, по-моему, его не серьёзным последний раз видела ещё в школе, — ненавязчиво бросила Хенкина, и Элина на миг впала в ступор.
Осознавать, что все, кроме неё, знают Кислова буквально всю жизнь, было до одури странно — скорее даже ненормально. Потому что именно она стала его женой и жила с ним под одной крышей — хотя до свадьбы даже толком ни разу не разговаривала с ним.
— Оксан, он ещё и цветы дарит, и в рестик Элинин пледы покупает, — хохотнула Анжела. — Отстань от человека со своей несбывшейся любовью.
— Анжела! — шикнула Оксана, явно смутившись и ловя на себе вопросительный взгляд Светловой. — Она фигню болтает — мне Киса нравился, когда я в первом классе училась, — закатила глаза девушка. — В осознанном возрасте я на него и не смотрела.
— Да я и не ревную, — усмехнулась Элина, хотя неловкость всё же ощущала.
Или убеждала себя в том, что это была неловкость.
— Теперь я понимаю Борю — он без умолку болтал, как Кисе с тобой повезло, — добавила Хенкина, пока Элина старалась не показывать, как насторожилась, но Анжела снова ответила первая:
— Ты бы Бориску предупредила, что травмоопасно опасно озвучивать такие вещи. Киса ревнивый парень, — усмехалась она, кусая клубнику.
— Это я уже поняла по охраннику на входе, — хмыкнула Оксана, намекая на оставшегося в коридоре Константина. — Он секси, кстати, — весело добавила она.
— Кто, Костя? — переспросила Светлова, не сдержав смешка, когда Оксана кивнула.
— Да-да, — активно согласилась Анжела. — Его спина это просто...
— Так, — перебила Хенкина. — У тебя Егор есть, который тебя до безумия любит.
— Так и я его люблю, — подняла руки Анжела, как бы сдаваясь. — Но это не мешает признать очевидное. И вообще, ты просто пока не видела, как мило он смущается.
Все трое засмеялись — но если Анжела и Оксана абсолютно искренне, то Элина смех из себя выдавливала. И хотя обе девушки нравились ей, и на роль подруг вполне подходили, она ощущала себя чужой — так же, как в особняке Кислова. Как и в любом месте этого города. Только шарма этому чувству тоска по родному городу не добавляла тоже — Элина впервые ощутила, насколько она одинока. Старые подруги живут своими жизнями, как и она — своей; а новые знакомы между собой так давно, что влиться в их тандем полноценно уже невозможно.
Но добивали Элину даже не эти мысли, а рассказы Анжелы о Егоре в совершенно будничном тоне — о том, как он буквально всё для неё делал и готов был сделать ещё больше; о том, как постоянно советовался с ней в любых вопросах, как интересовался любой даже самой незначительной сферой её жизни. На контрасте с этим, помимо всего прочего, Элина вспомнила, что на столе в кабинете мужа уже несколько дней лежала нетронутая смета по ремонту ресторана, которую он так хотел посмотреть ещё недавно.
Когда около одиннадцати вечера девушки попрощались, Элина села на заднее сидение, прикрыв глаза — но голос телохранителя вытащил из мыслей:
— Иван Антонович пару раз звонил — держу Вас в курсе.
— И что хотел? — безучастно спросила Светлова. Желание возвращаться домой падало с каждой секундой.
— Просто интересовался, в порядке ли Вы, — спокойно ответил Константин, не отрываясь от дороги. — Едем домой, верно?
— Да, — нехотя отозвалась девушка и всё же добавила: — Спасибо, что сказали о звонках.
— Элина Александровна, я свободен, когда отвезу Вас? — внезапно спросил мужчина.
— Да, конечно, — девушка даже на мгновение растерялась: Костя до сегодняшнего дня ни разу не спрашивал, когда она отпустит его. — Спасибо, что задержались.
— Это моя обязанность, — коротко отозвался он, разгоняя машину на полупустой дороге.
Дом встретил звенящей тишиной — свет не горел нигде, и Элина даже решила, что Вани нет. Осторожно разувшись, она пошла по лестнице, с грустью глянув на закрытую дверь первой спальни, электричество в которой так и не починили.
Вопреки ожиданиям, дверь в комнату мужа была приоткрыта — и в той горел приглушённый свет. Вдалеке, из ванной, слышался шум воды — и Элина быстро проскользнула в свою спальню, тихо закрыв дверь и включив свет буквально на пару секунд. Переодевшись, радуясь, что душ приняла в спа, Светлова неожиданно громко клацнула выключателем и спешно легла под одеяло, отвернувшись от двери и зарывшись носом в подушку.
Сон не шёл, и внутри что-то рухнуло, когда дверь её спальни очень тихо открылась.
Постояв в проёме буквально пару секунд, смотря на укрытую одеялом спину жены, Ваня так же бережно закрыл дверь и вышел.