Часть 111. Споры.
Азраэль не договорил, но ко мне обернулся и, разглядев на моём лице месиво негативных эмоций, быстро произнёс:
— Но это не так! Я не знаю, как ему сказать, что я здесь из других побуждений.
— Ты лжёшь им... — шёпотом произнесла я, уставившись в никуда пустыми глазами.
— Это не совсем ложь, — начал он, продолжая смотреть на меня в ожидании, когда я повернусь к нему. — Я не раскрывал ему свои версии, но и не соглашался с его собственными. Это скорее... недоговорённость.
Я вернула ему взор и тихо спросила:
— Мне ты тоже что-то недоговариваешь?
По одной только реакции я поняла, что мои страхи подтвердились. Я вновь слегка отпрянула, вглядываясь в его глаза, пока он пытался найти слова, чтобы сперва начать оправдываться, а не выдавать всей истины. И я терпеливо ждала, всеми силами подавляя желание забросать его расспросами и обвинениями.
— Мона... Я...
— Правду. Я хочу правду.
— Я действительно кое-что утаил от тебя и не хотел говорить потому что не мог тебе доверять, но это было тогда. Сейчас всё иначе, клянусь! — Спокойно рассказывал он.
— Говори. — Требовала я, заставляя свой голос звучать твёрдо, но всё равно провалилась.
— Они знают, что ты стираешь себе память.
Меня точно что-то ударило под дых, выбивая весь воздух из лёгких. Весь мир вокруг исчез и всё, о чём теперь я могла думать, это насколько глупой я была, думая, что могла обмануть Высших. Я была уверена, что опережаю их на шаг, а теперь я поняла, что это далеко не так. На сколько меня опережают они? Насколько больше они знают и что затевают ещё? Вдруг Азраэль действительно часть плана, а я повелась на него, как...
— Эй-эй-эй, Мона, спокойно...
Азраэль снова очутился передо мной, схватив меня за плечи и слегка встряхнув. Только сейчас я заметила, насколько быстро и глубоко дышу, насколько часто колотится сердце и насколько сильно я дрожу.
Я быстро выдернула руки из его хватки, поднялась с дивана, делая несколько шатких и неуклюжих шагов назад, и мгновенно упёрлась в стол, почти позволяя гравитации взять надо мной верх. Азраэль дёрнулся в мою сторону, чтобы помочь устоять на ногах, но я быстро выставила руки перед собой.
— Дездемона...
Я подняла на него глаза, полные страха и недоверия, но всё потому, что я не знала, как теперь мне к нему относиться.
— Не трогай меня.
— Дездемона, они больше ничего не знают, клянусь! Я им ничего не говорил про тебя и про себя тоже! Они не...
— Заткнись! Просто замолчи.
— И не подумаю, — внезапно грубо ответил он. — Ты мне уже доверилась. Там, в пещере. Ты позволила мне спасти тебя, ты поверила мне, когда я задержал тебя и не дал дойти до Азазеля. Я выбрал твою сторону, но только ту часть, где хочешь находиться ты, а не где тебя заставляют быть. Я им ничего не говорил. — Повторил он куда медленнее.
Я уже забыла, как формировать мысли в предложения и как те озвучивать. Слов просто не находилось, или же их было слишком много, и я банально не понимала, с какого вопроса начать.
— Когда ты узнал?
— Несколько дней назад. Да, это было до того, как ты оказалась у Азазеля, но после того, как ты помогла мне, прикрыв от братьев. Тогда я поверил тебе первым, а потом ты поверила мне. Клянусь, я им не помогал. Может, они так считают, но это неправда. Мона, я...
— Ты осознаёшь, что с тобой происходит? — Тихо перебила его я.
Даже сейчас, осознавая, что я в капкане у Высших, что они знают обо мне больше, чем я о них, я всё равно не могла не переживать за Азраэля. В моих глазах он был потерянным щенком, не знающим, к кому прибиться. Я прекрасно понимала, что он падает...
Ради меня, ради того, что даже может не сработать.
— Что ты имеешь ввиду? — Спросил он, но по лицу только было ясно, что он уже знал, о чём сейчас пойдёт речь.
— Ты их предаёшь... Ты нарушаешь правила за их спинами, таскаешь сюда учебники из райской библиотеки, отлыниваешь от работы, чтобы сидеть и изучать со мной сигилы и создавать заклинания, которые даже могут не сработать! Ты рискуешь всем! И ради чего?
Азраэль молчал, и я продолжила:
— Либо же ты мне сейчас врёшь и пытаешься втереться в доверие, чтобы в нужный момент меня бросить или сдать своим братьям. И это ничем не лучше предыдущего варианта. Оба грешны, оба неправильны и ничем хорошим не закончатся! — Разрезала я рукой воздух.
— Я знаю. Я полностью осведомлён о своих действиях. И я думал над ними не одну ночь. Я не выбираю сторону, я всё ещё нахожусь на своей и хочу справедливости. А это значит, что мы с тобой найдём способ к искуплению и что мы освободим тебя. Ты сказала, что Рай не свят. И ты права, теперь я это понимаю.
— Ты слепо мне поверил?
Азраэль ничего не ответил на моё замечание и продолжил:
— Да, я рискую. Да, я рискую всем. И ты хочешь знать, ради чего?
Он сделал полушаг в мою сторону, и взгляд его уже не был строгим, а почти отчаянным.
— Ради тебя. Я делаю это ради тебя, потому что знаю, что твоя душа чиста, и если бы не та часть души Евы, ты бы сейчас была одним из победителей, а не грешников.
— Ты не знаешь, о чём говоришь, — трясущимся голосом произнесла я.
— Знаю! — Запротестовал он. — Поверь, знаю.
Мы так и замерли, продолжая смотреть друг другу в глаза, точно продолжали этот пылкий разговор мысленно, но голова была абсолютно пуста, и слов больше не находилось. Так тянулись мгновения, а затем те переплетались в минуты, сгущая тишину, нарушаемую треском камина.
— Однажды тебе придётся заплатить за это, — Заполнила я молчание, и Азраэль даже не пошевелился, — тебе придётся ответить перед Высшими. У тебя и так напряжённые отношения с ними, а после этого... они станут только хуже. Даже если у нас всё получится, даже если мы победим Еву и искупим душу, они узнают, как я этого достигла. Я им не сказала бы, но они сами быстро догадаются. И что тогда с тобой сделают?
Азраэль хотел было что-то ответить, но я вновь его перебила.
— Лучше не говори. Не хочу знать. Пожалуйста. Возвращайся домой. Продолжай работать и больше не приходи сюда. Это опасно как для тебя, так и для меня. — Перевела я указательный палец с него на себя. — А я не хочу, чтобы ты пострадал из-за того, что даже может не сработать. Не хочу, чтобы ты зря тратил время и доверие братьев. Я сама как-нибудь разберусь с сигилами. Прощай, Азраэль, и спасибо за всё.
Я обратилась в сгусток дыма прежде, чем он успел меня хотя бы окликнуть, и перенеслась в свою комнату, сразу закрывая все двери и окна, а затем разрыдалась прямо на полу у кровати.