Щенок

— Так тебе два года?!

— Типа того.

— Странно... ты так быстро стареешь? Только не говори, что умрешь в девять.

Чонгук рассмеялся и повернул голову, чтобы солнце не светило ему в глаза. Они сидели в саду Юнги, укутавшись в большие пледы, которые принесла мать Юнги. Хотя она и не видела Чонгука. Юнги просто попросил принести еще пледов.

— Нет, с этого момента я буду стареть как человек. Волки просто очень быстро взрослеют.

— Разве я педофил, если считаю тебя привлекательной? — спросил Юнги, играя с краем одеяла и перебирая свисающие с него короткие ворсинки.

— Я в том возрасте, когда заниматься сексом совершенно нормально. Так что нет, это не педофилия. Я же выгляжу на твой возраст, верно?

— Почему ты не кажешься слишком юной? Я имею в виду не в физическом смысле.

Вместо ответа Чонгук ухмыльнулся.

— Спасибо. Я правда рад, что ты так думаешь. Я стараюсь.

Юнги нахмурился.

— Не заставляй себя быть тем, кем ты не являешься.

Он этого не хотел. Молодость Чонгука освежала, особенно потому, что в компании друзей он часто чувствовал себя старым. Они вели себя по-детски, а Юнги не собирался опускаться до их уровня, поэтому они шутили, что он скучный дед. Ему было все равно, он обычно воспринимал это как шутку, но все же было немного обидно.

Так что Чонгук вел себя как... ну, как волк, которым он и являлся, просто открыто демонстрировал все свои эмоции, даже помогал Юнги вести себя как подобает его возрасту.

— Но ты и правда крутой, — Чонгук заметно смутился, а Юнги тихо вздохнул. — Я не хочу показаться ребенком.

— Ты не... ты просто очень... экспрессивный. Когда ты счастлив, я чуть ли не вижу, как виляет твой хвост, хотя сейчас у тебя его нет.

Чонгук нахмурился, еще сильнее закутался в плед и натянул его на лицо, прикрыв рот.

— Это что-то плохое?

Боже, Юнги сейчас умрет. Чонгук походил на какого-то мажора, но на самом деле в нем плескалось много мягкости. И он был таким честным. Это было приятно, особенно потому, что Юнги нравились прямолинейные люди. Ему не нужно было беспокоиться о том, что он его чем-то разозлит и не заметит этого.

— Нет. Это хорошо. Мне нравится, сколько энергии ты излучаешь. Я практически чувствую, что у меня тоже появляется энергия.

Кстати, об энергии. Он не чувствовал, что у него осталась хоть капля сил. Часы, которые он провел без сна той ночью, не прошли для него бесследно.

— Думаю, я вздремну. Может, вернемся в дом?

Чонгук покачал головой.

— Вообще-то я хочу еще немного побыть на улице... но мне нужно перекинуться. Здесь очень холодно... как ты живешь без меха?

Юнги лишь пожал плечами и плотнее укутался в одеяло.

— Просто живу. Если хочешь, мы можем побыть здесь еще немного, но мне нужно твое одеяло... Я попробую уснуть. Если мои губы посинеют и я не проснусь сам, пожалуйста, разбуди меня.

Он говорил несерьезно, но Чонгук тут же послушно кивнул, встал, отдал одеяло и начал раздеваться. Юнги быстро отвернулся, а когда снова посмотрел на Чонгука, тот уже исчез, и на него снова смотрели янтарные глаза.

С нежной улыбкой на губах он протянул руку, и Чонгук тут же подбежал к нему, ткнувшись пушистой головой в протянутую ладонь. Юнги с довольным видом почесал волка за ухом. Чонгук наклонился к нему, наслаждаясь лаской, а затем лизнул руку в последний раз и убежал играть в снегу.

Юнги наблюдал за происходящим из-под теплого одеяла. Единственным местом, которое замерзло, был его нос, но он не особо возражал, ведь это означало, что он может смотреть, как Чонгук пытается поймать снежинки и катается по снегу. Это помогало ему успокоиться и немного расслабиться. Он то и дело засыпал, а когда просыпался, Чонгук все еще играл в снегу. Трудно было поверить, что кто-то может получать столько удовольствия от такой простой вещи, как снег, но вот он, Чонгук, прыгает и прячется под белым покрывалом. Но Юнги вел себя не лучше, он был так же счастлив, просто наблюдая за волком.

Может быть, Чонгук был прав. Может быть, они созданы друг для друга. Хотя он и не ощущал этого так, как, очевидно, чувствовал Чонгук, в нем было что-то такое, что помогало ему чувствовать себя как дома, защищенным. И он никак не мог отрицать, что его влечет к Чонгуку. Он был самым красивым парнем, которого Юнги когда-либо видел.

То, как он вел себя сегодня, было совсем на него не похоже — впустить незнакомца. Особенно такого опасного незнакомца. Но это не казалось странным. Это казалось правильным.

Он пару раз засыпал, но каждый раз, просыпаясь, видел, что Чонгук все еще играет. Поэтому Юнги испугался, когда внезапно понял, что волка рядом нет. Снег до сих пор лежал кучами после того, как его так много разбрасывали, но виновника нигде не было видно.

Юнги медленно поднялся и сделал несколько шагов, чтобы заглянуть за дверь маленького сарая, в котором он сейчас жил, но Чонгука там тоже не оказалось. Он быстро надел подходящую для ходьбы по снегу обувь и теплую куртку и вышел на улицу в поисках следов, ведущих прочь от того места, где играл Чонгук. Он быстро нашел их, и его сердце слегка забилось быстрее. Следы вели к деревьям.

Возможно, он просто зря беспокоился, но по какой-то причине то, что Чонгук просто взял и исчез, заставило его нервничать.

Постояв еще пару минут, он решил, что, пожалуй, лучше просто дождаться возвращения Чонгука. А пока ему нужно как-то скоротать время, поэтому он снова сел на стул и достал из кармана телефон.

Сначала он написал Хосоку и Намджуну, чтобы узнать, как у них дела и все ли его вещи целы. Затем он отправил Чимину сообщение в духе: «На этот раз я тебе говорю. Я снова в деревне». Но никто из них не ответил сразу, поэтому он просто начал гуглить информацию о волках, потому что чувствовал, что ему еще многому предстоит научиться.

Через некоторое время Чимин ответил.

Чимин

То есть ты не забываешь о моем существовании во время каждого уезда

Чимин

Приятно это знать

Чимин

Хочешь встретиться?

Чимин

У меня появился новый телевизор,

так что я с радостью протестирую его с тобой

Юнги
Извини, я не могу прийти

Юнги

Мне еще нужно кое-что сделать для универа

Юнги
Но мы могли бы встретиться завтра

Юнги
Только не пялиться в телевизор

Юнги
Я и так делаю это достаточно часто

Юнги
Здесь больше нечем заняться

Чимин
Мы могли бы выпить кофе и просто поговорить

Чимин

Я мог бы заехать за тобой

Юнги уже собирался ответить, когда услышал знакомый хруст снега в лесу и из зарослей показался покрытый снегом Чонгук. На секунду Юнги почувствовал облегчение, но потом заметил, что мордашка волка была в крови. Не сильно, большая часть, вероятно, уже стерлась об снег, но все равно было заметно.

Казалось, его это не беспокоило. Чонгук продолжал бежать прямо к нему, пока не остановился перед Юнги. Он смотрел на него своими большими глазами и выглядел бы таким невинным, если бы не кровь на морде.

Тем не менее, почувствовав облегчение, Юнги присел на корточки и погладил Чонгука по боку.

— Куда ты ходил?

Он знал, что волк не сможет ему ответить, но просто хотелось спросить. Чонгук повернул голову, посмотрел на лес, а затем снова на человека.

— Вау, спасибо. Я не знал, — саркастически проворчал Юнги, продолжая гладить волка по боку и чувствуя, как это его странным образом успокаивает. Похоже, он только сейчас осознал, какое сильное влияние на него оказывает Чонгук.

— Ты ходил на охоту?

Чонгук кивнул, а Юнги вздохнул. Это была странная мысль. Конечно, для волка это нормально, но для человека точно нет, и мысль о том, что кто-то, кто воспринимает мир почти как человек, просто разрывает животное на части и ест его... это было странно.

Тем не менее такова была реальность Чонгука, и Юнги не собирался его за это осуждать. Он не хотел, чтобы волк чувствовал себя виноватым за то, что ему свойственно.

— Ты поймал что-то большое? — спросил он, почесывая за ухом.

Чонгук довольно кивнул и даже, кажется, гордился собой, а потом упал, подставив живот. Юнги сразу же погладил его по мягкому меху.

— Какой сильный мальчик, — проворковал он, чувствуя себя на удивление комфортно в такой обстановке. Возможно, отчасти это было связано с тем, что Чонгук до сих пор в какой-то степени ощущал себя его питомцем. На самом деле это было не так, но Юнги все равно хотелось сказать ему, какой он воспитанный и хороший.

— Хотя я волновался. Не убегай вот так. Ты можешь сказать мне, ты же знаешь.

Чонгук пару секунд смотрел на него, а потом наклонился и лизнул руку. Юнги не знал, как реагировать на то, что окровавленная морда прижимается к его руке, но позволил немного полизать себя, а потом взял немного снега.

— Давай я вытру тебе морду. Ты ужасно выглядишь.

Прежде чем Чонгук успел убежать, Юнги прижал холодный снег к шерсти рядом с пастью и потер ее, смывая кровь. Чонгук чихнул, явно недовольный процессом очистки, и быстро встал, отряхивая шерсть, тем самым обрызгивая человека.

Юнги быстро встал.

— Холодно!

Чонгук игриво гавкнул и сам вытер морду снегом. Но это мало помогло. Вокруг пасти и на морде в целом все еще было много красных пятен.

— Ты такой неряшливый, — проворчал Юнги, уперев кулаки в бока и вздохнув. — Может быть...

Он взглянул в сторону дома своих родителей, размышляя о том, насколько глупа эта идея. Но все равно решил попробовать. Он не хотел, чтобы кровавый Чонгук забрался в его постель. Это не в его вкусе.

— Мне нужно, чтобы ты вел себя очень-очень тихо и держался рядом со мной. Мне нужно тебя искупать.

Чонгук просто непонимающе склонил голову набок. Может быть, он не знал, что такое ванна.

— Мы помоем тебя в теплой воде. Только тебе нужно вести себя очень тихо, чтобы родители тебя не услышали.

Через пару секунд волк тявкнул, и Юнги воспринял это как согласие.

— Пойдем со мной.