Общежитие №16. Судьба наследника

Феликс наконец-то смог выделить свободный от работы день. Во время тренировки он попросил Чана держать телефон в кармане, чтобы сразу ответить на звонок. Страх Ли начал переходить в паранойю — он постоянно проверял, включён ли звук.

— Я твою звонилку сейчас разъебу, — пообещал Чанбин. — Почему ты так паришься?

— Они вчера, пока мы были на квесте, чуть не оформили договор, с которого я почти ничего не получаю, — объяснил Феликс.

— Почему ты этим занимаешься? Ты же владелец, — спросил Джисон.

— Думаю, что меня и работники наёбывают. Мне спокойнее, если я сам всё контролирую.

В раздевалке Феликс решил поговорить с Чонином о двух конвертах с зарплатой. Чонин не хотел отвечать, но парни настояли.

— Это за порнуху, — на выдохе произнёс он.

Нависла гробовая тишина.

— Прям порнуха?.. — первым заговорил Хёнджин.

— Да, блять, прям такая! Перед камерой, без одежды и с сюжетом! Мне ещё щедро за неё заплатили.

— Так ты ещё и с кем-то из своих?.. — спросил Чанбин.

— Да, с одной девкой.

— Что, блять, такого произошло, что ты ещё и в порнуху полез?! — едва не прокричал Бан Чан.

— Орать перестань, — грозно произнёс Чонин. — Я, по-твоему, по своей воле туда побежал? Пообещали уволить, если не соглашусь, но если приму предложение, то смогут положить лям сверху.

— Почему ты просто не уволишься? — спросил Феликс.

— У них все мои данные есть. В том числе и видео. Если это разлетится по интернету, то в лучшем случае меня только отчислят. Деньгами не подкупишь, у сутенера их предостаточно.

— В общем, увольняться мне нельзя. И с этой порнухой уже ничего не сделаешь.

— Значит, её ещё не разослали? — задумался Хан. — И она хранится только в клубе?

— Ну... да.

— Пиздюк, всё по-красоте исполним, — заверил его Сынмин.

— Выезжаем через час. Я попробую договориться с сутенёром, — сказал Феликс.

— Ты не сможешь, — помотал головой Чонин.

— Значит, решим по старинке, — заявил Хёнджин.

---

Перед выходом Чан попросил не усугублять ситуацию перед завтрашней игрой. Всю дорогу Чонин умолял парней развернуться.

— Несколько правил, — сказал он. — Первое — ничего не пить, второе — ничего не нюхать, третье — ничего не глотать. И четвёртое — никого и ничего не трахать!

План был прост: кто-то отвлекает охрану, кто-то пробирается в кабинет и стирает видео. Феликс должен был заговаривать зубы владельцу.

Чонин предупредил, что камера висела в углу, и если склонить лицо, то его не будет видно на записях.

— Кто будет отвлекать?! — крикнул Хан.

— Я, Чан и Хёнджин! — ответил Чанбин.

В клубе Чанбин и Хёнджин заметили Чонина, который подошёл к вип-дивану. На нём был рваный кусок ткани, облегающий торс.

— Охуеть он исполняет... — не мог оторвать глаз Хёнджин.

— Ты продолжишь смотреть, или мы начнём отвлекать? — спросил Чанбин.

Чанбин создал видимость драки, упав на столик со стаканами. Гун Сок сказал Феликсу, что если не успокоятся, вызовет ментов. Феликс понял, что достать Чонина из этого места не выйдет.

Джисон сообщил охране о драке, а Сынмин и Минхо приблизились к кабинету. Дверь была заперта, но Минхо достал отмычки.

— Ты этот помогатор всегда с собой носишь? — спросил Сынмин.

— Одну под чехлом держу.

Сзади раздались шаги — это был Чонин, разукрашенный косметикой. Он сказал пароль от компьютера: «восемь, три, пять...» — но охранник скрутил его. Минхо и Сынмина удерживали двое.

Гун Сок подошёл к Чонину.

— Что ж ты делаешь, малявка? Грабануть меня решил?

— Не трогайте его, — заступился Минхо. — Он здесь ни при чём.

— Правда? Может, вы и Ли Феликса не знаете? Сплетни-то быстро разлетаются.

Гун Сок достал телефон.

— Вы бы Феликса своего пожалели. Не представляете, сколько у нас с ним общих знакомств.

— И что Вы сделаете? — спросил Сынмин.

— Просто уясните: если ещё раз сунетесь, я не побоюсь рассказать.

Гун Сок велел парням наказать, и всех восьмерых отправили в КПЗ.

---

Все сидели с опущенными головами. Каждый уже бывал в этом месте, но некоторые впервые оказались по другую сторону решётки.

— Ну, рано или поздно это должно было произойти, — сказал Сынмин. — В КПЗ мы ещё вместе не сидели.

— У нас игра через двенадцать часов, — напомнил Чан.

— На утро должны отпустить, — сказал Хёнджин.

Чонин указал на спящего в углу мужчину.

— Интересно, он живой?

— Тыкни и проверь, — посоветовал Джисон.

Феликс увидел знакомого — начальника отдела Джун Вона. Он подошёл к решётке.

— Господин Джун Вон!

Мужчина подошёл и расплылся в улыбке.

— Даже господином назвал... Я бы и не понял, что это ты, Феликс.

Феликс объяснил, что теперь управляет компанией, нашёл друзей в общежитии. Он придумал байку, что они пытались остановить драку. Упомянул про важную игру завтра утром.

Джун Вон отпустил парней просто так, даже не потребовав денег.

---

Раннее пробуждение не порадовало никого. Им нужно было прибыть в университет через час. Команда медиков славилась непредсказуемостью.

Хёнджин едва разбудил Феликса. Общий сбор назначили на первом этаже. Жители комнаты Пеппы задержались — свинья вцепилась в штанины и не отпускала.

— Никто не планирует ближайшие два часа курить траву и нюхать? — уточнил Чан.

— Не ссы, отец, все чистые, — ответил Джисон.

Первая партия была взята со счётом 25:9. Чан указал Джисону на ошибки.

— Джисон, солнышко ты моё... чего не бьём, а? Тебе пасы на кой дают? Чтобы ты медикам в ручки бросал?!

— Извини. Буду бить.

Вторая партия началась с подачи другой команды. Джисон перешёл в четвёртую зону. К горлу подкатил ком, в глазах потемнело. Он пересёк линию, отчеканил мяч. «Лишь бы перелетел», — подумал он. Мяч коснулся сетки и изменил траекторию, принеся очко.

— Всё нормально?! — крикнул Чан. — Заменять не надо?

Джисон подкинул мяч. Посмотрев наверх, он не понял, почему взгляд пополз по потолку. Он почувствовал себя невесомым, а затем свалился на пол без сознания.

К нему сбежались все. Феликс облил лицо Джисона ледяной водой из бутылки со льдом. Тот очнулся.

— Флекс, вставай за Джисона, — скомандовал Чан. — Я с ним побуду.

Чан довёл Джисона до раздевалки.

— Не тошнит?

— Немного, — признался Хан. — Дай воды.

— Почему не сказал, что плохо стало?

— Это как-то резко произошло...

— Не пизди. Я видел, в каком состоянии ты на подачу шёл. Болит — говори.

— Хватит уже! У вас какой-то новый прикол — выставлять меня виноватым?!

Чан перегнул.

— Ладно, извини. Но ты же знаешь, что для меня ваше здоровье стоит на первом месте.

— Потому что не жрал нихуя. Просто кусок в горло не лезет.

— Ты же знаешь, что от голодовки организм «спасибо» не скажет.

— А я не хочу заставлять.

— Рот закрой, пока я говорю, — проявил агрессию Чан. — Меня твоё состояние интересует. Ты не жрёшь либо когда на наркоте, либо когда в депрессию окунаешься.

— Накрывает меня периодически. Просто ничего не хочется, даже спать, а про еду и говорить нечего.

— Джисон, ты не думал лечиться?

«Опять?.. Как можно вылечить человека от смерти близких?» — пронеслось в голове Хана.

— Думал, — ответил он. — Но ты же знаешь, что это не мой конёк. Есть вещи, с которыми нужно научиться жить. Я жду, когда научусь, но получается хреново. Мне уже лучше, я пойду в зал.

— Сегодня на поле больше не выйдешь.

Всю оставшуюся игру Хан просидел на скамейке.