Глава 2. Плен
Эльфы подняли пятерых спутников в воздух и бесшумно понесли через густой, тёмный лес к своему королевству. Среди переплетённых крон возникла каменная брама. Невысокая эльфийка остановилась и спокойно распорядилась:
— Альмирон, подготовь всё необходимое.
— Как прикажете, — ответил эльф.
Она повернулась к вратам и произнесла на древнем языке:
— “Nánë nís i Eldaron serca, i taur ná coanya ar ilyë ya ná miessë.”
Камень дрогнул, и брама открылась. Когда они оказались внутри, эльфы мягко опустили гостей на землю и вернули их в сознание.
— Где мы? — спросила Люси, оглядываясь.
— Чёртовы эльфы… от ваших фокусов голова раскалывается, — проворчал Трампик.
— Трампик? Не ожидал встретить тебя здесь, друг мой, — к ним подошёл высокий эльф с длинными светлыми волосами и одеждой оттенков зелени.
— Сиридор? Я думал, тебя уже нет в живых, — удивился гном.
Пока они обменивались репликами, остальные эльфы разошлись, оставив только ту самую эльфийку.
— Ты знаком с эльфами? — тихо спросил Эдмунд.
— С некоторыми. В том числе с Сиридором, — коротко ответил Трампик.
— Сиридор, доложи Его Величеству и Её Величеству о непрошеных гостях, — сказала эльфийка, указав на прибывших.
Эльф склонил голову и направился к дворцу.
Королевство эльфов выглядело иначе, чем всё, что они видели раньше: живые деревья переплетались с камнем, свет струился сквозь листву, а воздух казался наполненным древней силой.
---
Дорога к дворцу тянулась между деревьями, которые не вырубали и не подчиняли — их вплели в саму структуру города. Стволы служили колоннами, ветви образовывали своды, а листья пропускали мягкий рассеянный свет, словно витражи. Камень здесь не спорил с природой: тонкие мосты из светлого мрамора изгибались вокруг корней, лестницы поднимались по спирали вдоль стволов, а в прозрачных водоёмах отражались башни, будто вырастая прямо из воды.
Чем ближе они подходили к центру, тем заметнее становилась разница: простые переходы уступали место сложной, почти невесомой архитектуре. Башни не давили высотой — они тянулись вверх плавно, сужаясь, как вытянутые лепестки. На их вершинах мерцали кристаллы, собирая свет и разливая его по улицам тонкими отблесками. Ни одной грубой линии, ни одного случайного угла — всё выглядело продуманным и точным, словно город создавался не руками, а самой магией.
Дворец открывался постепенно. Сначала — широкая терраса, выложенная гладким белым камнем, который отливал серебром. Затем — высокие арки, сплетённые из камня и живых ветвей, покрытых тонкой резьбой. В узорах угадывались сцены из древней истории: войны, союзы, утраты — всё, что эльфы не забывали.
Главное здание не имело тяжёлых стен. Вместо них — ряды колонн, между которыми колыхались прозрачные занавеси, похожие на туман. Сквозь них было видно внутренний двор: там росло огромное древо с серебристой корой, его ветви поднимались выше самой высокой башни и удерживали над дворцом мягкое сияние.
Внутри пространство казалось ещё шире, чем снаружи. Пол отражал свет, как вода, а потолки терялись где-то в высоте. Ни суеты, ни лишнего движения — только тихие шаги и едва уловимый звон, будто сам воздух откликался на присутствие чужаков.
По дороге им встретилась эльфийка редкой красоты. Увидев людей, она на мгновение задержала взгляд и с лёгким удивлением покосилась на свою соплеменницу, но ничего не сказала — лишь едва заметно качнула головой.
— Арвин, возьми гостей и подготовь их к аудиенции, — произнесла эльфийка и направилась вглубь дворца.
Арвин мягко улыбнулась и жестом пригласила следовать за ней, указывая дорогу.
---
Арвин провела их через несколько светлых залов в просторные покои. Здесь всё выглядело иначе: вместо привычной мебели — низкие столы, изогнутые сиденья и ниши в стенах, скрытые полупрозрачными занавесями.
— Вам нужно переодеться перед аудиенцией, — спокойно сказала она и хлопнула в ладони.
Из соседней комнаты вышли ещё две эльфийки, неся аккуратно сложенные одежды. Ткани казались почти невесомыми: тонкие, струящиеся, с едва заметным переливом, будто впитали в себя свет.
— Это… обязательно? — с сомнением спросил Эдмунд, разглядывая узкий ворот и непривычные застёжки.
— В нашем дворце соблюдают форму, — ответила Арвин без нажима, но так, что спорить не хотелось.
Через несколько минут стало ясно: красота не означает удобство.
Люси осторожно провела рукой по рукаву — ткань была приятной на ощупь, но крой стеснял движения.
— Оно будто живёт своей жизнью, — тихо заметила она. — Стоит повернуться — и всё съезжает.
Эдмунд безуспешно пытался разобраться с тонкими застёжками:
— Кто вообще придумал крепить это вот так? Тут же ничего не держится.
Трампик выглядел особенно недовольным. Его наряд оказался слишком длинным, а рукава — узкими.
— Если я в этом упаду, поднимать меня будете сами, — проворчал он, пытаясь одёрнуть ткань. — И вообще, где здесь карманы? У нормальной одежды должны быть карманы.
Арвин наблюдала за ними с едва заметной улыбкой.
— Со временем вы привыкнете, — сказала она. — Эти одежды рассчитаны на другие движения.
— Это заметно, — сухо ответил Эдмунд, наконец справившись с последней застёжкой.
Когда все были готовы, Арвин окинула их внимательным взглядом, поправила складку на плече Люси и кивнула:
— Теперь можно идти. Вас уже ждут.
И, развернувшись, она повела их дальше по коридорам дворца.