Я пришла с миром
Я пришла с миром
Несколько дней после праздника выдались тревожными. Земляне не появлялись, но напряжение висело в воздухе, как грозовая туча. Беллами усилил патрули, Элисон проверяла силки дальше обычного, Кларк готовила лекарства на случай новых ранений.
— Ты сегодня сама не своя, — заметил Джаспер, когда Элисон в десятый раз поправила стрелы в колчане.
— Чувствую что-то нехорошее, — призналась она. — Как перед бурей. Отец говорил, что такое чутье никогда не обманывает.
— Может, просто нервы?
— Может, — она посмотрела на лес. — А может, нет.
Вечером все прояснилось.
Мерфи вышел из леса на закате — грязный, осунувшийся, но живой. Лагерь замер. Все помнили, как его изгнали, как Беллами обещал убить при встрече.
— Я не за дракой, — поднял руки Мерфи, видя направленные на него пистолеты и луки. — Я... я нашел убежище. Пещеру. Там есть еда, вода. Я подумал, может, вы примете меня обратно.
Беллами шагнул вперед, сжимая пистолет.
— Ты серьезно?
— Я знаю, что был мудаком, — Мерфи смотрел прямо на него. — Но я хочу жить. И я могу быть полезен.
Элисон наблюдала за этой сценой со стороны. Что-то в Мерфи было не так. Он слишком спокойный, слишком... покорный. Но, может, она просто искала проблемы там, где их нет.
— Пусть остается, — неожиданно сказала Кларк. — Если он знает место с едой, это нам пригодится.
— Кларк! — Беллами обернулся.
— Мы не можем вечно жить войной, Беллами. Если мы хотим построить новое общество, нужно уметь прощать.
— Она права, — добавила Элисон, хотя внутри все протестовало. — Но если он сделает хоть одну пакость, я лично пристрелю его из лука. Без суда.
Мерфи посмотрел на нее, и в его глазах мелькнуло что-то странное — смесь страха и... уважения?
— Договорились, — кивнул он.
---
Прошло два дня. Мерфи вроде бы вписался — помогал по хозяйству, даже подшучивал с Джаспером. Элисон почти успокоилась. Почти.
На третье утро Кларк не вышла к завтраку.
— Где Принцесса? — спросила Элисон у Финна.
— Спит еще, наверное. Она вчера поздно работала с травами.
Элисон нахмурилась. Кларк никогда не просыпала. Она пошла к палатке и заглянула внутрь.
Кларк лежала на спине, тяжело дыша. Ее лицо горело, губы потрескались, глаза закатились.
— Кларк! — Элисон бросилась к ней, хватая за плечи. — Кларк, очнись!
Та открыла глаза, мутные, непонимающие.
— Элисон? Что...
— Ты больна. Очень больна.
Кларк попыталась встать и рухнула обратно. Элисон подхватила ее, чувствуя, как жар обжигает кожу. И в этот момент поняла — уже поздно. Она тоже заражена.
— Беллами! — закричала она. — Беллами, быстро!
---
Через час лагерь превратился в хаос. Кларк металась в горячке, у нее началась рвота, глаза налились кровью. Рейвен, осмотревшая ее, побледнела.
— Это похоже на... на лучевую болезнь. Но откуда?
— Мерфи, — Элисон, уже чувствующая слабость в теле, посмотрела на него. — Где ты был? Что ты принес?
Мерфи отшатнулся.
— Я ничего не приносил! Я был в пещере, там чисто!
— Где эта пещера?
— У старого реактора. Там была табличка... «Радиационная опасность».
Все замерли.
— Ты принес радиацию? — Беллами шагнул к нему.
— Я не знал! Я не знал, что это значит!
— Ты убил нас! — заорал кто-то из толпы.
Элисон почувствовала, как подкашиваются ноги. Она оперлась о дерево, пытаясь устоять.
— Карантин, — прохрипела она. — Всех, кто контактировал с Кларк. Немедленно.
— Ты тоже больна? — Беллами подбежал к ней.
— Я держала ее. Да, больна.
Он схватил ее за плечи, вглядываясь в лицо. В его глазах был ужас.
— Нет. Нет, только не ты.
— Не дрейфь, Блейк, — она попыталась улыбнуться, но вышла гримаса. — Я крепче, чем кажусь.
— В челнок! — скомандовала Рейвен. — Всех больных в челнок. Карантин. Остальные — не подходить.
---
Челнок превратился в лазарет. Четырнадцать человек — Кларк, Элисон, еще двенадцать несчастных, кто оказался рядом с ними. Жар, рвота, кровавый понос, дикая жажда. Болезнь пожирала людей за считанные часы.
Элисон лежала у стены, пытаясь контролировать дыхание. Рядом металась Кларк, бормоча что-то про маму.
— Кларк, — позвала Элисон. — Кларк, очнись.
Та открыла глаза.
— Элисон? Ты... ты тоже?
— Ага. Весело тут у вас, Принцесса.
— Прости... я не хотела...
— Заткнись, — Элисон закашлялась. — Ты не виновата. Виноват тот придурок.
Она имела в виду Мерфи. Злость клокотала в груди, смешиваясь с жаром. Они приняли его. Дали шанс. А он принес смерть.
Вдруг дверь челнока открылась. На пороге стоял один из парней — Коннор, кажется. В руках у него был пистолет, направленный прямо на Кларк.
— Это ты виновата! — заорал он. — Ты первая заболела, ты принесла заразу! Если бы не ты, все были бы живы!
Кларк попыталась подняться, но упала. Коннор шагнул внутрь.
— Я убью тебя! Чтобы болезнь умерла с тобой!
Элисон собрала последние силы. Когда Коннор проходил мимо, она рванула вперед, перехватила его руку с пистолетом и с силой ударила прикладом ему в лицо. Парень отлетел к стене и сполз на пол.
— Только попробуй еще раз, — прохрипела Элисон, нависая над ним. — Я больна, но стрелять еще могу.
Коннор смотрел на нее с ужасом. Потом вскочил и выбежал наружу.
Элисон повернулась к Кларк, протянула руку и помогла ей подняться.
— Идем, Принцесса. Надо закрыть дверь.
Они задвинули тяжелый люк и сели у стены, тяжело дыша.
— Ты спасла меня, — прошептала Кларк.
— Ты бы сделала то же.
— Сделала бы.
Они сидели, прижавшись друг к другу, две больные девушки, которые стали друг другу сестрами. Снаружи доносились крики — кто-то умер, кто-то плакал, кто-то требовал убить Мерфи.
— Мы выберемся, — сказала Кларк.
— Выберемся, — эхом отозвалась Элисон. — Мы должны.
---
Беллами метался снаружи, не находя себе места. Он видел, как Коннор выбежал из челнока с разбитым лицом, слышал, что Элисон его остановила, и это разрывало сердце. Она больна, а все еще защищает других.
— Беллами, — Рейвен подошла к нему. — Нужно найти лекарство. Если это радиация, нужны йод и другие препараты.
— Где их взять?
— На Ковчеге. Если связаться с Эбби...
— Связь не работает!
— Я починю, — твердо сказала Рейвен. — Дай мне время.
Время. Его не было. Каждый час уносил жизни.
К вечеру умерли первые трое. Их тела вынесли и сожгли за лагерем. Все знали, что следующими могут быть они сами.
Элисон слышала крики снаружи — земляне. Они готовились к атаке. Их разведчики видели, что в лагере хаос, и решили, что настало время ударить.
— Беллами, — прошептала она, хотя он не мог ее слышать. — Будь осторожен.
---
Ночью ей стало хуже. Жар поднялся так, что она теряла сознание. В бреду она видела братьев — Томми, Тео, Тая. Они стояли и смотрели на нее.
— Ты обещала вернуться, — говорил Томми.
— Я вернусь, — шептала она. — Я обязательно вернусь.
— Элисон! — чей-то голос вырвал ее из забытья. Джаспер. Он сидел рядом, сжимая ее руку. — Элисон, не смей умирать, слышишь?
— Джаспер? Ты как здесь? Ты же не болен?
— Я пролез через вентиляцию. Хотел проверить вас.
Он был бледен, напуган, но держался.
— Ты дурак, — прошептала она. — Заразишься.
— Плевать, — он сжал ее руку сильнее. — Ты моя подруга. Я не брошу тебя.
Элисон смотрела на него и видела мальчишку, который еще недавно висел над ямой с копьями, а теперь готов рисковать жизнью ради нее.
— Ты хороший, Джаспер.
— Знаю, — он улыбнулся сквозь слезы. — Лучший. Поэтому ты должна выжить, чтобы я мог тебе об этом напоминать.
Она слабо рассмеялась и провалилась в темноту.
---
Утром Рейвен закончила передатчик. Связь с Ковчегом была установлена. Эбби Грифин, услышав голос дочери, едва не потеряла сознание.
— Кларк! Кларк, это ты?
— Мама, — Кларк еле говорила. — Мы больны. Радиация. Нужны лекарства.
— Йод, калий, — Эбби диктовала состав, объясняла дозировки. — Держись, дочка. Мы что-нибудь придумаем.
Лекарства нашли в запасах со склада, который нашли Элисон и Беллами. Армейские аптечки, нетронутые, с препаратами против лучевой болезни. Рейвен распределяла, считая дозы.
Элисон получила свою порцию первой — потому что была самой слабой. Джаспер вливал лекарство ей в рот, бормоча:
— Давай, давай, Милз, ты сильная, ты справишься.
И она справилась. Через день жар спал. Через два она уже могла сидеть. Кларк пошла на поправку чуть позже, но тоже выжила.
А вот десять других — нет. Десять человек, включая Коннора, который хотел убить Кларк, умерли. Их похоронили на небольшом холме за лагерем.
Мерфи снова изгнали. На этот раз — окончательно. Никто не хотел слушать его оправдания. Даже Элисон, которая обычно искала справедливость, молчала, когда его уводили в лес.
---
Когда Элисон впервые вышла из челнока, опираясь на Джаспера, Беллами ждал ее у входа. Он смотрел так, будто она воскресла из мертвых.
— Ты жива, — выдохнул он.
— Я же говорила — я крепче, чем кажусь, — она попыталась улыбнуться, но ноги подкосились.
Он подхватил ее, прижимая к себе.
— Больше никогда так не делай.
— Что именно? Не умирать?
— Не пугай меня до смерти.
Она подняла голову и встретила его взгляд. В нем было столько всего — страх, облегчение, нежность, надежда.
— Я постараюсь, — прошептала она.
Джаспер деликатно кашлянул и отошел, оставляя их наедине. Но они даже не заметили.
— Земляне готовятся к атаке, — сказал Беллами, не отпуская ее. — Нам нужно укреплять лагерь. Но сначала... сначала я должен был убедиться, что ты жива.
— Я жива, — она коснулась его лица. — И никуда не уйду. Обещаю.
Он закрыл глаза и прижался лбом к ее лбу.
— Знаешь, Милз, ты стала мне дороже, чем я готов признать.
— Знаю, Блейк, — она улыбнулась. — Я тоже.
Вдалеке завыли волки. Или это были земляне, подающие сигналы к атаке. Но сейчас, в этот момент, это было не важно.
Важно было только то, что они живы. И что они вместе.