21
После завтрака они вернулись в комнату. Давид сразу же устроился на полу перед телевизором, скрестив ноги, и включил приставку. На душе у него было на удивление легко, а утреннее солнце, заливавшее комнату, только добавляло уюта. Никита зашёл следом, демонстративно держа руки в карманах своей безразмерной тёмной толстовки. Его чёрный хвост был аккуратно прижат к ноге, словно Берг действительно изо всех сил пытался контролировать свою демоническую часть и доказать, что утренний инцидент был всего лишь чистой случайностью.
Давид: Ну что, готов проигрывать, гонщик? На этот раз трассу выбираю я, так что никаких поблажек. Я выберу ту, что с крутыми поворотами над обрывом, там ты точно улетишь в кювет.
Никита: Мечтай, Роменский. Я на этой трассе тебя в два счёта обойду. Даже с закрытыми глазами. У меня реакция лучше, а твои неповоротливые маневры я ещё в прошлый раз выучил. Садись уже нормально и не загораживай экран.
Никита сел на матрас чуть позади Давида и взял в руки джойстик, сдувая с глаз отросшую тёмную чёлку. Экран моргнул, и на нём появилась стартовая линия, окружённая неоновыми огнями виртуального трека. Как только загорелся зелёный свет, в комнате снова поднялся яростный гул от стука по кнопкам и триггерам. Давид, решивший во что бы то ни стало отыграться за вчерашнее поражение, уверенно вырвался вперёд на первом же опасном повороте, едва не задев ограждение.
Давид: Ха! Что я говорил? Кто тут король дорог? Видал, как я тебя подрезал? Учись, пока я живой!
Никита ничего не ответил. Он только сильнее нахмурился, сосредоточенно вглядываясь в экран своими разноцветными глазами. Его пальцы на контроллере двигались с невероятной скоростью. Он ловко накопил шкалу ускорения, дождался прямого участка дороги и нажал на нитро, стремительно догоняя машину Давида. В этот момент его длинный чёрный хвост, про который Берг напрочь забыл из-за спортивного азарта, медленно пополз по ковру. Он робко, сантиметр за сантиметром, приблизился к сидящему на полу Давиду и аккуратно коснулся кончиком его щиколотки, а затем и вовсе обвил её, словно неосознанно искал опору или просто хотел быть ближе.Давид от неожиданности и внезапного ощущения чужого тепла на ноге чуть не врезался в текстуры стены на экране. Машину знатно занесло, но он чудом удержал управление. Роменский скосил глаза вниз, замечая, что хвост Никиты вовсе не пытается ему мешать или нажимать на чужие кнопки — он просто тихонько прижался к его ноге, а кончик едва заметно подрагивал от удовольствия.
Давид: Никит, ты же обещал держать его при себе. Мы вроде договаривались на честный поединок без скрытого оружия.
Никита: Я держу! Я вообще на экран смотрю и рук от джойстика не отрываю! Чего ты опять придумываешь оправдания своему проигрышу?
Никита всё же бросил быстрый взгляд вниз, чтобы проверить, в чём дело, и его глаза тут же округлились от шока. Он попытался судорожно отдёрнуть хвост назад, но из-за этой секундной потери концентрации его палец соскочил с кнопки тормоза. В этот же самый миг Давид воспользовался моментом, резко вошёл в последний поворот и буквально вырвал победу на финишной прямой. На экране яркими буквами высветилась надпись о победе Роменского.
Давид: Да! Есть! Один-один, Берг! Кто теперь читер, а?
Давид победно вскинул руки вверх, бросил контроллер на ковёр и резко обернулся к другу. Никита сидел с пунцовыми щеками, сердито сжимая пластиковый корпус джойстика так, будто хотел раздавить его в ладонях. Его хвост теперь раздражённо и часто стучал по матрасу, издавая глухие шлепки и выдавая крайнюю степень обиды, смешанной с диким смущением.
Никита: Это нечестно! Ты меня отвлёк своими глупыми разговорами! Специально ждал, пока я замешкаюсь и посмотрю вниз! Так победы не зарабатываются, Роменский.
Давид: Я? Да я вообще молчал всю дорогу! Это твой хвост сам ко мне полез, я тут совершенно ни при чём. Похоже, твоё подсознание тайно болеет за мою команду, так что просто смирись с этим фактом.
Никита: Ни за кого оно не болеет! Это... это просто из-за того, что ты слишком близко сел. Статическое электричество, понял? Физика, против неё не попрёшь. Мой хвост просто среагировал на тепловое излучение, вот и всё.
Давид тихо рассмеялся, это нелепое оправдание замтавило его улыбнуться ещё шире. Он поднялся с ковра, пересел на край матраса и пододвинулся почти вплотную к Никите. Не удержавшись, Давид потянул руку к его лицу. Никита дёрнулся, собираясь отпрянуть, но Роменский действовал мягко, но настойчиво. Он зацепил пальцами край чёрной маски и аккуратно сдвинул её на подбородок, открывая вид на чужие раскрасневшиеся щёки и поджатые губы.
Давид: Ага, конечно. Статическое электричество. Так я тебе и поверил, Берг. Сдавайся уже, ты проиграл по всем фронтам — и в гонках, и в своих отмазках.
Никита замер, глядя на Давида в упор своими разноцветными глазами. Вся его напускная злость и раздражение мгновенно испарились под этим тёплым взглядом, уступая место уже знакомому, смущённому молчанию. Хвост за его спиной перестал сердито стучать по кровати и снова робко замер, аккуратно обвивая подушку. Никита отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как лицо горит всё сильнее, но маску обратно натягивать не стал.
Никита: Роменский... ты иногда просто невыносимо бесишь. Знал бы ты, как сильно.
Давид: Знаю, Берг. Абсолютно всегда это знаю. Но тебе ведь это нравится, признай?
Никита ничего не ответил, лишь тихо фыркнул и слегка толкнул Давида плечом в бок. Но уходить или садиться дальше он не стал, оставаясь сидеть рядом, плечом к плечу, пока на экране телевизора весело мигало меню выбора следующей трассы.
——————
860 слов!!!!