20
Почему же Давид не мог шевелить рукой? . Оказалось, Никита за ночь умудрился переползти ближе и теперь спал, уткнувшись лбом в его бок. Самое забавное, что его чёрный хвост мёртвой хваткой обвил запястье Давида, словно живой замок.Давид тихо рассмеялся, стараясь не шуметь, и аккуратно пошевелил пальцами. От этого движения Никита недовольно заворчал во сне и зарылся носом в подушку, но руку так и не отпустил.
Давид: Берг, вставай. Ты мне всю руку отсидел. Точнее, отлежал. И отхвостил.
Никита медленно приоткрыл один глаз. Несколько секунд он непонимающе моргал, разглядывая футболку Давида прямо перед своим носом, а потом до него резко дошло, в какой позе они спят. Он тут же отпрянул назад, едва не свалившись с кровати. Его хвост мгновенно разжался и испуганно взвился вверх.
Никита: Роменский! Ты чё... почему ты так близко?!
Давид: Воу, полегче! Вообще-то это ты ко мне за ночь прирос. Я всю ночь как столб лежал, чтобы тебя не разбудить.
Никита нащупал на тумбочке свою маску и судорожно натянул её на лицо, хотя его пунцовые уши всё равно выдавали его с головой. Он сел на краю матраса, спиной к Давиду, и принялся яростно приглаживать растрёпанные после сна волосы.
Никита: Ничего я не прирос. Мне просто... холодно было. Это рефлексы. Чистая биология, понял?
Давид: Ага, конечно, биология. Особенно та часть, где твой хвост меня за руку держал, как будто я убежать собирался.Никита обернулся и зыркнул на него своими разноцветными глазами, в которых читалось дикое смущение пополам с напускной злостью. Кончик его хвоста раздражённо стукнул по полу.
Никита: Ещё одно слово, Роменский, и я тебя подушкой задушу. И вообще, иди делай чай, раз проснулся.
Давид: Ладно-ладно, ухожу, злой демон.Давид с улыбкой поднялся с кровати и потянулся. На душе было на удивление легко. Проходя мимо Никиты, он шутливо взъерошил его и без того растрёпанные волосы и быстро пошёл к двери, пока в него реально не полетела подушка.
Минут через десять Никита всё-таки выполз на кухню. Он уже успел переодеться в свою привычную просторную толстовку, но взгляд всё ещё был слегка заспанным и хмурым. На пороге он на секунду замялся, словно сомневаясь, стоит ли заходить. Почуяв запах еды, его хвост за спиной сделал пару непроизвольных и вполне довольных движений, что сразу же разрушило весь его грозный вид. Давид в это время как раз расставлял тарелки.
Давид: О, явился. Садись давай, великий геймер. Я там яичницу пожарил. Чай тебе как обычно, послаще?
Никита: Да, три ложки. И не надо так орать с утра пораньше, у меня голова раскалывается.
Никита сел за стол, поджав под себя одну ногу. Его хвост устроился на перекладине стула, лениво покачиваясь. Давид поставил перед ним горячую кружку и тарелку, а сам сел напротив, внимательно разглядывая друга. На лице Берга, как обычно, красовалась маска, которую он лишь слегка сдвинул вниз, чтобы можно было нормально поесть.
Давид: Ну и чего ты опять спрятался за своей тряпкой? Ночью тебе это как-то не мешало.
Никита чуть не поперхнулся чаем от такой наглости. Он резко поставил кружку на стол, сердито зыркнув на Давида.
Никита: Роменский, мы же договорились! Могила! Ты что, забыл уже?
Давид: Да ладно тебе, Берг, мы же тут одни. Никого больше нет. Чего ты стесняешься?
Никита: Я не стесняюсь! Просто... так надо. Понял? Ешь давай молча, а то остынет.
Никита поспешно уткнулся в свою тарелку, делая вид, что еда — это сейчас самое интересное во вселенной. Но Давид прекрасно видел, как у того снова заалели кончики ушей. Роменский только тихо хмыкнул про себя, решив больше не мучить парня. В конце концов, то, что произошло ночью, и так сильно сблизило их, даже если Никита сейчас изо всех сил пытался это отрицать.
Давид: Ладно, молчу. Какие планы на сегодня? Опять в приставку залипать будем, или у тебя другие идеи?
Никита: Ну уж нет. Сегодня я отыграюсь на тебе в гонках. Хвост обещаю держать при себе, чтобы ты потом не ныл про нечестную игру.
Давид: Ловлю на слове, Никит. Посмотрим, кто из нас останется в дураках.
————-
2 главы за день, это сильно. Ого! Планка была повышена) целых.. 660 слов! Надеюсь вам понравилось