Полет огненных драконов

Селестия Тэтчер 

После того инцидента в коридоре Селестия направилась в общежитие. Как раз в это время разносили почту, и, когда назвали её имя, девушка зашла в комнату. Письмо оказалось от сестры: в нём говорилось, что отец решил позвать своих знакомых, чтобы рассказать о её поступлении в академию, а также спрашивали, сможет ли она попасть на праздник.

Не теряя времени, Селестия бросилась к кабинету ректора. Но на пути ей внезапно преградила дорогу королевская охрана.

— Селестия Тэтчер? — спросил один из гвардейцев.

— Всё верно. А в чём, собственно, дело? — настороженно ответила девушка.

— Пройдёмте. Вас ждёт король с императорской семьёй.

— Что? В чём проблема? — в голосе Селестии прозвучал испуг.

— Просим вас проследовать с нами, иначе будем вынуждены применить силу, — твёрдо произнёс второй гвардеец.

Селестии ничего не оставалось, кроме как пойти вместе с ними. Она шагала, ощущая себя словно в тесном кольце: двое гвардейцев впереди, двое — сзади. Когда процессия добралась до кабинета, где император обычно проводил переговоры, девушку впустили внутрь одну.

Едва Селестия переступила порог, как её сразу заметили: перед ней стояли император и тот самый Каэлин Лэджер, которого она уже видела в коридоре. Император выглядел лет на сорок; суровый взгляд и прямая осанка подчёркивали его властность. Он смотрел на девушку без малейшего тепла. Зато в глазах его сына плясали смешинки — казалось, Каэлин предвкушал некое представление. Селестия мгновенно почувствовала себя неуютно. Чуть поклонившись, она подняла взгляд на монаршую семью. Спустя мгновение заговорил император.

— Итак, в курсе ли ты, для чего я тебя сюда позвал? — строго спросил он.

— Извините, но пока нет, — тихо ответила Селестия. В тот же миг она заметила, как Каэлин едва заметно и чуть ехидно улыбнулся. Это только усилило её тревогу.

— Понимаешь ли, — продолжил император, слегка раздражаясь, — дело в том, что ты оскорбила сына императорской семьи.

У Селестии от этих слов едва не округлились глаза.

— Простите, но я не припомню, чтобы как‑либо оскорбила вашего сына, — возразила она.

Тут взял слово Каэлин:

— Это было на улице, в переулке. Ты назвала меня невежей, который не умеет отвечать за свои поступки, заключённым…

Он не успел закончить фразу: в кабинет вошла императрица. Она выглядела чуть моложе императора, но в их облике угадывалось внутреннее родство и гармония.

— Что тут происходит? — спросила она, переводя взгляд с императора и сына на Селестию. Её лицо выразило искреннее удивление. — Селестия? Это ты?.. — произнесла императрица, словно не веря своим глазам.

Девушка снова поклонилась.

— Да, ваше величество, — ответила она.

— Боже, как ты выросла! Я помню тебя ещё крохой, — с тёплым умилением сказала императрица.

— Что?.. — Селестия не скрывала растерянности.

— Твоя мама спасла моего сына в лесу, когда тот заблудился, — улыбнулась императрица. — О, ты, наверное, не помнишь. — Она перевела взгляд на мужа и сына, а затем снова обратилась к Селестии: — А к вам у меня отдельный разговор. Что же мы стоим? Давайте присядем. Я тебя так давно не видела.

Пока Селестия пыталась осмыслить услышанное, все расселись: императрица устроилась на диване рядом с принцем, а девушка заняла место в кресле. Императору пришлось ненадолго отлучиться. Вскоре слуги подали чай и разнообразные угощения. Императрица взяла чашку и начала рассказывать, как когда‑то подружилась с матерью Селестии.

— Это было зимой. Каэлу тогда исполнилось девять. Он решил пострелять из лука, забрёл глубоко в лес и заблудился. А ты со своей мамой гуляла по лесу и увидела мальчика, который плакал, сидя на пеньке, — говорила императрица, не скрывая улыбки.

Селестия чуть улыбнулась в ответ и краем глаза заметила, как принц нахмурился, слушая рассказ матери. Потом он взглянул на девушку, и Селестия поспешно отвела взгляд.

— Вскоре весть дошла и до нас с императором, и гвардейцы начали прочёсывать лес. В конце концов они нашли вас, и так мы с твоей мамой стали подругами, — снова улыбнулась императрица. — Кстати, как она? — мягко спросила она.

— Мм… Её больше нет, — Селестия опустила взгляд.

— Ох, прими мои соболезнования, — тихо произнесла императрица.

После чаепития Селестия отправилась обратно в общежитие. Подходя к своей двери, она заметила, что мимо проходят её однокурсницы: девушки вполголоса, но явно намеренно обсуждали её.

— Она самого принца оскорбила, слышали? — бросила одна.

— Да, у неё мать умерла, вот и невоспитанная, — подхватила вторая.

Когда они поравнялись с Селестией, третья нарочно толкнула её плечом.

— Ой, прости, не увидела тебя, — произнесла она с фальшивой невинностью.

— Какое право вы имеете говорить обо мне гадости? Что я вам сделала? — не сдержавшись, резко спросила Селестия.

— Ой, что это жужжит? Муха? — насмешливо посмотрела на неё обидчица. — А, это ты, — и все трое разразились смехом.

— Что же с мухами делают? — издевательски протянула вторая.

— Их травят, — закончила третья.

В следующий миг девушки резко схватили Селестию и поволокли в тёмный, безлюдный угол. Через несколько мгновений она уже лежала на полу: губа была разбита, на коже проступали синяки, одежда оказалась порвана. Одна из девиц замахнулась, чтобы ударить её ещё раз, но внезапно из коридора донёсся твёрдый мужской голос:

— Отошли от неё!

Когда нападавшие отступили, Селестия подняла глаза и с изумлением узнала Каэлина.

В ту же секунду он поднял девушку на руки и быстрым шагом направился в целительскую палату. Врачи осмотрели Селестию, обработали раны и пришли к выводу, что серьёзных повреждений нет — и это стало главным облегчением.

Когда Селестия вышла из кабинета, её уже ждали императрица и Каэлин.

— Селестия, с тобой всё хорошо? Сильных травм нет? — с тревогой спросила королева.

— Всё в порядке, — попыталась улыбнуться девушка.

— Это радует. У меня срочно появились дела. Каэлин, отведи Селестию в общежитие, чтобы больше ничего не произошло, — распорядилась императрица и, сказав эти слова, поспешно удалилась.

— Пошли, — коротко произнёс Каэлин. Селестия взглянула на него и молча кивнула.

— Как ты оказался там? Тебя же не было рядом? — не удержалась она от вопроса.

— Просто… мама попросила проводить тебя. А потом я увидел, как они потащили тебя. Не волнуйся, их уже наказали. Кхм… Ничего не болит? — неожиданно заботливо спросил он.

— Нет, уже нет, — ответила Селестия.

Спустя некоторое время они подошли к общежитию.

— Спасибо, что проводил, — тихо сказала девушка и закрыла за собой дверь.

Весь остаток дня её не покидало странное, смешанное чувство — будто мир вокруг слегка сдвинулся, и прежние правила больше не работали.