Часть 1
1942 год. Алма-Ата.
Раннее солнечное утро пробудило меня и мою младшую сестру. Я встала и прошла в следующую комнату, где на столе находился кувшин с молоком. Я налила его в кружку, и села за стол. Хотелось думать о хорошем, но почему-то я не могла... Война. Многих наших знакомых уже призвали. Я знаю, что происходит в других городах. Знаю, что где-то сейчас полная разруха, голод и смерти. Софе хорошо, она еще маленькая, ничего не понимает. А мне страшно.
– Дашка, а, Дашка! – Вырвала меня из размышлений сестра, подбежавшая ко мне. – А мы пойдем сегодня гулять?
– Пойдем-пойдем, куда я от тебя денусь? – Потрепав младшенькую по голове, ответила я. – Только нужно умыться и покушать.
– Нууу! – протянула маленькая девочка. – Не хочу я умываться!
– Так, ну-ка без разговоров. Бегом в сенки к умывальнику, быстро-быстро! – Я сделала вид, что злюсь.
Послышался игривый смех Софьи, и тут же она побежала к умывальнику, а я рассмеялась в голос. Как же хорошо быть маленькой, хоть бы еще раз испытать это чувство... Ведь мне уже 13 лет, а Софе - 6 лет.
Я собиралась идти к сестре, но тут меня отвлекло одно зрелище: Валька Тяпкин и Костя Чернов тёрлись у нас под окнами, воруя малину с кустов.
Я отворила окно.
– Чернов, Тяпкин, пошли вон отсюда! Мою малину - не трогать!
– Ты че, жадина что ли?! – Возмутился Валя.
– А ты че, эту малину каждый вечер поливаешь что ли?!
– Лёва, ну ты че. Мы немножко же. – Добавил Костя
– Какая я тебе Лёва? Пацанов своих беспризорных по прозвищам зови, а у меня имя есть. – Сказала я. – Всё, чтобы к моим кустарникам ни ногой! – Я закрыла окно.
«Что выйдет из этих мальчишек?», - не могла ответить я на свой вопрос.
***
Вечер того же дня.
Софка в комнате играет в куклы, которые мама ей сшила из старой ткани. А мать с отцом чем-то занимаются в нашей избе, но а я сижу на улице, на скамейке рядом с окошком. Пение птиц, и наш сад прибавляли приятной обстановки к этому вечеру.
Я уже собиралась вставать и идти домой, но тут...
– Иди сюда. – Послышался шёпот из кустов.
Я вздрогнула. В мыслях пронеслось две версии: либо мне послышалось, либо в кустах кто-то сидит.
Я подумала, что стоит убедиться в моих догадках, как вдруг веточки растения начали подрагивать. Это значит там кто-то и вправду есть...
Я пошла прямиком туда, но решила взять с собой метлу, которой мы подметаем тропики. Я продвигалась к кустам малины, всё ближе и ближе... И тут, как ударила метлой по кому-то!
– Ай! – Звонкий детский голос.
Я увидела две сильно знакомые физиономии, которые... Справляли свою нужду?! Прям на мои ягоды?!
– Тяпкин, Чернов! Да вы офонарели совсем?! – Кричала я.
– Тяпа, бежим! – Взвизгнул Костя.
– Вы че, сволочи такие! Я вас сейчас еще раз огрею!
Парни побежали, а я вслед за ними.
Правда, далеко я не убежала, потому что была в шлёпках, в которых бегать очень не удобно. Пробежала я только два соседских дома, и злая пошла домой. Нужно рассказать маме про этих хулиганов. Ну она им устроит!
Я зашла в дом.
– Мама!
Но мама не ответила.
– Мама, ты дома? Мне нужно тебе рассказать такое!
Я прошла на кухню, и замерла от увиденного.
На кухне сидит мама с платком в руке, прикрывая своё лицо, а рядом с ней на полу сидит моя младшая сестра.
– Мамочка, ты чего? Что случилось? – Растерянно пыталась узнать я.
– Там пришло письмо, а мама плачет! Вот-вот, посмотри! – Софа протянула мне листочек со стола.
________________________________
Военнообязанному запаса т. Львову Алексею Ивановичу.
ПОВЕСТКА
Приказываю Вам 26 июня 1942 года к 6 часам утра явиться в помещение.
За неявку в указанный срок будете привлечены к ответственности по Уголовному Кодексу.
________________________________
– Как... – Тихо прошептала я.
Мама расплакалась еще сильнее.
Из комнаты вышел отец, на котором не было лица.
Этот день я запомнила навсегда. Запомнила слёзы мамы, запомнила непонимание сестры, запомнила долгие объятия папы.
Отец ушел рано утром, я не смогла его проводить, не успела.
***
1943 год. Алма-Ата.
После призыва папы наша семья разрушилась. Раньше-то я думала, что мое детство уже давно прошло, но как же я тогда ошибалась.
Мама поддалась отчаянию и начала пить, тем самым переставая заботиться о нас с сестрой. Деньги быстро закончились, мать стала продавать наши вещи за бутылку. А всю свою боль и отчаяние она выплёскивала на меня, Софу трогать я не давала.
Она начала водить мужиков домой, а те начали лезть ко мне. Даже вспоминать их действия противно.
Больше всего я боялась за Софку. Поэтому я решила, что нужно что-то предпринимать. Мы устали жить в страхе. Я больше не могла терпеть. В нашем «поселке» были старые, заброшенные территории, на которых были маленькие хибарки, где хранились какие-то старые вещи. Я туда уволокла Софью, в прямом смысле этого слова. Она не хотела уходить из дома. А я не хотела, чтобы к ней лезли, не хотела, чтобы она смотрела, не хотела, чтобы она видела свою мать в таком ужасном состоянии. Но иногда я приводила ее к тёте Маше, старая знакомая, которая живёт по соседству.
Я хотела, чтобы Софа выросла хорошим человеком, а не чтобы она сгнила вместе с матерью.
Чтобы прожить мне пришлось воровать.
Это уже вошло в обязанность, ведь без этого нам с сестрой не прожить. Но ворую я не одна, у нас есть собственная банда, правда она небольшая. Я, Люба, Нина, Лариса и Олька. А теперь по кличкам. Люба - Гром, Нина - Рыжик, Лариса - Балда, Оля - Мина. Ну а меня прозвали Лёвой, потому что фамилия Львова.
С девочками я знакома с самого детства, но из-за наших положений нам пришлось не только дружить вместе, но и выживать. Рыжик - моя поддержка и опора. Прозвали её так, потому что у нее рыжие волосы и веснушки. Начинали мы с Рыжей вместе, просто потом девки к нам подключились.
А что про воровство? У нас никаких заказчиков нет, всё для себя.
У каждой из нас есть свое дело. Гром - проводница, знает все склады и улицы наизусть. Мина - стоит на шухере. Балда - взламывает замки. Рыжик - форточница, но может выполнять и функции Ларисы. Я - сделаю всё, что придется.
***
– Че, идем на склад? – Задала вопрос Мина.
– Ну а как же, не сидеть же голодом. – Ответила ей Гром.
– Ну и че мы тогда сопли жуем? – Я сплюнула в сторону.
И всей бандой мы пошли на склад...