Глава-9 «Запретный адреналин»
Дэймон смотрел на неё тяжелым, почти безумным взглядом.Ливия всё ещё дрожала от слез, прижимая руки к груди, будто пыталась защититься от него и от самой себя одновременно.
И именно её страх окончательно ломал в нём остатки контроля. Он медленно приблизился почти вплотную.
— И знаешь, Ливия... — хрипло произнес Дэймон, не сводя глаз с её лица. — Я украду у тебя не только первый поцелуй.
У Ливии внутри всё похолодело. Он наклонился чуть ближе.
— Я во всём буду у тебя первым. Ты должна это знать.
На секунду в комнате стало абсолютно тихо.
А потом Ливия резко оттолкнула его ладонями в грудь.
— Не смей так говорить со мной!
Её голос сорвался.
В глазах стояли одновременно страх и ярость.
— Ты не имеешь права решать за меня мою жизнь!
Дэймон даже не сдвинулся от её толчка.Только смотрел.Тяжело.Опасно.
— Тогда перестань смотреть на меня так, будто сама уже позволила мне слишком много.
— Я тебя ненавижу! — почти выкрикнула Ливия.
— Нет, — тихо перебил он. — Если бы это была ненависть, ты бы не дрожала каждый раз, когда я подхожу ближе.
Эти слова снова ударили слишком точно.
Ливия почувствовала, как сердце болезненно сжимается.Потому что он видел её слишком хорошо.И именно это пугало сильнее всего.
Она резко отвернулась, пытаясь скрыть слезы.
— Уходи...
Но Дэймон не двигался.
Позади неё повисла тяжелая тишина, наполненная тем опасным напряжением, которое между ними уже давно перестало быть просто ненавистью.
Ливия едва успела сделать шаг в сторону, как Дэймон резко перехватил её за запястье.
Она вздрогнула.
— Отпусти...
Но он уже притянул её к себе.Слишком быстро.
Слишком уверенно.Ливия не удержалась и оказалась прямо у него на коленях, когда Дэймон сел на край кресла, фиксируя её положение одной рукой за талию.
— Дэймон! — она тут же попыталась подняться. — Ты с ума сошел?!
— Сиди, — спокойно сказал он.
В его голосе не было крика.
И от этого становилось только страшнее.Ливия замерла на секунду, потом снова резко дернулась:
— Я сказала, отпусти меня!
— Нет.
Он произнес это тихо, почти устало, но пальцы на её талии лишь чуть сильнее сжались, удерживая её на месте.Ливия тяжело дышала, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле.
— Ты не можешь... — прошептала она. — Ты не можешь просто делать со мной что хочешь...
Дэймон чуть наклонился ближе.
Теперь их лица были на расстоянии дыхания.
— Я ничего не делаю «просто так», Ливия.
Она попыталась отвернуться, но он аккуратно удержал её за подбородок, заставляя снова посмотреть на него.Её глаза были мокрыми, растерянными, но уже без прежней силы сопротивления.И это на секунду выбило Дэймона из привычного равновесия.
Он молчал.Слишком долго.А потом тише добавил:
— Я не собираюсь тебя ломать.
Пауза.
— Но и не собираюсь отпускать каждый раз, когда ты сама не понимаешь, чего хочешь.
Ливия сжала губы.
— Я знаю, чего я не хочу...
— Тогда скажи.
И в комнате снова повисла тишина — плотная, тяжелая, опасная, в которой каждый их вдох звучал слишком громко.
Девушка снова попыталась отстраниться, но сил в ней уже почти не осталось — слишком много эмоций, слишком много напряжения за последние дни.Дэймон не отпустил.
Наоборот — чуть изменил положение, удерживая её ближе и аккуратнее, уже без резкости.
— Успокойся, — тихо сказал он.
Ливия резко выдохнула, но сопротивление стало слабее, почти исчезло.
Он не стал давить дальше.
Просто чуть наклонил её к себе, и Ливия, сама того не ожидая, оказалась ближе, чем собиралась.
Секунда.Вторая.И её лоб осторожно коснулся его плеча.Она замерла.Сердце всё ещё билось быстро, но тело будто предало её — напряжение постепенно уходило, оставляя только усталость.
Дэймон не двигался.Не торопил.Не говорил лишнего.Только держал её так, чтобы она не упала и не сорвалась снова.Ливия медленно закрыла глаза.И впервые за эти дни не попыталась вырваться.Тишина в комнате стала другой — не острой, а тяжелой и тихой, как после грозы.
Дэймон чуть ниже наклонил голову, голос стал почти не слышен:
— Ты сама себя изводишь сильнее, чем кто-либо.
Ливия ничего не ответила.
Она просто оставалась у него на плече, пытаясь хоть немного выровнять дыхание.
И это молчание между ними было опаснее любых слов.
Тишина в комнате постепенно стала глубже, мягче, почти убаюкивающей.
Ливия уже не думала ни о словах, ни о клубе, ни о боли последних дней — всё это будто растворялось в ровном дыхании и в неожиданном ощущении безопасности, которое она сама себе не хотела признавать.
Её веки становились всё тяжелее.
Сначала она просто закрыла глаза на секунду.
Потом ещё раз.
И в какой-то момент грань между бодрствованием и сном исчезла совсем.Дыхание стало ровным.
Плечи расслабились. И она внезапно для себя уснула, всё так же уткнувшись лбом в плечо Дэймона.Её пальцы всё ещё слабо держали ткань его футболки, но уже без напряжения — просто как за что-то привычное в этой странной, почти невозможной тишине.Дэймон сразу почувствовал, как её тело изменилось.Как исчезла дрожь.Как дыхание стало спокойнее.Он медленно опустил взгляд на неё.
Лицо Ливии было уставшим, но уже не таким разбитым, как раньше. Без защиты, без напряжения — совсем другое состояние, которое она редко позволяла кому-либо видеть.
Он не двигался.Не поднимал её.Не нарушал этот момент.Только чуть осторожнее поправил её положение, чтобы ей было удобнее, и откинулся на спинку кресла, продолжая держать её рядом.
За окном окончательно стемнело.
И в этой тишине, впервые за долгое время, в комнате не было ни ссоры, ни крика, ни боли.
Только её ровное дыхание и его молчание рядом.
Комната постепенно погрузилась в мягкий полумрак.Ливия так и осталась у него на коленях, уткнувшись в плечо, спокойно и ровно дыша во сне. Напряжение последних дней наконец отпустило её тело, оставив только усталость.
Дэймон не менял позу.
Он сидел неподвижно, будто любое резкое движение могло разрушить этот редкий момент тишины. Его взгляд иногда опускался на неё — уже не такой острый, как раньше, скорее задумчивый, почти усталый.За окном медленно темнело окончательно, и свет в комнате стал тёплым и приглушённым.
Ливия слегка пошевелилась во сне, но не проснулась — только чуть ближе прижалась к нему, инстинктивно ища опору.
Дэймон едва заметно выдохнул.
И впервые не убрал её от себя.
Так они и остались — в тишине, без слов, без борьбы, в странной паузе между тем, что было, и тем, что ещё только должно случиться.
_________________________________
Утро пришло слишком тихо.
Ливия медленно открыла глаза, всё ещё не понимая, почему проснулась так резко.
Несколько секунд она просто лежала неподвижно, глядя в потолок.А потом память начала возвращаться.Комната.Дэймон.Его руки на её талии.Тепло его плеча, в которое она уткнулась прежде чем уснуть.Ливия мгновенно повернула голову.Пусто.Кресло возле окна было пустым.В комнате никого.Она резко села на кровати, чувствуя, как сердце странно сжалось.
Дэймон ушёл. Без слов. Без записки.
Будто вчерашней ночи вообще не существовало.
Ливия медленно провела рукой по волосам и попыталась успокоиться.Это ведь хорошо.Так даже лучше.Тогда почему внутри появилось это неприятное чувство?
Она опустила взгляд — на краю кровати лежала чёрная толстовка Дэймона, которую он, видимо, оставил ночью.Ливия несколько секунд просто смотрела на неё.А потом резко отвела взгляд, будто сама себе запрещала думать лишнее.
Через час она всё же спустилась вниз.Вилла уже проснулась.Из кухни доносился запах кофе и свежей выпечки, где-то смеялась Эмма, а в столовой звучал спокойный голос Сары.
Ливия уже почти расслабилась, когда услышала шаги.И сердце предательски дрогнуло раньше, чем она успела себя остановить.
Дэймон вошёл в столовую спокойно, будто ничего не произошло.Тёмная футболка, влажные волосы после душа, телефон в руке.
Он выглядел слишком нормально для человека, который ещё ночью был в её комнате.
Ливия невольно подняла на него взгляд.
Но Дэймон прошёл мимо неё так, словно вообще не заметил.Ни взгляда.Ни слова.
Он сел рядом с Адамом, налил себе кофе и лениво открыл телефон.Будто Ливии для него просто не существовало.И почему-то именно это задело её сильнее всего.
В столовой стояла спокойная утренняя атмосфера.
Эмма лениво листала телефон, Сара разговаривала с прислугой, а Ливия изо всех сил старалась делать вид, что присутствие Дэймона её совершенно не волнует.Хотя его равнодушие раздражало всё сильнее.Он даже не смотрел в её сторону.
Словно вчера она не уснула рядом с ним.
Адам наконец отложил телефон на стол и спокойно произнёс:
— У нас с Сарой изменились планы.
Сара подняла глаза:
— Адам...
Но он уже продолжал:
— Нас пригласили на показ моды в Милан. Сегодня вечером вылет.
Эмма сразу оживилась:
— В Милан?
Ливия тоже невольно подняла взгляд.
Сара устало улыбнулась:
— Это всего на несколько дней.
Адам спокойно кивнул:
— Максимум неделя.
Эмма тихо присвистнула:
— Значит, вилла остаётся без родителей.
На губах Дэймона появилась короткая усмешка, но он по-прежнему не смотрел на Ливию.
— Плохая идея, — лениво бросил он.
Сара сразу посмотрела на него:
— Дэймон.
— Что? — спокойно ответил он, делая глоток кофе. — Ты сама знаешь, чем обычно заканчиваются такие "спокойные семейные недели".
Эмма тихо засмеялась.
Даже Ливия едва заметно улыбнулась.
Но Дэймон этого будто не заметил.
Адам спокойно продолжил:
— Я рассчитываю, что за время нашего отсутствия дом останется целым.
— Не обещаю, — коротко ответил Дэймон.
Сара тяжело выдохнула:
— Хотя бы без полиции, и журналистов.
— Это уже слишком много требований, — усмехнулся он.
Ливия впервые за всё утро посмотрела на него чуть дольше обычного.И именно в этот момент Дэймон вдруг поднял глаза.
Их взгляды встретились всего на секунду.
Но он тут же снова отвернулся, будто этого контакта вообще не было.
Оставшуюся часть завтрака все обсуждали поездку.
Сара переживала, что забыла подготовить половину вещей, Эмма уже шутила о том, что вилла без взрослых проживёт максимум два дня, а Адам раздавал указания рабочему персоналу в гостиной.
Только Ливия почти не говорила.И Дэймон тоже.
Он сидел расслабленно, иногда отвечая Саре короткими фразами, но всё так же ни разу нормально не посмотрел в её сторону.
И это начинало злить Ливию всё сильнее.
Будто прошлой ночи действительно не существовало.
Когда завтрак закончился, Сара поднялась первой:
— Ливия, поможешь мне собрать вещи?
— Да, мам.
— Мы выезжаем в аэропорт через три часа.
Эмма тут же простонала:
— Господи, Сара сейчас устроит военный режим по сборам.
— Правильно, — невозмутимо ответила Сара. — Потому что если оставить вас без контроля, вы превратите виллу в ночной клуб.На губах Дэймона появилась короткая усмешка.
— Поздно. Она и так им стала.
Эмма засмеялась.
Даже Сара невольно улыбнулась, качнув головой.
Ливия поднялась из-за стола вместе с матерью.
И когда она проходила мимо Дэймона, то случайно почувствовала знакомый запах его парфюма.
Слишком близко.Слишком знакомо после вчерашней ночи.Она почти сразу ускорила шаг.
Но уже у выхода из столовой услышала его спокойный голос:
— Ливия.
Она замерла.
Сара и Эмма ушли чуть вперёд, не заметив этого Ливия медленно обернулась.Дэймон сидел всё так же расслабленно, лениво крутя чашку кофе в пальцах.
— Что? — тихо спросила она.
Он несколько секунд молча смотрел на неё.
А потом спокойно произнёс:
— Не ходи сегодня никуда с Эммой вечером.
Ливия нахмурилась.
— Это ещё почему?
На его лице снова появилась эта раздражающая спокойная усмешка.
— Потому что я так сказал.
И именно этим тоном он снова мгновенно вывел её из себя.Ливия медленно развернулась к нему.
Раздражение внутри вспыхнуло мгновенно.
— Серьёзно? — тихо переспросила она. — Ты сейчас будешь мне что-то запрещать?
Дэймон лениво поднял на неё взгляд.
— Да.
И эта его спокойная уверенность окончательно вывела её из себя.Она резко шагнула ближе к столу.
— Тебе можно всё, да? — её голос стал жёстче. — Таскаться по клубам, исчезать с девушками, трахать каждую, которая посмотрит в твою сторону...
Эмма у выхода медленно замерла, понимая, что сейчас лучше не вмешиваться.Ливия смотрела только на Дэймона.
— А мне нельзя даже выйти вечером?
Усмешка на его лице медленно исчезла.
Он отложил чашку на стол и медленно поднялся.
Спокойно. Но именно это спокойствие стало опасным.Дэймон подошёл ближе, остановившись почти вплотную к ней.
— Закончи мысль, — тихо сказал он.
Ливия вскинула подбородок, несмотря на то, как быстро билось сердце.
— Ты ведёшь себя так, будто имеешь право мной командовать.
Несколько секунд он просто смотрел на неё. Тяжело.Холодно.А потом тихо усмехнулся:
— Если бы я действительно решил тобой командовать, Ливия... ты бы сразу поняла разницу.
У неё внутри всё резко сжалось от этого тона.
Но отступать она уже не собиралась.
— Тогда не указывай мне, что делать.
Дэймон медленно наклонил голову набок.
— Я сказал не ходить вечером не потому, что мне скучно тебя контролировать.
— А потому что что? — резко перебила она.
Пауза.
И впервые за весь разговор в его взгляде мелькнуло раздражение.Настоящее.
— Потому что ты слишком наивная, чтобы понимать, чем заканчиваются такие вечера.
Ливия зло усмехнулась:
— Не переживай. Я точно не собираюсь повторять твой образ жизни.
Тишина. Эмма у двери тихо пробормотала:
— Ладно... я, пожалуй, пойду.
И быстро исчезла из столовой, оставляя их вдвоём.
Ливия резко вскинула подбородок, глядя ему прямо в глаза.Злость внутри уже давно пересилила осторожность.
— Ты мне никто, Дэймон.
Тишина между ними стала ледяной.Но она уже не могла остановиться.
— И тебя вообще не должно волновать, с кем я общаюсь и что делаю.Дэймон молча смотрел на неё сверху вниз.Слишком спокойно.
И это только сильнее подталкивало её говорить дальше.
— Если захочу — буду делать то же самое, что и ты, — жёстко бросила Ливия. — Ходить по клубам, исчезать с кем угодно, проводить ночи с кем угодно.
Пауза. И почти зло:
— Или тебе можно, а мне нельзя?
На этот раз его лицо изменилось сразу.
Усмешка исчезла полностью.Взгляд стал тяжёлым.
Опасным.Дэймон медленно сделал шаг ближе.
Настолько, что Ливия почувствовала знакомый запах его парфюма.
— Не сравнивай себя со мной, — тихо произнёс он.
Но в голосе уже слышалось раздражение.
Ливия нервно усмехнулась:
— Почему? Правда глаза режет?
Он резко отвёл взгляд в сторону, будто сдерживая что-то внутри.
А потом снова посмотрел на неё.
— Ты вообще не понимаешь, о чём говоришь.
— Зато ты всё понимаешь, да? — перебила она. — Думаешь, можешь жить как хочешь, а остальные должны подстраиваться под твои правила.
Дэймон резко приблизился ещё сильнее.
Теперь между ними почти не осталось расстояния.
— Я хотя бы знаю, чем заканчиваются такие игры, Ливия.Она почувствовала, как сердце ударилось быстрее.Но отступать уже не собиралась.
— Тогда не лезь в мою жизнь.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга Тяжело. Напряжённо.
И в какой-то момент Дэймон вдруг холодно усмехнулся.
— Хорошо.
Пауза.
— Делай что хочешь.
Он резко развернулся и вышел из столовой, оставив после себя только напряжённую тишину и ощущение, будто между ними только что произошло что-то гораздо серьёзнее обычной ссоры.
Дверь за Дэймоном резко закрылась.И только тогда Ливия наконец выдохнула.Глубоко.С облегчением.Будто всё это время держала воздух в лёгких.Она медленно провела рукой по волосам и отвернулась к окну, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
— Невыносимый... — тихо пробормотала она себе под нос.
Но несмотря на злость, внутри всё ещё неприятно дрожало после его взгляда. После того, как близко он стоял. После этого напряжения, которое между ними появлялось снова и снова, как бы она ни пыталась это отрицать.Ливия раздражённо сжала губы.Нет.Плевать.Пусть делает что хочет.Пусть исчезает по ночам.Пусть живёт своей жизнью.
Её это больше не касается.
Она снова глубоко вдохнула и наконец направилась к выходу из столовой, пытаясь убедить в этом хотя бы саму себя.
К вечеру вся вилла уже была на ногах.
Внизу суетилась прислуга, в коридорах стояли собранные чемоданы, а Сара в сотый раз проверяла, ничего ли не забыла перед вылетом.
Ливия стояла у лестницы, наблюдая за этой привычной семейной суматохой.
Эмма сидела на диване с соком в руках и откровенно развлекалась происходящим.
— Клянусь, — протянула она, — если Сара ещё раз спросит про билеты, я сама улечу вместо вас.
Сара бросила на неё усталый взгляд:
— Потому что потом именно ты первая начнёшь звонить мне с паникой.
— Неправда, — невинно улыбнулась Эмма.
Адам спокойно спустился вниз уже полностью готовый к дороге — тёмное пальто, телефон в руке и привычно холодное выражение лица.
— Машина приехала, — коротко сообщил он.
Сара сразу напряглась ещё сильнее.
Она подошла к Ливии и мягко поправила ей волосы за ухо.
— Не ссорьтесь тут, хорошо?
Ливия невольно улыбнулась:
— Постараемся.
— Я серьёзно, — Сара перевела взгляд куда-то в сторону гостиной. — Особенно с Дэймоном.
При упоминании его имени Ливия тут же почувствовала лёгкое раздражение.
Будто день и так был недостаточно тяжёлым.
И словно специально в этот момент в гостиную вошёл сам Дэймон.
Спокойный.
Расслабленный.
Будто вообще не участвовал в утреннем скандале.
Он лениво взглянул на чемоданы:
— Ну всё. Дом официально обречён.
Эмма тихо засмеялась.
Сара тяжело выдохнула:
— Дэймон, пожалуйста...
— Я ничего не сделал, — невозмутимо ответил он.
Адам холодно посмотрел на сына:
— И не делай.
Дэймон только усмехнулся.
Ливия старалась вообще не смотреть на него.
После утреннего разговора ей всё ещё было не по себе.
Сара по очереди обняла Эмму и Ливию, потом снова посмотрела на детей так, будто уже заранее переживала за то, что оставляет их одних.
— Звоните мне.
— Да, мам, — одновременно ответили девушки.
Адам уже направился к выходу, когда Сара вдруг остановилась у двери и строго произнесла:
— И никакого хаоса.
Дэймон лениво поднял бровь:
— Слишком поздно для таких просьб.
Эмма снова засмеялась.
Сара покачала головой, но всё же улыбнулась.
А потом они с Адамом наконец вышли из виллы.
Через несколько секунд за окнами послышался звук отъезжающей машины.
И в доме внезапно стало слишком тихо.
Очень тихо.
Будто вместе с родителями из виллы исчезло последнее ощущение контроля.
Тишина на вилле Сальваторе после отъезда родителей просто звенела. Сара и Адам укатили в аэропорт, дом остался полностью в их распоряжении, но в голове Ливии набатом стучал ледяной приказ Дэймона: «Делай что хочешь ». Он уехал со своими парнями развлекаться в свой клуб «Сальваторе», уверенный, что полностью подавил её волю.Но внутри Ливии вместо привычного страха вдруг закипела дикая, обжигающая злость. С какой стати она должна запираться в четырех стенах, пока он творит что хочет? Хватит.Ливия резко развернулась к Эмме, которая уныло сидела на диване.
— Мы едем в клуб. Прямо сейчас, — твердо отрезала Ливия, и в её глазах вспыхнул дерзкий, опасный огонек.
— Да ладно?! Лив, вот это я понимаю — настрой! — Эмма аж подпрыгнула от восторга. — Погнали устроим этому эгоисту сюрприз!Девушки бросились на второй этаж.
Ливия вытащила из шкафа самое шикарное, чертовски сексуальное платье, которое идеально подчеркивало фигуру. Быстрый макияж, стрелки, капля парфюма — в зеркале отражалась уверенная в себе, сногсшибательная девушка, а не запуганная жертва. Эмма тоже оделась под стать подруге: ультракороткое платье и каблуки. Они выглядели как королевы этой ночи.Через полчаса такси затормозило у неоновой вывески клуба «Сальваторе». Пройдя мимо огромной очереди благодаря Эмме, они ворвались внутрь. Оглушительные басы, вспышки лазеров, толпа — атмосфера пьянила. Ливия гордо вскинула подбородок, расправила плечи и уверенной, приковывающей взгляды походкой направилась к барной стойке.В этот момент Дэймон сидел на VIP-балконе, лениво потягивая виски с Рожхатом и Лиамом. Он был полностью расслаблен, думая, что Ливия послушно сидит на вилле. Но стоило ему случайно опустить взгляд вниз, как его стакан замер в воздухе.Лицо Дэймона в секунду потемнело от бешеного, неконтролируемого гнева. Она посмела нарушить его запрет. И выглядела она настолько чертовски привлекательно, что у него перехватило дыхание. Рожхат, заметив, как изменился друг, присвистнул:
— Оу... Дэймон, кажется, твоя птичка вырвалась из клетки. И выглядит она просто сногсшибательно.
Дэймона перекрыло от уязвленного эго и дикой ревности. Чтобы проучить Ливию и уничтожить её гордость на глазах у всех, он лениво подозвал блондинку, крутившуюся рядом. Заметив, что Ливия наконец подняла голову и смотрит на балкон, Дэймон жестко притянул незнакомку за талию и демонстративно, страстно вцепился в её губы, буквально пожирая её на глазах у Ливии.
У Ливии внутри всё оборвалось, уступая место ледяной пустоте. Но она не собиралась плакать. Её гордость требовала немедленного реванша. Намеренно удерживая взгляд на беснующемся от поцелуя Дэймоне, Ливия резко развернулась к бару, выбрала взглядом симпатичного незнакомца, шагнула к нему, запустила пальцы в его волосы и яростно, вопиюще впилась в его губы.Это была идеальная месть.
Незнакомец быстро перехватил её за талию, углубляя поцелуй, а Ливия слегка повернула голову, чтобы Дэймон сверху видел всё.Дэймон сверху словно подавился своей спесью. Он грубо оттолкнул блондинку, его кулаки сжались до белых костяшек, а в глазах потемнело от первобытной ревности. Он в три шага слетел с балкона, расталкивая толпу, подлетел к бару и мертвой хваткой рванул парня на себя.
— Руки убрал от нее! — прорычал Дэймон и с размаху впечатал кулак в челюсть парня.Завязалась жесткая драка, они покатились по полу. Музыка стихла. Рожхат и Эмма еле оттащили разъяренного Дэймона от окровавленного соперника. Дэймон дико вырывался, хрипя и глядя только на Ливию.
Эмма, бледная от испуга, схватила Ливию за руку и потянула на выход. Они выскочили на прохладную парковку.
— Ливия, что это было?! Вы чуть клуб не разнесли! — закричала Эмма.В эту же секунду двери клуба с грохотом распахнулись, и на улицу вылетел разъяренный Дэймон в порванной футболке и с разбитыми костяшками.
— Назад, Рожхат! Не лезь! — рявкнул он другу и пошел как хищник прямо на Ливию.
— Ты думала, это игра, дрянь?! Думала, тебе это сойдет с рук?!Ливия сделала шаг навстречу, глядя ему прямо в глаза:
— Ты первый вцепился в ту блондинку! Ты хотел сделать мне больно?! У тебя получилось! Не смей устраивать мне сцены!
Дэймон окончательно потерял контроль. Он мертвой хваткой сжал её запястье:
— Поехала со мной. Живо.Он силой потащил упирающуюся Ливию к своей машине, буквально втолкнул её на пассажирское сиденье и заблокировал двери. Запрыгнув за руль, он с бешеной силой завел мотор, и спорткар сорвался с места, улетая в ночную темноту.В салоне стоял удушающий запах адреналина.
— Тормози! — закричала Ливия, ударив по панели. — Останови машину, ты не имеешь права!Дэймон резко крутанул руль, и машина с диким визгом затормозила на обочине. Он резко отстегнулся, навис над ней, перекрывая воздух, и схватил за подбородок:
— Кто я такой?! Я тот, чьи приказы ты обязана выполнять! Ты думала, можешь вешаться на других у меня на глазах?!
— Ты сделал то же самое! — закричала она, и из её глаз брызнули слезы обиды. — Ты хотел унизить меня
— Потому что ты принадлежишь мне! — сорвался на крик Дэймон, и его горячее дыхание обожгло её губы. Расстояние между ними сократилось до минимума. Вся их взаимная ненависть и дикая одержимость сейчас сгорали в этой машине.
Внутри Дэймона окончательно оборвались последние тормоза. Смотреть в её полные слез и ярости глаза, чувствовать судорожное дыхание и находиться в паре сантиметров от губ, которые еще полчаса назад целовали другого, было выше его сил. Злость, ревность и глухое, годами подавляемое влечение смешались в один взрывоопасный коктейль.
Дэймон резко перехватил руку Ливии, фиксируя её над головой, а второй ладонью жестко сжал её затылок, полностью лишая возможности отвернуться.
— запомни, ты моя! — глухо, почти беззвучно выдохнул он ей в губы за секунду до того, как его рот накрыл её собственный.Это был грубый, собственнический и невероятно страстный поцелуй. Дэймон целовал её так, словно пытался выжечь из её памяти и с её губ любое воспоминание о том незнакомце в клубе. В этом поцелуе не было правил, деликатности или нежности — только чистая, первобытная страсть на грани с безумием. Он буквально пожирал её, сминая губы до боли, заставляя Ливию задыхаться от этого напора.Ливия от неожиданности и силы его натиска сначала попыталась дернуться, заколотить свободной рукой по его плечу, но Дэймон даже не шелохнулся, намертво прижимая её к кожаному сиденью своим тяжелым телом. И в какой-то момент сопротивление Ливии сломалось. Обжигающая волна адреналина и странного, запретного удовольствия затопила её изнутри. Обида на его поступок с блондинкой трансформировалась в ответный всплеск страсти.Она перестала вырываться. Вместо этого Ливия судорожно запустила пальцы в его растрепанные волосы и ответила на поцелуй с такой же дикой, яростной взаимностью. Она кусала его губы, сплетаясь с ним в этой безумной схватке, чувствуя на языке металлический привкус крови из его разбитых в драке костяшек. В замкнутом пространстве машины, где пахло дорогой кожей и парфюмом, они оба окончательно перешагнули черту, сгорая в пламени, которое сами же и разожгли...