Элита.

— Возьмите с собой стволы, — сказал Маттео, засовывая руки в карманы.
— Зачем? — удивился Райан.
— Ну, вдруг кто-то увидит, — Маттео посмотрел на него с каменным лицом. — Чтобы сразу избавиться от свидетелей.
Все замерли. Тишина повисла такая, что слышно было, как в лесу падают листья.
— Мне иногда страшно с твоего юмора, — сказал Арес.
— Кто сказал, что я шучу?
Все на него посмотрели.
— Не, ну стволы надо взять всё-таки, — добавил Джейсон. — Ради безопасности.
— У меня нет пушки, — сказал Ник.
— Кому ты чешешь? — усмехнулся Маттео. — Я знаю, что у всех есть.
Ближе к часу мы встретились на поляне. Лес уже спал — ни звука, ни огонька, только луна и редкие звёзды. Мы переговаривались шёпотом, хотя рядом никого не было. Нервы были на пределе.
Все разделились по парам и пошли к домам.
— Это чей? — спросила я, кивнув на тёмный силуэт домика впереди.
— А я откуда знаю, — ответил Маттео.
— Ясно, — я не стала спорить.
— Откуда зайдём? — спросил он.
— Сзади есть веранда, — я показала рукой. — Думаю, оттуда.
Мы пошли туда. Бесшумно, стараясь не наступать на сухие ветки. Я держала в руке фонарик, но не включала — светила луна. Достаточно, чтобы видеть силуэты, но не слишком, чтобы нас заметили.
— Тихо, — прошептал Маттео, когда мы подошли к веранде.
— Я и так тихо, — ответила я.
— Твои кроссовки скрипят.
— Это не кроссовки, это гравий.
— Тогда не наступай на гравий.
— На что мне наступать? На воздух?
— На траву.
— Её здесь нет.
— Тогда на цыпочках.
— Я на цыпочках.
— Не похоже.
— Заткнись уже.
Он усмехнулся.
Мы поднялись на веранду. Дверь была не заперта.
— Везучие, — прошептала я.
— Или нас ждут.
— Не каркай.
Мы зашли внутрь. В домике было тихо. Кто-то спал на первом этаже, кто-то на втором. Мы двигались медленно, проверяя телефоны, которые лежали на видных местах. Кабель Джейсона работал как часы — экран разблокировался, и мы просматривали переписки, фото, звонки.
— Ничего нет, всё чисто, — сказала я, отключая кабель от очередного телефона.
— У него тоже не открывается, — Маттео нахмурился, глядя на экран. — Что за хрень?
— Не поняла.
— Дай другой провод.
Я дала. Он подключил — ноль реакции.
— Тоже не работает.
— Каждый раз обязательно у кого-то не открывается телефон, — я провела рукой по лицу, чувствуя, как усталость давит на плечи.
— Может, нас путают? — тихо спросил Маттео.
— Кто? — я подняла на него глаза.
— Не знаю, — он пожал плечами. — Аноним.
— Зачем?
— Чтобы мы подозревали всех подряд.
— Или кого-то конкретного.
Мы замолчали. В домике было тихо, только где-то наверху посапывали спящие.
— Чей это домик? — спросил он.
— Надо запомнить, — ответила я. — Завтра узнаем.
Мы пошли в следующий домик. Лес вокруг затих, даже ветер, казалось, замер. Луна пряталась за тучами, и только редкие фонари освещали дорожку, вырывая из темноты куски земли, корней и опавших листьев. Воздух стал тяжёлым, сырым — вот-вот должен был пойти дождь.
— Здесь тоже есть веранда?
— Да, — ответил Маттео, кивнув в сторону задней стены.
Мы обошли здание. Веранда оказалась маленькой, захламлённой старыми ящиками и ржавым велосипедом. Пахло прелой древесиной и чем-то ещё — мокрой тряпкой, что ли. Дверь была закрыта.
— Я могу взломать замок, — сказал он, доставая из кармана тонкую металлическую пластинку.
— Мне иногда страшно с тобой находиться, — прошептала я, глядя, как он аккуратно вставляет пластинку в замочную скважину.
— Поздравляю, — усмехнулся он. Через несколько секунд замок щёлкнул.
Мы зашли. Внутри было тихо, пахло сыростью и старым деревом. На первом этаже спали четверо: двое на раскладных диванах, двое на матрасах на полу. Кто-то тихо посапывал, кто-то лежал на спине, раскинув руки. На втором этаже — ещё несколько человек. Я слышала их дыхание, иногда кто-то ворочался.
Телефоны лежали на видных местах. На тумбочках, на подоконниках, один — прямо на полу, рядом с разбросанной одеждой. Мы проверили пять. Всё чисто. Обычные сообщения, обычные звонки, обычные фото. Ничего подозрительного.
— Ищи шестой, — сказал Маттео, прислонившись к стене.
— Почему ты сидишь? — огрызнулась я, оборачиваясь. — Ищи сам.
— Устал, — он потёр переносицу. — Почти всю работу я сделал, мог бы и без тебя обойтись.
— Что я тебе сделала, что ты так ко мне относишься, м? — я выпрямилась, забыв про телефон.
— Не понял, — он поднял голову.
— Да всё ты понял.
— Ты серьёзно думаешь, что я начал к тебе относиться по-другому только из-за ситуации с Николь? — его голос стал тише, опаснее. Он говорил шёпотом, но в этом шёпоте было больше угрозы, чем в любом крике. — Я настолько идиот по-твоему?
— А что тогда не так?!
Он замолчал.
— Да пошёл ты, — выдохнула я. — Ненавижу тебя.
— Очень этому рад, — ответил он и отвернулся.
Я увидела телефон, развернулась к тумбочке, взяла его, подключила кабель. Экран не загорался. Чёрный, мёртвый.
— Не работает, — прошептала я.
— Опять?
— Опять.
— Отложи, потом разберёмся.
Я положила телефон обратно на тумбочку, спрятала кабель в карман. Хотела сказать что-то ещё — но не успела.
Вдруг из темноты за спиной Маттео выросла тень. Рука в чёрном рукаве обхватила его горло, дёрнула назад. Я не успела закричать — всё произошло за секунду. Но Маттео уже действовал: резкое движение корпусом, удар локтем в солнечное сплетение, и нападавший пошатнулся. Маттео вырубил его пистолетом — глухо, без выстрела, просто рукояткой по голове. Тело рухнуло на пол с глухим стуком.
— Что происходит?! — закричала я. — Это кто?!
— Да замолчи хоть на секунду! — рявкнул он, тяжело дыша.
Из тени вышли ещё двое. Один с ножом — лезвие блеснуло в лунном свете, пробившемся сквозь незанавешенное окно. Второй заходил сбоку, перекрывая выход. Лица скрывали чёрные маски.
— Сара, назад, — приказал Маттео, отступая к стене и заслоняя меня корпусом.
Я не успела. Третий — тот, кого я не заметила — схватил меня сзади. Рука обхватила плечи, вторая зажала рот. Я дёрнулась, но он был сильнее. Пальцы впились в предплечья, я почувствовала, как ногти врезаются в кожу.
— Не дёргайся, — прошипел мне в ухо незнакомый голос. Хриплый, низкий, с каким-то странным акцентом.
Маттео рванул вперёд. Первый с ножом замахнулся — лезвие свистнуло в воздухе. Маттео перехватил руку на лету, вывернул, ударил в челюсть — тот отлетел к стене и сполз на пол, оставляя кровавый след на обоях.
Второй — тот, что был с ножом — попытался ударить со спины. Маттео ушёл в сторону, и лезвие полоснуло по воздуху, задев край его кофты. Я услышала, как треснула ткань. Нападавший не остановился — снова замахнулся, снова промахнулся, но продолжал наступать. Они носились туда-сюда по маленькой комнате, сшибая стулья, задевая стены. Маттео уходил, блокировал, но не отвечал — только защищался.
— Хватит! — крикнул я, но никто не слышал.
Вдруг тот с ножом сделал резкий выпад. Маттео не успел уйти — лезвие вошло ему в плечо. Глухо, мокро, страшно.
— Маттео! — закричала я, дёрнувшись, но тот, кто держал меня, сжал руки сильнее.
Он ничего не сказал. Даже не закричал. Только замер на секунду, опустил голову, посмотрел на торчащую из плеча рукоятку. А потом поднял глаза. Я никогда не видела такого взгляда. Не злость, не боль — пустота. Такая пустота, от которой кровь стынет в жилах.
Он взял пистолет, лежавший на полу, куда упал после первой схватки. Поднял медленно, как во сне. Навёл на того, кто его ударил.
— Не надо! — крикнула я.
Он выстрелил. Один раз. Не в голову — в ногу. Тот заорал, схватился за бедро, упал на колени. Кровь брызнула на пол, на стены, на мои кроссовки.
— Отпусти её, — сказал Маттео, не глядя на меня. Его голос был спокойным. Слишком спокойным.
Тот, кто держал меня, молчал.
— Отпусти её, — повторил он.
— А ты брось оружие, — ответил нападавший.
Он не бросал, но лишних движений не делал.
— Тогда она умрёт.
Я почувствовала холод металла у горла. Нож. Второй нож. Остриё касалось кожи, я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Один удар — и всё.
— Маттео, — прошептала я.
Он смотрел на меня. В его глазах не было страха. Только ярость. Глубокая, холодная, смертельная.
— Если ты её тронешь, — сказал он, — я найду тебя. Где бы ты ни был. Кто бы тебя ни прятал.
— Угрозы — это мило, — усмехнулся тот, кто держал меня. — Но сейчас ты не в том положении, чтобы угрожать.
Вдруг снаружи раздался шум — голоса, шаги, крики. Кто-то бежал к домику, громко, не таясь. Фонари мелькнули в окне.
— Тревога! — крикнули с улицы.
— Уходим, — бросил тот, кто держал меня.
Он оттолкнул меня, я упала на колени. Он исчез в темноте вместе с остальными — через заднюю дверь, в лес. Быстро, бесшумно, как тени. Даже нож, который уронили на пол, забрали. И раненого — тоже.
Маттео стоял посреди комнаты, тяжело дыша. В руке — пистолет. Из плеча торчал нож. Кровь текла по руке, капала на пол.
— Маттео, — позвала я.
Он посмотрел на меня. Взгляд медленно возвращался из пустоты.
— Всё нормально, — сказал он.
— Не нормально! — я подбежала к нему. — У тебя нож в плече!
— Знаю, — он посмотрел на рану. — Неглубоко.
— Нам надо уходить, быстро, — сказала я, чувствуя, как дрожат руки.
Мы выбежали из домика через чёрный ход, перепрыгивая через ящики и кусты.
Возле дома уже собралась охрана — несколько мужчин в форме с фонариками, они бегали вокруг, светили в кусты, что-то кричали в рации. Мы обогнули их с другой стороны, выскочили к поляне. Следов вроде никаких не оставили. Нападавшие исчезли в лесу, как сквозь землю провалились.
К нам прибежали все наши. Все взволнованные.
— Что случилось? — спросил Марк, бросаясь к нам.
— Брат?! — он увидел кровь. — Ты ранен?
— Царапина, — ответил Маттео.
— Это не царапина! — закричала я.
— Что происходит?! — спросил Джейсон.
— Помогите ему! Остальное потом!
Я сильно паниковала. Голос дрожал, руки тряслись, я не могла остановиться.
— Сара, успокойся, — сказал Маттео. — Я в порядке.
— Ты не в порядке! — закричала я. — У тебя нож в плече!
Он полез в карман и достал телефон. Чужой. Чёрный, в силиконовом чехле, с треснутым экраном.
— Смотрите что есть, — сказал он.
— Не поняла? — я уставилась на него. — Ты стащил у них телефон?!
— Ну да, — он пожал плечами здоровой рукой.
— Ты реально псих, — сказал Джейсон.
— Возможно, — он протянул телефон мне. — Но теперь у нас есть зацепка.
Я взяла телефон. На нём не было пароля.
— Открыт, — сказала я.
Я открыла сообщения. Последнее было отправлено час назад. Текст: «Они будут в домике 14. Встречайте».
— Вот, — я показала всем. — Они знали, где мы будем.
— Кто-то слил информацию, — сказал Джейсон.
— Или угадали, — добавил Райан.
— Слишком точно для угадайки, — ответил Марк.
— Что будем делать? — спросила Эвелин.
— Сначала перевяжем его, — сказала я.
— Потом, — отмахнулся Маттео.
— Сейчас.
Я взяла его за руку, усадила на бревно. Маттео не сопротивлялся, но я чувствовала, как он напряжён. Глаза всё ещё сканировали лес, руки сжимались в кулаки.
— Сядь нормально, — сказала я.
— Я сижу, — ответил он.
— Не ёрзай.
— Не ёрзаю.
— Кровь не остановится, если ты будешь дёргаться.
— Я не дёргаюсь.
— Дёргаешься.
Из темноты выбежала Лэйсли. Запыхавшаяся, растрёпанная, с красной аптечкой в руках, которую она, кажется, стащила из медпункта. Все на неё так странно посмотрели. Райан даже головой покачал.
— Что? — спросила она.
— Ты умеешь бегать и не ныть? — усмехнулся Марк.
— Ты умеешь помогать людям? — парировал Арес.
— Ты умеешь не срать всё подряд? — спросил Ник.
— Я умею, когда надо, — отрезала Лэйсли и опустилась на колени рядом с Маттео.
Она открыла аптечку, достала перекись, бинты, пластыри. Взяла ножницы, разрезала рукав его кофты.
— Больно будет, — предупредила она.
— Делай, — ответил он.
Она обрабатывала рану. Маттео не издал ни звука.
— Ого, ты умеешь терпеть, — сказала Лэйсли.
— Ого, ты умеешь молчать, — ответил он.
— Не умею, — призналась она. — Но ради тебя — постараюсь.
Через двадцать минут Лэйсли закончила. Перевязка вышла аккуратной — плотный слой бинта, закреплённый пластырем.
— Спасибо, — поблагодарил Маттео.
— Будешь должен, — ответила Лэйсли, поднимаясь и отряхивая джинсы.
— Сара, надо поговорить, — Маттео поднялся, кивнул мне в сторону. Мы отошли к старой сосне, подальше от остальных. Луна светила сквозь ветки, отбрасывая длинные тени.
— Где твои подруги? — спросил он.
— Не поняла, — я нахмурилась.
— Из Испании. Подруги. Где они?
— Эшли мне отправила сообщение, что они улетели в Испанию обратно, — ответила я. — После этого мы не общались.
— Ты издеваешься?! — его голос резко повысился. — Ты серьёзно после всего не позвонила?!
— Что ты орёшь! — я отступила на шаг.
— А то, что никуда они не уезжали, — сказал Маттео, и в его глазах не было насмешки. Только холодная, жёсткая уверенность.
— Откуда ты знаешь? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает паника.
— Мне ещё давно показалось странным, что они пропали из виду, — он провёл рукой по лицу. — Я попросил знакомых проверить билеты, пробить имена.
— И что?
— Билеты не были использованы, — он посмотрел мне прямо в глаза. — Они никуда не улетели.
У меня перехватило дыхание. Я смотрела на него, пытаясь переварить эту информацию, но в голове был только белый шум.
— Подожди, — сказала я, проводя рукой по лицу. — Я позвоню всем. Напишу.
— Утром, — ответил Маттео. — Сейчас всё равно никто трубку не возьмёт.
На следующее утро я сразу позвонила девочкам. Эшли. Кэйди. Кэсси. Мэри. Никто не брал трубку. На сообщения никто не отвечал.
— Да чёрт возьми, — прошептала я, сжимая телефон.
— Что-то случилось? — Киара подошла ко мне, сонная, растрёпанная.
— Нет, — ответила я. — Всё в порядке.
— Ты в последнее время очень странная.
— Да нормально всё со мной.
— Хорошо, — она вздохнула. — Прости.
Мисс Маргарет вышла на крыльцо своего домика и хлопнула в ладоши. Мы все собрались на поляне.
— Всем доброго времени суток! — объявила она. — Сегодня у нас будет спортивный день. Проводим соревнования. Футбол, баскетбол и волейбол. Просьба всем собрать команды.
— Очень вовремя, — съязвил Марк.
— Идите сюда, — позвала нас директриса, кивнув в сторону.
Мы подошли.
— Вы что вчера устроили?! — Мисс Маргарет понизила голос, но в нём слышался металл. — Я еле замяла дело.
— Не понял, — с издевкой спросил Маттео.
— Я тебя когда-нибудь тресну, Хадсон.
— Ой, уже боюсь, — он скрестил руки. — Простите.
— В кого ты стрелял?
— Не знаю, — он пожал плечами здоровой рукой.
— Они ранили Маттео, — вмешалась я. — Это была самооборона.
— Куда?
— Пырнули в плечо.
— Что?! — она побледнела. — Покажи быстро.
— Раздевать перед всеми меня не надо, пожалуйста, — ответил Маттео.
Пришёл Джейсон. Запыхавшийся, с телефоном в руке и с каким-то странным выражением лица — не то торжествующим, не то встревоженным.
— Я пробил телефон, — сказал он, не здороваясь. — Айпи-адреса, номера, сообщения.
— Чей телефон? — спросила мисс Маргарет, подозрительно прищурившись.
— Маттео стащил телефон одного из них, — Джейсон кивнул в его сторону. — Вопросы не ко мне.
— Ой, господи, — она схватилась за голову.
— Это люди Хакана, — сказал Джейсон.
— Он откуда тут взялся? — тихо спросила мисс Маргарет.
— Я его уничтожу, — сказал Маттео. Голос спокойный, ледяной. — Клянусь.
— И без меня, — добавил Райан, вставая рядом с братом.
— И без нас, — сказал Марк.
— Спокойно, — Джейсон поднял руку. — Сначала надо понять, зачем он здесь. И почему его люди напали именно на нас.
— Он охотится за вами? — спросила мисс Маргарет.
— Или за кем-то из нас, — ответил Ник.
— Или за тем, что мы знаем, — добавил Арес.
— Или за тем, что у нас есть, — сказал Маттео.
— Кстати, — Райан повернулся к мисс Маргарет, прищурившись. — Какие ещё соревнования? Почему у вас такие сумасшедшие идеи?
— Что-то не нравится? — директриса подняла бровь, и в её голосе прозвучала едва заметная угроза.
— Нет-нет, — он быстро замахал руками. — Я очень этому рад.
— Я поставила камеры на территории, — сказала она, понизив голос. — Скрытые. Их даже глушилки не оглушат. Будет что-то подозрительное — говорите сразу. А эти соревнования я устроила, чтобы все вышли на улицу. Вы — она обвела нас взглядом, — обыщите дома. Вы не будете участвовать.
— Да блин, — протянул Райан. — Я поиграть хотел!
— Хочешь, чтобы я ради вас устроила особые соревнования по волейболу?! — мисс Маргарет сложила руки на груди.
— Да, — с улыбкой сказал Райан, но его оптимизм разбился о её взгляд. Директриса просверлила его так, что он съёжился.
— Хорошо, — она выдержала паузу. — Найдёте что-нибудь полезное — станете особенными учениками школы. И ради вас, моих любимых учеников, я сделаю особые соревнования. Только для вас.
— Любимых? — переспросил Маттео.
— За слова не цепляйся — отрезала она.
В полдень все уже играли. Крики с футбольного поля доносились даже до леса, кто-то бил в барабан, кто-то свистел. Мы слышали, как болельщики скандируют имена своих фаворитов. Веселье было в самом разгаре.
Мы опять разделились. За два часа обыскали все домики. Снова и снова — телефоны, ноутбуки, странные записки, обрывки переписок. Ничего. Везде ничего.
— Это что? — я замерла перед стеной в домике, который мы проверяли последним.
— Где? — Маттео подошёл ближе.
Я показала на провода. Чёрные, тонкие, они тянулись от розетки к системному блоку, спрятанному под кроватью, а оттуда — к маленькой чёрной коробке, похожей на те, что показывают в фильмах про хакеров. Светодиоды на ней тускло мигали синим.
— Похоже на игрушки для хакеров, — сказал Маттео, наклоняясь.
— Откуда это в нашем доме?!
— А вы что, не видите?
— Я не влезаю под кровать каждый день.
— Зря.
Он вытащил коробку, рассмотрел со всех сторон.
— Хакерское оборудование, — сказал он. — Продвинутое.
— Кто бы это мог сюда поставить?
— Тот, у кого есть доступ к вашему домику. Или тот, кто мог зайти незаметно.
— Ты думаешь, это одна из наших?
— Или кто-то из посторонних.
— Надо сказать Джейсону, — сказала я.
В домике, который мы проверяли последним, я нашла странный блокнот. Маленький, потрёпанный, в кожаной обложке. Он лежал под матрасом, почти незаметный.
— Маттео, — позвала я.
— Что?
— Смотри.
Я открыла блокнот. Внутри были не записи — схемы. Карта лагеря, отмеченные крестиками места. Наши домики. Домик мисс Маргарет. И несколько точек в лесу, где мы никогда не были.
— Это план, — сказал Маттео, вглядываясь.
— Чей?
— Не знаю. Но кто-то очень хорошо знает расположение.
— Может, это карта анонима?
— Или того, кто его нанял.
Мы пролистали дальше. Имена. Список. Всех, кто получал угрозы. Маттео, Райан, я, Джейсон, Лэйсли, Марк, Эвелин, Ник, Нара, Арес, Дэймон. И ещё несколько человек, которых я не знала.
— Тут все мы, — сказала я.
— И не только, — ответил он. — Смотри.
Он показал на список. Напротив каждого имени — дата и время. Когда именно пришло первое сообщение.
— Это не просто список, — сказал он. — Это график.
— Зачем ему график?
— Чтобы знать, когда мы будем наиболее уязвимы.
— Или чтобы следить за реакцией?
Мы переглянулись.
— Надо показать всем, — сказала я.
— Погоди, — он взял блокнот, перевернул ещё несколько страниц. — Смотри.
На последней странице была фотография. В раздевалке, когда я переодевалась после драки с Лэйсли.
— Это не я, — сказала я.
— А кто?
— Киара. Это её спина, её татуировка.
— Зачем анониму фотография Киары?
— Не знаю. Но это значит, что он следил и за ней.
Мы спрятали блокнот.
Вернулись на поляну.
— У кого что? — спросил Джейсон.
— Блокнот, — сказала я. — Карта лагеря, график сообщений и фото.
— Чьё фото? — спросил Райан.
— Киары, — ответил Маттео.
Все замолчали.
— У нас флешка, — сказал Дэймон, — С видео, как кто-то входит в домик мисс Маргарет ночью.
— Кто?
— Не видно. Лицо скрыто.
— А у нас? — спросил Джейсон.
— У нас ключи, — сказал Лэйсли, — От всех домиков. На одной связке.
— Значит, у кого-то есть доступ ко всем помещениям.
— Или это сделал кто-то из персонала.
— Или кто-то из нас.
— Хватит, — я подняла руку. — У нас есть улики. Теперь надо их сложить.
— И понять, кто за этим стоит.
— И что ему нужно.
— И как его остановить.
— Сегодня ночью, — сказал Маттео. — Собираем всё в одном месте. Анализируем.
— И дежурим, — добавил Джейсон. — Если аноним узнает, что мы нашли улики, он может попытаться их уничтожить.
— Или уничтожить нас, — сказал Ник.
— Завались, — ответил Арес.
— А теперь делимся на команды.
— Какие?
— Волейбол. Вообще то теперь у нас будет серьезная игра, — Райан посмотрел на нас так, будто сейчас мы будет играть в чемпионат
— А теперь делимся на команды, — объявил Райан, потирая руки.
— Какие? — спросил Ник.
— Волейбол, — Райан посмотрел на нас так, будто сейчас мы будем играть в чемпионат мира. — Вообще-то теперь у нас будет серьёзная игра.
— Серьёзная? — усмехнулся Маттео. — Ты серьёзно?
— Абсолютно, — Райан выпрямился. — Мы должны показать всем, кто здесь главный.