Элита.

— Сара, просыпайся, мы уже прилетели, — разбудила меня мама.
Мы вышли из самолёта, забрали багаж и пошли к машине — жених мамы вызвал нам водителя.
— Вижу, богатого выбрала, — посмеялась я. Без злобы. Наоборот, я была рада, что мама наконец-то счастлива. — Кстати, какого хрена Джош с нами не поехал? Ему, значит, можно остаться, а мне нельзя?
— У него там учёба, работа, и в конце концов он старше тебя, Сара, — вздохнула мама.
— Всего лишь на три года, — фыркнула я.
— Сара.
— Я ему это припомню, — ухмыльнулась.
— Как я люблю тебя, доченька, — поцеловала меня в щёчку.
Мы приехали. Остановились возле огромного дома. Боже мой, я не верила своим глазам, что буду здесь жить.
Навстречу нам вышел мистер Ричард и два парня. Его сыновья? Что? Мама мне не говорила, что у него есть дети, вот черт. Одеты они были во все черное, дорогие украшения, часы.
— Добро пожаловать домой, мои дорогие, — он обнял сначала маму, затем меня.
— Здравствуйте, — улыбнулась я и обняла в ответ.
— Знакомьтесь. Мои сыновья Райан и Маттео.

Маттео Хадсон, девятнадцать лет. Высокий, широкий в плечах, с той молчаливой силой в теле, которая не нуждается в демонстрации. Красивые кудри — небрежные, будто он проводит по ним рукой раз в день и забывает — вечно падают на лоб. Глаза почти чёрные, тяжёлые: смотрят сквозь любую толпу, как сквозь пустоту. Никому. Ни за кем не задерживаются.
В его улыбке — если это можно назвать улыбкой — нет ни капли тепла. Только лёгкое, привычное, почти скучающее презрение. От него веет холодом, даже когда он молчит.
Но это всё — для чужих. Для всех, кого он не выбрал. С родными ему людьми он другой. И в этом разрыве — между льдом для мира и живым, неловким, тихим теплом для близких — кроется всё самое интересное, что в нём есть.

«Райан Хадсон, восемнадцать лет. Он — та же порода, что и старший брат, но с другим отливом.
Широкие плечи, накаченное тело — да, тут они с Маттео похожи. Но если брат — лёд, то Райан — первый весенний пожар, от которого ещё неизвестно, что ждать. Волосы темные, кудрявые.
Лицо мягче. Скулы не такие острые, челюсть не режет воздух, а губы сами собой складываются в усмешку — даже когда он серьёзен, кажется, что он над чем-то посмеивается про себя. Флиртует со всеми, кто дышит. Но встречался только с двумя девушками за всю свою жизнь. Удивительно, правда?
Но главное — взгляд. Если Маттео смотрит как нож, то Райан — как крючок: с хитринкой, с прищуром, с намёком на то, что он уже всё про тебя понял и теперь просто ждёт, когда ты догонишь. Кажется, что в его глазах нет угрозы — только игра. И это самое опасное.
Потому что тот, кто принимает его легкость за безопасность, проигрывает первым.»

— Приятно познакомиться, я Сара, — протянула руку, но в ответ получила лишь холодное молчание.
— Кхм, прошу прощения, они ещё не привыкли, что в семье будет пополнение, — извинился Ричард и злобно посмотрел на сыновей, — Что ж, давайте зайдём в дом, замёрзнете.
К слову, на улице было плюс тридцать.
Дом был просто шикарный. Трехэтажный, громадный. Во дворе стояли три дорогие машины, а на заднем дворе — очень большой бассейн. Это был не дом, а мечта.
Мы вошли.
— Располагайтесь. Сара, я выделил тебе комнату, Маттео покажет, — дружелюбно сказал Ричард.
— Спасибо.
— Сынок, ты чего стоишь? Иди покажи сестре комнату.
— Она мне не сестра, — ответил Маттео. Он явно не желал меня здесь видеть.
— Помнишь, о чём мы говорили? — пронзительным взглядом посмотрел на сына Ричард.
— Мг, — парень молча пошёл на второй этаж. Я поняла, что надо идти за ним.
Он показал комнату.
— Долго ты здесь не протянешь. — неожиданно прохрипел Маттео.
— Что? — не поняла я.
— Тебя здесь не желают видеть. Достаточно понятно объяснил? — и ушёл в свою комнату, захлопнув дверью, не дождавшись моего ответа.
Я стояла и не понимала, что происходит.
Я зашла в комнату и сразу легла на кровать — очень устала. Лежала и обдумывала каждую мелочь. Сыновья Ричарда были странные.
Смотрели так, словно хотят меня убить.

Утро было хорошим. Новая просторная комната, новый гардероб, компьютер, телефон — всё новое. Мне было очень неловко перед Ричардом, но он настоял, чтобы я приняла подарки.
Я пошла мыться, но не понимала, где находится ванная комната. Открыла одну из дверей — и о ужас, это была комната Маттео. Он стоял ко мне спиной, переодевался, и я увидела его в одних свободных штанах.
— Стучаться не учили? — он даже не обернулся, только усмехнулся. — Или это был план — так сблизиться?
— Извини, я перепутала комнаты. Я искала ванную и...
— Мне плевать, — перебил он. — Можешь даже не открывать рот в мою сторону, ясно?
Я просто закатила глаза и ушла к себе — побоялась, что в следующий раз открою комнату Райана.
Где ванная, спросила у мамы, умылась, собралась и спустилась завтракать.
— Садись кушать, Сара. Знаешь, я отлично готовлю, — подмигнул и улыбнулся Ричард.
— Ммм, очень вкусно пахнет.
Мы начали есть, и к нам спустилась какая-то маленькая девочка. Что?
— Доченька, проснулась уже. Сара, знакомься: это Тиана, моя самая младшая и любимая дочь.
— Ого: сначала сыновья, теперь и дочка, — сказала я маме, явно не понимая, что происходит.

Тиана Хадсон. Ей всего шесть, и она — единственный лучик света в их промёрзшем мире. Рядом с ней братья всегда становились мягче, сами того не замечая. Она совсем не похожа на них, потому что её удочерили. Мягкие блондинистые волосы, тонкие, как у куклы, и огромные серо-голубые глаза, которые смотрят на всё с недетской серьёзностью. Лицо очень красивое, с вечным румянцем на щеках. Она маленькая, хрупкая — посторонние всегда улыбаются, глядя на неё. Тиана очень жизнерадостный ребёнок, всегда улыбается и смеётся. Но самое интересное: её взгляд говорил об обратном.»

— Привет, я Тиана, — улыбнулась мне девочка.
— Привет, а я Сара, — ответила я тепло. — Мне очень приятно познакомиться.
— И мне, — глаза у девочки засияли. — Наконец-то у меня появилась сестра! Будет мне косички красивые плести, а то у Маттео они кривые.
Все засмеялись. Даже Маттео. Я впервые увидела его улыбку — было приятно.
Счастье длилось недолго.
— Вчера она была у бабушки, поэтому я не успел вас познакомить.
— Всё хорошо. Надеюсь, это последний сюрприз? — посмеялась я.
— Не волнуйся, точно последний. Кстати, я договорился о школе — с сегодняшнего дня ты учишься вместе с братьями.
Судя по выражению лиц «братьев», они явно были не в восторге от этой новости.
— Отлично, спасибо.
— Собирайся, как раз вместе поедете.
— С чего это вдруг? — возразил Райан.
— Райан, — твердо произнес Ричард.
— Ладно, приятного аппетита, не подавитесь, — выпалил Райан, резко встал и вышел из-за стола.
Через полчаса все были готовы и разъехались кто куда. Ричард пристроил маму рядом с собой. Она — отличный айтишник. Я не знала кто он по профессии, в прочем, я и не интересовалась. Тиана пошла в детский сад. А мы... Мы поехали в школу.
Я сидела в машине Райана на заднем сиденье, и, честно, напряжение было жутким. Выражение его лица не описать словами: словно вот-вот вывезет меня в лес и отрубит голову.

Мы приехали. «Skyline School».
Я вышла из машины, подняла голову — и замерла. Вот это школа, в которой я буду учиться. Она огромная, очень красивая и какая-то нереальная: вся в коричневато-серых тонах, с матовыми стенами и большими окнами. Её построили в прошлом году. Огромные панорамные окна отражают небо, и кажется, что здание дышит. Площадь перед ней невероятно красивая — я будто очутилась в новом парке, а не в школе. Вокруг скамейки и ученики. Деревья, цветы, кусты — всё дополняло эту красоту.
Пока я стояла и пялилась по сторонам, Райан куда-то испарился. Маттео и вовсе уехал раньше — свалил без нас.
— Ну отлично. И куда мне идти? — пробубнила себе под нос.
— Тебе помочь? — спросила меня какая-то девушка с приятной улыбкой. — Ты новенькая, да?
— Да. Если не сложно, можешь, пожалуйста, проводить меня в кабинет директора?
— Без проблем, пошли. Кстати, как тебя зовут?
— Сара. Сара Хантер.
— Красивое имя. А я Сесилия. Сесилия Карпер. Я в одиннадцатом классе.
— Спасибо, приятно познакомиться. Я тоже, — засветилась я, надеясь, что попаду к ней в класс.
Сесилия выглядела шикарно. Веяло очень сильной уверенностью. От неё пахло цветочным ароматом. Волосы длинные, тёмные, густые. В тени они кажутся почти чёрными, а на солнце отливают каштановым и медным. Лицо свежее, без яркого макияжа — всё идеально сочеталось. Глаза карие, глубокие, с длинными ресницами. Брови аккуратные, нос кукольный, губы чёткой формы — ничего лишнего, каждая черта дополняет друг друга. Она стройная, с тонкой талией и длинными ногами. Одета просто: белая футболка, черные джинсы на низкой посадке, кроссовки. Держится прямо, но без напряжения. Голову чуть набок, в ушах маленькие серьги-кольца.

Я уже побывала у директора, и он проводил меня в кабинет, где я буду учиться. Я не заходила — мне было очень страшно: вдруг меня никто не примет? Меня увидела учительница, видимо моя классная руководительница, и пригласила в класс.
— Знакомьтесь, дети, это наша новая ученица — Сара Хантер. Училась в Испании, наш менталитет для нее незнаком, поэтому прошу вести себя прилично и найти с ней общий язык. Садись на любое место.
Я кивнула и села рядом с каким-то парнем. Все смотрели на меня оценивающе, в прочем было ожидаемо. Надеюсь, не прогонит. Прошла половина урока, и в класс зашли Маттео, Райан и ещё несколько парней — видимо, они в одной компании. Эти идиоты даже не извинились за опоздание, на замечания им было всё равно. Маттео подошёл к моему месту.
Угрожающе посмотрев — Ты ничего не попутала?
— Не поняла? — Кому я вру, я все поняла. Это ведь шутка верно. Почему я села именно сюда.
— Это моё место.
— Поздравляю. Теперь моё, — съязвила я.
— Ты совсем ахренела?
— Здесь никого не было. Откуда мне знать, что ты здесь сидишь?
— Теперь знаешь. Вставай, — он схватил меня за руку. Больно.
— Какого хрена? Тут нигде не написано, что место твоё! — я вырвалась из его хватки.
— Что там происходит? Хадсон, сядь уже! — крикнула учительница, явно недовольная тем, что её урок срывают.
Маттео пришлось сесть на другое место. Я почувствовала маленькую победу.
Сесилия оказалась в параллельном классе. День прошёл хорошо, остался последний урок — и свобода. На перемене я вышла во двор и увидела там свою новую знакомую.
— Сара! Иди сюда, — крикнула Сесилия.
Я подсела к ней.
— Ты что, сестра Хадсонов? — она смотрела с интересом.
— Да, сводная. Но, видимо, с ними я никогда не подружусь.
— Они мать потеряли полтора года назад. Так что не удивляйся, — мягко сказала Сесилия.
У меня внутри всё сжалось.
— Мне никто об этом не говорил.
— Дам свой номер, звони в любое время и спрашивай что угодно, я всё про всех знаю, — улыбнулась девушка.
— Спасибо тебе. Кстати. Я думала, что здесь будет много богачей, которые будут выделываться, а у вас тут спокойно.
— На самом деле это не так, не так спокойно. Тут все делятся на компании. Есть «Элита» и «Отбросы», а также обычные ученики. В «Элите» все правящие равны, но даже так они умудряются делить власть, а над «Отбросами» издеваются как хотят.
— За что? Это же бред.
— Если те провинятся, их так наказывают. Не знаю, я не углублялась в эту тему, состою ради статуса, — звонок прозвенел, и Сесилия убежала.
Я сидела, переваривая информацию.
— Мисс Хантер, — голос протяжный, с издевкой. Я подняла голову — Иди сюда.
Передо мной стоял парень. Неприятный. Ухмылка — как порез.
— Вы кто?
— Джейсон. Слышал, ты сестра Маттео?
— Мне пора на урок — попыталась уйти.
— Я тебя не отпускал, — он шагнул вперёд. — Скажи своему брату: пусть позвонит мне. Наконец. А не то будет плохо... тебе.
Он развернулся и ушёл, даже не дожидаясь ответа.
Я просидела последний урок и пошла домой — с Райаном не хотелось снова ехать в одной машине. Только была одна проблема: я понятия не имела, где я. Открыла карты в телефоне, вроде сориентировалась. И тут телефон выключился — села батарейка. Район был богатый, дома огромные.
— Круто, прямо как в фильмах ужасов, — уже стемнело, никого на улице не было.
Вдруг кто-то схватил меня за руку.
— Ты что здесь делаешь? — это был Маттео.
— Домой иду.
— Ты в курсе, что он находится на другой стороне? — в голосе была легкая усмешка.
— А ты что здесь делаешь?
— Не твоё дело, — другого ответа я и не ожидала.
— Просто вызови мне такси, пожалуйста. И мы мирно разойдёмся.
— С чего это вдруг я должен тебе вызывать такси?
— Если не хочешь, чтобы тебя прикончил отец.
Усмешка слетела с его лица мгновенно. Он резко толкнул меня к стене и прижал так, чтобы я не смогла двигаться, вцепившись в мое горло. Смотрел так, что мне захотелось провалиться сквозь землю — глаза потемнели, челюсть напряглась.
— Если ты будешь так же продолжать, будешь молить о смерти. Если будешь лезть туда, куда не надо, я превращу твою жизнь в ад, ясно?— слова были многообещающие. Мило.
Я ничего не сказала, встал ком в горле. Он ушел прочь.
— Псих!
Домой я вернулась поздно и даже не поняла, как пришла. Ноги дрожали от усталости. Голова кружилась. Я ходила буквально кругами, чтобы найти этот чертов дом. Мамы с Ричардом и Тианы ещё не было. Зайдя в свою комнату, я застыла: всё внутри было перевёрнуто вверх дном.
— Какого?!— выдохнула я, не веря своим глазам.
В груди вскипела злость. Я развернулась и влетела в комнату Маттео без стука.
— Это ты устроил, да?! Я сюда не по своему желанию переехала! Отстань уже! — голос срывался.
Маттео даже бровью не повёл. Он лежал на кровати, уткнувшись в телефон, и на его лице читалось только глухое раздражение от моего вторжения.
— И? — холодно спросил он, даже не поворачивая головы. — Мне всё равно. Хватит вламываться в мою комнату. Тебе сюда вход запрещен.
— Ты внатуре издеваешься! Нахрена ты разгромил мою комнату?!
— Хватит орать! — он резко сел, и я от неожиданности вздрогнула. — Никто твою комнату не трогал, чокнутая.
— Сам посмотри.
Он закатил глаза, но всё же поднялся. Прошёл за мной, увидел погром, тяжело вздохнул. А потом скривился в такой едкой улыбке, что меня перекосило.
— Понятия не имею, кто это сделал, но я ему очень благодарен, — он даже театрально похлопал в ладоши и развернулся к выходу.
К нам поднялся Райан, по нему было видно, что он нетрезвый. Увидел погром в комнате и начал мямлить. — Ууу, брат, это ты устроил да? Идеально, горжусь. Надо было окно тоже разбить — когда он начал говорить, я поняла что не просто нетрезвый, а в хлам пьяный.
— Ты где был, — спросил Маттео.
— По мне не видно?
— Молчу.
Я на них посмотрела вопросительно, но перевела тему.
— Я не верю, что это были не вы.
— Блять, не верь, не мои проблемы шизофреничка. Не удивлюсь, если сама это все и устроила. — вспылил Маттео.
Он захлопнул дверь у меня перед носом. Я осталась одна разбирать этот бардак.
Райан остался посреди коридора — Пф, один я в этом доме адекватный, — Шагнул в комнату, споткнулся об свою ногу и упал.
Судя по тому, как всё было вывернуто, кто-то явно что-то искал. Я набрала Джордана.
— Привет, малышка. Как ты там? — голос у него был мягкий, почти мурлыкающий.
— Я же просила так меня не называть.
— Прости, любимая. Что-то случилось?
— А что, без причины уже нельзя позвонить своему парню?
— Че ты опять завелась,  — в его тоне проскользнуло раздражение.
— Ладно, извини. Забудь.
Мы проболтали почти два часа. Пока я говорила, я убрала комнату, заклеила разорванную подушку и собрала с пола остатки косметики.
Когда я уже застилала постель, из-за сквозняка с тумбочки слетела записка. Я её раньше не замечала. На клочке бумаги было выведено печатными буквами: «БЕГИ, ПОКА НЕ ПОЗДНО».
— Это уже не смешно, — прошептала я.
Первая мысль была — пойти к Маттео. Но я остыла так же быстро, как и вспыхнула. Он меня на дух не выносит. Только хуже сделаю. Да и кто ещё, кроме него или Райана мог это подкинуть? Вот именно. Больше некому.
Я вырубилась рано — сказалась дикая усталость. Но среди ночи меня разбудили шаги. Те самые, от которых кровь стынет. Я ещё не проснулась до конца, но увидела за дверью женскую фигуру. Но... это точно была не мама.
Я на цыпочках подкралась к двери, щёлкнула замком. Мне показалось, что этот звук услышал весь дом. Сердце колотилось где-то в горле, перед глазами поплыли круги. Я боялась даже дышать.
Шаги замерли как раз напротив моей комнаты.
— Пожалуйста... только не сюда... — одними губами прошептала я.
И странное дело: тень на долю секунды задержалась — и медленно ушла прочь.
Я так и не уснула до утра. Сидела под одеялом, вцепившись в край, и смотрела на щель под дверью.
Утром я спустилась на кухню вся серая, с чёрными кругами под глазами, будто меня месяц не кормили и не выпускали на свет. Напряжение в спине не отпускало ни на секунду. Вопрос висел в воздухе: что это было? Или кто.