-глава 16-
Исо не спал уже вторые сутки.
Ночами он ездил по городу, не включая музыку, просто глядя на дорогу перед собой. Утром возвращался, спал пару часов и снова уходил в работу.
Но работы в голове не было. Только один вопрос.
«Что значит — она могла умереть?»
Он снова и снова прокручивал слова Акчи.
Сначала пытался найти логичное объяснение. «Может, она просто преувеличила? Может, это что-то незначительное?»
А потом мысли резко менялись. «А если нет? Если с ней действительно что-то случилось?»
И тут же — другое: «Она бы сказала. Она бы не стала скрывать.»
И так по кругу. Без конца.
Обед.
Исо сидел в ресторане, откинувшись на спинку дивана. На глазах — тёмные очки. В руках — уже остывший кофе.
— Охо, — Чакыр приподнял очки с его лица, взглянул на уставшие глаза и тут же вернул обратно.
Он сел напротив.
— Не нравится - не смотри, — пробурчал Исо.
— О чём говорите?
К ним подошла Акча и села рядом с Чакыром.
— О-о, именинница, — Исо тут же встал и обнял её. — Поздравляю.
— Спасибо большое.
— Ты помнишь? — удивился Чакыр.
— У меня хорошая память на цифры, — спокойно ответил Исо, садясь обратно. — Подарок будет позже.
— Для меня будет подарком, если ты придёшь вечером, — улыбнулась Акча.
— Ты видишь моё состояние?
— Это можно исправить.
— Да, кстати, — Чакыр усмехнулся, — Акча, поколи его витаминами.
— Я тебя сейчас поколю, — лениво ответил Исо.
— Но он прав, — Акча встала. — Тебе это нужно.
В этот момент к столу подошла Фадиме. Исо повезло — за очками его взгляд был почти незаметен. Он смотрел. Впервые за долгое время — открыто. Она была в футболке. Шея открыта. Кулон не спрятан. Он снова на месте. Исо перевёл взгляд ниже — и замер. Тату. От плеча вниз. Тонкое, аккуратное.
«Когда мы были вместе... этого не было.»
— Привет, — сказал он.
Фадиме лишь кивнула.
— Акча, звала?
— Да. Вы с Чакыром обсудите вечер, а я... — она посмотрела на Исо, — пойду лечить его.
— Может, не надо лечить Исо? — попытался пошутить он.
— Надо.
Она схватила его за руку и потянула за собой. Фадиме осталась стоять, наблюдая за этой сценой, не до конца понимая, что происходит. Чакыр лишь тихо рассмеялся.
***
— Полежишь час — ничего не случится.
Исо лежал на кушетке под капельницей, всё в тех же очках.
Акча сидела рядом.
— Скажи... — он не открывал глаз. — Ты что-то знаешь о тату на руке Фадиме?
— Обычное тату. Какие-то цветы... точнее дерево
Пауза.
— Магнолия? — тихо спросил он.
Акча удивлённо посмотрела на него.
— Да, точно... Откуда знаешь?
— Её любимое дерево.
Тишина повисла между ними.
— Если не тяжело... — осторожно начала Акча. — Какая она была раньше?
Исо усмехнулся без радости.
— Тяжело. Но ты именинница... тебе нельзя сегодня отказывать.
Он открыл глаза.
— Она была... яркой. Живой. Мы постоянно куда-то ходили, гуляли. Ей нравились шумные места, музыка, люди... —Он на секунду замолчал. — У неё была любимая конюшня. Мы почти каждые выходные были там.
Акча внимательно смотрела на него.
— Ты сейчас говоришь... и видно, что она тебе не безразлична.
Он отвёл взгляд.
— Почему ты просто не поговоришь с ней?
— Потому что я боюсь, — честно ответил он. — Боюсь снова вернуться туда. Боюсь снова развалиться.
Пауза.
— Я тоже многое пережил.
Акча тихо кивнула.
— Но вы так и будете... вот так?
— Не знаю.
Она встала.
— Ладно, отдыхай.
Подойдя к двери, она остановилась, приоткрыла её... и тихо сказала:
— Магнолия... она прикрывает шрам.
И вышла. Исо остался один. Он медленно сел. «Шрам? Какой шрам?» Мысли снова закрутились. Ещё сильнее.
***
— Тётя Султан, добрый вечер.
— Здравствуй, дорогой, — женщина внимательно посмотрела на него. — Ты что, заболел?
— Нет, всё хорошо.
Он пришёл последним. И сразу увидел её. Фадиме стояла рядом с Гёкханом. Смеялась. Исо замер. Он не мог отвести взгляд. Её улыбка... Та самая. Которую он так давно не видел.
— Сожжёшь, — раздался голос рядом.
— Что? — не понял Исо.
— Ты их сейчас глазами сожжёшь.
— Не преувеличивай.
— Он прав, — подошла Акча.
— Вы сговорились? — нахмурился Исо.
— Ты не думаешь, что вам нужно поговорить? — серьёзно сказал Чакыр.
— Не надо, — резко ответил Исо. — Пожалуйста. Не лезьте.
Он развернулся и вышел.
Свежий воздух не помогал. Он отошёл от входа, встал у стены и тяжело дышал. Мысли путались. Где правда? Где ложь? Кто страдал? Кто нет? И почему теперь он не уверен ни в чём? Перед глазами снова всплыло: Фадиме. Гёкхан. Её смех.
И вдруг он понял. Он видел её такой... Только рядом с ним. И только раньше. Грудь сжало. Злость поднялась резко, почти физически.
— Будешь?
Он вздрогнул. Фадиме стояла рядом, протягивая сигареты. Он молча взял одну. Она поднесла зажигалку. Прикурила сама. Они стояли рядом. Молча.
— Что случилось? — спросила она.
— Ничего.
— Ничего? — она чуть повернула голову. — Тогда почему Акча и Чакыр расстроились?
Он тяжело выдохнул.
— Я... поступил с ними так же, как и с тобой.
Пауза.
— Нагрубил?
Он посмотрел на неё.
— Да.
— И обидел...
Он кивнул.
— Я правда не хотел никого обижать. —Он затушил сигарету. — Не стой здесь долго. Замёрзнешь.
И ушёл.
Первой он нашёл Акчу.
— Можно тебя на минутку?
— Что такое?
— Прости. Я... в последние дни сам не свой.
— Это мягко сказано, — тихо ответила она.
— Простишь?
Он выглядел уставшим. Почти потерянным.
— Ладно. Но больше так не делай.
— Не буду.
Они обнялись. К ним подошёл Чакыр.
— Ты уже простила его?
— А ты будто можешь долго на меня злиться, — усмехнулся Исо и притянул друга.
Они стояли втроём. Тепло. По-настоящему. К ним подошла Фадиме.
— Акча, потанцуем?
— Конечно.
Они ушли. Чакыр посмотрел им вслед.
— Мы правда хотим, чтобы вы хотя бы нормально общались. А то мы... то с тобой, то с ней.
Исо кивнул.
— Я понял.
Они стояли и смотрели на танцующих девушек. Исо смотрел дольше. Чем следовало. И уже не понимал, что чувствует сильнее: злость... или страх узнать правду.