Деревенская влюбленность...

ревня.  3 часть

Может, лето и не было испорчено, но утро точно было. Уже месяц, живя в этой живописной деревне, Феликс все никак не может привыкнуть к тому, что каждое утро его будит не нежный звук будильника от айфона, а какой-то ебаный петух, который с кукареку фальшивым в 5 утра, словно пытается заявить о себе. Вот как после такого пробуждения может быть хорошее настроение?!

Прожив здесь уже нормальное количество времени, мнение о деревне поменялось. Конечно, когда смотришь в интернете и в реальности — это совершенно разные ощущения. Но не настолько, чтобы закричать: «О, Боже, я готов здесь жить века вечные!» На недельку, другую — да, можно, но не больше. Нет.

С бабушкой Норой общение все так же проходит на нейтральном уровне. Она, конечно, пытается наладить контакт с внуком, выводит его на душевные разговоры, делает ему завтрак с его любимыми пирожками и блинами, расспрашивает про маму Феликса. Но Феликс либо отвечает сухо, либо вообще игнорирует. Звучит грубо, и на самом деле так и есть, но он всю свою жизнь жил без родственников. У него была только мать, которая всегда пропадала на работе, и он был сам предоставлен себе. Очень редко удавалось пообщаться с мамой по душам или хотя бы нормально поговорить. Мама вечно была либо на работе, либо спала, уставшая после смены, либо уезжала в командировку. И так все 17 лет жизни Ликса. Он не знает, что такое бабушкина любовь, как к этому относиться и что с этим делать. Феликс помнит мамины слова в первый день приезда сюда: «Пытайся говорить про нашу семью поменьше». Эти слова до сих пор крутятся в голове, как мантра.

Новый день, новые приключения. Утро началось, конечно же, с кукареканья ебанько-петуха, другого имени Феликс просто не придумал — так ему даже очень подходит. Вставая с кровати, солнечный свет уже проникал в комнату, освещая ее теплым золотистым светом. Мелкая пыль, словно танцуя, летала между лучами, создавая свою особую атмосферу. Градус на улице уже поднимался выше нормы, и становилось душно. По дому витал запах только что выпеченных пирожков, а, судя по всему, они были с ягодами. Яркие нотки ягод очень явно впивались в нос блондину, заставляя слюну выделяться в большем количестве. Живот забурчал, давая понять, что поесть сейчас не помешало бы, особенно такими ароматными и вкусными пирожками.

Утренний ритуал оставался прежним: встать, умыться и сходить в туалет, который до сих пор ломает психику Феликса. После выполнения всех этих привычных действий он заходит на кухню. Приятная атмосфера витает в воздухе, словно Феликс приезжал сюда каждое лето, хорошо общался с бабушкой и наслаждался этими прекрасными пирожками.

— Ой, ты уже тут! С добрым утром, солнышко! Я тут пирожков наготовила, не знала, какие ягоды ты любишь больше. — Голос бабушки Норы, чуть хриплый от старости, звучал успокаивающе.

— Спасибо, я все ягоды ем. Не надо было так нагружаться, — чешет затылок он, немного смущаясь.

Садясь за стол, он уже хотел было взять первый пирожок, как услышал от Норы звук похожий на...

— Ба? — с вопросом в голосе произносит юноша.

— Все хорошо, Ликси. Просто спину, видимо, потянула опять, — бабушка поворачивается к столу, держась одной рукой за столешницу, а другой за спину. Ее лицо выражает гримасу боли. Феликс подскочил на инстинктивном уровне и подбежал к бабушке.

— Может, тебе лучше полежать? У тебя есть мазь какая-нибудь? — Феликс, конечно, не медик, но когда на тренировке по танцам он тянул мышцы, мама всегда мазала его какой-то мазью от растяжений.

— Внучок, откуда у меня она? Да и не поможет мне она. Я уже старая, мне уже только одно поможет. — Намек был понятен, как пример 2+2. Смерть. Феликс поник. Смерть — это та тема, которую он не любит. Тема, которая всегда связана с мамой.

Проводив бабушку до кровати и помогая ей лечь, он возвращается обратно на кухню. Аппетит сходит на нет, но он все равно ест приготовленные Норой пирожки. На вкус они как божество. Первый попался с малиной. Вкус малины приятно отдает сладостью, с капелькой кислинки, оставаясь на языке. Запивая это холодным чаем, он наслаждается комбо, которое теперь готов употреблять только так.

Съев еще пару штук, он с довольным видом и полным пузом идет к себе в комнату. Жара дает о себе знать, сил что-то делать вообще нет. Вопрос стоял еще в том, придут ли за ним сегодня друзья? За месяц проживания здесь Феликс вроде как сдружился с компанией этих парней. Они веселые, в меру припизднутые (ну тут, конечно, не в меру), всегда есть темы для обсуждения, и с ними никогда не скучно. Феликс узнавал их, и они узнавали Феликса.

Больше всего Феликс сдружился с Сынмином, Чонином и Чаном. Иногда, конечно, было некомфортно, потому что все здесь знакомы чуть ли не с пеленок, и все знают бабушек друг друга и так далее. Все хорошо общались между собой, словно у них была большая семья. А Феликс тут такой... он впервые в жизни видит свою бабушку в осознанном возрасте, да еще и не общаясь с ней в принципе. В общем, странно, непривычно, но все бывает в первый раз.

Гуляли они каждый день, 24/7. Они все время где-то были: то на озере, то в поле, то к кому-то огурцы помогать поливать. В общем, занятий тут оказывается дофига и больше.

Лежа на кровати, Феликс не замечает, как засыпает. Атмосфера дома настолько его разморила, что он уснул, не заметив этого. Спать тут оказалось просто лучшим, что было у блондина в жизни. Сны здесь снятся яркие, светлые и такие четкие, что Феликс даже один раз поверил, что это реальность, но вовремя проснулся. Сейчас ему снилось, как он ездит с мамой куда-то на машине. В машине играет музыка, окна открыты, и ветер раздувает их волосы. Но резко сон прерывается, а потом за окном он слышит чьи-то голоса. Разлепив глаза, он на ощупь отыскивает телефон, которым пользуется только как часами и для звонков маме и другу. Смотрит на время. Время показывало без пятнадцати четыре. Хорошо он поспал, конечно. Кряхтя, вставая с кровати, которая скрипит, он подходит к окну, но там никого не видит, зато прекрасно слышит голоса около калитки. Протирая глаза, он идет к выходу, выходит на веранду, а потом и на саму улицу. Около калитки стояли Хан и Хенджин и о чем-то переговаривались, но когда Феликс вышел, скрипнув дверью, оба повернули голову в его сторону.

Хан был одет в желтую растянутую футболку, и Феликс готов был поспорить, что там даже есть пятно какое-нибудь. На голове, как обычно, бардак и джинсовые шорты. Хенджин же был одет в майку, на голову накинута кепка козырьком назад и хлопковые серые шорты.

— Вы чего тут? — зевая, спрашивает Ли, скрестив руки на груди.

— Фееел! Здарова! — активно машет ему Джисон. Феликс только кивает головой.

— Мы мимо на великах ехали. Решили к тебе заскочить, — говорит уже Хенджин, облокачиваясь на калитку и рассматривая блондина.

— Ты сегодня вечером не занят? — Лохматые, слегка сгоревшие волосы на фоне солнца выглядели как одуванчик: такой пушистый, милый. Так и хотелось дотронуться рукой, разворошить еще больше.

— Да нет. Но, видимо, ответ Феликса и не нужен был парням, так как они решили все за него. Как бы не спрашивая, а утверждая.

— Поэтому ты идешь с нами в ДК вечером. Я зайду за тобой в 8.

— Wtf? — крутилось на языке у Феликса. Пока парни, весело хохоча, уехали на великах куда-то в сторону дома Чана.

Так быстро перед фактом Феликса еще не ставили никогда. И что вообще такое ДК? Что за названия деревенские? Дом курильщика, что ли? Поставив себе пометку, что обязательно спросит у бабушки, он прошел на кухню, чтобы налить себе воды. От жары в горле стояла сахара, что срочно нужно было увлажнить. Закинув стакан воды в себя и прихватив какую-то конфету, он пошел обратно в комнату. Делать было нечего, до вечера еще было дофига времени, а занять себя нечем. Вспомнив, что он давно не звонил другу и не интересовался, как он вообще живет там, он решил позвонить ему и узнать, как обстоят дела.

Общение с другом действительно скоротало время. И вот до назначенного времени осталось всего полчаса. Феликс без понятия, куда они идут, что там будет и как нужно одеваться, просто решил натянуть на себя шорты, белую футболку с какой-то популярной группой — и вот тебе и образ. Да и куда тут наряжаться? На грядки, чтобы огурцы поливать? Если бы Чонин услышал слово «огурцы» и «поливать», он бы словил триггер.

Как раз пока блондин вспоминал о мелком, в дверь уже постучали, а значит, за ним уже пришли. Быстро напялив кеды, не зашнуровывая их, а просто засунув внутрь, он открывает дверь, и перед ним предстает Хенджин в белой футболке с черными вставками. На голове уже были очки солнцезащитные, шорты и кеды, уже повидавшие эту жизнь.

— Ну что, готов? — улыбается Хван, будто они идут пиздить клубнику у соседей. Были и такие времена.

— Если бы я знал еще к чему, — усмехается он.

— Опа! Ты не знаешь, что такое ДК? — хитро прищуривает глаза он. — Тогда тебе стоит это увидеть своими глазами.

Перед уходом Феликс зашел к Норе, предупредив, что он не сбегает от нее (конечно, чуть-чуть хотелось в город, но точно не так), а идет в какой-то ДК. На что он получил:

— Конечно, иди. Ох, как же я раньше любила туда ходить. Моя молодость! Повеселись там от души. — На это Феликс только поблагодарил бабушку и ушел.

Всю дорогу они почти провели в тишине. Иногда Хенджин что-то вкидывал, на что Феликс либо отвечал, либо смеялся. Шли они недолго. И вот перед взором Ли открывается белое здание в два  этажа с большой лестницей перед входом, с большими белыми колоннами. Но если присмотреться, можно понять, что здание старое: где-то краска отвалилась, где-то потрескалась, а местами желтое от долгого времени.

— Тут есть музей? — что первое пришло на ум.

— Что? Не, это не музей. Это круче. Я, конечно, не знаю, как у вас, городских, развлекаются, но у нас вот так.

Подходя ближе ко входу, Феликс слышит музыку каких-то лихих 80-х годов. Мурашки пробегают по позвоночнику.

— Нас где-то здесь ждут ребята, пошли, — говорит Хенджин и хватает Ли за кисть руки. Тот не сопротивляется, а покорно следует за ним. Они заходят, и первым, что бросается в глаза, это шикарная мраморная лестница с красивыми перилами. Девочки из класса Феликса точно бы зацепили бы ее и пошли бы быстрее фоткаться на ней для Инстаграма. Они поднимаются наверх, звук уже становится громче, и до Феликса начинает доходить, что это что-то типа деревенского клуба. Спросить он о своей догадке не решается. Пусть сначала других найдут, а потом, возможно, ему уже и скажут.

Других искали недолго, они сами их нашли. Все были в сборе, слава Богу, не как в «Десяти негритятах», которые по одному пропадали. Все поздоровались друг с другом, обменялись шутками по поводу образов друг друга, особенно Хана, который напялил на себя полноценный костюм пива. На нем была черная футболка с рисунком пива на спине, штаны с мини-рисунками банок пива и, самое главное, очки, у которых вместо стекол были кружки пива. Ну, прям лук на миллион долларов.

— Ну что, готовы зажигать на танцполе? — крикнул Джисон, не слышал только глухой.

— Не ори, бестолочь, — усмехается Феликс, и тут же подключается Минхо.

— Вы пиво взяли? — спрашивает уже Хенджин.

— Обижаешь, брат, уже все стоит и ждет только нас. Давайте уже быстрее, я там уже забился с кое-кем. У Хана по жизни реально в жопе стоит пропеллер. Вот никак нельзя его застать тихим и спокойным.

— С дедом кто лучше тверк станцует? Не изменяешь традициям, Хан! — дружно заржали все.

— А то!

Что ж, может, это еще не худшее. Решение было сходить в деревенский клуб.

Тгк: Алекс Бабка