«Между строчек ненаписанного»
Глава шестая.
Кира написала сообщение Мусиму: «Ты где вообще есть?» - и убрала телефон в карман. Лифт плавно остановился, двери растворились с тихим шипением - и Кира обомлела.
Коридор 89‑го этажа выглядел непривычно пустынным. Ни спешащих сотрудников с планшетами, ни гостей у приёмной, ни - что волновало её больше всего - отца. Тишина стояла почти тревожная, нарушаемая лишь приглушённым гулом вентиляции да отдалённым звоном лифтов.
Она быстрым шагом направилась к своему кабинету. Рука чуть дрогнула, прикладывая ключ‑карту к считывателю. Замок щёлкнул, дверь распахнулась - внутри тоже никого.
Кабинет выглядел так, как она оставила его утром: всё на местах, мониторы выключены, на столе - аккуратные стопки документов. Но это безупречное спокойствие сейчас казалось неестественным, будто затишье перед бурей.
- И куда они делись? - произнесла Кира вслух. Голос прозвучал непривычно резко в пустой комнате.
Она присела в кресло, нервно постукивая каблуком по полированному полу. Ногти ритмично застучали по стеклянной поверхности стола. Мысли метались: где может быть отец? И куда запропастился Мусим?
*Ладно, Мусим - её не особо волновал,* - мысленно отметила она. - *Но всё равно как штык он должен быть тут сейчас. Отец не простит опоздания.*
Кира взяла телефон. На экране вспыхнуло сообщение от Мусима:
> «В офисе. Я случайно врезался в сотрудницу и там... Но ты только не ругайся».
Она заблокировала экран, закатив глаза:
- Даже знать боюсь, что это чудо природы сотворило...
Пучок на затылке давно распустился - пряди выбились, мешая сосредоточиться. Кира достала из ящика стола резинку, быстро собрала волосы в конский хвост. Движения были резкими, почти раздражёнными.
Накинув пиджак на плечи, она встала и подошла к стеллажу. Лёгкое движение руки - и сенсорный датчик с тихим гудением активировал механизм. Стеклянная дверь плавно разъехалась, открывая доступ к аккуратно разложенным документам.
Кира достала нужную папку. Пальцы быстро пробежались по страницам - отчёты, графики, предварительные расчёты по ключевому проекту. Она вчиталась в цифры, пытаясь сосредоточиться, но мысли то и дело возвращались к отсутствующим коллегам.
Вернувшись в кресло, она развернула папку, углубившись в изучение материалов. Утро ещё не перевалило за середину, но для Киры день уже казался изматывающе длинным.
Спустя пару минут дверь кабинета тихо щёлкнула. Кира резко подняла голову - на пороге стоял Мусим. Вид у него был виноватый: рубашка помята, в волосах - след от кофейного пятна.
- Ну и? - холодно спросила Кира, не отрывая взгляда от документов. - Что на этот раз?
Мусим переступил с ноги на ногу:
- Я... в общем, та сотрудница... Она несла кофе с документами, а я...
- Документы как?- спросила взволнованно Кира.
- Ну там совершенно чуть-чуть... - произнес он.
Взгляд Киры упал на стол, ища, что можно кинуть в Мусима, взгляд упал на повербанк.
- Я шучу! - вскрикнул Мусим, подняв руки вверх.
- Слушай у тебя никакой моей рубашки нету? - спросил парень, присев на просторытный серый диван.
Мусим присел на просторный серый диван, который сразу притягивал взгляд своей необычной формой и фактурой. Это был модульный L-образный диван, словно созданный для максимального уюта: его сегменты плавно перетекали друг в друга, образуя мягкие, округлые линии, будто вылепленные из податливого материала.
Обивка дивана напоминала бархат приглушённого серого оттенка - не кричащего, но благородного, идеально вписывающегося в минималистичный интерьер. Каждый сегмент дивана выглядел как отдельная мягкая подушка, соединённая с другими в единую конструкцию. Спинка и подлокотники были выполнены в едином стиле - без острых углов, с плавными изгибами, которые так и манили опереться на них.
На диване аккуратно лежали несколько подушек того же серого оттенка, но чуть более насыщенного тона. Они добавляли композиции завершённости и ещё больше подчёркивали его предназначение - быть центром притяжения в комнате.
В целом, диван выглядел так, будто был создан для долгих разговоров, неспешного отдыха или даже для того, чтобы уютно свернуться с книгой в руках. Мусим, устроившись на нём, казался ещё более расслабленным - словно вся его неловкость от недавнего инцидента с сотрудницей мгновенно растворилась в мягкой обивке этого роскошного предмета мебели.
Мусим развалился на просторном сером диване, будто это был его личный трон. Он закинул руки за голову, вытянул ноги и с нарочитой небрежностью спросил:
- Слушай, у тебя никакой моей рубашки нету?
В его тоне проскользнула тень прежней лёгкости, почти игривости - намёк на их прошлое, когда они могли позволить себе такие полушутливые разговоры. Когда между ними было больше, чем просто рабочие отношения. Но сейчас эта фраза повисла в воздухе, как неуместный аккорд в симфонии.
Кира оторвалась от документов, подняла на него взгляд, полный недоумения. Несколько секунд она молча изучала его расслабленную позу, кофейное пятно на рубашке, небрежно взъерошенные волосы. Затем её брови скептически взметнулись вверх, а губы искривились в полуулыбке, больше напоминающей оскал.
- Рубашки? - переспросила она с иронией. - Ты серьёзно? С каких пор я храню твои рубашки? Или это новый способ избежать стирки?
Мусим попытался сохранить невозмутимость, но уголки его губ дрогнули в попытке сдержать улыбку. Он слегка поёрзал на диване, будто вдруг осознал, насколько комично выглядит со стороны.
- Да ладно тебе, Кир, - пробормотал он, пытаясь сгладить неловкость. - Просто вспомнил... раньше ты всегда знала, где что лежит.
Кира нахмурилась, будто пытаясь вспомнить какой-то забытый эпизод из прошлого. Но вместо ностальгии её охватило лёгкое раздражение. Она резко захлопнула папку с документами и откинулась на спинку кресла.
- Мусим, мы уже не в том возрасте, чтобы обмениваться одеждой. И не в тех отношениях, чтобы ты рассчитывал на такие «приятности». Если твоя рубашка пропала - ищи в прачечной или у коллег, которые видели тебя с кофе в руках.
Её голос звучал холодно, но в этой холодности была не злость, а скорее усталость. Усталость от невысказанных слов, от теней прошлого, которые иногда всплывали в самых неподходящих моментах.
Мусим шумно выдохнул, будто признавая поражение. Он сел на диване прямее, поправил воротник испачканной рубашки и пробормотал:
- Ладно, забудь. Просто... иногда мне не хватает старых времён.
Кира молча смотрела на него несколько секунд, затем перевела взгляд на окно с видом на Москву. В её глазах промелькнула тень чего-то, что нельзя было разглядеть...
- Старые времена остались в прошлом, Мусим. А сейчас у нас есть работа, которая требует нашего внимания. Так что давай сосредоточимся на ней, хорошо.
Она снова открыла папку, давая понять, что разговор окончен. Мусим ещё несколько секунд смотрел на неё, затем тяжело вздохнул и поднялся с дивана.
- Ладно, Кира, - произнёс он с напускной серьёзностью. - Приступаю к работе. Но если вдруг найдёшь мою рубашку...
- Не жди, - оборвала его Кира, не поднимая глаз от документов.
*Мусим усмехнулся*
Мусим никуда не ушёл, а лишь удобнее развалился на просторном сером диване, будто позабыв обо всём на свете. Он закинул руки за голову, потянулся с довольным видом и достал из кармана телефон. Несколько секунд задумчиво смотрел на экран, а потом набрал номер секретаря.
- Алло, Зарина? Привет! Слушай, тут такая история... - начал он с нарочитой небрежностью. - У меня тут небольшая катастрофа с одеждой. Рубашка пострадала в героической битве с кофе. Можешь, пожалуйста, организовать доставку чистой?
Из 46 -- 49 этажа, любую хоть чёрную, хоть как обычно белую
- Ага, спасибо Дорогая жду с нетерпением.
Он отключился и с довольным видом откинулся на спинку дивана, будто только что совершил великий подвиг. Кира, не отрываясь от документов, бросила на него короткий взгляд и не смогла сдержать ироничной улыбки.
- И как ты умудряешься сочетать беспомощность с такой уверенностью в себе? - не удержалась она.
Мусим сделал вид, что глубоко задумался, почесал подбородок и с серьёзным видом ответил:
- Это дар. Уникальный навык выживания в корпоративном мире. Если бы не он, я бы давно утонул в море офисных проблем, как некоторые.
Кира покачала головой, но в её глазах читалось лёгкое спокойствие. Она снова погрузилась в работу, но через пару минут не выдержала и спросила:
- И что, ты всерьёз собираешься лежать тут, пока не принесут рубашку?
Ты мне знатно мешаешь
- А почему бы и нет? - Мусим приподнял бровь.
- Это стратегический манёвр. Во-первых, я экономлю силы. Во-вторых, демонстрирую уровень доверия к нашей службе поддержки. В-третьих... - он сделал драматическую паузу, - я наслаждаюсь моментом. Здесь чертовски удобно!
Кира негромко рассмеялась:
- Только не вздумай заснуть. У нас дедлайн через два часа, а ты ещё даже не приступил к задачам.
- Не переживай, шеф, - Мусим поднял руку в шутливом салюте. - Я всегда на страже интересов компании. Просто... в удобной позиции.
В этот момент в дверь постучали, услышав «Войди» в кабинет вошла Зарина с аккуратно сложенной рубашкой в руках.
- Здравствуйте ваша рубашка, Мусим Мехмединович , - сказала она с лёгкой улыбкой. - И совет на будущее: держитесь подальше от кофе..
- Ага, обязательно
Зарина лишь усмехнулась и вышла, оставив его наедине с Кирой и новой рубашкой. Мусим с видом триумфатора поднялся с дивана, встряхнул рубашку и начал переодеваться.
Мусим неторопливо расстёгивал пуговицы, будто вовсе не замечая нарастающего напряжения. Кира, уловив движение краем глаза, резко повернула голову - и её взгляд тут же похолодел.
Все пуговицы были уже расстёгнуты. Рубашка свободно висела на плечах Мусима, обнажая его торс. Он замер, поймав её пристальный, откровенно недовольный взгляд.
- Ты в своём ли уме? - голос Киры прозвучал холодно и резко.
- Переодеваться у меня в кабинете? Это мировая компания, Мусим!
Он медленно снял рубашку, небрежно бросил её на край дивана и потянулся за чистой, которую Кира ранее достала из шкафа.
- Мы же свободные брат и сестра, - произнёс он с лёгкой усмешкой, натягивая свежую рубашку. - Что такого?
Кира скрестила руки на груди, её глаза сверкнули.
- «Свободные брат и сестра» - это не лицензия на беспредел, - отрезала она. - Ты хоть представляешь, как это выглядит со стороны?
Мусим неторопливо застёгивал пуговицы, не торопясь отвечать. Его движения были нарочито размеренными, будто он получал удовольствие от этой маленькой игры.
- Выглядит? - наконец переспросил он, поднимая бровь.
- Выглядит как обычный рабочий момент. Я пролил кофе, я переодеваюсь. Всё предельно просто. - ответил парень.
- Просто? - сказала Кира её голос звучал шёпотом, но от этого он становился только опаснее.
- Просто - это когда ты идёшь в уборную или в гардеробную. Просто - это когда не выставляешь всё напоказ. Просто - это когда думаешь о том, как это воспримут окружающие!
Мусим наконец закончил с пуговицами, поправил воротник и посмотрел на неё с той самой полуулыбкой, которая всегда выводила Киру из равновесия.
- Окружающие? - повторил он. - Кир, ты единственная, кто сейчас здесь присутствует. И если тебя что‑то смущает...
- Меня смущает не «что‑то», а всё Мусим - она резко оборвала его.
Он сделал шаг навстречу, но тут же остановился, увидев её предостерегающий взгляд.
- Ладно, - сказал он уже серьёзнее.
- Признаю, переборщил. Извини. Привык, что мы можем быть собой друг с другом.
Кира глубоко вздохнула, пытаясь унять раздражение. В его словах была доля правды - они действительно давно знали друг друга, слишком давно, чтобы играть в официальные игры. Но именно это знание делало ситуацию ещё более щекотливой.
- Быть собой - это не значит терять голову, - произнесла она уже спокойнее. - Мы на работе, Мусим. И здесь есть правила. Даже для нас.
Он кивнул, на этот раз без улыбки, без намёка на шутку.
- Понял. Больше никаких импровизаций.
Кира окинула его взглядом - теперь он выглядел как положено: в чистой рубашке, с собранным выражением лица. Она медленно выдохнула.