Воображаемые

С утра небо начало темнеть, 8приобретая сероватые оттенки, заволакиваясь тучами, а днем город залило. Дождь шел так сильно, шумя и занося все вокруг, что даже зонты уже никого не спасли. Люди старались как можно быстрее передать через длинные лужи, растянувшиеся на дороге. В них отражалось все: вечно спешившие прохожие, автомобили разных марок, зелёная листва. Для полного аккомпоеимента к дождю не хватало только воющего и совсем не теплого ветра, но его, кажется, тоже обещали сегодня. Может, эт и правильно. Какой же ливень без ветра?

Серебристые капли стучали по стеклу и скатывались с него, расшибаясь и уносясь вниз, вниз и вниз, где их уже никто не увидит. С радостью бы они задержались и на подольше, но ведь на смену приходили из сестры, такие же серебристые и шустрые.

Ох, как наверное тяжело сейчас было людям на улице, проходить под этим. Или скорее пробегать.

Саша зевнула, стараясь не закрывать глаза. Она смотрела в окно третьего этажа, стараясь разглядеть хоть что-то из под запоьевшего стекла.

В ее родном городе никогда не бывало подобного ужаса поздней весной. Иногда случалось морось, но она была приятна и хорошо освежала особенно после духоты. Здесь же, на Ицубе, приблизительно такая погода была как нечто само собой разумеющееся. А вот лучистые деньки, наоборот, считались редкостью.

В этом городе дождь никто не романтизировал. Разве только наивные дураки, да стихоплеты, от нечего делать. Но их, верно, никогда не затсигало врасплох подобным. Не доводилось им приходить домой промокшими, скидывая сырую одежду и ворчать о несправедливости.

Из Лицея за этим можно было наблюдать спокойно, без лишней суеты, лишь младшим классам. Остальные были заняты подготовкой к эаказменам, и до погоды дела не было. Ну паршивая в этом году выдалась весна, что поделаешь. Может с летом повезёт.

— Александра, вы меня вообще слушаете или медетируете там, на заднем плане? Вижу я, у вас даже глаза закрываются. Или, может, вы и вовсе спали на моем уроке?

Мурова резко открыла глаза и выпрямилась на стуле. Что-то тона совсем отбилась от общей массы. Впрочем, подобное с ней происходило довольно часто и было обыденностью. Но на уроках истории такое проворачивать было опасно. Историк считал, что ничего романтичнее заучивания дат и имен быть не может, и никому не позволял вступать с ним в дискуссии на эту тему. Вот и сейчас он стоя у доски, тыча карандашом в портрет Адольфа Гитлера и был крайне недоволен замеченным. Нельзя было его в этом упрекнуть, так как и спать на уроках не разрешалось. Особенно когда ты заканчиваешь учебу и готовишься к предстоящему ужасу, в виде экзаменационных работ.

Сашка постаралась придать себе как можно более уверенный и непринуждённый вид сосредоточенно ученика. Подняла голову и слегка вздернув подбородок, ответила:

— Ни в коем случае. Я и думать не могла о сне, когда вы так интересно ведете занятие. Ваша речь о нацизме была такой проникновенной...Она вызвала у меня самые разные чувства, среди которых был и боль за угнетённых, и гнев на угнетающих.

Сзади послышался сдавленный смех, больше похожий на хрип. Володя явно не смог сдержать себя в руках, за что бы очень жестоко поплатился в другой ситуации, но не сейчас. Он буквально спас Мурову, сам того не велая, и переключил свое внимание на себя.

Историк, обнаруживший своими маленькими глазками новую жертву, вцепился, словно клещ, уже в Володю.

— А вам, Владимир, я вижу, тоже нисколько не интересно. Я что, настолько плохо преподаю лекции. И к чему такие вольности? Чудо, что вас не исключили, и что вы себе позволяете? С вашей нынешней репутацией, стоило бы сидеть прямо и ни на секунду не отвлекаться.

Низкий, поняв, какую фатальную ошибку он только что совершил, попытался сразу же отвертеться:

— Нет, я очень внимательно вас слушал

— Правда? Вы меня не обманываете, Владимир? - глаза историка опасно блеснули - Тогда может, вы ответите на последний вопрос, который я только что озвучил.

Куда там. У Вовки сделалось такое смешное лицо на секунду. Будто он забыл сценарий для своего ролика, а съемки уже через час. Парень отчаянно пытался что-то выдавить, но уже был пойман и теперь ему оставалось только смириться.

Преподаватель наслаждался подобным, впитывая расстренность как губка. С дальнего ряда послышались негромкие подсказки от девчонок, но прекратились, стоило взгляду узких глаз устремиться туда.

Низкий нахмурился и пробормотал ругательство себе под нос. Потом вдохнул и на одном дыхании выдал:

— Извините. Я правда, всего на одну минуту отвлекся. Обдумывал сказанное вами до этого, и прослушал.

Историк скажется, только этогот и ждал. Он стоял неподвижно с минуту, больше не смотря на Володю, словно не хотел после вышесказанного удостаивать его даже взглядом. Потом очнулся, прошел к своему креслу и, усевшись туда, продекламировал.

— "Когда я прав, я обычно злюсь". Так говорил выдающийся деятель и основатель Пятой республики, Шарль де Голь, с которым мы скоро познакомимся. - он остановился, что-то обдумывая, затем продолжил - Я не могу с ним не согласиться. Особенно когда тебя обводят вокруг пальца. - он встал и в бессмысленном жесте заломил руки за спину. У него был остеохондроз, из-за которого преподаватель долго не мог находиться в сидячем положении.

Вовка сидел, всем видом изображая стыд и глубокое раскаяние. Вот же актерище.

Через некоторое время учитель снова обратился к нему:

— Раз вы утвежалете, Владимир, что внимательно слушали меня, потрудитесь рассказать хотя бы часть из того, что осталось в вашем мозге с сегодняшнего урока.

Низкий вздохнул и поднялся, на деревянных ногах пошел вдоль рядов, вперед.

Дальше Саша уже не слушала, ведь друг принял участь меченика на себя. Не то чтобы ей не была интересна история. Наоборот, она привлекала намного сильнее, чем та же физкультура, где девушке постоянно напоминали о ее ничтожных физических способностях.Надо заметить, учитель истории был весьма неплохим человеком и никогда не занижал оценки, но вот преподавал он ужасно скучно. У мстрика был такой приятный монотонный голос, от которого сразу клонило в сон прямо на парте.

Саша испытывала странные чувства по этому поводу. С одной стороны, она испытывала отчаяние, ведь понимала, что совсем скоро истрию ей придется сдавать, как один из дополнительных предметов и это было поистине невозможно для нее. Но для выбранной профессии необходимо. С другого же угла, ей нравилось слушать афтобиографии и самостоятельно искать информацию, ту, что не предоставляли на блюдечке в учебнике. Там она ко всему прочему была плоско прописана и плохо запомнилась, как думалось Сашке.

Что касается прочих предметов, девушке наиболее симпатизировала литература. Читать она любила с самого детства, и часть ее комнаты была уставлена стеллажами с книгами разных мастей. Когда ей было пятнадцать, Саша даже покупала специальные коллекционные книги с красивыми иллюстрациями, искуно выполненными разными художниками. Правда, чем старше она становилась, тем меньше времени можно было уделять времени чтению. Но польза из этого вышла - теперь Мурова могла приводить разные термины и грамотно писать, особо не трудясь запоминать правила. Поэтому за экзамен по письму она не переживала.

— Ты вообще не собираешься слушать сегодня? А вдруг Император тебя спросит? И ты ведь должна будешь сдать у него экзамен.. Если заметит твою лень, может занизить баллы.

Саша повернула голову от окна, которое все еще казалось ей очень привлекательным, нежели происходящее в кабинете.

Ира смотрела на ее своими ангельскими глазами, выражающими неодобрение. Подруга, как обычно, записывала все до единой буквы, не забывая выделять нужное. Хотя, делала она это больше для вида. Конечно, ей же не нужно сдавать экзамен.

Саша возвела глаза к потолку:

— Что я могу там пропустить.. Твой брат, кажется, за пять минут сказал предложения три, не больше.

— Но ты и до этого ничего не писала, кажется. А Володе сегодня тяжело, сама понимаешь. Ты же помнишь некоторые даты, не будь такой.. Тоесть, ты сегодня очень хмурая с утра. Похоже, погода на тебя производит сильное впечатление.

Мурова нахмурилась, но на это лишь пожала плечами. Низкая, как обычно была очень наблюдательная. Таких, как она, называют эмпатами.

— Прости.. Просто не в настроении. Плохо спала.

Ира прикусила внутреннюю сторону губы и отвернулась, видимо, решив отстать. Она снова принялась конспектировать все, с еще большим усердие. Так и дыру в бумаге сделать можно... Ручка давила на лист слишком сильно, в некоторых местах оставляя разводы в виде мелких клякс.

Мурова всегда полагала, что главное из отличае с подругой вовсе не так заметно, и не то, что можно считать с первого взгляда. Они всегда были очень разные и их дружбу можно было отчасти описать " моя твоя не понимать, но очень сильно постараюсь ".

Отец Иры, Станислав Низкий, всегда говорил, что можно выбиться в люди лишь упорным трудом и приводил в пример себя. И детей наствалял, что раз уж они пошли в частный элитний Лицей( вся его элитность заключалась лишь в том, что здесь учились богатые детки), то должны использовать такую возможность сполна. И если сыну его было глубоко плевать на подобного рода речи, то вот дочь придерживалась такого же мнения. При этом, у Низкой оставались силы, поскольку она не была зубрилой. Так что Сашк регулярно доставали лекциями о моде, чистоте , этикетк и подобным вещам, сошедшим с обложки журнала " Для истинных леди".

У Сашки же были другие предпочтения. В детстве ей очень нравилось учиться, она даже была одной из лучших в классе, но сейчас все неплохо так скатилось. Нет, она вовсе не стала отшельницей или прогульщицей, просто правильно выставила приоритеты для себя. Решила, что не будет убиваться об стену, ради тех вещей, который в будущем не пойдут ей на благо. Она уже распрощалась таким образом со скрипкой, на которой училась играть шесть лет и с фортепиано(там срок был чуть короче).

Ее отец, в сравнении с отцом двойняшек, перестал интересоваться успехами дочери еще три года назад, когда ушел всем своим существом в бизнес, а потом и в политику.

Вдруг она получила ощутимый тычок в бок. Тогда Мурова осознала, что прошла уже минута с окончания занятия, а она все еще сидит на месте и пялиться в одну точку на стекле. Дождь лил уже сильнее, так что практически ничего не было видно.

Ира смотрела на нее с беспокойством. Когда Саша поднялась, намереваясь уже идти в другой кабинет, ей преградили дорогу:

— Я опять забыла проследить, чтобы ты выпила таблетку. А ты и рада, как маленький ребенок - Низкая сейчас чего походила на наседку, у котой родился непутевый птенец - Вчера я была так взволнована.. Все таки большое впечатление на меня прооизвело все это.. Да и за брата переживаю. Но за тобой, конечно, надо следить, иначе совсем в себя уйдешь. Нельзя так, Саш...

Муровой было очень приятно с таких слов. Как бы не было плохо Мне самой сейчас, она все равно беспокоится.. О ней. К горлу подкатил предательский ком, но девушка тут же отогнала его. Вот слезы тут точно ни к чему. Она бы сейчас с удовольствием обняла Низкую, вдыхая уже привычный аромат её духов, с карамелью. Но в кабинете еще оставался учитель, историк, и его лицо выражало крайнее недовольство. Он снял с лица свои очки в алой оправе, и положил на стол, сцепляя руки в замок.

Саша повернулась к подруге, стараясь говорить как можно спокойнее. Как это всегда удавалось Володе.

— Ты иди пока, займи нашу парту на письме.. Я догоню через пару минут.

Ира замешалась на пару секунд, но затем кивнула, и подхватив кожаную сумку с книгами, прошла к выходу из кабинета. Саша выдохнула и тоже начала собирать свои мысли медленно и расстановкой, растягивая время. Ей очень хотелось избежать разговора с преподавателем, а он, несомненно, сейчас состоится. Это было видно даже по атмосфере в классе. Воздух стал тяжелее. Захотелось открыть окно и высунуть голову, полностью обмокнуть. Наконец, когда дальше тянуть смысла не было, девушка выпрямилась, и подхватив свою сумку, подошла к столу, держать на безопасном расстоянии.

Историк сидел, рассматривая что-то в своей записной книжке. Он, очевидно, тоже решил тянуть время и наслаждаться мучениями, что было вполне свойственно его манере.

— Полагаю, вы хотели со мной поговорить... - Саша мирно скрестила пальцы за спиной, выпрямляя спину.

Учитель повернулся к ней на кресле в пол оборота произнес, растягивая слова:

— Да, вы правы, Александра.. Я действительно хотел побеседовать с вами. Надеюсь, это не займет много времени, с моей стороны - я буду краток. С вашей стороны требуется лишь честность и уважение. Но вы склонны к таким качествам, как мне уже приходилось наблюдать.

Мурова не знала, что и думать. Она, конечно, примерно догадывалась, что станет предметом обсуждения и праведного гнева, и даже приготовила оправдания на этот случай, но сейчас была несколько удивлена. Преподаватель начал не с обвинений. Он зашел с другого угла. Девушка предпочла пока молчать. От нее ведь и не требовали ответа.

— Знаете, для начала я бы хотел начать с некоторых.. Гм.. Новых аспектов вашей внешности, противоречащим уставу нашего учреждения. А дальше как пойдёт - он постучал двумя пальцами по деревянному, покрытому лаком, столу - Я все знаю, вам, молодежи, нужно самовыражаться, раскрывать свою личность, и так далее. Но вы, Александра должны понимать, что для такого уровня, как наш, это неприемлемо.

" Вот уж кому в политику надо было" - промелькнула мысль у Саши

— Так вот, к чему я клоню - историк, видимо, ждал хоть какой-то ответной реакции, но поскольку ее не последовало, решил продолжить - Внешность наших обучающихся немало важна, поскольку это один из пунктов о дисциплине номер 2. 13

Вот оно. То чего она так боялась.

А дело было вот в чем. С утра, как только Саша, запыхавшаяся, очнулась, дрожа от холода и едва могла двигаться. Сначала она даже не понимала, почему все так резко изменилось, и где же те прленящие сосны и непонятные существа.. Потом дошло.

Кое-как добравшись до просторной ванной( одной из многочисленных в доме Низких), стараясь не разбудить подругу, Саша открыла для себя несколько вещей. Первая и самая лучшая - она это все еще она, без каких либо существенных изменений. И вторая - ее волосы снова изменили свой оттенок с воронье черного на синий. Причем, если в прошлый раз он был ближе к бирюзовому, то в этот цвет был весьма насыщенный. К огромному ужасу Муровой, синим было покрыто почти пол головы, а не две прядочки, как в прошлый раз. Так что скрыть это было невозможно.

Она целых три(!) раза мыла ее шампунем, тщетно пытаясь оттереть, но все попытки сводились к нулю. В конце концов, Саша просто психанула, и решила, что волосы того не стоят.

В этот раз оправдание приходилось придумывать дольше и избирательнее, с этим девушке пришлось напрячься. Хорошо хоть Низкая проспала до семи утра, так что двух часов на раздумья ей хватило.

Бесило то, что в голове постоянно крутилась мысль рассказать все как есть. Но это было настолько плохой идеей, что Саша отметала ее как можно дальше. Уже ведь пообещала, что пока сама не разберётся, никому ни слова..

Но когда Ирка проснулась, зевая и бормоча все известные ей культурные и некультурные проклятия, то даже не обратила внимания не ее голову. Саша посчитала, что подруга еще не до конца готова, так что решила не расслабляться. Но Низкая ничего не сказала ни до завтрака, когда они болтали о предстоящем учебном дне, ни после. И Мурова не заметила на себе ни одного взгляда от прислуги, которая видела ее вчера.

Но все же, черноволосая решила сохранять бдительность. Теперь стало ясно, что по какой-то причине, только она видит эту премену во внешности, эту "изюминку" и это было странно, это было не логично, но так же это был очень хороший исход. На всякий случай она приклеила на пиджак красный бант, одолженный у Иры, под ее одобрительные комментарии, но не для того, чтобы каким-то образом преобразиться( как уже было сказано, ее это абсолютно не волновало ), а лишь для того, чтобы отвлечь внимание от головы. Да, в стенах Лицея выглядело чудно и вызывающе, так что с утра над ней многие насмехались, но это стоило того. Определённо.

— Александра, вы слушаете?

— Конечно. Я очень извиняюсь, и больше этого не повторится. Но снять столь вызывающий объект не могу. Видите ли, он приклеен к моему пиджаку, причем весьма плотно, а снимать пиджак я также не могу.

— Вот как - преподаватель кивнул - Чтож, тогда мне больше нечего добавить. И - он мелком взглянул на маленькие настольные часы в деревянной оправе - Я задержал вас дольше положенного. Надеюсь , подобное происходит в последний раз. Хотелось бы мне побеседовать с вами еще на одну тему, но дольше задерживать ученика, не в моих правилах.

Черноволосая энергично закивала, бормоча что-то наподобие " Хорошего вам дня ". И вышла из кабинета.

Остальные занятия протекали как обычно, скучно и однообразно. Стоит отметить, что ее несильно, нот все же отчитали, когда девушка опоздала на практикум по математике. И конечно же, все постарались отметить алый бант, элегантно и с достоинством красовавшийся на белоснежной рубашке с воротом. Большинство преподавателей лишь кидали на него острые взгляды и позволяли себе качания головой, тогда как некоторые, например преподаватель музыки отмечали всю нелепость данного предмета. Хорошо что Саша уже совсем скоро распрощается с этим местом и больше не услышит подобных упреков в свою сторону.

Во время большого перерыва, после занятия физкультуры, после которой Муровой хотелось выть, ведь она опять выслушала кучу насмешек в свою сторону, все старшие ученики пробирались на большой балкон, расположенный на четвертом этаже здания. Его пристроили специально для таких случаев, как сегодняшний дождь. Это было широкое пространство с ограждениями и прямой крышей, немного не доходящей до края, так что все желающие вымокнуть под дождем стояли там.

Сегодня с самого начала дня Лицей шумел и перешептывался из-за последних новостей. Произошедшее в кафе " Арка" настораживало всех. Но больше всего, конечно, ребят, учившихся вместе с главным "виновником" - Володей Низким. Тот, к его чести, пока держался весьма достойного, не поддаваясь уколам и смешкам, но было видно, что он уже на пределе. С утра к нему побегала любопытная малышня ( в Лицее учились дети, начиная с шести лет) и показывали различные неприличные знаки. И если это было даже в какой-то степени смешно, то вот издевки старших были намного больнее и театральнее.

И никого не заботило, что здесь полно других ребят, с еще более кошмарным прошлым, совершавших ужасные поступки. Сейчас все старательно делали вид, что, вот он, главный грешник земли - Вовка. Многие и раньше любили посмеяться над ним, или его видео, в особенности парни, за что могли мгновенно получить, ведь Низкий славился довольно вспыльчивым нравом.

Саша стояла, прислонившись к одной из дверей, которая уже давно не открывалась и наблюдала за толпой одноклассников, пытающихся подойти к другу. Отец его запретил лезть в драки, ведь он теперь и так на учёте, не зачем еще сильнее портить жизнь, еще и перед экзаменами. Мурова искренне надеялась, что Низкий послушает наставления старшего и сохранит хоть какую-то репутацию. Рядом с ним, конечно, все время находилась Ирка, на случай возможной перебранки, но это мало помогало. Разве сможет она удержать брата, если его сильно заденут.

Двойняшки стояли рядом с ней , о чем-то негромко переговариваясь. Низкая говорила спокойным тоном, в то время как ее брат активно жестикулировал.

— Да поевать я хотел на них, понимаешь? Меня это все уже достало, честно... А нам еще две недели до экзаменов. Если они продолжат и дальше так пялиться, я за себя не ручаюсь.

— Успокойся, Вов. Неужели ты не понимаешь? Отец все верно сказал. Нельзя сейчас. Они специально травят тебя. Всегда завидовали и вот, когда предоставилась возможность, кидаются булыжникам.

Что правда, то правда. Одноклассники, в особенности парни,всегда завидовали Вовке. У него была весьма интересная и приятная внешность ,харизма, какая-то общая притягательность, и многие на это тянулись, как рыбки на крючок. Девчонки болтали с ним периодически, а когда у шатена появилась девушка, открыли клуб сплетен.

— Да не в этом дело - Володя почесал переносицу. В точности, как его отец, когда злиться,отметила черноволосая - Неужели все так быстро проглотили то,что так активно выставляли новости и полиция? Да даже с первого просмотра всего этого можно понять, насколько все прозрачно. Люди у нас тут может и ведомые, но ведь не такие идиоты..

Можно было долго рассуждать, как и почему все в этом месте сплотились против блогера, снимающего про всякую паронормальщину. Саше тоже не верилось, что они все такие тупые, какими хотят казаться . Ну ладно еще дети. Но вот их сверстники точно почувствовали, что запахло жареным, просто пока вида не подали. Ведь суда еще не было, а значит, неизвестно, кто виноват. Конечно, Станислав Низкий скорее всего пресечёт подобное( еще бы, судиться с собственным сыном, несовершеннолетним), но люди все равно ждали каждой весточки, чтобы после обсудить ее. Так уж устроено людское общество. Кроме того, город был не слишком большим (как и не слишком маленьким, разумеется) и новости здесь были не так уж разнообразны.

Низкие тоже затихли, казалось, делая небольшую передышку. Думали о чем-то своем, гномьем. На идеальном лице Ирки то и дело проступала складочка, расположившаяся над переносицей. Она, видимо, беспокоилась, как бы брат не вышел из себя раньше дозволенного.

Мурова тоже находилась глубоко в мыслях. Они были где-то около Траума, и того, что произошло с ней этой ночью. Нет, она все еще не до конца верила, что это не ее сон, но странностей было все больше и больше. Например - где сейчас синеволосая бестия? Решила переждать бурю и явиться, чтобы чтобы что-то натворить? Но как же тогда ее любимая привычка капать на мозги одним своим присутствием? Нет, тут явно дело в другом.. Может, обдумывает, чем еще можно испортить жизнь Сашке?

Главное девушка знала. Главное - больше не давать Алисе повода. Они так и не договорили тогда...

Тут она вспомнила кое-что. Ночью, в этом странном лесу, разноцветные девушки пели какую-то странную песню. Незатейливый мотив и постоянно повторяющийся куплет- Сашке не составило труда ее запомнить. Она даже предположила, что текст был исполнен на немецком, уд больно грубое было произношение.

А Ира знала немецкий. Учила его с гувернанткой, еще с детства. Поэтому сейчас могла говорить как на своём родном.

Черноволосая убрала свою голову с плеча подруги, где та недавно мирно покоилась, и выдала:

— Как переводится. weiter Weg.. weiter Weg... — Ээ....- Саша пыталась выудить из памяти продолжение - Es lohnt sich nur, sich umzudrehen.. Drehen-und nicht zurückgeben..Blaue Augen Straße" Это же на немецком, верно?

Ира недоверчиво уставилась на нее. Непонятно, что ее так удивило - что Саша смогла заменить столько слов на иностранном языке или же что вообще заговорила об этом вот так,без видимого повода. Впрочем, она тут же сконцентрировалась, и недолго думая, перевела:

— Долгий путь... долгий путь... Стоит только развернуться... Развернись и не возвращайся... А дальше - она чуть помялась - Blaue Augen Straße, хм...Улица Голубых Глаз?

Низкая непонимающе уставилась на черноволосую, очевидно, ожидая разъясний, ведь фраза будто бы сошла с страниц средневекового романа. Саша любила раньше читать подобное, так что быстро нашлась с ответом:

— Да вот, я читала на прошлой неделе "Трех товарищей" Ремарка. Там герои часто говорят на немецком - как же ей повезло в этом плане. Она действительно читала такую книгу, причем всего одну, поскольку предпочитала читать в оригинале, и немецкий чаще обходила стороной - И один из героев произнес такие слова своей возлюбленной.. Мне показалось, что перевод, который мне выдало приложение, слишком корявый. Улица Голубых глаз, хах, надо же, какой бред

Саша остановилась, поняв, что ее никто не слушает. Конечно, девушка как обычно так увлеклась придумыванием очередной байки, что не следила за реакцией человека, которому на уши вешалася тазик яичной лапши. А человек, тем временем, уже давно ее не слушал.

Взгляд Иры был направлен четко на противоположную сторону балкона, где сейчас стояла толпа их одноклассников, в лидерстве нескольких девушек. Они неприлично громко разговаривали, кидая взгляды в их сторону. Обрывки фраз донеслись и до ушей Муровой:

— Да, говорят папочка совсем лишит его налички...Не на что будет свою брехню снимать...

— Ой, да какая наличка.. Его могут и без доли оставить.

Голоса явно были девичьи и Саша даже разобрала кто говорит, и мысленно поморщилась. Это была Инна... Да, та самая Инночка, обычно выступавшая в главной роли во многих роликах " Монстров и мемомов". Девушка Вовки. Ее выражение лица выражало глубое презрение, когда она произносила последнюю фразу.

" Да, теперь ты не сможешь выпрашивать у Вовочки денег"

Сашка перевела взгляд на лицо друга,посылая тому сигналы силой мысли, чтобы он оставался спокойным. Но Володя, как не странно, даже не смотрел в ее сторону. Его взгляд был четко направлен в толпу, вернее, в ее центр. Лицо приняло какое-то тупое выражение безразличия.. Ему что, вообще плевать? Или он уже каким-то образом догадался, что все ведет к такому раскладу?

Низкий застегнул свое худи до самого горла и направился к выходу. Наверное, внутри ему было тяжело, хоть на лице это и не отобразилось. Сестра поспешила за ним, окликая, чтобы он подождал ее, так как на каблуках быстро ходить абсолютно неэтично.

Интересно, можно ли умереть, замерзши под дождём? Сашке бы очень хотелось. Только такое желание сейчас возникало. Ее друг, который всегда мог рассмешить, поддержать, пусть и странным способом, сейчас вынужден терпеть издёвки молча, и все это по ее вине. Сколько это ещё будет продолжаться? Не повлияет ли это на результаты экзаменации?

Нет, она этого не допустит. Не имеет права. Пусть рассказать Саша не сможет, смелости не хватит, но подонок отношение к Володе было мерзко для нее.

Как там говорил Маленький Принц? " Мы в ответе за того, кого приручили"

Ведь Низкие в какой-то степени и вправду приручили ее. У нее никогда не было настоящих, живых друзей, до той встречи. А на Ицубе всегда говорят - зло на зло, добро на добро.

— Эй, чернь с бантом? - голос вырвал ее из вакуума - А ты чего не бежишь за своими? Или тебя подобрать забыли? Ты ведь, бедняжка, наверное сама ничего не можешь? Беги скорее к своему недоноску и его сестричке.

Послышался гогот парней и улюлюканье. Инна продолжала, с ядовитой улыбочкой во всю полость рта:

— А что? Его же явно в детстве уронили. Пойти против отца, мужчины, в котором столько власти..

Саша в этот момент шла к двери, и эти слова прозвучали ровно у ее уха. Она приостановилась. Потребовалось пять секунд, чтобы осознать, что ее репутация ничего здесь и так не стоит. Так почему же не принести себе радость хотя бы в чем-то ужасном и неприемлемом? Инночку она недолюбливала давно, но сейчас это был чистый порыв.

Послышался девчачий вопль и негромкий хруст. Уже через пять минут, здесь, без сомнения будет куча народа. Но пока, всего на мгновение, этот дождливый день действительно стал для Сашки чуть лучше.