Воображаемые

Плэйлист к главе:

Bones - Imagine Dragons.

Old Yellow Brics - Artic Monkeys

ECCHYMOSES - Perpetualll

На Марсе классно - Noize MC

Она кричала и кричала, обрывая голосовые связки, в надежде быть услышанной кем угодно здесь, но ничто и никто не отозвался. Не было ни звука в этой пустоте, нарушаемой лишь жутким криком семнадцатилетнией девчонки. Стены по которым стекала жидкость, отдаленно напинающая чью-то желчь, слегка содрагались, хотя, верно было бы заметить, что это происходило из-за искажения пространства. Пол был влажным, старые дубовые доски прогнили и теперь мерзко и громко скрипели при каждом ее движении. Вспомнилось, что доски с таким количеством гвоздей еще называют ежами.

Голос совсем охрип и теперь больше походил на писк жалкого, серого мышонка, которому прищемили хвостик. Приходилось делать судорожные вдохи, набирая в ободранные легкие воздух, отдающий ментолом.

Потолка не было. Стоило только поднять голову, можно было уткнуться взглядом в узкий чёрный тоннель,такой же гнилой, как и все здесь, уводящий куда-то вверх, в место, которому нет названия.

Наверное, для всего этого тоже не существует названия . Можно было бы обозвать это неким подвалом, но он скорее походил на открытую коробку, из которой сейчас отчаянно пытался вылезти черный котенок.

Саша встала. Ноги онемели от долгого сидения на старом дереве. Обошла длинные гвозди, торчащие повсюду и начала отчаянно колотить по стенам, несмотря на все свое отвращение. Звонкий гул раздавался от ее ударов. Не зря же училась этому. Через две минуты все ее руки были покрыты ссадинами, которые уже начинали кровоточить, но девушка не остановилась. Она все била и била, бесцельно, будто вбивала в стены всю ненависть к этому месту, которое видела впервые. Кулаки уже почти не слушались и через десять минут окончательно отказались двигаться. Да, она всегда была слишком слабой для такого. Опустив бесполезные ручонки по швам, чернавая еще какое-то время тупо пялилась в бывшую когда-то черной стену. Сейчас же на ней остались небольшие вмятины и легкие кровавые следы.

Голубые глаза, с расширенными от адреналина зрачками, судорожно моргали, впитывая влагу. Действительно, тут было чрезмерно влажно, и немного пахло солью.

Сколько она уже здесь находиться? Мурова не знала точный ответ на свой вопрос. То, что это ее собственный сон она поняла почти через мгновение, как попала сюда.

Сначала, как только она закрыла глаза в комнате Иры, ее обволокло приятным светом. Он был везде и девушка едва могла рассмотреть сквозь этот необычный туман собственные конечности. Вдали виднелось что-то наподобие прохода. А когда Мурова преодолела лучащееся световое пространство, просто оказалась здесь. Без какой-либо возможности выбраться.

Дело в том, что стены были достаточно прочные, чтобы их проломить, хоть на них и оставались вмятины после ударов. Непонятно откуда здесь вообще освещение.

Все это было слишком странно и непривычно, но настолько притягательно, что Саша не сдавалась. Перемещаться здесь она не могла лишь из-за абсолютно босых ногых. Раньше ей думалось, что во сне невозможно испытать физической боли, но в этом странном месте закон, видимо, не работал.

Мурова пыталась сосредоточиться. Если это ее сноведение, значит она вполне может им управлять, как делала это ранее. Ничего сложного. Нужно просто сконцентрироваться и хорошенько представить то, что ей сейчас необходимо.

Бац! На ногах красовались черные лакированные мартинсы с шнуровкой, на высокой подошве. Отлично. Саша нервно улыбнулась. Немного отличается от того что она представила, но уже неплохо. В сочетании с лёгкой пижамой они наверняка смотрелись нелепо, но сейчас было абсолютно плевать, ведь ее никто не увидит. Да и ей уж точно не было дела до подобного.

Может быть, если она как следует постарается, то сможет представить себя в другом месте? Например, в теплой гостиной, с мягкими шерстяным пледом на плечах и чашечкой ароматного капучино... Саше даже на секунду почудился этот приятный запах. Кажется, так пахло дома, когда ей было лет пять...

Черноволосая нахмурилась, стараясь отогнать от себя подобного рода мысли и постаралась сконцентрироваться. Она и сама не понимала, что нужно сделать. Ещё раз оглядела шаткое пространство и закрыла глаза.

В голове отчетливо всплыла картинка: вот она, маленькая, в красном платье в горошек, с двумя куцыми хвостиками, носиться по гостиной, готовясь к Рождеству. Слышится звонкий смех мамы и театральное бурчание отца. В горле начинает образовываться тяжелый ком из несбывшихся детских мечтаний. А ведь она всего семь раз смогла так отпраздновать Рождество...

Саша открыла глаза. Ничего не произошло. Она стоит в том же положении, что и минуту назад. Но дряхлые стены и отсутствующий потолок никуда не делись. Девушка уже собиралась возвести руки к этой черной дыре сверху и узнать, за что ей такие страдания. Но тут ее отвлек свист.

Он доносился откуда-то из угла, с противоположной стороны недоподвала. Она аккуратно повернула голову, боясь поверить своему счастью.

Свистела маленькая девочка. На вид ей было года три, не больше. Она была одета в шелковую сорочку, с голубым бантом, аккуратно повязанным на груди .Волосы были пострижены ежиком, а на голове аккуратно сидел алый ободок. Девчушка была странной, как и все здесь. Лицо у нее было необычайно серьезное, но Саша вовремя одернула себя. Это ведь сон. Вероятно, эта малышка всего-то ее воспоминание. Так что вряд ли она ей поможет...

Все ее сомнения развеялись, стоило этой маленькой куколке открыть рот и заговорить:

— Застряла? - фраза звучала настолько буднично, будто девочка говорила подобное каждый день. Голос для трехлетки был слишком усталый и будничный.

Мурова еще раз напомнила себе, что это сон. Что тут подобное можно услышать даже от младенца. А девчуля вдруг закатила глаза, потирая переносицу. Поправила бантик с видом главного секретаря и продолжила.

— Как же вы меня достали, люди... Даже в этом обличае выматываете Не можете управлять собственными снами. С детьми, конечно, попроще. - она сверлила Сашу недовольным взглядом - Но вот чем старше вы становитесь, тем меньше в вас, людях, воображения. Даже кошмары, и те наискучнейшие. Вот это например.

Девочка наградила комнату одним быстрым взглядом, словно оценивая, а после вынесла вердикт.

— Да таким даже клаустрофобов не напугать.

Мурова щелкнула языком. Она начинала терять терпение. Да, эта девочка была милой, но только пока молчала. Да и не ребенок это, видно.

— Слушай, малышка - черноволосая старалась звучать как можно ласковее - А ты не подскажешь, как мне выбраться?

" Малышка" смотрела на девушку, не моргая, как на таракана, которого бы неплохо сейчас прихлопнуть газетой. Только ее "оболочка" мешала это сделать. Поэтому девочка просто вздохнула и медленно подошла к Сашке. Склонила голову к левому плечу, и уткнулась в одну точку на ее лице, словно о чем-то задумалась. Может, уснула... Саша уже думала ее окликнуть, но ее опередили.

— Я могу показать тебе одну вещь. Но Мэри никогда ничего не делает просто так - она хитро сощурилась.

— Мэри это что-то вроде ...твоего имени?

В ответ ей лишь кивнули. Саша радостно ухмыльнулась. Редкое для нее проявление эмоции. Но эта девочка каким-то образом умело располагала к себе.

— Извини, Мэри, но я даже не предполагаю, чем могу тебе помочь.

— Я расскажу тебе немного позже. Для начала выполню свою часть уговора. А ты выполнишь свою.

На этих словах она подошла к Саше совсем близко и протянула ей ладонь. Невинные карие глаза смотрели прямо и просто, без подтекста. Как и положено трехлетней девочке.

Девушка переводила взгляд с Мэри на ее руку и обратно.Ну конечно, она согласна. Это всего-навсего сон. Саша аккуратно коснулась детской ладошки. Ее руку мягко сжали в ответ. На лице девочки отобразилось странное облегчение.

— А теперь представь любое пространство, не закрывая глаз. Просто как следует вообрази все до мелочей. От картинки до чувств в реальности.

Это было достаточно трудно. Мурова вообще была не из тех, кто долго фантазирует по ночам, придумывая различные вымышленные сюжеты. Подобным она перестала заниматься ещё будучи подростком. Но попытаться все же стоило..

Свои воспоминания она уже откинула в сторону. С ними можно было даже не пытаться. Как только она начнет представлять что-то подобное, тут же потеряет всю концентрацию. Нет, определенно здесь нужно что-то простое. И светлое. Может быть, тихий сосновый бор..

Шуршащие под ногами иглы. Огромные песчаные дюны, величественные и пленящие многих своим спокойствием. Сосны стоят на бугорах, покрытых мхом. Они такие величественные и гразиозные, слово солдаты, верно охраняющие границу. Чувствуется запах смолы. Он повсюду, он внутри и снаружи.. Ветра нет. Кожу обоволакивает приятное тепло от солнца, неосменно заливающего это место своим ласковым светом. Оно пробивается сквозь верхушки высоких сосен, играет с их стовалами, отпуская своих зайчиков резвится в этом лесу. Они бегут по коре, но не трогают ее, ведь жаль им убивать то, что стопилось веками.

Тут строится вековой лесной путь. Множество дорожек, протоптаных стоными и тысячами пар ног, уходят вглубь чащи.

Ноги начало приятно щекотать. Саша обнаружила что по ее, ставшей опять голой, ноге, ползет муравей. Она тут же стряхнула его, тряся стопой. Потом огляделась.

Да, видимо все же зря она гнала на свое воображение. Место получилось довольно неплохим. Если внести еще одну поправку, будет просто идеальным.

На одной из дорожек появилась скамья из брусков, с блестящим сиденьем. Ее обвивал дикий плющ, тянущийся здесь повсюду. Саша опустилась туда и блаженоно выдохнула, потягиваясь.

Да, а ведь она практически забыла, какого это. Давненько ее не заносило на Траум. В последнее время девушке снились лишь кошмары, и бредовые сны, приходящие эпизодические. И то и другое она практически не запомоминала. Не имела привычки, и хорошо. Ей абсолютно точно не хотелось вспоминать ту жуть.

Рядом плюхнулась Мэри, что-то бормоча о том, как тут много комаров и что Саше следовало бы придумать лес без них. Девчушка потрясла головой, отгоняя насекомых от лица, от чего ее хвостики смешно дрыгались, что никак не вязалось с серьезным выражением . Мэри залезла на скамейку с ногами и поджала к себе колени. Саша усмехнулась.

— Знаешь, сложно поверить, что тебе на самом деле не три.

— Ты многого не понимаешь, Ася. В том числе того, как устроен этот мир - Мэри обвела своей детской ручкой пространство перед собой - Тут я могу выглядеть хоть зайцем с рогами, внешний облик абсолютно не важен. Конечно, ты немного наивна для своих лет, я заметила.

Саша вскинула брови в протестующем жесте. Она даже проигнорировала то, что ее так " окрестили", ведь имя она свое не называла.

— Послушай, э... Мэри. Тебе не кажется, что это большое преувеличение? Это ведь все один большой сон. Лишь частичка моих далеких воспоминаний...

Ответом ей стала широкая, саркастичная улыбка. Мэри приподняла крошечную светловолосую бровь, и склонила голову вбок. Потом раздраженно выдохнула и пояснила.

— Ася, Ася.. Ах, как же сложно с вами, людьми. Видишь ли - тут она на секунду запнулась - Траум отличается от обычного сна. Хотя бы тем, что здесь ты можешь управлять пространством.

— Я когда-то слышала, что некоторые люди могут управлять своими снами.

— Все верно - девчушка качнула головой - Мы таких называем по особому. Редкие людишки здесь являются, Ася, очень редкие.

Саше было немного неловко от этих слов. Она сама не понимала, что конкретно ей сейчас пытаются объяснить, но старалась не пропускать не единого слова. Она ведь и вправду ничего не знала ничего о Травме, хоть и была здесь пару раз. Но это было так давно, что все уже почти вылетело из головы. Мэри продолжала.

— Не все вы, людишки, можете подать в столь чудное место. Обычным, серым и ничем не примечательным сюда никаким образом не пробраться. Не выгрызть четвертую стену в своих снах. Но вот некотором, особенным... Можно. Редкие исключения из правил. Сбои в системе. Конечно, и таким поаать сюда непросто. Ты наверное уже заметила, что твои сны часто "запирают" твою оболочку. Например кошмары, из которых нельзя выбраться..

Мурова почувствовала, что по телу протекла волна легкой дрожи. Именно таким и было ее сегодняшнее сновидение. Оно заперло ее внутри, без возможности выбраться.

Тут на прямо на колени девушки опустилась причудливая бабочка. Она поблёскивала на свету. Крылья были словно сотканы из воздушной ткани, настолько тонкой, что страшно были даже дышать в ту сторону.Их было двенадцать и в на каждом вырисовывался причудливый узор салатового цвета. Бабочка осторожно ими махала, не замечая угрозы.

Мэри наблюдала за этим с откровенной скукой. Наверняка не была фанатом подобных существ. Он продолжила, стараясь говорить громче, чтобы Саша отвлеклась.

— Вы как это насекомое. Такие же чудные. Вроде ничего интересного, но отличаетесь от своего вида. Ты меня вообще слушаешь?

Саша лишь кивнула на автомате, продолжая наблюдать за крылатой малюткой. Та, казалось, совсем ничего не боялась, потому что спокойно перестала с ее колен на протянутые руки, переползая с одного пальца на другой. Она цеплялась своими маленькими ножками, щекоча кожу. Девушка медленно и аккуратно подняла руку, стараясь не стряхнут эту красоту и поднесла к лицу, чтобы разглядеть получше. Насекомое застыло и не шевелилось.

Две секунды и на руке черноволосой уже ничего не было. Саша пару мгновений просто непонимающе моргала, пребывая в замешательстве,а затем повернула голову в сторону Мэри. Та сидела сидела и хмуро пялилась перед собой. Рот скривился в пренебрежительной гримассе.

— Что за...- черноволосая негодовала

— Прежде чем соберешься сделать подобный идиотский поступок, включи свой мозг, если он еще не полностью отвалился. Ничему, ты поняла меня, ничему тут нельзя настолько доверять. Эта маленькая.. бабочка, могла бы сейчас откусить тебе нос.

— Какое это имеет значение? И вообще, какого черта ты так говоришь? Я сплю. Здесь меня могут убить, порубить на мелкие кучочки , сварить и подать к столу в качестве закуски., ничего в реальности же ничего не случится.

Мэри легко спрыгнула со скамейки и пригладила смявшуюся сорочку. Наверняка в детском теле ей было неудобно. Если это конечно имело значение здесь. Девчушка сжала губы и тихонько засвистела. Потом повернулась к Сашке спиной и зашагала прочь по извилистой тропе, раскинув руки руки в стороны и слегка покачиваясь. Она напивала какую-то тихую мелодию, мотив которой неизвестен никому. Волосы дергались при каждом повороте головы

Саша долго смотрела ей вслед. Мэри облажала одной угткально способностью. Она действительно притягивала своим внешним обликом. И сейчас, в солнечном свете, который уже поработил весь лес, фигурка маленькой девочки казалась очень странной. Если бы её попросили сейчас подобрать точное сравнение, то черноволосая бы не колебаясь бы назвала девчушку ангелом. Вот только ангел обладал колким языком, не сорстветствующим образу.

Мэри так ничего и не ответила на ее последнюю ее реплику. Что бы это не значило, Саша была уверена в своей теории. Это всего лишь сон. И чтобы не произошло, за пределы не выйдет. Траум, не Труам, разница не сильно важна. Но не это сейчас волновало Мурову.

Мэри в своем монологе четко выделила то, что не все способны сюда попасть. Что "людишки" обычно не выбиртся за пределы своего сноведения. Как бы это таинственно не звучало, девушка все еще немного не догоняла. Чем же она в таком случает отличается от остальных? Да, Саша уже некоторое время не принимает один препарат, который должен обеспечивать ей сон, и мучается от кошмаров. Но не может же быть такого, чтобы в этом и было основное отличие. Саше просто не верилось в подобный бред.

Как же хотелось догнать девчонку и расспросить поподробнее.. Она ведь и вправду практически ничего не знала об этом пространстве. Но Саша не побежала. Почему-то ей показалось это неуместным. Наверняка Мэри бы рассказала ей сама, если бы была настроена. И все же, некоторую информацию она выдала хоть и с недовольством. Теперь Мурова понимала, что тут такие же правила, как и в любом ее сне. Все не то, чем кажется.

Саша сидела на скамье, чувствуя как телу становится хорошо от света. Она даже вытянула руки вверх, потягиваясь. Может ведь она позволить себе расслабиться, всего на минуточку. В жизни такую погоду девушка наблюдала довольно редко. В родном городе практически всегда было пасмурно, так что сейчас она наслаждалась витаминами по полной.

Прямо перед глазами проскочил солнечный зайчик. Он пронесся настолько быстро, что Саша даже не успела разглядеть. Лишь спустя время до нее дошло, что это был вовсе не луч солнца

Нечто светящееся унеслось в гущу сосен, оставляя от себя следы, золотой проседью осыпающиеся на иглы. Можно было только угадывать, что это за нечто. Саше стало любопытно.

В этом мире вообще каждое второе событие вызывало любопытство. Поэтому девушка поднялась со скамьи и встала на тропу. Не ту, идя по которой, недавно в глули скрылась Мэри, а менее узкую, но более привлекательную.

Но прежде чем идти, она все же вернула ботинки обратно на ноги. Так спокойнее. Здесь ведь и вправду можно ожидать чего угодно.

Мурова шла почти бесшумно, огибая стволы деревьев, перешагивая через кочки и канавы. Хруст редких ветвей раздавался под ногами. Ветра не было. В лесу постоянно что-то шуршало и переговаривалось. Казалось, что вот сейчас у деревьев вырастут глаза и рты и они начнут обсуждать свежие сплетни, как одноклассники в ее гимназии. При упоминании последнего она поморщилась.

Мимо проносилось все больше светящихся комков. Саша даже попыталась поймать один из них, да куда там. Наконец, она дошла. Вернее, тропинка закончилась.

Перед ней открылось огромное пространство: абсолютно пустое и наполненное одновременно. Это была поляна, плотно обросшая мхом. Деревья стояли вокруг нее плотным кольцом, напирая, но не выходили за обозначенные им рамки.

Сашку почти ослепило. Посреди поляны творилось что-то невероятное. Оно являло собой круг из существ, переливающихся всеми цветами радуги и меяющих некоторые оттенки время отт времени. Наверное ближе всего они были к людям, поскольку имели ноги и руки и даже были облачены во что-то наподобие длинных туник, достающих им до пят.

У всех без исключения были длинные волосы, так что со спины нельзя было понять, мужчины это или женщины. Рост отличался, тела тоже. Они стояли на коленях, плотно сомкнувшись и все без исключения пели на высоких тонах. Казалось, будто они совершают жертвоприношение или что-то такого типа...

Саша выдохнула, стараясь держаться. Это Траум. Здесь нормально, что у людей каждая часть тела отличается по цвету. Но ей смертельно хотелось подойти поближе.

Она сделала еще пару шагов в ту сторону, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Язык показался ей знакомым. Кажется, это был немецкий. Девушка пару раз слышала его и была уверена, что это он. Грубое произношение и длинные слова только подтверждали догадки.

"weiter Weg.. weiter Weg... Es lohnt sich nur, sich umzudrehen.. Drehen-und nicht zurückgeben..Blaue Augen Straße"

Они повторяли одну фразу, не прирываясь. Это вроде называют рефреном.. Сейчас Саша могла надеяться только на свое музыкальное образование ( годы в музыкалке сделали свое дело).Но вот перевести мелодию, она, к сожалению, не могла. В лицее из иностранных им преподавали только английский, и то не в совершенстве.

Звук же пробивал частоты с каждым разом. Разноцветные существа поднялись с колен, взялись за руки и начали покачиваться в ритм. Все подсвечивались, слово им мало красок.

Саша подошла совсем близко. Ее никто не замечал. Народ был сосредоточен на своем странном ритуале и им всем было кристаллически пофиг. Но вливаться в этот круг энергии девушка пока не спешила. Наверняка сразу броситься в глаза. Будь у Муровой воображение получше, сделала бы себя похожей на них, но увы. Да и вряд ли это сработает.

Зато теперь черноволосая как следует могла рассмотреть всех существ поближе. Оказывается, здесь были лишь девушки. Выглядели они так чудно, что хотелось смотреть и смотреть.

У ближайшей к Саше девушке были длинные лепестки вместе ресниц и белые глаза. Тощие, как палки руки розового цвета. Все остальное ее тело было пастельной желтым. Девушка выпевала мелодию вместе с остальными.

Поднялся лёгкий ветерок, колышащиц радужные волосы. Черные волосы тоже приподнимались.

Пение начало стихать и было непонятно, то ли певцы сдулись, или же им наскучило повторять одно и то же. Черновая в очередной раз засмотрелась на одну из девушек и опомнилась слишком поздно, когда ее уже вовсю рассматривали в ответ. В кругу зашепатлось, на удивление, на понятном черновой языке.

— Волкер.. Похоже на волкера. Но свежий.

Теперь девять( а их было именно столько) пар глаз внимательно изучали ее. Стало слишком тихо. Если до этого уши Саши резал слишком высокий звук, то теперь с этим справлялась тишина.

Девушки обступили ее плотным кольцом, трогая и рассматривая. Мупова пыталась отступить, да разве были у нее шансы. Одна из девушек, у которой вместо одного глаза красовалась ромашка, подтвердила.

— Точно волкер. Не повезло нам сегодня, сестры.

Ее наконец отпустили и отошли, шепчась в парочках. Боялись или остерегались, непонятно. Для убеждения в адекватности, Саша подняла руки над собой. На это одна из девушек вскрикнула и осклабилась, шипя. Мурова тут же опустила руки по швам. Как же тут все сложно.

— Вы... Я не причиню вреда. И не смогла бы, если честно.

Девушки смотрели с презрением, но, кажется, верили. Их волосы снова поблескивали. Одна из них, видимо главная сделала жест рукой, указывая в глубь бора. Остальные согласно закивали. И это радужное сияние дружно покинуло поляну. Остались только две из них. Они изредка поглядывали на улоляющуюся труппу бродячих артистов, но, кажется, собственное любопытство пересилило.

— Ты действительно волкер? - голос подала та, что меньше..

Черноволосая пожала плечами. Знала бы она что значит это странное слово, может и ответила бы.

— Да ты посмотри на нее. За километр можно понять, что волкером несёт - та, что повыше, недовольно сморщилась.

— Извините, конечно, но чем вы так недовольны?

Зря она задала этот вопрос, ох зря. Высокая девушка чуть не поперхнулась от наглости.

— Чем мы недовольны? ! Обнаглевшая волкер сорвала наш девичник и теперь еще смеет о таком спрашивать? Да тебе просто повезло, что сегодня никто не в настроении выяснять правила. А то бы погнали тебя обратно в твои сны.

— Слушай, она же вообще не понимает, про что мы говорим. Может и вправду обычная людь... Просто заблудшая. Ну или через проход вывалилась.

Мурова уже перестала понимать про что они там говорят, и просто стояла с каменным лицом. Низкая девушка окинула ее оценивающим взглядом ( похоже, здесь так было принято) и поинтересовалась.

— Ты уходит не собираешься? Не хотелось бы тебя напрягать, но здесь лучше на ночь не оставаться. Иди давай обратно в свое сноведение. Не все здесь такие вежливые, как мои сестры.

— Да, да. А то появиться здесь кто-то наподобие Звездочета, так уже и не убежишь. Улепетывай отсюда побыстрее.

Низкая девушка нахмурилась, что-то обдумывая, а потом пихнула высокую в бок и отвела чуть в сторону

Там они о чем-то шептались. Саша уже подумала о том, что и вправду, безопаснее отсюда будет свалить. Но тут девушки обернулись и держась за руки, подошли к ней. Черновая отспилиа на шаг, недоверчиво пялясь на них из под бровей.

Высокая проговорила:

— Мы не очень то верим в то, что ты волкер ... В наших приоритетах, чтобы ты как можно быстрее куда-нибудь ушла. Хоть на другую часть Траума, но лучше конечно к себе, обратно. Сама ты вряд ли выберешься... Поэтому не шевелись и закрой глаза.

Прежде чем Сашка успела закрыть оба глаза и зажмуриться, ее начало обволакивать радужным свечением. По телу поползли мурашки. С головы до пят ее начало сковывать холодом, отрывая от тела. Ей казалось, что еще немного и она совсем оторвется и останется только ее душа. И она пролетит, полетит над этим странным лесом, а потом над морем и над горами, пока не достигнет края. Мурова уже не чувствовала конечностей и дышала с трудом. Возможно видеть тоже не было. Сейчас ей отчаянно захотелось просунуть в кровати, укутавшись в два одеяла сразу.

А когда воздуха в легких уже совсем не осталось, она вся сжалась и открыла глаза, выдыхая.

Проснулась, вся дрожа от холода.