Том 1. Пойманная в паутину.🕷🕸💕

— Итак, еще раз… куда мы направляемся? — спросила Кейт.

— Как я уже сказал, ты скоро узнаешь, моя найлия. — Караг взглянул на неё через плечо, и его фиалковые глаза блеснули в том скудном солнечном свете, который сумел пробиться сквозь полог джунглей.

Она приподнялась с задней части его тела ровно настолько, чтобы поцеловать его в твердую щеку, все время улыбаясь. Когда она впервые вот так скакала на нем, то чувствовала себя немного глупо. С тех пор ее чувства кардинально изменились.

Глаза Карага сузились тем особым образом, что означало, что он улыбается, прежде чем он снова повернулся вперед.

Кейт села, отчего сумка Карага, которая в данный момент была перекинута через её плечи, подпрыгнула у нее за спиной. Она крепче обхватила его грудь руками и повернула голову, чтобы прижаться щекой к его широкой, покрытой пластинами спине, где располагались самые крупные фиолетово-белые отметины. Его сердца бились в ровном ритме; она могла чувствовать это наиболее отчетливо через его спину, но её киска всё ещё была достаточно чувствительна, чтобы ощущать все движения его задней части.

Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что они направились не к гнезду после того, как покинули водопад. Кейт не стала расспрашивать Карага сразу. Её тело было вялым после их занятий любовью, и она довольствовалась тем, что просто наслаждалась поездкой и своей продолжающейся близостью к нему. Да, ей было немного больно, но это был лучший вид боли.

И плавные движения задней части его тела под ней были в равной степени успокаивающими и возбуждающими.

Конечно, она ничего так сильно не хотела, как вернуться в гнездо, прижаться к нему и насладиться всеми хорошими чувствами, которые ее переполняли. Удовлетворенность, счастье, эйфория и, самое главное, ощущение того, что тебя хорошо и беззаветно любят.

Любят.

Это было то, что происходило?

Она не могла отрицать, что у них с Карагом сложились глубокие, значимые отношения. Он стал её лучшим другом — ближе, чем любой другой человек, который у неё когда-либо был. Он считал их парой, и она приняла это, но это лишь немного изменило их отношения.

Конечно, был секс, и, Боже, это было умопомрачительно. Караг также стал более собственническим с тех пор, как заявил о своих правах на неё, и более нежным. Но всё это не обязательно означало любовь. Могло ли она расцвести между ними прямо сейчас? Была ли это уже любовь? Верили ли… верили ли арахниксы в любовь?

Она даже не знала точно, что значит быть парой для Карага и его народа. Было ли это временное состояние, или ему суждено было продлиться всю жизнь? Это было просто о сексе и размножении, или это значило нечто большее?

И все же всякий раз, когда она думала о том, чтобы каким-то образом завершить путешествие на Терру или вернуться на Землю, что-то в её груди болело. Со временем эта боль только усиливалась. Хотя она никогда не хотела этого, никогда не просила об этом, она обнаружила, что не хочет покидать эту планету — она не хотела оставлять его. И она… она не хотела, чтобы он покидал её.

Кейт никогда в жизни не была так счастлива, как в этих инопланетных джунглях со своим человеком-пауком. Ей не к чему возвращаться на Землю, кроме болезненных воспоминаний и бессмысленной борьбы. Что ждало её на Терре? Работа никогда её не беспокоила, но всегда подразумевалось, что в конечном итоге она выйдет замуж и заведет детей, но не потому, что она влюбится, а потому, что это было необходимо для будущего колонии.

Часть её надеялась, что все сложится естественным образом, что она встретит достойного мужчину и построит с ним отношения… но шрамы её прошлого всё ещё были слишком свежими, чтобы по-настоящему поверить в это, даже спустя годы после смерти Тайлера.

Она поднялась на борт «Сомниума», мечтая о новой жизни. Не было никаких сомнений в том, что она нашла ее здесь, с Карагом, и что это было невероятно, поразительно лучше всего, что она могла себе представить.

Просто так получилось, что её пара оказалась арахниксом, а не человеком.

Окружающие тени стали гуще, и Караг замедлил шаг; этого изменения было достаточно, чтобы оторвать Кейт от её мыслей. Она подняла голову, чтобы оглядеться. Они были близко к поверхности земли, гораздо ближе, чем обычно путешествовал Караг. Внизу сгущалась тьма, а искривленные корни и ветви казались зловещими. Все обычные звуки джунглей здесь были приглушены, как будто они доносились издалека — или даже из другого мира.

Тем не менее, она была благодарна, что на этот раз он не попросил её прикрыть глаза. Пока она была с ним, ей было всё равно, куда они направляются. Он защитит её.

Караг резко остановился, выпрямил туловище и слегка повернулся, чтобы оглянуться с поднятым копьем. Некоторое время он оставался в таком состоянии, его мышцы были напряжены, глаза были видны только благодаря крошечным точкам отраженного света внутри них.

— Что такое? — прошептала Кейт.

В его груди раздался тихий рокот.

— Я что-то слышал.

Широко раскрыв глаза, она смотрела в том же направлении, что и он, но всё, что она могла точно разглядеть — это тёмные фигуры среди теней.

Через некоторое время он расслабился и погладил грубой ладонью её ногу, снимая напряжение.

— Всё в порядке. В джунглях много звуков.

Он продолжал идти вперед, его шаг был ровным и неторопливым, когда он преодолевал препятствия, которые она едва могла видеть.

— Вот мы и пришли.

Она наклонилась в сторону, чтобы посмотреть вперед. Среди густой черной растительности перед ней были видны тонкие солнечные лучи, каждый из которых был таким ярким на контрасте с темнотой.

Караг протянул руку вперёд и раздвинул листья своим копьём.

Кейт прищурилась от внезапно ударившего света. Это было нечто большее, чем луч, пробивающийся сквозь полог джунглей; это был чистый, неразбавленный солнечный свет. Как только её глаза начали привыкать, она подняла взгляд.

Купол над головой был широко разорван в виде огромного круга, обнажая голубое небо и пушистые белые облака на пространстве, почти таком же большом, как у водопада. Ветви по краям поляны раскачивались на ветру, их листья шелестели.

Её взгляд опустился, а сердце забилось быстрее. Причину огромного пролома в деревьях было невозможно не заметить — перед ней зияла огромная яма, её отвесные стены были усеяны свисающими корнями и растениями, слоями рыхлой грязи и выступающими камнями. Спутанная густая растительность росла и дальше, но она была не настолько густой, чтобы скрыть непроницаемую тьму под ней.

Караг остановился на краю ямы, уперевшись передними ногами в большой валун. Его жвала дёрнулись.

— Это то самое место, Кейт.

— Какое место? — спросила она, глядя в темную яму, но в глубине души Кейт уже знала ответ.

— Место, где я встретил свою судьбу, — он обхватил рукой её колено и нежно сжал — Где боги привели меня к тебе.

Она поняла, на что сейчас смотрит — не на яму или естественную пропасть, а на ударный кратер.

— Ты отведёшь меня на корабль?

— Нам нужно будет спуститься, — Караг наклонился вперед, наклонив голову, чтобы заглянуть в кратер. Он раздражённо фыркнул. — Достань веревку из сумки, чтобы я мог привязать тебя к себе, хотя тебе все равно придется крепко держаться.

Кейт сняла со спины сумку и вытащила моток шелковой веревки. От волнения и трепета у нее задрожали руки. После того, как она повесила сумку на плечи, она обмотала веревку вокруг талии и протянула ему концы. Вместе они несколько раз обмотали веревку вокруг своих туловищ, а Караг добавил узлов и изгибов, чтобы крепление было надежнее. Когда они закончили, веревка была натянута, но оставляла небольшой зазор между ней и Карагом.

Он передал ей свое копье. Она обмотала часть прикрепленной к нему веревки вокруг руки и положила оружие на колени, расположив его горизонтально между их телами.

Когда Караг отвернулся от кратера и попятился к краю, сердце Кейт дрогнуло, и она прильнула к нему. Её нервировала не просто идея спуститься в эту огромную темную яму, а то, что она найдет, когда они доберутся до «Сомниума». Она так сильно хотела этого, столько раз просила его привести ее сюда, но теперь, когда она была на грани получения желаемого…

Сможет ли она вынести то, что её ждёт? Возможно, она найдет завершение, но вряд ли это принесет ей какое-либо утешение. Была большая вероятность, что все надежды, за которые она цеплялась все это время, будут уничтожены там, внизу. Что это заставит ее принять наихудший сценарий за реальность.

Что… что она действительно была единственной, кто выжил.

Её желудок сжался, когда Караг откинулся назад, и она прижалась к нему еще крепче, чтобы побороть настойчивое притяжение силы тяжести. Закрыв глаза, она уткнулась лицом в его спину, пытаясь сосредоточиться на его запахе, его тепле, ощущении его грубой шкуры. Она попыталась сосредоточиться на нем, а не на миллионе «что, если», мелькавших в её голове со всей яростью торнадо, несущегося по Великим равнинам.

Она не позволяла тихому шороху падающей грязи и кувыркающейся гальки беспокоить её. Караг доставит их туда в целости и сохранности.

И что бы там ни было внизу, что бы мы ни нашли… Он все равно будет со мной. Этого достаточно. Его всегда будет достаточно.

Когда Караг нёс её всё ниже, она услышала новый звук, который возникал довольно хаотично, но, тем не менее, был легко идентифицируемым — гулкий хлопок крошечных предметов, ударяющихся о воду далеко внизу.

Караг замедлил спуск и остановился. Кейт знала, что они еще не достигли дна, но она рискнула открыть глаза и оторвать голову от Карага.

Она обнаружила, что смотрит прямо на крутой склон кратера, на открытое голубое небо. Головокружение угрожало заставить мир завертеться вокруг нее, но она сжала челюсти, сделала глубокий вдох и держала глаза открытыми. Хотя она не осмеливалась посмотреть вниз, она чувствовала обрыв позади себя. Она могла почувствовать расстояние до дна кратера.

" Караг не даст мне упасть. "

Едва эта мысль оформилась, как он начал вращаться, поворачивая свое тело так, словно был паучьими стрелками старинных настенных часов. Глаза Кейт расширились, и она взвизгнула, обхватив бедрами его талию и вонзив ногти в его грудь в отчаянной потребности в надежной опоре. Когда он закончил, они оба смотрели прямо вниз.

Переплетенные лианы, растущие поперек кратера, были прямо перед Карагом, но в них было достаточно щелей, чтобы Кейт могла видеть сквозь них. Темнота внизу не была полной — пробивалось достаточно света, чтобы смутно очертить обломки внизу, дать ей призрачный намек на то, что встретит их, если они упадут.

Караг плечами продирался сквозь лианы.

Хотя он был осторожен, каждое его движение вызывало дрожь по всему его телу и в Кейт. Листья, ветки и мусор падали, ударяясь о стену кратера и шлепаясь в воду где-то внизу.

Как только он проделал достаточно большую брешь, Караг выпрямился и продолжил спуск.

— Ты сказал, что упал сюда? — спросила Кейт.

— С деревьев наверху. — если спуск был для него тяжелым, в его голосе этого не было заметно.

— Как ты пережил падение?

— Я метнул своё копьё, и оно попало в ствол. Этого было достаточно, чтобы остановить меня, но только на мгновение, а когда оно высвободилось, я снова упал. Копьё зацепилось за эти лианы и снова остановило меня, прежде чем я достиг дна.

Когда они пробрались сквозь слой растительности, все вокруг потемнело. Под живой растительностью была запутанная сеть мертвых, высохших ветвей; с нижней стороны это выглядело как гнездо какой-то невероятно большой птицы. Наблюдать за тем, как эти лианы поднимаются все выше и выше, было сюрреалистично. То, как солнечные лучи пытались проникнуть сквозь них, почти напоминало свет, пробивающийся сквозь толщу океана.

Это было тревожно, но это было ничто по сравнению с запахом разложения и застоявшейся воды, вонью, которая густо, как туман, висела в воздухе под растительностью. Кейт не могла игнорировать это, даже дыша ртом. Каким-то образом, несмотря на то, что её желудок взбунтовался, её не вырвало.

Они достигли дна без происшествий. Караг вытянул задние лапы далеко за спину и оттолкнулся от стены. Он пробрался через чёрную воду, скопившуюся на краю кратера, ещё сильнее поднимая этот отвратительный запах, и пошёл по постепенному склону, который вёл на берег. Не сухая земля, но это было лучше, чем ничего.

Кратер озарило оранжевое свечение, заливая обломки жутким светом и отбрасывая сплошные черные тени.

Огромная фигура выступила из темноты и грязи впереди, пугающая и знакомая.

Это был «Сомниум».