Том 1. Пойманная в сети.

Инстинкт взял верх, и быстрее, чем Караг смог осознать и принять решение действовать, его рука метнулась вверх, схватив оружие за плоское лезвие и отведя его от своей шеи. В то же мгновение он полностью протиснулся внутрь и бросился на нападавшего, срывая при движении ткань над входом.

Он вырвал оружие из рук нападавшего и, схватив его за пару тонких рук, отбросил существо назад. Его разум узнал только лицо Кейт и её широко раскрытые глаза, полные ужаса, когда он прижал её спиной к стене, закинув запястья за голову.

Кейт задыхалась и вырывалась из его объятий, мотая головой из стороны в сторону. Ее золотистые волосы рассыпались по лицу и плечам.

— Прасти! Прасти! Я не знала, что это был ты!

Караг отбросил оружие в сторону и придвинулся ближе к Кейт. Её соблазнительный аромат заполнил его логово, и из-за её близости и её борьбы он становился сильнее с каждым мгновением, затуманивая его мысли и разум. Одна из его передних ног коснулась её ноги, высвобождая ещё больше её запаха и вкуса. Он наклонился к ней и вдохнул. Сочетание запахов джунглей и сладкой, ароматной, тёплой женщины затопило его чувства.

Она замерла, её грудь поднималась и опускалась в такт учащенному дыханию.

— Пожалуйста, я не знала. Прасти.

Он опустил голову, зарываясь лицом между её плечом и шеей и проводя им по этой бледной, мягкой плоти. Её волосы нежно скользнули по его шкуре, вызвав покалывание на её поверхности. В его груди зазвучал рокот, вибрация прошла через него до кончиков конечностей.

В паху за его щелью шевельнулся член, пульсируя в такт биению его сердец.

Его застежки-педепальпы раскрылись и потянулись вперёд, скользя по округлостям, где ноги Кейт соединялись с туловищем, готовые притянуть её к себе и зафиксировать на месте.

Готовые к спариванию.

— Караг, — прошептала Кейт ему на ухо — Пожалуйста, не делай мне больно. Пожалуйста, нет.

Караг остановился, несколько мгновений не позволяя себе даже вздохнуть. Звук его имени, слетевший с её губ, прорвал эту дымку, но именно это последнее слово, это нет, разрушило тот транс, в который он впал.

Он поднял голову и посмотрел сверху вниз на Кейт.

Она дрожала в его объятиях, её глаза были закрыты, а лицо отвернуто в сторону. Её щека блестела от влаги. Прозрачная капелька вытекла из внутреннего уголка её глаза и скатилась по лицу, следуя по влажному следу к губам и, наконец, к подбородку.

— Что это? — спросил он, уставившись на каплю, повисшую у неё на подбородке.

Кейт открыла глаза и медленно повернула к нему лицо. Белые уголки её глаз стали розовее, крошечные прожилки внутри стали заметнее, чем когда-либо. В них поблёскивало ещё больше воды, а тёмные волоски на её веках встали дыбом и покрылись влагой, как травинки, покрытые росой.

Караг поднял нижнюю руку, осторожно стёр каплю с её подбородка подушечкой пальца и поднёс к лицу. Он едва мог различить её запах, когда вдыхал — вода, но что-то ещё.

Открыв рот, он высунул язык и коснулся им кончика пальца. Да, это вода, но в ней была соленость и намёк на сладость. Ему нужно было больше.

Он наклонил голову ближе к ней и провёл языком от нижней части её подбородка до щеки, слизывая солоновато-сладкую влагу и пробуя на вкус её плоть.

Она издала мяукающий звук и отвернула лицо, зажмурив глаза, когда её дрожь усилилась.

— Что ты делаешь?

Его член сильно прижался к внутренней части щели, угрожая вырваться наружу, и его застёжки крепче сжали Кейт. Её запах и вкус вытесняли всё остальное из его головы, снова погружали в похотливую дымку, которая довольно скоро перерастёт в брачное безумие.

Он снова лизнул её щеку, и в его груди снова послышались урчание и гул. Она прижалась телом к его щели. Дрожь удовольствия пробежала по нему, когда он снова втянул язык в рот. Его щель раздвинулась, и едва заметно показался кончик члена.

— Ты сказал, что не будешь есть меня. — тихо сказала она.

Есть? Она думала, что он собирается съесть её?

Караг отдёрнул от неё голову, сведя жвала вместе и не разжимая их. По его телу разлился сильный жар, и давление за щелью усилилось…

Во имя Восьмерых богов, он не собирался её есть, он собирался спариться с ней! Он собирался спариться с этим… с этим существом.

То, что она была умна, что она могла говорить и учиться, не имело значения - она не была арахниксом, и желание, которое она пробудила в нём, было неправильным. Это… это было бы похоже на совокупление с животным.

С шипением он отпустил её и отступил, крепко прижимая застёжки к своему тазу и загоняя член обратно в щель.

Она упала на пол и прижалась к стене. Её дрожь не утихала. Кожа на её предплечьях была красной и раздражённой там, где мгновение назад он сжимал их.

— Кто ты, Кейт? Дух искушения?

Она повернула к нему лицо, её глаза были широко раскрыты и полны страха, щёки блестели от солёной воды. Караг прижал язык к нёбу, когда желание лизнуть её снова охватило его.

Именно её страх удерживал его. Он выбил Карага из колеи ровно настолько, чтобы он восстановил контроль, чтобы его отвращение к самому себе превратилось во что-то более близкое к стыду.

Кейт прерывисто вздохнула и поднесла руку к груди.

— Кейт, — она покачала головой — Не еда. Кейт, Кетан… друг.

— Кейт не еда, — мягко сказал он на её языке — Караг не ест Кейт.

Её голова откинулась к стене, и она закрыла глаза. Её губы были плотно сжаты, но что-то похожее на облегчение отразилось на её лице, когда полосы волос над её глазами расслабились.

Отступив немного дальше от неё, он схватил свою сумку и, сбросив её с плеч, поставил на пол. Ему приходилось заставлять себя двигаться медленно; его мышцы гудели от напряжения, а тело ещё не полностью успокоилось. Он не был уверен, что оно вообще сможет успокоиться, не тогда, когда его окутывал её запах.

Открыв сумку, он полез внутрь и достал бурдюк с водой, который он наполнил этим утром в рососборниках.

— Пей.

Как только она открыла глаза, он притворился, что открывает его, и налил немного себе в рот, прежде чем протянуть ей.

— Пей.

Кейт наклонилась вперёд, протянула руку и взяла бурдюк. Она взглянула на это, повторила слово и произнесла другое на своём родном языке:

— Пить.

Она открыла крышку, поднесла её к носу и понюхала. Выглядя удовлетворенной, она поднесла её ко рту и запрокинула голову. Её горло дёрнулось, когда она сделала долгий и глубокий глоток. Она сделала паузу только для того, чтобы перевести дух, прежде чем снова приподнять бурдюк.

Караг зачарованно наблюдал. То, как её губы обхватили край бурдюка, не позволило воде вытечь. Он никогда бы не подумал, что два пухлых маленьких кусочка плоти могут быть так полезны.

Её глаза метнулись к нему, встретившись с его взглядом. Вздрогнув, она опустила бурдюк с водой, из-за чего немного воды вытекло и потекло по её подбородку. Её розовый язычок высунулся, слизывая влагу с губ.

— Прости, — её щеки потемнели, когда она подняла руку и вытерла излишки воды с подбородка. Закрыв бурдюк с водой, она протянула его ему. — Хочешь? Здесь есть ещё.

Его взгляд задержался на её губах. Ему бы хотелось самому слизнуть эту влагу, ещё раз ощутить вкус её кожи…

Едва сдерживая рычание, он потянулся, чтобы взять бурдюк, подав руку раскрытой ладонью, чтобы сохранить как можно большее расстояние между своей рукой и её. Он открыл крышку и поднёс бурдюк к лицу. От него исходил лёгкий аромат её тела.

Караг налил воды в открытый рот. Немного воды потекло по щекам, но он проигнорировал это. Он запечатал емкость и отложил её в сторону. Снова переключив внимание на свою сумку, он достал изнутри мешочек, развязал кожаную полоску, удерживающую его закрытым, и запустил руку внутрь, чтобы зачерпнуть пригоршню извивающихся личинок.

Он протянул ей руку.

— Еда.

Кейт отшатнулась, её лицо сморщилось, когда она уставилась на движущихся личинок.

— О, боже.

Подёргивая жвалами, Караг наклонил голову и придвинул руку ближе к ней.

— Ешь, Кейт. Еда.

Одна из личинок высвободилась и упала на верхнюю часть её ноги. Кейт взвизгнула. Пронзительный звук был похож на шипы, вонзающиеся в уши Карага. Она отшвырнула личинку, и та приземлилась на меховой коврик перед ним.

Караг поднял личинку с пола нижней частью правой руки. Её бледное, пухлое жёлтое тельце пульсировало, когда она слабо пыталась вырваться из его хватки.

Почему она не принимала его еду? Неужели она не понимала?

— Это еда, — сказал он — Ешь.

Чтобы продемонстрировать, он открыл рот и бросил личинку внутрь, откусив от неё. Пухлое тельце просунулось между его зубами, наполнив рот соками.

Губы Кейт приоткрылись, и она подавилась. Она быстро прикрыла рот, когда её щеки надулись и по телу пробежала дрожь.

— О, это отвратительно. Я не буду это есть. — она снова подавилась, на этот раз рукой. Её кожа выглядела бледнее, чем обычно.

Караг сглотнул, взглянул на личинок, всё ещё зажатых в его сжатой руке, и снова перевёл взгляд на Кейт. Когда он снова протянул к ней руку, она энергично замотала головой и отшатнулась.

Он видел недостаточно представителей её вида, чтобы знать наверняка, но она выглядела нездоровой. Она казалась болезненной по сравнению с тем, как выглядела даже в своём ужасе незадолго до этого. Он высыпал горсть личинок обратно в мешок и завязал его и отодвинул в сторону, не сводя взгляда с Кейт.

В джунглях было много существ, которые не ели плоть других животных. Был ли её вид таким же?

Уперевшись передними лапами по обе стороны от Кейт, Караг подполз к ней поближе. Она уставилась на него широко раскрытыми глазами, которые, благодаря солнечному свету, проникавшему через отверстие в логове, были более яркого синего цвета, чем чистое небо. Он обхватил её подбородок одной рукой.

— Караг. — сказала она, схватив его за запястье обеими руками и пытаясь отстраниться от него.

— Успокойся, Кейт, — мягко ответил он, продолжая удерживать её — Мне нужно всего мгновение.

Отверстия в носу Кейт расширились от её тяжелого дыхания, когда он коснулся её губ пальцами другой руки, раздвигая их, обнажая зубы. Её тело напряглось, а хватка усилилась, но она не сопротивлялась ему.

Четыре её передних зуба были заостренными, но они были недостаточно длинными или острыми, чтобы считаться клыками. Остальные были плоскими и прямыми. Он слегка сжал её челюсть; когда она не отреагировала, он широко открыл рот и снова сжал.

Полоски волос над её глазами спустились к носу, а в глазах горел огненный блеск.

— Если ты запихнёшь одну из этих мерзких штук в мой рот, я укушу тебя.

Она широко открыла рот, высунув маленький розовый язычок.

Караг склонился ближе и наклонил лицо, чтобы лучше заглянуть ей в рот. Зубы, идущие по бокам, были широкими и довольно плоскими, ближе к зубам тех существ, которые выживали, питаясь растениями, чем тех, которые ели только мясо.

Если не считать этих белых зубов, её рот казался мягким, его плоть была ещё более тёмно-розовой, чем у её губ. Его желание просунуть палец между её губами было тревожным по своей внезапности и силе, и оно было даже вполовину не таким сильным, как его желание провести языком по её губам, чтобы узнать, какова на вкус эта часть её тела.

Он отпустил её и отодвинулся прежде, чем эти мысли смогли полностью укорениться и управлять его действиями. Его единственной целью при изучении её таким образом было определить, какую пищу она может есть. Любопытство — это не то же самое, что влечение.

И в любом случае, он не был заинтересован в том, чтобы заводить пару — ни арахникса, и, определённо, ни… кем бы ни была Кейт. Какой бы умной ни была эта женщина, она была домашним животным. Не более того. Любопытство, чтобы занять его время.

— Стой, — сказал он на ее языке, отворачиваясь от нее, чтобы взять пустой мешок из одной из корзин на стене — Я найду новую еду. Растения.

Кейт кивнула.

— Я останусь.

Караг повторил её жест, приняв этот кивок за да.

— На этот раз я вернусь быстро. Выпей ещё воды, если хочешь. - он указал на бурдюк с водой на полу, направляясь к выходу из логова.

Она посмотрела на бурдюк.

— Вода, — обхватив его пальцами, она притянула поближе — Спасибо.

Наклонив голову, он ещё мгновение рассматривал её. Её мягко произнесённые слова и поведение выражали признательность. Благодарила ли она его?

Нежная трель зазвучала в горле Кетана, когда он выходил из логова. Им предстоял долгий путь к пониманию друг друга, но каждый шаг вперед вселял оптимизм — их растущие знания были подобны нитям огромной паутины, которые сплетались по одной за раз, постепенно создавая нечто гораздо больше и прочнее, чем любая отдельная деталь.

***

" Я умру. "

Кейт оказалась на чужой планете, на неё смотрело большое инопланетное паукообразное существо, а перед ней было разложено множество инопланетной еды. Она скользнула взглядом по растениям, разложенным на полу.

Там были белые корни, похожие на морковь, размером с ладонь, фиолетовые, похожие на фрукты шарики с бугристой кожицей, растения с толстой листвой, похожие на суккуленты, длинные и жилистые, напомнившие Кейт о воздушном растении, которое у неё когда-то было, но умерло - потому что, очевидно, воздушные растения всё ещё нужно было поливать, - пара рыжих плодов в форме шара с маленькими рыжими волосками, растущими из кожуры, и несколько жёлтых почти золотистых овалов, которые, возможно, были каким-то видом грибов, от которых исходил приятный аромат, напоминающий запах мёда.

Съесть всё это было бы всё равно, что сыграть в русскую рулетку.

Каждому колонисту сделали серию инъекций, чтобы помочь их организмам адаптироваться к окружающей среде на Терре, защитить их от известных и неизвестных болезней и бактерий и даже сделать их устойчивыми к токсинам, которые могли присутствовать в пище на их новой планете, но не было никаких гарантий. Вот почему у «Сомниума» было достаточно запасов продовольствия, оборудования и припасов для выращивания собственного урожая. Именно поэтому каждый колонист, независимо от предполагаемых обязанностей на планете, был обучен использованию электронных химических анализаторов, которые были в наборе инструментов, так что все они знали, как определить, что безопасно для употребления.

У Кейт здесь ничего этого не было. Всё, что у неё было — это шанс.

— Ешь, Кейт, — сказал Караг, привлекая её внимание к себе. Он поднёс руку ко рту и изобразил, что откусывает. Его зубы щелкнули, когда сомкнулись. — Еда.

Звук "ш" в его произношении всё ещё был странным, издаваясь лёгким урчанием из задней части горла, но это было большим улучшением по сравнению с его предыдущими попытками.

Кейт кивнула.

— Да. Еда.

Она снова перевела взгляд на растения. Именно в этот момент у неё снова свело живот, заставив поморщиться и напомнив, что ей нужно поесть. Вода немного помогла, но этого было недостаточно. Она буквально умирала с голоду.

Она сделала долгий, медленный вдох.

— Хорошо. По крайней мере, ничего из этого не движется.

Кейт взяла колючий рыжий плод, напомнивший ей драконий фрукт, и подняла его.

— Что это?

Он протянул руку и взял у неё фрукт, когтем большого пальца срезав толстую кожуру у верхушки. Затем он ухватился за край кожуры и вынул одну дольку. Когда кожица оторвалась, стала видна внутренность плода, который был очень похож на гранат, только семена внутри были ярко-синими, а не красными.

Караг вернул ей фрукт.

— Сейки’ларак.

Кейт повторила название, когда брала у него фрукт. Держа его на ладони, она вытащила несколько косточек и поднесла ко рту. Она напряглась и мысленно подготовилась, наполовину ожидая, что это яйца насекомых или что-то в этом роде, учитывая то, что Караг пытался заставить её съесть раньше, но она была приятно удивлена вкусом. Семена были покрыты желеобразной субстанцией, которая сама по себе была вкусной, но как только мягкие зернышки лопнули, сладкий сок полился ей на язык.

Она поднесла фрукт ко рту и, зачерпнув еще косточек, быстро съела. Не успела она опомниться, как уже выскребала кожуру, чтобы достать остатки желе.

— Кесс’ур нахани сейки’ларак? — спросил Караг.

Опустив фрукт, она посмотрела на Карага и обнаружила, что он наблюдает за ней. Её губы растянулись в улыбке.

— Сейки’ларак хорош. Очень вкусно.

Он наклонил голову, его внимание было приковано к её рту. Его жвала медленно поднялись, широко раскрываясь, а глаза чуть сузились.

Он… улыбался? Она могла только предполагать: ему приходилось делать это своими жвалами, поскольку его рот был твёрдым и казался совсем негибким.

Отложив пустую кожуру в сторону, Кейт взяла пупырчатый фиолетовый шарик и протянула его Карагу.

— А это что?

— Эккаи’ута. — Караг свел две руки вместе, как будто держал невидимый мяч, а затем разломил его на части.

— Достаточно просто. — приложив большие пальцы к ножке, она вонзила их внутрь и разорвала на две части.

То, что она ожидала найти внутри, было совсем не похоже на реальность. Вместо сочной мякоти, как у апельсина или персика, фрукт содержал густую, сливочную субстанцию, похожую на йогурт с плавающей по середине косточкой, размером с мячик для пинг-понга. Она обмакнула палец и, поднеся его ко рту, слизнула каплю. Её брови поползли вверх — на вкус он был как ванильный пудинг.

— О Боже мой, — простонала Кейт — Это восхитительно.

Караг наклонил голову, более резко согнул передние ноги и положил предплечья на колени. Ну, во всяком случае, на верхние коленные суставы.

— Вен кесс'ани икарал юникст туун кесс нахани эккаи’ута ката?

Это слово, кесс, часто всплывало, когда он разговаривал с ней. Она не была уверена, но у неё было подозрение, что оно означало тебя. Это не помогло ей понять, о чём он спрашивал, но одно препятствие за другим, верно?

Всё ещё держа панцири эккаи'ута, она придвинула руки ближе, пока их не разделил всего дюйм или два.

— Маленькие. Используй маленькие слова, Караг.

Он изобразил её жест верхними руками.

— Ви? Маленькие?

Кейт кивнула.

— Ви. Маленький, — она развела руками — Большой.

Он сделал то же самое.

— Вольшой. Валай.

— Большой. — повторила она, сделав ударение на звуке «б».

Караг попробовал ещё раз, издав что-то более близкое, со странным щелчком в горле.

— Кейт маленькая. Караг большой.

— Кейт голодная. Ешь.

Она усмехнулась.

— Да. Кейт голодная.

Он откинулся назад, по-новому рассматривая её, и снова поднял жвала и прищурил глаза. На этот раз он издал чирикающий звук. Это должен был быть такой же звук, как любой другой звук неизвестного существа - чужой и неразборчивый, возможно, даже тревожащий, но каким-то образом она знала, что это смех.

Кейт поднесла эккаи’ута ко рту и проглотила сливочную мякоть, очистив обе половинки за считанные секунды, прежде чем схватить ещё один плод, из тех, что он принёс, разорвать его и проглотить. Затем, хотя это шло вразрез со всеми тренировками по выживанию, которые она прошла перед посадкой на «Сомниум» — им советовали подождать хотя бы немного, после употребления инопланетной пищи, даже при положительном анализе, она попробовала несколько других блюд.

Она была просто слишком голодна, чтобы ждать. Пока она ела, они с Карагом продолжали учиться друг у друга.

Ростения-ростки назывались юган'телт. Они приятно хрустели и имели пряный привкус, напоминающий хрен, хотя и не такой крепкий. Коренья назывались ашок'тика, и они были удивительно нежными. В их вкусе чувствовалась землистость, но её перекрывала крахмалистость. Вгрызаться в эти корни было всё равно, что грызть сырую морковку.

Ей придется придумать, как их приготовить, и попробовать ещё раз.

Её любимыми были растения, похожие на соты, хатхаал'рок, которые при ближайшем рассмотрении действительно оказались чем-то вроде грибов. Они таяли у неё на языке и были на вкус такими же, как и выглядели — сладкими, как мед.

Она и Караг разделили ещё один сейки'ларак после того, как кончились хатхаал'рок. К тому времени она наелась, и Караг собрал оставшуюся еду, чтобы убрать её, запечатав часть в грубые глиняные кувшины, а остальные сложив в корзины на стене.

Наблюдая за тем, как он убирает за собой, Кейт поняла, что расслаблена. Почти… довольна. Уверенная в том, что это существо в виде человека-паука не собирается причинять ей вред или есть её, что Караг был достаточно дружелюбен, чтобы обеспечить её водой, едой и убежищем, несмотря на его реакцию, когда он вернулся ранее.

Кейт не могла винить его, она приставила копьё к его горлу. Она взяла оружие вскоре после того, как он ушёл, проведя бог знает сколько времени, подпрыгивая при каждом звуке и пугаясь каждый раз, когда гнездо раскачивалось немного больше обычного. Копьё в руках помогло ей успокоиться, пока гнездо не начало трястись по-настоящему и она не услышала, как по его поверхности снаружи царапают когти.

Страх был её инстинктивной реакцией, её подсознание решило, что она, по крайней мере, попытается дать отпор тому ужасному монстру, который собирался её съесть.

Караг двигался так быстро — быстрее, чем она смогла даже осознать, что это был он, а не какой-то безымянный ужас.

Закусив нижнюю губу, она пробежалась по нему глазами. Он не был пауком или насекомым, но сходство было неоспоримым, и она никогда не была фанаткой жуков. Если она смотрела на него слишком пристально, её разум цеплялся за все эти нечеловеческие черты. Они говорили ей бояться.

И она испугалась, когда он прижал её к стене, когда он обернул эти маленькие придатки вокруг её бедер и провёл языком по её щеке, она была так уверена, что он съест её прямо здесь и сейчас. Но было много раз, когда он смотрел на неё, и в его глазах была почти… нежность.

Одной этой мысли было почти достаточно, чтобы заставить её поверить, что она действительно сошла с ума во время криосна.

Ей нужно было сосредоточиться на том, что было важно — выжить и найти «Сомниум». Найти других людей. Если она жива, должны быть и другие, верно? Другие люди, которые нуждались в помощи? И если бы они нашли «Сомниум», должен был быть шанс на спасение, верно?

Если бы только Караг мог сказать ей, где он её нашёл.

Со временем. Они добились прогресса. Ей просто… нужно было набраться терпения и надеяться, что с остальными всё в порядке.

Что она была не единственным оставшимся человеком.