16
Как и ожидалось, рабочие заявились в Галерею ближе к вечеру. Дженни к тому времени уже успела проснуться и уходить из Галереи не собиралась. Прохаживаясь по залам, смежным друг с другом, Ким наблюдала за тем качественно ли идет работа. Под ее внимательным надзором мужчины весьма оперативно выполняли любое действие, прекрасно зная, что эта девушка знает, как и что должно быть сделано, чтобы все было идеально.
Пару раз Дженни поправляла их, указывая на недостатки, но в большинстве своем шатенка просто прохаживалась из одного зала в другой, заложив руки за спину и контролируя процесс. Все самые тяжелые манипуляции заняли у рабочих около пяти часов, а с остальной «плевой» работенкой они управились за час. Заплатив за оказанные услуги, Дженни остановилась на выходе из Галереи, посмотрев на преобразившийся зал. Улыбнувшись, шатенка нажала на переключатель, и свет мягко погас.
Она уже не помнила, как добралась домой, проклиная отсутствие машины. На автомате закрывая входную дверь, Дженни прошла в свою комнату и рухнула на кровать. Каждый день она безумно уставала и это было ее спасением от постоянных мыслей о Розэ. Каждый день Дженни Ким специально выматывала себя, чтобы побыстрее заснуть.
Следующий день начался рано и обещал быть напряженным. Лиса была в Галерее ровно в десять, тут же сообщив Ким, что договорилась о раскрутке предстоящего мероприятия. Её способности организатора были весьма полезны, а рвение помочь сбивало Дженни с толку. Но она не противилась, позволяя Манобан выдвигать свои идеи, развивать их и воплощать в жизнь. С её легкой руки буквально за несколько дней их выставка обзавелась флаерами, а на нескольких весьма популярных сайтах появился баннер.
Да, мероприятие обещало быть скромным, несмотря на приготовления, но Дженни не стремилась к количеству, ее куда больше волновало качество работы. Весь день они с Лисой занимались планированием расстановки картин, беззлобно споря друг с другом.
— Вот здесь нужно поставить тумбу, — тыкая пальцем на точку на карте залов, Манобан взглянула на удивленное лицо кореянки.
— Зачем тебе тумба? Она будет мешаться, — возразила девушка, вздернув непонимающе бровь.
— Позволь мне этим заняться, если придешь на выставку, поймешь, зачем она тут просто необходима, — настаивала Лиса, продолжая тыкать пальцем в центр одного из залов.
— Манобан, — подозрительно нахмурившись, Дженни мотнула отрицательно головой, так что грива темных волос рассыпалась по плечам. — Я все равно не буду присутствовать на выставке. Но меня крайне настораживает тот факт, что ты что-то хочешь здесь поставить.
— Я помню, что ты говорила, что не придешь, но я настаиваю на том, чтобы ты пересмотрела свое решение, — видя, как Ким отрицательно мотнула головой, Лиса закатила глаза. — Многое потеряешь.
— Делай, что хочешь с этой тумбой, но на этом все, никаких отхождений от плана. Ясно? — строго произнесла шатенка, прежде чем встать со своего места. — Мне нужно отъехать по делам. Вернусь после обеда. Пожалуйста, не облажайся, хорошо?
— Ты совсем в меня не веришь, — ухмыльнувшись, Лиса отсалютовала кореянке и свернула карту, довольно потирая ладони.
Пару дней назад
— И так, ты сказала, что закончила нечто очень важное, — с улыбкой произнесла Лалиса, подходя к подруге. Матери Розанны не было дома, так что девушки решили встретиться и поговорить. Несмотря на обещание, данное Дженни, для пущего эффекта Лиса решила не говорить Розэ о открытии выставки в её честь. Куда интереснее было привести художницу туда в день открытия, чтобы сюрприз удался.
— Отведи меня в комнату, — обхватив Манобан за руку, Пак осторожно пошла с девушкой в сторону своего закуточка, где и была законченная работа. Глубоко вдохнув, Розэ стянула ткань, скрывающую её творение, а Лиса от увиденного приоткрыла рот и перестала дышать.
— Рози... это... Это безумно красиво... — тихо пролепетала тайка, подходя поближе и даже боясь дотронуться до работы. Переводя взор на блондинку, Манобан погладила ее по спине, замечая печаль в голубых глазах, устремленных куда-то сквозь произведение.
— Спасибо... Я не была уверена, что получилось именно то, чего я хотела добиться, — пробормотала австралийка, грузно вздохнув, прежде чем накинуть ткань на работу. Лиса все никак не могла отойти от увиденного, а в голове возник план, оставалось только его провернуть без накладок, не хотелось получать по шее не только от Дженни, но и от Розэ.
— Может, хочешь кофе? Мама еще не скоро придет, а мне нечего делать, совсем... нечего.
— С удовольствием. У меня как раз к тебе есть интересный разговор, — улыбнувшись, Лиса взяла подругу за руку, аккуратно ведя ее на кухню. Там, несмотря на протесты, Манобан сама приготовила кофе, чтобы не затруднять Розанну.
— О чем ты хотела поговорить? — присаживаясь за стол, блондинка обхватила чашку ладонями, пытаясь на слух угадать, где находится Лиса.
— Я хотела попросить тебя ничего не планировать на пятницу. Этот день я хочу полностью провести с тобой, — не раскрывая всех карт Лиса подготавливала почву для сюрприза, который готовила Дженни.
— Ты с ума от скуки со мной сойдешь за весь день, — фыркнула художница, прежде чем сделать глоток кофе. Весь день заниматься непонятной ерундой, разве Лалиса это вытерпит? Но, как оказалось, подруга в этом вопросе была предельно упрямой, и через несколько минут уговоров Розэ сдалась.
— Поверь мне, этот день я тебе так организую, что ты на всю жизнь запомнишь...
— Ну-ну. Я смотрю, ты полна оптимизма, — усмехнувшись, блондинка отмахнулась от слов подруги, даже не понимая, насколько Манобан была серьезна, обещая ей нечто незабываемое.
— Посмотрим-посмотрим, как ты запоешь, — хихикнула тайка, прежде чем сделать последний глоток бодрящего напитка. — Все, договорились? Пятница моя? Ты никому ее не отдашь?
— Обещаю, Лиса. Мне просто некому ее отдавать, — сухо оповестила Пак, даже не улыбнувшись. Её настроение все так же было где-то в глубокой ж...
— Отлично! А теперь, прости, моя дорогая, мне нужно уйти на работу, — поцеловав блондинку в щеку, Лиса отказалась, чтобы та ее провожала, и выскочила из квартиры.
— Есть! — довольно расплываясь в улыбке, тайка направилась к лестнице, чуть ли не пританцовывая от радости. Она приступила к выполнению своего обещания, привести Розэ на выставку. А Лиса не Лиса, если не сделает то, что обещала.
— Краткий план на ближайшие дни... Привести Розэ на выставку. Украсть ее работу из дома и выставить ее в Галерее. И... заставить Дженни посетить выставку. Все просто...
Проговорив свой план шепотом, Манобан тихо захныкала, представляя, какие трудности ей предстоят. На словах все казалось так легко, но на деле же, она застряла между двумя самыми упрямыми девушками, которых только знала за всю свою жизнь.
— Отлично, значит, поставлю тумбу сюда, сделаю ее как спираль и она медленно будет крутиться, демонстрируя всем последнее творение Розэ. Осталось лишь сделать заказ... Записать его на счет... — тяжело вздохнув Лиса потерла переносицу и открыла ноутбук. Тайка и сама не заметила, как стала проникаться к Дженни, осознавая, какой у Ким тяжелый характер, но при этом находя все новые и новые плюсы.
— Алло, Я хочу сделать заказ, да... — шагая из одного зала в другой, Манобан продолжала готовить помещение к открытию, пока Дженни видимо во всю трепала себе нервы с возвратом своего драгоценного лексуса на дороги Сеула.
— Дженни! Мне нужно с тобой поговорить! — незнакомый голос заставил Лису обернуться. Перед ней стояла девушка, чуть выше самой Лисы ростом, с весьма экзотичными и при этом привлекательными чертами лица. Договорившись о заказе, Манобан выключила телефон и с интересом спросила:
— Ты кто?
— Могу тоже самое спросить у тебя, — в замешательстве произнесла Джису, вздернув бровь дугой.
— Я — Лалиса Манобан.
— Джису. Так вот ты какая, Лалиса.
— В смысле? — теперь уже настало время Лисы удивленно вскидывать брови.
— Дженни рассказывала о тебе, когда вы только начали работать вместе над Галереей, — спокойно ответила девушка и осмотрелась вокруг. То, что она видела было весьма впечатляюще. Джису ничего другого от Дженни и не ждала.
— Так ты... Подруга Дженни? — решила уточнить Лиса, уже успев придумать еще один гениальный план.
— Да, уже давно, — медленно прохаживаясь по залу, Джису удивленно замерла, услышав, что тут же выпалила подруга Розэ.
— Тогда ты просто обязана мне помочь затащить Дженни на выставку.
— Она не хочет идти? — оборачивая, Джису неодобрительно поджала губы, узнавая в этом решении почерк ее упрямицы Дженни.
— Нет, она сказала, что не придет на выставку. Но Розэ будет здесь и это идеальное место, чтобы помирить их. К тому же, боже, ты не видела её последнюю работу, она буквально кричит о том, как сильно эта дурочка на самом деле любит Дженни. Я видела и, поверь, эмоции хлещут через край при виде этого.
— Последнюю работу? — переспросила Джису, остановившись и пристально взглянув на Лалису.
— Да, кстати, с этим мне тоже понадобится помощь. Работу нужно будет перенести из ее дома в Галерею, но так, чтобы Розэ об этом не узнала. Дженни должна это увидеть, понимаешь??? Она сама все поймет, как только увидит.
— И как ты предлагаешь забрать работу, если вы с Розэ отправитесь на выставку? — скептически складывая руки на груди, Джису выжидающе склонила голов на бок, поджимая тонкие губы.
— Смотри. Я все продумала. Мы с Розэ выходим и проходя мимо тебя, я передам ключи. Ты заходишь в ее квартиру, забираешь работу и мчишься на выставку, там найдешь Сокджина, он поможет установить ее в выгодном месте. Мы с Розэ приезжаем, ты отдаешь мне ключи и вуаля, вот тебе и план выполнен.
— Как ты предлагаешь мне тогда решить проблему с Дженни, если я буду носиться по чужим квартирам? — фыркнула Джису, поднимая брови и в ожидании глядя на неугомонную подругу Розанны.
— Не важно, когда Дженни появится на выставке, главное, чтобы она появилась и не сбежала. Я расскажу Розэ всю правду, как-только она зайдет в зал. Она услышит ту часть истории, которую не знала и все поймет. Я уверена в этом. И когда она все осознает, Дженни должна быть здесь, потому что, они же, как чертовы магниты! В одном помещении их будет тянуть друг к другу вне зависимости от ситуации.
— Это сплошная авантюра...Но иначе никак, — со вздохом произнесла Джису и махнула рукой. — Значит, ты звонишь мне, я забираю ключи, иду в квартиру и забираю работу, а потом привожу Дженни на выставку. Это безумие, почему они такие упрямые?
— Вот! Я задаюсь этим вопросом все время. Все было бы гораздо проще, если бы они обе были покладистее, — жалобно простонала Манобан и протянула бумажку с номером своего телефона. — Позвони мне, чтобы номер отобразился. Как только наш план придет в действие я тебе сообщу.
Кивнув, Джису уже почти было вышла из Галереи, но вовремя остановилась и окликнула Манобан.
— А где, черт возьми, Дженни?!
— Она решает какие-то дела с машиной!
— Ммм... Это надолго... — тихо прошептала девушка, зная с каким трепетом Дженни относится к своему четырехколесному другу. Как у нее сердце не остановилось, когда лексус впечатался в фонарный столб...
«В этот момент она думала явно не о машине...» — припоминая рассказ Дженни, Джису села за руль и тут же рванула прочь. Вся информация плясала в голове, будто желая свести девушку с ума, но что не сделаешь ради счастья подруги.
После всех проблем, что свалились на голову Дженни из-за аварии, кореянка была безумно рада снова сесть за руль своего прекрасного лексуса. Ей надоело пользоваться такси, уж лучше тратить деньги на бензин для своей ласточки, чем отдавать лишние за то, чтобы тебя провезли по самым пробкам.
Вымотанная и уставшая Дженни вернулась в Галерею ближе к четырем часам, застав Лису за усиленной работой, что не могло не радовать. Манобан может и бросала порой колкие замечания, но между ними постепенно складывались весьма теплые отношения.
У подруги Розэ был такой вид, что кореянка сразу заподозрила что-то неладное, но Лалиса активно списывала все на усталость Дженни, а отрицать, что она устала, девушка не могла. Галерея должна была открыться через несколько дней, это и восхищало и нервировало, заставляя все пересчитывать раз за разом. Пусть Ким и не собиралась появляться на выставке, но это не значило, что нужно было делать все спустя рукава. Усердная работа кипела до восьми часов вечера.
Джису написала короткую смс, в которой сообщала, что хочет поговорить с подругой вечерком за кружкой пива. Покривившись от упоминания пива, Дженни быстро набрала ответ, объяснив, что не знает, сможет ли освободиться в приемлемое время.
— И так, значит, завтра работы Розэ будут расставлены в точности, как мы указали на карте и на следующий день, вечером, выставка будет открыта для посещения?
— Именно, завтра будут проведены последние приготовления. А в пятницу на твои плечи ляжет ответственность за ход выставки. Я не хочу, чтобы тут что-то случилось. Вход будет свободный, но не забывай, что охрана всегда готова вывести кого-то особо буйного. Нам не нужны казусы.
— Почему ты сама не проследишь за этим? — сделала очередную попытку Манобан, но Дженни тут же раскусила ее и покачала отрицательно головой.
— Я не приду. Это вечер Розэ, не хочу портить его лишней драмой.
— Ой, как будто лишняя драма сделает еще хуже, чем уже есть, — фыркнула Лиса, махнув на шатенку рукой.
— Что ты имеешь ввиду? — сощурив зелено-голубые глаза, Дженни подозрительно просканировала Лису взглядом.
— Дженни, я ее лучшая подруга, ты сама это сказала. Я видела в каком она состоянии. Хуже ты уже не сделаешь, даже если появишься здесь.
— Но и лучше тоже не будет. Она просила дать ей время...
— Мало ли чего она просила! Времени прошло достаточно. И сейчас, ты просто прикрываешься этим фактом, потому что тебе страшно. На деле же от тебя требуется просто прийти и поддержать ее, Ким.
Плотно сжав зубы, Дженни вздернула подбородок, глядя на Манобан снизу вверх. Она ненавидела, когда ее упрекали и терпела подобное лишь от Джису и от Розанны. Стоило больших усилий не наговорить лишнего, ведь Лиса хотела как лучше.
— Я. Не. Могу. — чуть ли не по слогам произнесла кореянка, держа свой знаменитый характер в узде.
— Трусиха... — закатывая глаза, Манобан не дала Дженни ответить и пошла в сторону выхода. — Рабочий день кончился. До завтра, мисс Ким.
Проследив за Лисой взглядом, критик дождалась когда дверь за ней закроется. В следующую секунду её плечи расслабились, чуть ссутулились, во взгляде пропала холодность и появилась уже привычная усталость. Шумно выдохнув, Дженни прикрыла глаза ладонью, потирая лицо.
— Рози, ну же... Вечерняя прогулка тебе не повредит.
— Мам, это не обязательно, — пробормотала блондинка, стараясь одеваться как можно медленнее. Ей не хотелось идти в парк. Куда спокойнее было бы просто лечь на кровать и послушать книгу, но мама была верна себе и не отступала.
— Хватит увиливать. Давай, пойдем, — взяв дочь под руку женщина таки вытянула ее на улицу. Розэ словно котенок прижалась плечом к плечу матери и крепко сжала пальцами ее руку.
Блондинка прекрасно помнила, как впервые вышла погулять вместе с Дженни. От этих воспоминаний стало больно, но виду девушка не подала.
— Пойдем...Не переживай. Я не дам тебя в обиду.
— Расскажешь... Что вокруг тебя? — осторожно спросила художница, будто эта просьба была в блэк-листе.
— Конечно, моя милая, — Миссис Пак неторопливо рассказывала, как они идут по дорожке, что вокруг почти нет людей, что парк впереди приятно освещен фонарями. Женщина подбирала слова, желая красочнее и четче передать все вокруг них. Вот они выходят на одну из дорожек, сворачивают еще дальше, чтобы пройтись по траве. Розэ вскоре останавливается и просит чуть передохнуть.
Её никак не оставляет ощущение, будто кто-то смотрит на нее, но Пак молчит. Молчит минуту, молчит две...
— Мам.
— Что, Рози?
— Прекрати так смотреть на меня...
Пак-старшая непонимающе хмурится, ведь все это время она обводила взглядом верхушки деревьев. Поджимая губы, кареглазая женщина все же нарушила воцарившуюся тишину.
— Рози, это не я... — она смотрит по сторонам и замечает знакомую фигуру. Кореянка стоит, прислонившись плечом к дереву, и ее взгляд устремлен на Розэ. Художница сразу распознает свою ошибку, она чувствует кожей, как Ким пристально наблюдает за ней, изучает, сканирует, словно желая убедиться насколько с ней все хорошо.
— Пойдем, милая... — поцеловав Розэ в макушку, Пак Чеен повела ее к тропинке, Краем глаза замечая, как Дженни подняла ворот пальто и отвернувшись ушла прочь.
Было ли правильно, если бы Дженни подошла сейчас? Миссис Пак не знала ответа на этот вопрос, единственное, что она знала, что этих двоих тянет друг к другу, что бы не происходило, их все равно продолжает тянуть друг к другу.