Последний шифр

Билл Шифр не умел проигрывать.

Это качество делало его одновременно великим и жалким. Великим — потому что он поднимался после каждого падения. Жалким — потому что каждое новое падение было глубже предыдущего.

После того как Лена оглушила его сковородой, Билл затаился на три дня. Он не появлялся в снах, не посылал теней, не устраивал бурь. В доме бабушки Лены воцарилась тревожная тишина. Слишком тихая, чтобы быть доброй.

— Он что-то замышляет, — сказал Призрак, глядя на багровые полосы в небе. Они стали ярче. — Билл копит силы.

— Мы готовы, — ответила Вика, проверяя защитные амулеты. — Дом держится. Круг не пробит.

— Дело не в доме, — покачал головой Консул. — Он найдёт способ выманить нас наружу.

И он нашёл.

На четвёртый день в городе, где жила мать Юки, начались странные происшествия. Люди просыпались с чёрными кругами под глазами, не помня, что им снилось. Но на запястьях у них появлялись золотые метки — символы, похожие на глаз Билла.

— Он метит их, — сказала Вика, осматривая фотографии, которые прислал Консул. — Превращает в своих марионеток. Если не остановить, через неделю весь город будет под его контролем.

— Кто-то должен поехать туда и снять метки, — сказал Такемичи.

— Я поеду, — вызвался Курама. — И Кеи со мной.

— Нет, — неожиданно твёрдо сказала Лена. — Это ловушка. Билл хочет, чтобы мы разделились.

— Даже если так, мы не можем бросить этих людей, — возразил Алекс.

Лена посмотрела на него. Он был прав. И она это знала.

— Тогда поедем все, — предложил Ярик. — Кроме... кроме Лены. Она останется здесь, под защитой.

— Я не останусь! — Лена вскочила. — Я не буду прятаться, пока вы рискуете!

— Лена, — мягко сказал Баку, появляясь из тени угла (теперь он мог появляться и днём — с тех пор как они признались друг другу, его силы в мире яви чуть возросли). — Они правы. Если Билл узнает, что ты покинула защищённый дом, он нападёт немедленно.

— А если он нападёт на них в городе? — Лена почти кричала. — Если он использует меня как приманку, чтобы заманить их в ловушку, а сам ударит здесь? Что тогда?

Баку замолчал. Он не знал, что ответить.

— Я поеду с ними, — сказал Призрак. — Я дух, меня сложнее убить. И я смогу защитить их во сне, если Билл попытается атаковать ночью.

— А здесь останутся Вика, Консул, я и Лена, — подвёл итог Алекс. — И Баку, конечно.

— Я не оставлю её одну, — кивнул хозяин снов.

План был принят. Группа разделилась.

В городе всё оказалось хуже, чем думали.

Метки Билла покрывали запястья почти половины жителей. Они не причиняли боли, но люди становились апатичными, сонными, словно их воля высасывалась через эти золотые символы.

Курама, Кеи, Такемичи и Призрак работали быстро — снимали метки специальными травами, которые дала Вика, шептали очищающие заклинания. Но меток было слишком много. А время шло.

На второй день их пребывания в городе Билл нанёс удар.

Не по ним. По дому.

Лена сидела на крыльце с чашкой ромашкового чая, когда небо потемнело.

Не постепенно, как бывает перед грозой, а мгновенно — словно кто-то выключил солнце. Баку появился рядом раньше, чем она успела моргнуть.

— Он идёт, — сказал он. — Не через сон. Напрямую.

Из темноты выступила фигура. Билл Шифр — не в человеческой форме, не в треугольной, а в чём-то среднем. Его тело было плоским, как картонка, но трёхмерным одновременно. Глаз горел красным, из уголков рта струился чёрный дым. Шляпа-цилиндр парила над головой, но была перевёрнута вверх дном.

— Лена, — произнёс он, и голос его звучал сразу со всех сторон. — Выходи.

— Нет, — ответила она, поднимаясь с крыльца. Алекс и Вика выбежали из дома.

— Я не с тобой говорю, — Билл дёрнул пальцем, и Алекс замер, будто его парализовало. — Я сказал — выходи. Одна.

— Отпусти его! — крикнула Лена.

— Отпущу, когда ты сделаешь шаг за порог этого проклятого дома, — усмехнулся Билл. — Твоя бабушка поставила хорошую защиту. Я не могу войти. Но ты можешь выйти.

— Не слушай его, — сказал Баку, вставая между Леной и Биллом. Его плащ развевался, даже ветра не было. — Это ловушка.

— Конечно ловушка, — согласился Билл. — Спасибо, что объяснил, капитан Очевидность. Но выбора у неё нет. Либо она выходит ко мне, либо... — он щёлкнул пальцами, и Алекс упал на колени, схватившись за голову. — Либо я буду делать ему больно. Во сне и наяву одновременно. Он почувствует всё.

— Прекрати! — Лена сделала шаг к порогу.

— Стой! — Баку схватил её за руку. — Если ты выйдешь, он тебя сразу схватит. Ты же знаешь.

— А если я не выйду, он убьёт Алекса, — Лена вырвала руку. — Я не могу этого допустить.

Она шагнула за порог.

Мир изменился.

Воздух стал плотным, как кисель. Время замедлилось. Билл оказался рядом раньше, чем Лена успела сделать второй шаг. Его плоская рука обхватила её талию, прижимая к его картонному телу.

— Попалась, — прошептал он, и в его голосе звучало торжество. — Теперь ты моя.

— Нет, — раздался спокойный голос.

Баку вышел из дома следом. За порог. В мир яви. Туда, где у него не было полной власти.

— Ты... ты не можешь, — Билл отступил на шаг, увлекая Лену за собой. — Ты умрёшь, если пробудешь здесь слишком долго. Ты же дух, а не человек!

— Я знаю, — ответил Баку. Его нарисованная улыбка стала жёсткой. — Но я не позволю тебе забрать её. Даже если это будет стоить мне тысячелетия жизни.

Он поднял руку. Из его ладони вырвался луч серебряного света — не тот, каким он развеивал кошмары, а что-то более плотное, осязаемое. Он ударил Билла в грудь, и бог хаоса выпустил Лену.

— Твою мать! — заорал Билл, отлетев к забору. — Ты что, спятил? Ты тратишь свою сущность! Ты исчезнешь!

— Мне плевать, — Баку шагнул вперёд, и его тело начало светиться, становиться полупрозрачным. — Лена, беги в дом.

— Нет! — закричала Лена. — Я не оставлю тебя!

— Беги, я сказал!

Она не побежала. Вместо этого она сделала то, чего Билл никак не ожидал. Она развернулась и ударила его ногой в пах. Не богобоязненно, не магически, а просто — по-житейски.

Билл согнулся пополам.

— ТЫ... — прохрипел он.

— Это за Алекса, — сказала Лена.

И добавила локтем по затылку, когда он наклонился.

— А это за Баку.

Билл рухнул на землю. Его глаз заморгал, картонное тело начало трещать.

— Ты... снова... — прошептал он.

— Аминь, — сказала Лена.

Баку, который уже почти полностью стал прозрачным, опустил руку.

— Лена... иди в дом. Пожалуйста. Я не могу... удерживать его долго.

— Я не пойду без тебя, — она схватила его за руку. Пальцы прошли сквозь его ладонь — он почти исчез. — Нет! Баку!

— Я не умру, — улыбнулся он своей нарисованной улыбкой. — Я просто... растворюсь на время. Вернусь в свои сны. Мне нужно будет восстановиться. Может, неделю. Может, месяц.

— А если Билл нападёт снова? — в её глазах стояли слёзы.

— Тогда ты его снова ударишь сковородой, — слабо усмехнулся Баку. — Ты сильная, Лена. Ты справишься.

Он коснулся её щеки — последний раз, почти невесомо. И исчез, оставив после себя запах лаванды.

Тишина.

Билл лежал на земле, пытаясь прийти в себя. Алекс поднялся на ноги, пошатываясь. Вика держала наготове защитный круг.

Лена стояла на траве, одна, и смотрела на то место, где только что был Баку.

— Он вернётся? — спросил Алекс, подходя к ней.

— Обещал, — ответила Лена, вытирая слёзы. — Я буду ждать.

Билл зашевелился. Он приподнялся на локтях, его глаз мутно смотрел на Лену.

— Ты... ты выбрала духа... вместо бога, — прохрипел он. — Ты... идиотка.

— Лучше быть идиоткой, чем чудовищем, — сказала Лена. — Убирайся, Билл. Пока я не принесла сковороду.

Билл хотел что-то ответить, но его тело начало трещать сильнее. Он щёлкнул пальцами — и исчез, оставив после себя только чёрное пятно на траве.

Лена повернулась к дому. На крыльце стояли Вика, Консул, Алекс и выбежавший из дверей Ярик. Все целы. Все живы.

Кроме Баку.

— Он обещал вернуться, — повторила Лена, входя в дом. — Я буду ждать. Сколько нужно.

В её комнате на подоконнике лежала засушенная ромашка — последний подарок перед тем, как всё пошло не так. Лена взяла её, прижала к груди и заплакала.

Но в её сердце теплилась надежда.

Баку не умирают. Они просто засыпают надолго.

А она умела ждать.