она и он

выпускной наступил слишком быстро.

будто одиннадцатый класс просто вырвали из жизни и бросили куда-то дальше — во взрослость, в университеты, в другие города, в новые жизни.

в школе всё последние недели было странным.

учителя вдруг стали добрыми.

одноклассники — слишком громкими и эмоциональными.

все фотографировались, обнимались, писали друг другу пожелания на рубашках и делали вид, что не боятся будущего.

только катя боялась.

хотя никогда бы в этом не призналась.

с димой после того разговора они снова начали общаться.

не так, как раньше.

тише.

осторожнее.

будто оба понимали: ещё один неправильный шаг — и снова всё разрушится.

они сидели вместе.

переписывались ночью.

иногда дима забирал её после съёмок.

иногда катя ждала его после тренировок или съёмок для школьного медиа.

но между ними всё ещё висело это чёртово «что мы вообще друг другу».

и никто не решался сказать первым.

выпускной проходил в дорогом ресторане за городом.

музыка, свет, слишком красивые люди вокруг.

девочки в длинных платьях, парни в рубашках и пиджаках.

катя стояла возле огромного зеркала в холле и пыталась не нервничать.

хотя выглядела идеально.

длинное чёрное платье подчёркивало фигуру, волосы уложены мягкими волнами, макияж дорогой и аккуратный.

как всегда.

идеальная катя лаврова.

— ты сейчас зеркало прожжёшь, — раздался знакомый голос сзади.

сердце сразу делает удар сильнее.

катя медленно оборачивается.

дима.

чёрный костюм, слегка расстёгнутая рубашка, руки в карманах.

и этот взгляд.

всегда этот взгляд.

— масленников, — тихо говорит она.

— лаврова.

пару секунд они просто смотрят друг на друга.

слишком долго.

слишком открыто.

— ты красивая, — говорит он вдруг.

без шутки.

без усмешки.

просто честно.

катя на секунду теряется.

потому что от него такие слова всегда звучат опасно.

— ты тоже ничего, — отвечает она тихо.

дима усмехается.

— «ничего»? серьёзно?

— не наглей.

весь вечер они будто случайно оказывались рядом.

за столом.

на танцполе.

у выхода.

все это замечали.

конечно.

— они либо встречаются, либо сейчас поубивают друг друга, — шептал кто-то из одноклассников.

и, честно говоря, оба варианта были возможны.

ближе к ночи музыка становится тише.

медленнее.

часть людей уже пьяные, кто-то плачет, кто-то орёт слова песен.

катя выходит на улицу подышать.

слишком душно внутри.

слишком много эмоций.

она обнимает себя руками, смотря куда-то в темноту.

и, конечно же, через минуту слышит шаги.

— ты всегда убегаешь, когда становится слишком громко?

дима.

катя усмехается слабо.

— а ты всегда идёшь за мной?

— почти.

тишина.

ветер слегка двигает её волосы.

дима смотрит на неё слишком внимательно.

— завтра всё закончится, — тихо говорит катя.

— знаю.

— странно.

— очень.

она медленно выдыхает.

— я не хочу взрослеть.

дима смотрит на неё несколько секунд.

а потом вдруг говорит:

— врунишка.

— что?

— ты уже взрослая, лаврова.

она качает головой.

— нет.
— я просто хорошо делаю вид.

эти слова бьют куда-то глубже, чем должны.

родители сидят отдельно с учителями, музыка играет громче, кто-то танцует прямо босиком, кто-то уже пьяный в хлам.

даже ученикам разрешили выпить — «один раз можно, всё-таки выпускной».

катя почти не пила.

дима тоже.

они стояли возле выхода из ресторана, когда возле здания резко тормозят несколько машин.

слишком громко.

слишком агрессивно.

дима сразу хмурится.

— это ещё что за цирк?..

из первой машины выходит артём.

пьяный.

реально пьяный.

а за ним ещё несколько его друзей.

катя моментально напрягается.

— блять...

артём замечает их почти сразу.

и особенно — диму рядом с ней.

— оооо, — усмехается он пьяно. — а вот и масленников.

дима уже делает шаг вперёд.

— тебе чего?

— мне? — артём смеётся. — да так. поговорить хочу.

катя быстро становится между ними.

— артём, ты ебанулся?
— прошло полгода, успокойся уже!

— а ты всё с ним, да? — он смотрит только на неё. — серьёзно, лаврова?

дима резко отвечает:

— ты бухой. уезжай нахуй отсюда.

— а то что? — артём подходит ближе. — ты мне указывать будешь?

на улице сразу становится тихо.

кто-то из выпускников уже снимает происходящее на телефон.

катя чувствует, как внутри всё холодеет.

потому что дима тоже начинает злиться по-настоящему.

это видно по взгляду.

по тому, как напряглась челюсть.

— масленников, не надо, — тихо говорит она.

но он даже не смотрит на неё.

артём толкает его в плечо.

— чё молчишь?

и вот теперь всё становится реально опасным.

дима резко хватает его за футболку.

— ещё раз её тронешь — я тебе руки сломаю.

— дима! — катя почти кричит.

друзья артёма уже подходят ближе.

всё происходит слишком быстро.

и именно в этот момент возле ресторана появляются охранники.

чёрные костюмы, рации — серьёзно.

потому что отец кати действительно не последний человек в городе.

— молодые люди, отойдите назад, — резко говорит один из охранников.

артём пытается что-то орать, но его уже оттаскивают друзья и охрана одновременно.

— катя! — кричит он. — ты серьёзно выбрала этого долбоёба?!

— увези его отсюда, — устало говорит катя, закрывая глаза.

через пару минут машины уезжают.

становится тихо.

слишком.

катя тяжело выдыхает и поворачивается к диме.

— ты нормальный вообще?!

— это я ненормальный?!

— да! ты мог подраться!

— а он мог получить пизды!

— господи...

она нервно проводит рукой по лицу.

дима смотрит на неё пару секунд.

а потом тихо говорит:

— ты испугалась.

не вопрос.

катя молчит.

потому что да.

испугалась.

очень.

за него.

и дима это понимает сразу.

музыка из ресторана еле слышна.

вокруг темно и тихо.

и между ними снова это напряжение.

старое.

опасное.

дима делает шаг ближе.

— помнишь наш первый день?

катя усмехается.

— ты ещё тогда выбесил меня.

— а сейчас?

она смотрит ему в глаза.

слишком долго.

— сейчас тоже.

он улыбается.

тихо.

по-настоящему.

и сердце у неё опять ведёт себя как идиот.

— катя, — вдруг говорит он.

не «лаврова».

просто катя.

и от этого внутри всё моментально сжимается.

она поднимает глаза.

— что?

дима молчит пару секунд.

будто реально думает, стоит ли говорить.

а потом тихо:

— я не хочу тебя терять после школы.

тишина.

всё внутри у неё будто резко становится слишком чувствительным.

сердце.

дыхание.

руки.

она смотрит на него и понимает:

ещё немного — и она реально скажет то, что так долго прятала.

поэтому делает единственное, что умеет.

отступает.

— мы же не встречаемся, масленников.

эти слова звучат холоднее, чем она хотела.

дима сразу меняется в лице.

совсем чуть-чуть.

но катя замечает.

конечно замечает.

— да, — тихо отвечает он. — точно.

и отходит назад.

слишком далеко.

остаток вечера проходит странно.

они почти не разговаривают.

дима больше курит на улице.

катя больше улыбается другим людям.

оба делают вид, что всё нормально.

под конец выпускного все выходят встречать рассвет.

кто-то кричит, кто-то снимает видео, кто-то плачет.

катя стоит чуть в стороне.

и замечает диму через толпу.

он тоже смотрит на неё.

долго.

будто пытается запомнить.

и в этот момент катя вдруг понимает:

она не готова его отпустить.

совсем.

но сказать это вслух всё ещё страшнее всего на свете.