1. Все ради игры: Нора Лис

Глава шестая

Войдя в комнату Даниэль, Тори на время выпала из реальности. Месяц, проведённый в обществе чокнутого Миньярда, его приятелей и неуравновешенного тренера, создал у Тори странное впечатление о команде. Теперь же она пила сладкий чай со льдом, который к слову не любила и угощалась домашним печеньем, которое привезла Рене. Было ли это лучше? Девушки лишь раз попытались снова заговорить с ней о драке и, когда Тори отмахнулась, с расспросами больше не приставали, переключившись на тему благотворительных проектов, к которым хотели привлечь Лисов в этом сезоне.

Взяв Мэтта за руку и уложив голову ему на плечо, Дэн слушала Рене и кивала, когда та, загибая пальцы, перечисляла свои задумки. В отсутствие Эндрю она казалась вполне дружелюбной, и все же Тори оценила для себя её крутой нрав. Стальной характер. Впрочем, если ты - капитан этой кучки раздолбаев, по-другому нельзя.

Соседка Даниэль, Рене, представляла собой сплошную загадку. Основной вратарь «Лисов» носила каре длиной до подбородка, а кончики её осветлённых до белизны волос были выкрашены в пастельные цвета, чередующиеся между собой. Необычная причёска притягивала внимание и в то же время совершенно не сочеталась с остальным обликом Рене - простенькой одеждой, почти полным отсутствием косметики и скромным серебряным крестиком на цепочке. Хэммик называл Рене няшкой, и сейчас, слушая её, Тори понимала почему. Единственное, чего она не могла взять в толк, - каким образом она затесалась в эту команду отщепенцев.

В пять часов отзвонился Ваймак - сообщил, что Сет и Элисон уже едут из аэропорта. Девушки как раз убирали посуду, когда за Тори пришёл Ники.

- Засекаю время, - предупредила Хэммика Дэн, постучав пальцем по циферблату часов. - Я знаю, сколько занимает дорога от общежития до стадиона, тем более что вы гоняете как сумасшедшие. Чтоб никуда не сворачивали, ясно?

- Побольше веры в людей, Дэн, - отмахнулся Ники.

- С этим, пожалуйста, к Рене. Моя задача - проследить, чтобы команда начала сезон с десятью работоспособными игроками.

- Мы вообще не собираемся её убивать, - пожал плечами Хэммик.

- Кевин уже пробовал, - вставил Мэтт.

— Вовсе нет, Мэтт, — Тори пожала плечами.

- Да ладно, это он любя. - Ники поманил Тори пальцем. - Идёшь? А то мне здесь явно не рады. - И, не дожидаясь её, скрылся в коридоре.

Когда Тори вышла из комнаты девушек, Хэммик уже шагал к лестнице. Ей пришлось поторопиться, чтобы не отстать. Спускаясь по ступенькам, Ники притормозил и с нарочитым удивлением вздёрнул брови.

- Выходит, ты знаешь французский?

- Да, - подтвердила Тори.

Не дождавшись продолжения, Ники задал следующий вопрос:

- Откуда?

- Моя мать по происхождению француженка. - легко солгала Тори,. - Потому и решила за меня, какой язык учить в школе. А Кевин где ему выучился?

- А ты не в курсе? Ты же знала, что он тебя поймёт, когда к нему обращалась?.

- Просто слышала, как он разговаривал на французском.

- Кевин выучился от Жана. Жан Моро - защитник «Воронов», он из Марселя. Они с Кевином были очень близки, и Жан как-то незаметно научил его языку. Слушай, может, подскажешь мне парочку симпатичных фраз для подката? Кевина просить бесполезно.

- Извини, в школе меня пошлостям не учили.

- Жалко, - вздохнул Ники.

Эндрю ждал их, прислонившись к машине. Кевин занял переднее пассажирское сиденье, Аарон в одиночестве расположился сзади. Так как Эндрю заслонял собой дверь, Тори остановилась перед ним, руки она держала в карманах, и наклонила голову к плечу, разглядывая препятствие. Ники обошёл капот и направился к водительскому месту, оставив Тори с Миньярдом..

Мысли Эндрю бесятся в голове, он смотрит на мир через калейдоскоп цветов из-за своих таблеток, и ему не терпится посмотреть на Лили, когда они не будут затуманивать его разум. С ясной головой, чтобы вертеть и изучать Лил, пока он не решит, что с ней делать, и, он надеется, избавиться от зуда, который сидит прямо под его кожей, электричества, которое течёт через его вены с того момента, как он встретил их нового игрока.

Ники и Лили не требуется слишком много времени, чтобы выйти из здания, и он наблюдает, как они приближаются, пока Лил не останавливается перед ним. Ники продолжает обходить машину к водительскому сидению, и сразу же занимает его.

— Надо же, ты всё-таки нас дождалась, — говорит Эндрю с притворным удивлением, и его очень раздражает, что ему приходится поднимать голову, чтобы встретить глаза Лили. — Врёшь, но время от времени говоришь правду, значит. Умно. Заставляешь теряться в догадках. Очень действенный способ, уж я-то знаю. Видишь ли, сам им пользуюсь, — продолжает Эндрю, и это не совсем правда, но и не ложь. Он честен, когда люди спрашивают его напрямую, но не то чтобы это происходит слишком часто. — Итак, прошу. После вас.

Лили забирается на заднее сиденье, ничего не говоря в ответ, и Эндрю немного разочаровывается. Для кого-то, кто был так зол всего два часа назад и кто жестоко набросился на Кевина, теперь этот дикий котёнок кажется странно приручённым. Эндрю не может дождаться, чтобы увидеть, как долго это продлится, и следует за ней, зажимая Лили между собой и Аароном на заднем сидении автомобиля.

Как только Эндрю закрывает дверь, Ники выезжает с парковки так, как будто хочет снять асфальт с земли. Лили поднимает руку, пытаясь нашарить ремень безопасности, и Эндрю чувствует, что он находится под его бедром, но ему действительно не хочется двигаться. Он ценит то, что Лил хочет быть в безопасности в машине, но достаточно доверяет вождению Ники, и, что более важно, людям внутри, чтобы не думать, что они разобьются.

Эндрю смещается в сторону Лили из-за резкого поворота, и игнорирует свои собственные мышцы, напрягающиеся в ответ на контакт.

— Ай-яй-яй, Лил, как не стыдно. После всего, что мы для тебя сделали, ты полезла в драку, — говорит он. Это снова слегка лицемерно, если подумать, ведь Эндрю ворвался в её комнату и рылся в вещах, но парень думает, что этому есть оправдание, вспоминая о том, как подозрительно ведёт себя Лили.

- Не называй меня так! — шипит она снова ощетиниваясь, как котёнок, потом помолчала и продолжила: — Ты первый начал, ещё месяц назад. Не хочешь драться - отвали от меня.

Отвалить от Лили — это то, что Эндрю не хочет и не будет делать, но он этого не говорит. Так же как и ничего не говорит, по поводу её реакций на имена, маленькие кусочки пазла, которым пока нет места.

— Ну нет, драться я люблю, — признается Эндрю, бросая на Лили насмешливый взгляд. — Просто немного напрягает, когда тренер, Эбби и прочие любопытные суют нос не в своё дело. Прояви чуткость, подружка.

— Это вы проявите понимание и не ройтесь в чужих вещах.

— Да с чего ты взяла, что это мы? — возмущается Эндрю и снова вспоминает то количество денег из волшебно-подозрительной папки Лили. — Может, это был Мэтт. Или для игроков экси презумпция невиновности не работает?

— Ты не отрицал своей вины.

— Ты всё равно бы не поверила.

— Я вообще не верю ни единому твоему слову.

Ах, и это — это умнее, чем всё, что Лил сказала ему до сих пор. Эндрю не назвал бы себя лжецом, он не врёт людям прямо, он просто не говорит всей правды и решает держать остальное скрытым и невысказанным, запертым до тех пор, пока это не понадобится.

— Заруби себе на носу, Лил: посадить меня на поводок тебе не удастся, — цедит Эндрю сквозь зубы и сильнее вжимается в бок Лили, чувствуя как она напрягается. — Даже не думай. И не будь кретинкой — не грозись окружающим, что сделаешь это. Не играй с огнём. Иначе мне захочется тебя сломать

Он не говорит, что Лил уже заставляет Эндрю желать сломать её, особенно теперь, когда он находится под действиями лекарств. Она заставляет Эндрю хотеть швырнуть её об твердый пол, как фарфоровую вазу, чтобы та разбилась на сто сверкающих, острых кусочков.

- Сломать? - удивляется Лили неожиданно весело. — Мечты — мечты. Улыбка Эндрю становится непроизвольно шире:

— О-о, да это, похоже, вызов! Мамочка, можно мне её сломать? — играется он, не намереваясь отступать.

— Твоя мать умерла. Чхать ей на то, чем ты занят.

— Да ей и при жизни было начхать, — спокойно отвечает Эндрю, вспоминая звук удара машину о машину и то, как просыпается в больнице удивлённый тем, что ещё жив. — Хотя, пожалуй, она всё-таки обиделась, что ей пришлось умереть. Зато как было весело! Но ты права, — он хлопает себя ладонью по лбу, вспоминая про вечер пятницы с огромным предвкушением. — Мне ничьё разрешение не требуется. Короче, камикадзе, считай, ты официально приглашена. В пятницу едешь с нами в Колумбию.

Эндрю отстраняется от Лили, чувствуя жар кожи в тех местах, где они соприкасались, и поднимает в воздух пять пальцев. Он улыбается Лили через них.

— У тебя пять дней на знакомство с командой. Пять дней тренируешься, страдаешь всей той фигней, на которой помешан тренер, типа вливания в коллектив, а в пятницу за тебя возьмёмся мы, — он кладёт руку обратно на собственное колено. — Пообщаемся, так сказать, в неформальной обстановке.

— Свозим тебя на ужин, — глядя через плечо прибавляет Ники, словно они и правда рассматривают обычный ужин с мороженым, а потом, по-видимому, решает рассказать не меньше половины своей жизни. — Мы раньше жили в Колумбии, так что знаем все приличные места. Что ещё круче, там у нас есть бесплатная берлога для ночёвки, поэтому можно весь вечер пить, танцевать и оттягиваться по полной.

О, это будет круто, просто замечательно. Только не так, как подразумевает Ники, и Лил, вероятно, понимает это.

— Я не пью и не танцую, — сообщает им Лили.

— Не страшно, — отмахивается Эндрю, он всё равно не может себе представить, чтобы Лил делала что-то такое же абсурдное, как танцы. Хотя, признаться, было бы интересно посмотреть на то, как ведёт себя маленькая и дёрганная Лили в толпе танцующих людей. — Кевин тоже больше не пляшет, а я так сроду этого не делал. Можешь весь вечер тянуть газировку и болтать с нами, пока остальные страдают хернёй. Нельзя же начинать новый сезон, пока между нами не улажено это маленькое недоразумение. Устроим себе отдых и всё исправим.

«Всё исправим» — это очень смешной выбор слов, учитывая, что всё, что Эндрю хочет сделать, это выяснить, является ли Лил реальной проблемой. Является ли её связь с Рико Мориямой недавней. Находится ли она здесь, чтобы узнать информацию о Кевине и скормить её Ворону. И тогда Эндрю решит: либо избавиться от неё, либо позволить ей остаться. По тому, как Лил смотрит на него, он понимает, что та тоже думает о странной формулировке слов, но молчит.

— Если я поеду, — медленно говорит Лил, и Эндрю испытывает любопытство к тому, что запуганный котёнок решается чего-то требовать. — Пообещай, что вы от меня отстанете.

— Какая ты, недружелюбная, — фыркает Эндрю, но полностью понимает чужое желание защищать свою безопасность.

— Ещё бы, — парирует Лил. — Вы меня уже безумно достали.

Эндрю знает это. Хотя он не верит, что это вся причина; в Лили наверняка есть ещё что-то, на что Эндрю не обратил внимания, но он решает пока опустить это, выдавливая одну из своих лживых улыбок.

— Идёт. Один вечер с нами, и больше никаких вторжений. В пятницу оторвёмся.

Он не говорит, что ему, конечно, будет веселее, чем Лили.

На стадион они приехали чуть раньше более дисциплинированных товарищей по команде и, встав на тротуаре, стали ждать. Как только Мэтт припарковал свой фургон и старшекурсники вышли из машины, Эндрю показал пальцем на Тори.

- Видите? Цела и невредима.

- Кровью не истекаешь? - спросил Мэтт.

- Жизненно важные органы не задеты, - ответила Тори.

Рене тут же предложила:

- Давайте подождём Сета и Элисон внутри, а то здесь как-то жарковато.

- Вот бы они разбились в аварии и вообще не приехали, - с надеждой произнес Хэммик.

- Ники, ну разве можно так говорить? - Рене сказала это мягко, с лёгкой улыбкой, однако Тори почувствовала в её интонации укор - едва заметный, он ранил сильнее, чем свирепые взгляды, которыми наградили Хэммика Мэтт и Даниэль. Очевидно, вынести этот милый разочарованный взгляд было просто невозможно, поэтому Ники отвёл глаза и неловко передёрнул плечами.

- Едемте, - скомандовала Дэн и двинулась в раздевалку.

Ваймака и Эбби они нашли в комнате отдыха - оба восседали на телевизионной тумбе. Раздражение Дэн моментально рассеялось: она искренне им обрадовалась. Компания Эндрю сразу же оккупировала один из диванов, а Мэтт расположился на другом. Тори выбрала кресло, сидя в котором могла наблюдать за всеми сразу. Тепло поприветствовав тренера и врача, Рене опустилась на диван возле Мэтта, оставив свободное местечко для Дэн, которая тем временем продолжала общаться с Ваймаком, живо обсуждая летние игры высшей лиги экси.

Двоих последних Лисов пришлось дожидаться почти двадцать минут. Как только распахнулась дверь, атмосфера в комнате ощутимо изменилась. Проследив за реакцией ребят, Тори мысленно разделила команду на четыре группы: троица Дэн, компашка Эндрю, новоприбывшие и она сама.

Сет Гордон вошёл первым и сразу принёс с собой дух угрюмого недовольства. Всем своим видом он показывал, что, расставшись с Лисами всего месяц назад, теперь отнюдь не рад новой встрече. Сет буркнул невнятное приветствие Ваймаку и Эбби, а Тори удостоил лишь коротким убийственным взглядом, после чего, кипя злобой, плюхнулся в свободное кресло, вытянул длинные конечности и вперился глазами в дверь.

Элисон Рейнолдс появилась следом. Задержавшись в дверном проёме, она смерила своего мрачного товарища по команде ледяным взором. Тори видела фотографии Элисон, когда собирала информацию о «Лисах», однако эта девушка безусловно заслуживала более пристального внимания. Миллиардеры Рейнолдсы владели сетью элитных курортов мирового класса, и Элисон росла настоящей принцессой, а благодаря тому, что постоянно вращалась среди «звёздных» клиентов своих родителей, была ещё и знаменитостью. Ходили слухи, что она лишилась наследства, когда семейному бизнесу предпочла экси и государственный университет, но, так или иначе, выглядела Элисон как супермодель. Если все остальные Лисы нацепили джинсы и в суете переезда не особо позаботились о внешнем виде, то Элисон можно было хоть сейчас снимать для глянцевого журнала: платиновые кудри идеально уложены, на ногах - высоченные шпильки, платье на безупречной фигуре сидит как влитое.

- С приездом, - сухо сказал Ваймак обоим.

Словно не услышав его, Элисон кивнула Эбби:

- Вижу, вы пережили лето.

- С божьей помощью, - ответила та. - Но это, видимо, были ещё цветочки.

Элисон обвела глазами комнату. При виде Эндрю и его компании её губы презрительно скривились. Заметив же Тори, она несколько секунд изучала её взглядом, а потом заявила:

- Сяду с тобой.

Преодолев разделявшее их расстояние, Элисон устроилась на подлокотнике её кресла. Чтобы не соскользнуть с узкого насеста, ей пришлось опереться на Тори и одной рукой приобнять её за плечи. Девушка закинула ногу на ногу, и подол её короткого платья ещё больше уполз вверх, обнажив крепкие, стройные, загорелые бедра.

Тори сжала зубы, чтож так не везёт! Места действительно было маловато, но это не повод постоянно её лапать. Близость чужого тела снова вызвала тошноту, а необходимость терпеть и держать маску приводила в ярость. Нет Элисон, сто процентов ей не нравилась.

- Могу уступить место, - предложила она.

- Нет, сиди. - Элисон улыбнулась, но в её улыбке скользнула тень самодовольства. Возможно, причиной тому был Сет, смотревший на обоих с такой ненавистью, словно намеревался испепелить одной только силой мысли. - Мы же по-быстрому, да? Перелёт был долгим, и я чертовски устала.

- Ждали только вас, - заметил Ваймак и, нацелив палец на Тори, объявил: - Первое: разрешите представить - Тори Джексон, наш новый инсайд. Есть что сказать? - обратился он к Тори и, когда та отрицательно качнула головой, показал сперва на Сета, потом на Элисон: - С остальными ты уже познакомилась, а это Сет Гордон, наш плеймейкер, и Элисон Рейнолдс, опорный полузащитник. Вопросы, комментарии, пожелания у кого-то будут?

Сет ткнул пальцем в Тори и злобно процедил:

- Меня, блядь, волнует…

Тори догадалась, что эту пластинку Ваймак слышал и раньше, поскольку, пропустив бурчание Гордона мимо ушей, он продолжил как ни в чем не бывало:

- Нет? Тогда двигаемся дальше. Эбби? - Командный медик раздала всем скреплённые комплекты документов. - Как всегда, скучные формальности. Вписываете свою фамилию и завтра с утра сдаёте мне. Без этих бумаг на поле не выпущу.

Летом первая тренировка будет начинаться в восемь тридцать. Отсыпайтесь, пока есть возможность, потому что с началом семестра мы сдвинем её на шесть утра. Встречаемся в спортзале. Повторяю, в спортзале. Если опоздаете, потому что по ошибке припрётесь сюда, получите тапком по морде. Вас не было всего месяц - надеюсь, распорядок забыть не успели.

- Нет, тренер, - хором отозвалась команда.

- Сегодня до конца дня всем пройти медосмотр. Эндрю, ты первый, Сет - второй. Остальные в любом порядке, можете хоть соломинки тянуть. И чтоб никто не уходил, пока не отметится у Эбби. - Ваймак выразительно посмотрел на Миньярдов и их компанию. Ники и Эндрю состроили невинные мины, что, впрочем, никого не обмануло.

Эбби подошла к дивану и встала за спиной у Кевина. Поколебавшись, Ваймак взял со стола стопку бумаг, перевёрнутых лицевой стороной вниз.

- Ну, и последний вопрос на сегодня, - произнес он, - касается расписания игр.

- Уже? - перебил Мэтт. - Еще же только июнь.

- Даты пока не утверждены, но комитет внёс некоторые изменения, так что прошлый сезон покажется вам детской забавой. Тренеров округа ставили в известность по очереди, чтобы свести к минимуму нежелательные последствия. В общем, закончиться это может плохо.

- Что может быть хуже дерьма, из которого мы не вылезали в прошлом году? - проворчал Сет.

- Грабежи со взломом, телефонные угрозы, взбесившиеся журналисты, разбитый стадион… - начал загибать пальцы Мэтт.

- И на первом месте - сообщение о том, что мы прямо в общаге варим мет, - кисло прибавила Дэн. - Полицейские рейды - это незабываемо.

- Угрозы тоже были креативненькие, - вставил Ники. - Может, на этот раз кого-нибудь все-таки укокошат. За кого голосуем? Лично я - за Сета.

- Отъебись, пидор, - среагировал Сет.

- Мне не нравится это слово, - подал голос Эндрю. - Не употребляй его.

- Я мог бы сказать «отъебись, ушлепок», но тогда было бы непонятно, к кому из вас я обращаюсь.

- Вот и заткнись, - посоветовал Аарон. - Все равно несёшь одну херню.

- Хватит, - оборвал их грызню Ваймак. - В этом году у нас нет времени на мелкие дрязги. В нашем округе добавилась новая команда.

Тори посмотрела на Кевина, бледного и напряжённого. Вчетвером на диванчике было тесно, а потому Кевин и Эндрю, сидевшие посередине, были зажаты с обеих сторон. Даже наевшийся таблеток Эндрю не мог не заметить, как занервничал Кевин, однако новость, по-видимому, показалась ему забавной. Он ухмыльнулся Дэю, но ухмылка сползла с его лица, когда тренер заговорил.

- И это команда университета Эдгара Аллана.

В комнате воцарилась гробовая тишина.

- Не может быть, - резко прервала молчание Даниэль. - Тренер, это не смешно.

Сет, судя по всему, считал иначе, потому что его разобрал смех. Аарон, Ники и Мэтт, перебивая друг друга, потребовали объяснений. Элисон изумленно вскрикнула, отчего в правом ухе у Тори зазвенело. Рене, как и Тори, молча смотрела на Кевина и Эндрю.

Ваймак начал объяснить логику КРЭ, но взгляд его был прикован к Эндрю, и довольно скоро всем стало ясно почему. Гвалт постепенно утих, а на лицо Эндрю вернулась улыбка, широкая и сияющая. Таблетки оказывали на него возбуждающее действие и агрессию не подавляли. Тори уже хорошо знала эту улыбочку и приготовилась к тому, что за ней последует.

- Слыхал, Кевин? - начал Эндрю. - Кое-кто по тебе соскучился.

- Комитет не имел права одобрять эту заявку, - произнёс Кевин так тихо, что Тори едва разобрала слова.

- А ты ведь говорил, что он за тобой придёт.

- Я не знал, что это будет так

- Врёшь, - бросил Эндрю, и Кевин вздрогнул.

Чтобы видеть лицо Кевина, Эндрю развернулся вбок, спиной прижав Ники. Тот попытался отодвинуться от своего чокнутого родственничка и держался за подлокотник с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Эндрю либо не замечал неудобств, которые доставлял кузену, либо плевать на это хотел; он сверлил глазами Кевина. Того, казалось, сейчас стошнит, и все же известие не вызвало в нем паники. Эндрю легко разгадал причину такого самообладания.

- Ты знал, - произнёс он. - И давно? День, два? Три-четыре-пять?

- Тренер сказал мне сразу, как утвердили заявку. В мае.

- В мае. Дэй узнал в мае. В мае. Дэй. Прямо «мэйдэй»- получается. Прикольно, да? Ну и когда ты собирался сообщить об этом мне?

- Я велел ему молчать, - вмешался Ваймак.

- То есть между тренером и мной ты выбрал тренера? - Эндрю расхохотался. - Твою ж мать! Значит, что угодно, лишь бы оказаться в любимчиках? Обман, предательство - черт, как же знакомо! И это после всего, что я для тебя сделал…

- Эндрю, угомонись, - приструнила его Эбби.

- Помоги мне, - одними губами прошептал Кевин.

Цокая языком, Миньярд по-птичьи склонил голову набок.

- Помочь тебе? Помочь тому, кто целый месяц врал мне в лицо? Как?

- Я хочу остаться, - выдавил Кевин. - Прошу, не дай ему забрать меня.

- Да это же ты перед ним прогибаешься, - фыркнул Эндрю. - Забыл, что ли?

- Пожалуйста.

- Знаешь ведь, как я ненавижу это слово.

Опустив голову, Кевин разглядывал собственные руки, сцепленные в замок на коленях, - точнее, не отрывал глаз от шрама, пересекавшего тыльную сторону ладони. До сих пор Тори видела этот шрам лишь мельком - не хотела, чтобы Дэй заметил, как она пялится. Безобразный рубец тянулся между тонкими костями кисти. В любом случае, удар, который Рико нанёс Кевину, был грязным. Испустив театральный вздох, Эндрю рукой заслонил от Кевина его шрам.

- Посмотри на меня, - приказал он.

Кевин поднял на Миньярда затравленный взгляд. Пускай Эндрю и был под таблетками, Тори все равно не понимала, как он может ухмыляться, видя перед собой эти расширенные от ужаса глаза. Она через всю комнату ощущала отчаяние, владевшее Кевином, и это чувство было настолько ей знакомо, что её саму едва не выворачивало наизнанку.

- Все будет хорошо, - сказал Эндрю. - Я же обещал, так? Или ты мне не веришь?

В конце концов Кевин заметно расслабился. Тень безысходности в его глазах растаяла; он словно бы впитывал всю ту силу, которую предлагал ему Эндрю. Неколебимая уверенность Дэя в Миньярде поражала. Как один отбитый на голову мальчик-с-пальчик может защитить его от безжалостного клана Морияма? По идее, увиденное должно было впечатлить Тори, однако она испытывала лишь злость. Сглотнув неприятный комок, Тори отвернулась.

Ваймак еще с минуту наблюдал за обоими парнями, потом кивнул:

- Чуть позже комитет сделает официальное объявление. Они согласились подождать, пока соберётся вся команда - так легче обеспечить вашу безопасность. Но это не значит, что можно забыть об осмотрительности. Чак - это наш ректор, Тори, Чарльз Уиттир, - повторно ввёл в действие указ, согласно которому репортеры не имеют права находиться на территории университета без сопровождения полиции. Охрана кампуса будет усилена вдвое. Кроме того, каждый должен на всякий случай записать номер полиции, ясно?

Хотя мобильника у Тори не было, она вместе с остальными произнесла:

- Да, тренер.

Снова повисла тишина, и Тори не выдержала, близость Элисон с каждой секундой давила все сильнее:

- Тренер, это все? Можно уже идти?

- Вопрос важный, - осадила её Дэн. - Это все меняет, ты просто не понимаешь…

- Тори узнала об этом одновременно с Кевином, - сообщил Ваймак. - У нас уже был разговор, так что она в курсе. И - да, на этом все. Эбби, они в твоём распоряжении, делай с ними что хочешь.

Тори поднялась и, не оглядываясь, пошла к выходу. Дэн сказала ей в спину что-то насчёт медосмотра, но Эбигейл ее успокоила.

«Тренер, это всё? Можно уже идти?»

Эндрю игнорирует слова Дэн, наконец уделяя внимание Лили. Он понимает, что каким-то образом Лил уже знает эту информацию. Она нет, нет. То, как она не реагирует, очень похоже на поведение Кевина, и оказывается, они узнали об этом одновременно. Эндрю вспоминает фотографии и вырезки из газет в папке котёнка, и душит в себе желание опять рассмеяться.

Как только за Лили закрывается дверь, Сет встаёт с места и зло щурится:

— Я ей не доверяю.

— Тебе и не нужно ей доверять, — вздыхает Дэн. — Никто не говорит, что тебе нужно сплести браслеты дружбы с Тори или становиться её лучшим другом.

— Ага, удачи с этим, — фыркает Ники, и Эндрю снова вспоминает запуганного дикого котёнка, который точно не является ручным.

— Ты должен играть с ней на поле, после этого можешь сделать вид, что её не существует, — заканчивает Дэн, и скрещивает руки на груди. — Не делай из мухи слона.

— Это не слон из мухи, — Сет вскидывает руки в воздух, продолжая надоедать. — Это целая субмарина. Она мелкая и с дерьмовым характером, это не сильно поможет на поле, спасибо.

— Я думаю, что она миленькая, — говорит Эллисон и смотрит на свои ногти.

Дэн разворачивается к дивану, который Эндрю делит со своим кузеном, братом и Кевином. Её брови хмурятся, когда она смотрит на них, как будто следующий вопрос вызывает у неё физическую боль:

— Что вы думаете о Тори?

— Ей просто нужно привыкнуть к нам, — говорит Ники.

— Она должна быть более агрессивной, — фыркает Аарон. — Она позволяет нам играть с собой, как с тряпичной куколкой.

А затем Дэн смотрит на Эндрю, когда Кевин молчит, и Эндрю с большим удовольствием не отвечает в течение нескольких секунд. Затем он смотрит через плечо, как будто кто-то стоит позади него, и только потом театрально указывает на себя, растягивая губы в улыбке.

— О, я? Ты спрашиваешь моё мнение? — он кладет одну руку к грудь. —Я польщён!

Эндрю притворяется, что не замечает взглядов другой части команды, ведь ему нет дела до них. Ему требуется секунда, чтобы подумать над ответом. Как бы Эндрю старался этого не делать, он снова и снова смотрит на Лили на поле, замечает все странности в ней, все её движения и взгляды. Это можно оправдать тем, что Эндрю ещё ничего не решил на её счёт, а отвести от девчонки взгляд, когда она ошивается рядом с Кевином равносильно тому, чтобы предоставить Рико огромный топор, занесённый над головой звёздного нападающего. Поэтому да, он может сказать о новенькой.

— Вот кое-что для вас: держу пари, что Лил может обогнать всех в этой команде, — наконец говорит он и смотрит на Ваймака широко открытыми глазами, когда Дэн поднимает брови. — Спроси Ваймака, если ты мне не доверяешь. Ты мне не доверяешь, верно? Это ранит меня глубоко, это так болезненно! Эбби, — притворно ноет он и смотрит через плечо. — Я чувствую себя нежелательным гостем здесь, можем ли мы свалить?

Эндрю встаёт и игнорирует всех, когда следует за Эбби по коридору в медицинскую комнату и ждёт, пока она откроет дверь и щёлкнет светом по пути внутрь.

На улице Тори догнала Рене.

- Увы, из-за этой новости Эндрю не сможет отвезти тебя в общежитие, - сказала она. - Сейчас он нужен Кевину, и это важнее всего. Если ты не против немного подождать, мы с радостью тебя подбросим. В машине у Мэтта полно места.

Тори собиралась сказать, что против, но у неё сам собой вырвался вопрос:

- Почему Кевин так доверяет Миньярду?

- Потому что знает, что на Эндрю можно положиться, - улыбнулась Рене.

- Но ведь Кевин в опасности! - не унималась Тори, точно Рене не вполне понимала ситуацию. Хотя, может, она и впрямь не понимала. Может, ей не приходило в голову, что́ грозит Кевину, если Миньярд облажается. А он облажается, как он защитит от бандитов Мориямы? Своими ножиками? «Я обещал» — смешно, как можно давать такие обещания? Рене ведь не такая, как остальные члены команды, она нормальная - по крайней мере настолько, насколько вообще может быть нормальным один из Лисов. Бандитов и кровавые разборки Рене наверняка видела только в кино.

Тори злило, что она не способна подобрать слова, чтобы объяснить Рене, всю серьёзность ситуации.

Рене протянула ей руку.

- Тори, - сказала она кротко, словно её и не слышала, - Тори, пожалуйста, поехали с нами.

- Нет. - Она сделала шаг назад. - Спасибо, я знаю дорогу.

Свернув бумаги, выданные Ваймаком, в трубочку, она потрусила прочь. Рене её не окликнула, но она затылком чувствовала её взгляд. Когда парковка осталась позади, Тори побежала в полную силу.

Пробежка, однако, не избавила её от гнетущего чувства тревоги. В общежитие Тори вернулась в ещё более мрачном настроении. Она попыталась отвлечься, раскладывая вещи по местам, но в итоге стала просто мерить комнату шагами с пустой спортивной сумкой в руках. На пятом круге она поняла, что больше не выдержит. Нужно было что-то, что развеет тишину. Может не следовало ей заселяться в общагу? Может вообще лучше было не ввязываться в эту команду? Кевин… Когда-то одна маленькая девочка была влюблена в него, сейчас скорее страстно ненавидела, но он не был ей чужим. Тори помнила нервный срыв Кевина в квартире Ваймака на прошлой неделе. Ужас, обуявший тогда Кевина, поразил её в самое сердце, ведь это чувство она знала по себе. Просыпаясь утром, Тори часто заново училась дышать. Каждое утро она тратила время, чтобы найти в себе силы собраться, побороть собственный страх.

Испытывал ли Кевин то же самое? Тот безжизненный взгляд, который он сегодня устремил на Миньярда, Тори часто видела в зеркале. Как только Тори прекращала играть роль, как только переставала думать о маске, и отбрасывала спасительное прикрытие лжи, на её лице появлялось точно такое же выражение - другого и быть не могло.

Тори достала из кармана пачку сигарет, которую зачем-то купила в магазине. Подошла к окну, открыла две защёлки и подняла раму до самого верха. Москитная сетка мешала выглянуть наружу; Тори надавила на неё головой так сильно, что сетка затрещала. После зажгла сигарету и стала смотреть на ее тлеющий кончик. Едкий запах дыма и мерцание огонька немного успокоили нервы, но привычная безмолвная скорбь, навалившаяся следом, ещё больше разбередила душу.

Возможно они с Кевином и походили друг на друга, и всё-таки их разделяла целая пропасть. Решающее различие заключалось в том, что у Кевина был Миньярд, в то время как Тори своими переживаниями не могла поделиться ни с кем. Уедет ли она сегодня, завтра или через пять лет - неважно, но она сделает это одна. И всегда будет одна- если, конечно, проживет так долго. Кем бы и где бы она ни была, до самой смерти ей суждено оставаться в одиночестве. Она никогда не сможет довериться кому-то настолько, чтобы впустить в свою жизнь.

Именно поэтому сейчас Тори не могла понять этого безграничного доверия. После сегодняшней сцены между Кевином и Миньярдом - не могла. Наверное, слишком прониклась или позавидовала. А может, просто нужно время во всем разобраться, Тори знала, что Кевина она не оставит, даже несмотря на их взаимную ненависть.

Почему Кевин Дэй всегда получает больше? Он рос в ужасной семье, но имел дом, репутацию и поклонников. Кевин нежился в лучах славы, а Тори металась по собственной жизни, мечтая лишь выжить.. Кевин потерял руку, зато обрел свободу. Упорства и таланта ему не занимать, а потому он поднимется и продолжит путь с того места, где упал, даже если для этого необходимо выучиться играть другой рукой. Тренер и товарищ по команде готовы вступиться за него перед самим кланом Морияма. С чего вдруг? За какие заслуги?

И вообще - чем Кевин Дэй заслужил сочувствие Тори? Почему Тори беспокоиться о нем, несмотря на его скотское поведение? Учитывая, как Кевин обходился с ней в последние два месяца, Тори следовало бы порадоваться его беде. Но нет, нельзя. Не сейчас.

Она стряхнула на подоконник комок пепла и раздавила его пальцем, прочертив на белой поверхности тёмную полосу. Подняла глаза к небу, силясь разглядеть в облаках ответ. «Он обязан выкарабкаться, Кевин этого стоит». Пусть получится у Кевина. Может быть, ему помогут собственный талант, психопатическая отвага Миньярда и яростная готовность Ваймака его защищать. Может, он выдержит адский сезон и останется цел. Стряхнёт с себя все это как страшный сон и станет свободен. Тори хотела своими глазами убедится, что у Кевина все в порядке.

Тори глубоко затянулась, стараясь вдохнуть как можно больше дыма. Сигарета дотлела до фильтра. К тому времени, когда вернулись остальные, она успела выкурить ещё две.

Услышав, как в соседней комнате хлопнула входная дверь, она затушила третью и смахнула пепел с подоконника на ковёр. Потом растёрла его подошвой, сунула бычок в пачку (докурит потом) и быстро раскидала вещи по местам, изображая подобие порядка. Удостоверившись, что все в порядке, Тори вышла в коридор встретить товарищей. Глядя на них, она ощущал странную отстранённость, но держаться отдельно от всех, если она хочет играть, было не правильно.

Сет, вошедший в свою комнату первым, сразу швырнул чемоданы на пол: он толкал какую-то возмущённую речь, и свободные руки требовались ему для сердитой жестикуляции. Мэтт с терпеливым выражением и третьим чемоданом в руке вошёл следом. Посмотрев на Тори, прислонившуюся к стене, он передал чемодан Сету, который кинул его в общую кучу.

Было непонятно, на кого Сет злится больше - на Эбби, Элисон или компанию Эндрю. Сет ругал всех подряд без какой-либо логики и остановился только после того, как исчерпал запас красноречия. В конце он раздражённо всплеснул руками и напустился на Тори:

- Мало мне всего этого дерьма, так ещё на место инсайда взяли какую-то гребаную лохушку!

- Кевин её одобрил, - пояснил Мэтт.

- Можно подумать, мне от этого легче! - Сет злобно воззрился на Тори, но та спокойно выдержала его взгляд. Невозмутимость новенькой, однако, лишь распалила ярость Сета. - Мы и так были клоунами, а теперь окончательно превратимся в посмешище! Когда все об этом узнают, мы сможем выигрывать только благодаря тому, что противники побросают клюшки и будут уссываться, держась за животы. Мы должны были взять этот сезон! Кевин обещал провести нас через всю эту мясорубку, и я положился на него в выборе инсайда, но это полная жопа!

- Может, хотя бы дашь Тори шанс? - поинтересовался Мэтт.

- Дэй просто постебался над нами, - продолжал кипеть Сет, - это несправедливо!

- Несправедливо твоё отношение, - заметил Бойд, наставив на него палец. - Кевин ни за что не взял бы игрока, просто чтобы опозорить команду. С этим мы и без Тори справлялись. Хочешь побеждать в этом сезоне, настраивайся соответственно. Нам нужна сыгранная линия нападения. И раз твоя связка с Кевином не сложилась, тебе придётся научиться работать с Тори.

- С этой соплячкой, которая не умеет играть и всем своим видом нарывается на проблемы?

- Тренер говорит, у неё хороший потенциал. - Мэтт перевел взгляд на Тори. - А Эндрю сказал, что ты шустрая.

Тори фыркнула.

- Когда это он такое сказал?

- А как ты думаешь, идиотка? - огрызнулся Сет. - Как только ты свалила, мы тебе все косточки перемыли.

- Дэн расспросила парней о тебе, - вмешался Мэтт, прежде чем Тори успела среагировать. - Ники считает, ты ещё не совсем освоилась. По мнению Аарона, тебе не хватает напора. Кевин ничего не сказал, и это на него не похоже, потому что обычно он слов не выбирает, но, думаю, сейчас ему просто не до того. А вот Эндрю утверждает, что ты бегаешь быстрее всех в команде. Тренер вроде говорил, в Аризоне ты пробегала километр за две с половиной минуты. Это правда? Что-то ты коротковата для таких скоростей.

- Люблю бегать, - пожала плечами Тори. Ей было смешно, с чего Миньярд постоянно намекает, что она собирается сбежать? Думает, она не выдержит его давления?

- В задницу твой бег, - пробурчал Сет. - Учись забивать. Я слышал, ты ещё ни разу не пробила Эндрю.

- Ну да, пока ни разу, - подтвердила Тори.

- Вот когда пробьёшь, тогда поговорим, - угрюмо заключил Сет. - А до тех пор держись от меня подальше и на поле не хлопай ушами.

— Как скажешь, — Тори улыбнулась, вполне искренне. Сет ей даже понравился

- Добро пожаловать в «Лисью нору», - сухо прибавил Мэтт, когда Гордон, подхватив чемодан, с надменным видом скрылся в спальне. - Слушай, давай вечером поужинаем где-нибудь в центре? Расслабимся немного, пока не начался весь этот трэш. И вообще, я не хочу видеть Эндрю между дозами. Схожу-ка я к девчонкам. Надеюсь, вы с Сетом друг друга не поубиваете?

- Я к себе, - ответила Тори. — И вообще, он просто няшечка

— Н-да, — протянул Бойд,- А ты интересная.

«Центром» именовалась длинная улица со множеством магазинчиков, ответвлявшаяся от основной территории кампуса неподалёку от «Лисьей башни». Магазины здесь в основном торговали предметами первой необходимости, но была среди них и парочка книжных лавок, и даже несколько пабов. Теперь, когда почти все разъехались на лето по домам, это место напоминало пустынный город-призрак. Таблички на многих дверях обещали открытие осенью, однако отдельные заведения всё-таки продолжали работать в расчёте на слушателей подготовительных курсов и спортсменов, которые постепенно возвращались на летнюю практику.

В конце концов компания осела в каком-то баре - пиццерии по совместительству. Г-образная кабинка более чем устраивала Тори: со своего места в углу она превосходно видела остальных. Тори ожидала шумного дурдома, похожего на тот, что царил дома у Ваймака вечером её первого дня в Южной Каролине (тем более что новоприбывшие Сет и Элисон не слишком ладили с командой), но оказалась приятно удивлена. Несмотря на все разногласия, за годы учёбы старшекурсники всё-таки притёрлись друг к другу и почти весь вечер поддерживали общий разговор. Даже Сет и Элисон вставляли реплики, хотя Тори списала их дружелюбие на выпитое пиво.

Сама она предпочитала помалкивать, да её особо и не трогали. С компанией Даниэль она успела пообщаться после стычки с Кевином, а Сету и Элисон попросту не было до неё дела. За весь вечер к ней только несколько раз обратились Дэн и Мэтт.

Однако в разгар ужина эта парочка смылась. Тори заметила, как они ускользнули, но за исключением Элисон, многозначительно ткнувшей локтем Рене, никто на это не отреагировал. Кроме того, все старательно избегали упоминать новость о «Воронах», хотя, безусловно, только о них и думали. Других посетителей в закусочной практически не было, а потому в тишине зала голоса Лисов звучали особенно громко.

Наконец Дэн и Мэтт вернулись, оба слегка помятые. По пути к столу Даниэль взяла у бармена счёт. Сет поднял кружку с остатками пива и чокнулся с Мэттом, хотя смотрел при этом на Элисон.

Назад в общежитие Дэн и Мэтт шли, держась за руки. Рене, Сет и Элисон шагали следом. Тори, довольная тем, что к ней не пристают, замыкала шествие.

В коридоре на третьем этаже их дожидался Ники.

- Рене, ты не могла бы набрать Эндрю? - попросил он.

- Он не знает, где его телефон? - поинтересовалась Рене, вытаскивая из сумочки мобильный.

- Я не знаю, где его телефон. И где он сам. Эндрю не отвечает на звонки.

- Черт, Ники, - выругался Мэтт. - Тренер же велел тебе не спускать с него глаз.

- Я помню, - огрызнулся Хэммик. - Сам бы попробовал.

- Где Кевин? - строго спросила Дэн.

- После собрания лежит зубами к стенке, - ответил Ники. - Аарон за ним присматривает.

Рене вскинула ладонь, призывая остальных к тишине. Все моментально умолкли. Держа телефон возле уха, она некоторое время сосредоточенно вслушивалась в гудки. Потом улыбнулась, и Тори догадалась, что на другом конце сняли трубку, хотя как можно так тепло улыбаться, разговаривая с Миньярдом, Тори убей бог не понимала.

- Разбудила? - вместо приветствия произнесла Рене. - Я думала, мы вечерком поболтаем, но Ники сказал, ты где-то гуляешь. А, вот как… Ладно, тогда завтра. Может, за ланчем? Хорошо. Доброй ночи. - Она нажала на кнопку отбоя и убрала телефон в сумочку. - Эндрю у тренера. Наверное, Ваймак хотел убедиться, что он принял таблетки. - Рене ободряюще стиснула плечо Ники. - Он в порядке. И Кевин тоже. Отдыхай. Сегодня нам остаётся только запереть двери и молиться.

- Спасибо, - поблагодарил ее Ники.

Вскоре все разошлись по комнатам и стали готовиться ко сну. Заправив постель, Тори с наслаждением вытянулась на матрасе. Однако простая радость от возможности спать на настоящей кровати продлилась недолго, выключив свет, Тори осталась наедине с темнотой и собственными мыслями. Она ещё долго лежала с открытыми глазами и думала о Кевине, а когда уснула, то увидела Хозяина, который приехал за ней в «Лисьею нору».

Ваймака нет в квартире, когда Эндрю приезжает к нему, и не то чтобы это большая проблема. На самом деле ему становится легче от этого, и Эндрю устанавливает мысленное напоминание, чтобы не забыть прикрепить благодарственную записку на холодильник Ваймака, прежде чем он снова уйдёт. Вскрыть замок здесь проще, чем в Лисьей норе, и Эндрю вскрывает его, заходя внутрь.

Телефон начинает звонить в кармане, когда он находит одну из бутылок виски, которую Ваймак пытался спрятать за пачкой картофельных чипсов, и он игнорирует его, небрежно бросая картофельные чипсы на пол.

Эндрю достаёт бутылку, швыряет телефон на стол в гостиной и делает большой глоток, когда садится на диван со скрещёнными ногами.

Солнце садится, а он сидит там, пьёт и не думает. Эндрю понятия не имеет, сколько времени проходит вот так, но вскоре накатывает первая волна тошноты. Она бьёт по его сознанию, как всегда, сильно, а затем мягче, и Эндрю сжимает зубы, делая ещё один глоток виски, чтобы заглушить её.

У Эндрю есть небольшое желание разгромить это место, так как гнев, ранее подавляемый лекарствами, снова даёт о себе знать. Но очередная волна тошноты, хоть и мягкая, заставляет его отложить бутылку на стол и обнять руками лодыжки.

Через несколько минут он слышит, как ключ шебуршит в замочной скважине и дверь открывается. Эндрю слышит, как Ваймак останавливается в дверном проёме, вероятно, задаваясь вопросом, почему свет на его кухне горит, прежде чем закрыть дверь.

— Ты чертов идиот, — говорит Ваймак, проходя в гостиную.

— Заткнись, — таким же тоном отвечает Эндрю сквозь зубы, и Ваймак разворачивается, уходя на кухню. Там начинают шуметь тарелки и что-то шуршит, прежде чем Эндрю перестанет слушать. В его голове наступает тишина, что очень приятно после наркотического жужжания.

Ваймак возвращается через несколько минут с двумя тарелками бутербродов. Он садится на журнальный столик лицом к Эндрю и кладёт одну из тарелок на подушку с его стороны.

— Уберёшь за собой до того, как свалишь, — произносит старший, как будто Эндрю на самом деле разгромил дом, а не просто ворвался и бросил пачку картофельных чипсов на пол. — Если оставишь хоть одно пятнышко в этой квартире, у нас будут серьёзные проблемы.

— У вас уже есть серьёзные проблемы, — говорит Эндрю, потому что это правда. Хотя Ваймак наверняка не догадывается, что именно он имеет ввиду.

— Сначала поешь, нервировать меня будешь позже.

Эндрю сидит, обняв колени, ещё минуту, а потом всё-таки добирается до еды. Берёт бутерброд только для того, чтобы разорвать его на крошки, представляя, что это лицо Лили. Затем складывает эти крошки перед собой и ест по кусочку. Огромная проблема заключается в его лекарствах и в отказе от них: сначала Эндрю чувствует себя воздушным змеем в течение дня, но ближе к вечеру он разбивается о землю.

И хотя Эндрю любит ту часть дня, где его голова трезвая, а мысли чёткие, это всё равно является самым трудным испытанием для организма.

Эндрю съедает три четверти из накрошенного, а после снова тянется за бутылкой виски, выпивая до тех пор, пока его лёгкие не кричат о нехватке воздуха. Он вспоминает о поддельном рецепте для контактных линз Лили и решается открыть рот:

— Какого цвета её глаза?

— Э? Зеленые?

Дэвид Ваймак хреновый комик.

— Я не о глазах Кевина, — поясняет Эндрю, хотя догадывается, что тот прекрасно понимает о ком идёт речь.

— В кой-то веки не о Кевине.

— Кого ты привёл в мою команду? — Эндрю замечает, что Ваймак не ожидал услышать этого вопроса. Может быть, старший ждал, что Эндрю будет беситься из-за Воронов, идущих на юг. И хотя они тоже являются частью гнева внутри Эндрю, Лил сейчас кажется более важной. Даже смешно…

Может быть именно из-за доносов Лили на Кевина Эдгар Аллан присоединяется к их округу. Как именно можно доказать, что она не кормит Рико информацией о них прямо с ложки?

— Это Кевин выбрал её, — говорит Ваймак. — Я только подписал с ней контракт.

— Это было ошибкой, — тихо говорит Эндрю, вспоминая ее папку. — Она не может остаться. И если ты не прогонишь её, я это сделаю.

— Оставь её в покое, — Ваймак смотрит, как Эндрю снова глотает виски, а затем легонько хлопает ладонью по столешнице. — Эндрю. Оставьте все её в покое. Она имеет право быть здесь, как и любой из вас.

— Неужели она такая же? — спрашивает Эндрю и не объясняет, что имеет ввиду. Он не может рассказать, что видел в папке Лили, но очень хочет объяснений этому. Хочет услышать, как та оправдывается. — Мне надоела её ложь.

— Неужели? А я почти уверен, что ей тоже надоело твоё скотское поведение.

Эндрю пытается выдавить из себя улыбку, гуляющую на его губах целый день.

— Ох, так ты не фанат моего поведения? А я думал, что людям нравится, когда я такой, — он позволяет своей лживой улыбке исчезнуть. — Скажи… ты знаешь, что она скрывает?

— Нет, Эндрю, не знаю. Это не моё дело до тех пор, пока она сама не расскажет.

— Но вы видели, как она смотрит на Кевина.

— Видел, — говорит Ваймак и делает глубокий вдох, фыркает и полностью выдыхает. — Ты тоже так смотрел на Кевина. Раньше ты его ненавидел. Кевин — сложный человек…

Кевин совсем не такой человек, не сейчас, но Эндрю не хочется этого говорить.

— Он в опасности.

— Ты пытался с ней разговаривать?

— Лживые улыбки и глупая чушь. Пустая трата времени. У нас не было шансов поговорить из-за взаимного игнорирования, — Эндрю поднимает глаза на Ваймака. — Я отвезу её в Колумбию в эту пятницу.

Чего не упоминает, так это того, что собирается вытащить из Лили все секреты, хочет та того или нет. Он должен. Эндрю пообещал Кевину защиту, и он не может быть уверен в его безопасности до тех пор, пока Лил является маленьким красным флажком в его голове. Она проблема, и Эндрю не пройдёт мимо неё. Ведь есть способы заставить девчонку говорить, и Ваймак знает, что имеет в виду Эндрю.

— Не смей.

— Ты не можешь меня остановить, — говорит Эндрю, и технически это неправда. Есть несколько вещей, которые Ваймак может предпринять, чтобы разрушить его планы.

— Я могу остановить тебя, — говорит Ваймак. — Все вы. Если вы сделаете с ней тоже самое, что сделали с Мэттом, я выгоню каждого отсюда.

— Ты понятия не имеешь, кого защищаешь.

— Я защищаю Лису. Такую же, как и все вы.

И вот оно. Защитная сталь в голосе Ваймака — это то, что Эндрю понимает лучше всего на свете. Он говорит на языке, написанным кровью Эндрю, выжженным на его коже, родным, как собственное имя. Он понимает, да, он понимает, насколько Ваймак желает защитить их. Этот стержень и сталь в голосе всегда появляется, когда кто-то претендует на вашу семью или команду.

Ваймак уходит спать к тому времени, как телефон Эндрю снова начинает звонить. Парень вздыхает и лениво отмечает, что очень устал. Его кости тяжелые, а голова пустая.

Он смотрит на номер звонящего абонента и принимает звонок, когда видит имя Рене, но ничего не говорит и просто держит телефон у уха.

— Разбудила? — спрашивает Рене вместо приветствия. — Я думала, мы вечерком поболтаем, — говорит она и имеет в виду, что хотела, чтобы они выбили дерьмо друг из друга. — Но Ники сказал, ты где-то гуляешь.

— Найди другой источник развлечения, — говорит ей Эндрю и закручивает виски крышкой. Его потребность в алкоголе исчезла.

— А… вот как.

Он проводит кончиком языка по зубам.

— Я у Ваймака.

— Ладно, тогда завтра, — говорит Рене. — Может, за ланчем?

— Посмотрим, — вздыхает Эндрю.

— Хорошо. Доброй ночи.

Эндрю вешает трубку вместо того, чтобы ответить, и бросает свой телефон на пол, где удар смягчается серым ковром. Он знает, что ехать обратно сейчас глупо, поэтому снимает обувь и решает, что станет утренней проблемой Ваймака.

Одеяло приземляется на пол перед диваном, Эндрю рассматривает его мгновение, тыкает в него ногой, а затем тащит на диван. Он сворачивает пальцы вокруг мягкой ткани и сжимает в кулак.

— На самом деле, вы бы не выгнали Кевина.

Ваймак не отвечает ему, но Эндрю знает, что он прав. Было бы глупо выбрасывать своего лучшего игрока, и Эндрю знает, что Ваймак знает.

Эндрю накрывает себя одеялом и решает попытаться завтра сильнее потянуть за хвост котёнка Лил, чтобы узнать, действительно ли она такая дикая, какой притворяется, или, может быть, она не котик, а волк в овечьей шкуре.