Глава 49. Моя ошибка.
Я не смог этого сделать.
В тот момент перед глазами появилась Райли. Её улыбка, её взгляд, её голос... Всё это словно в один миг вытеснило из головы злость и затуманивший разум гнев. Как бы сильно меня ни разрывали ревность и боль, я не смог бы ей изменить. Даже если бы всё, что сказала Диана, оказалось правдой, я всё равно не смог переступить через себя. Потом я бы никогда не простил самого себя.
Только сейчас я понял, какую ошибку едва не совершил. Стоило представить Райли, как всё стало на свои места. Меня накрыло сожаление от собственного поступка, но вместе с ним никуда не исчезла злость. Она всё ещё жгла изнутри, а фотографии снова и снова всплывали перед глазами. Сердце болезненно сжималось каждый раз, когда я вспоминал Райли рядом с другим мужчиной. Как бы я ни пытался убедить себя, что это ложь, где-то глубоко внутри уже поселилось сомнение. И именно оно причиняло самую сильную боль.
Я резко оттолкнул Диану и поднялся на ноги. Она что-то говорила мне вслед, пыталась остановить, но её голос словно растворился где-то позади. Я уже не слушал. Всё моё внимание было приковано к двери нашей с Райли комнаты. Медленно направляясь туда, я пытался понять только одно - зачем Диана всё это сделала? Мы столько лет были рядом. Я считал её близким человеком, доверял ей и никогда даже представить не мог, что однажды она признается в своих чувствах именно так.
С каждым шагом разочарование становилось всё сильнее. Я не узнавал девушку, которую столько лет считал почти сестрой. Она не просто попыталась настроить меня против Райли - она предложила мне предать собственную жену вместе с ней. От одной этой мысли внутри всё переворачивалось. Если бы я не пришёл в себя в тот самый момент... если бы разум не вернулся ко мне хотя бы на секунду позже... я бы совершил ошибку, которую не смог бы исправить уже никогда. И хуже всего было то, что эта ошибка была бы не только предательством Райли, но и предательством самого себя.
Зайдя в комнату, я увидел свою спящую принцессу. Она мирно спала, даже не подозревая, какая буря сейчас творилась внутри меня. Я долго смотрел на неё, пытаясь найти ответ лишь на один вопрос. Почему... почему даже после всего, что я узнал, она всё ещё оставалась для меня самым дорогим человеком? Почему моё сердце продолжало тянуться к ней, несмотря на боль, сомнения и ревность?
Я решил дождаться утра. Не делать поспешных выводов, не поддаваться эмоциям и не обвинять её, пока не услышу всё из её собственных уст. Если это действительно правда... я узнаю. Но если нет... я никогда не прощу себе даже тех мыслей, которые сегодня позволил поселиться в своей голове.
Сев рядом с кроватью, я молча наблюдал за её спокойным лицом. Неожиданно в голову пришла мысль, от которой стало ещё тяжелее. Даже если всё окажется правдой... что я смогу сделать? Смогу ли наказать её? Возненавидеть? Отпустить? Ответ был слишком очевиден. Нет. Я не способен причинить ей боль, какой бы сильной ни была моя собственная. Именно это причиняло мне самые мучительные страдания. Я уже понимал, что, скорее всего, прощу её... но забыть никогда не смогу. Эта рана останется внутри навсегда и будет напоминать о себе каждый раз, когда я посмотрю ей в глаза.
Я медленно скользнул взглядом по её лицу. По длинным ресницам, аккуратному носу, мягким губам, которые так и манили снова прикоснуться к ним. Но стоило этой мысли появиться, как внутри всё сжалось. Я не имел права целовать её после того, что сам едва не совершил. Если Райли ни в чём не виновата, значит виноват здесь только я. Пусть между мной и Дианой ничего не произошло, но сам факт того, что на одно мгновение я позволил злости затмить разум, уже казался мне предательством.
Сон не приходил. Я продолжал сидеть рядом, не сводя глаз с Райли, снова и снова возвращаясь к одним и тем же мыслям. Тишину нарушила вибрация телефона. Я взял его с прикроватной тумбы и увидел имя Джона. Открыв переписку, я заметил несколько новых сообщений.
- Ты уже приехал в Ньюверк. (Д)
Я быстро набрал ответ.
- Да. Я уже в особняке. (Л)
Ответ пришёл почти сразу.
- Это был не вопрос. Хотя ладно... Что случилось? Ты выяснил, кто стоит за нападением? (Д)
Иногда я искренне удивлялся тому, как быстро Джон узнавал любую информацию. Казалось, не существовало ни одного события, о котором он не был бы осведомлён. Пока остальные только начинали что-то выяснять, он уже знал половину ответов.
- Нет. Один из нападавших был готов всё рассказать, но его убили раньше, чем он успел назвать имя. (Л)
Через несколько секунд экран снова загорелся.
- Это я тоже знаю. Но у меня есть хорошие новости. Кажется, я выяснил кое-что гораздо важнее. (Д)
Я невольно приподнял бровь и сразу же написал:
- И что именно? (Л)
- Мне удалось узнать, откуда вышли те люди. Я отправлю координаты. Когда доберёшься туда, сам всё поймёшь. Есть вероятность, что именно там скрывается человек, которого вы ищете. (Д)
Мы переписывались ещё довольно долго. Джон подробно объяснил, каким образом ему удалось выйти на след нападавших, рассказал, где они собирались перед нападением, и отправил точные координаты этого места. По его словам, там находился человек, который мог быть не просто одним из исполнителей, а тем самым предателем.
Закончив разговор, я ещё несколько секунд смотрел на экран телефона. Затем снова открыл присланные координаты. Это место находилось глубоко в лесу, вдали от дорог и чужих глаз.
Я медленно сжал телефон в руке.
Завтра я отправлюсь туда.
И если предатель действительно окажется там... он уже не уйдёт.
Райли
Я почувствовала резкую боль в животе и невольно поморщилась. Сон медленно отступал, и, приоткрыв глаза, я недовольно посмотрела вниз. Лукас спал, положив голову мне на живот, крепко обнимая меня, словно даже во сне боялся отпустить. Новый укол боли заставил меня тихо зашипеть. Осторожно, но довольно резко я сдвинула его голову в сторону и повернулась на бок, надеясь снова уснуть. Однако не прошло и нескольких секунд, как сильная рука легла мне на талию, а затем одним движением притянула обратно. Я вновь оказалась лежащей на спине, а Лукас, будто ничего не произошло, снова устроился у меня на животе, крепко обняв меня.
Я невольно улыбнулась и запустила пальцы в его волосы, медленно перебирая их. Обычно это всегда успокаивало нас обоих. Но боль в животе вновь пронзила меня, и улыбка сразу исчезла.
- Лукас... может, немного поднимешь голову?.. Мне неудобно. - тихо попросила я.
Он медленно открыл глаза и поднял на меня взгляд. В его глазах не было привычного тепла. Только усталость... и что-то ещё. Что-то тяжёлое, болезненное и холодное. Несколько секунд он молча смотрел на меня, а потом грубо произнёс:
- Странно... А тогда тебе неудобно не было. Почему именно сейчас?
Я растерянно смотрела на него, не понимая, о чём он говорит. Его слова прозвучали настолько резко, что внутри всё неприятно сжалось. Я лишь сильнее прикусила губу. Может, он всё ещё злится из-за вчерашнего нападения? Но... почему тогда злость направлена именно на меня?
- Мне просто неудобно... - тихо ответила я. - Немного отодвинь голову, и всё.
Лукас ещё несколько секунд молча смотрел на меня так пристально, будто пытался найти во мне ответ на какой-то вопрос. В его взгляде появилось подозрение, которого я раньше никогда не видела. Затем он молча поднялся с кровати и, не сказав больше ни слова, ушёл в ванную, с такой силой захлопнув дверь, что я невольно вздрогнула. Через мгновение послышался шум льющейся воды.
Я ещё долго смотрела на закрытую дверь, пытаясь понять, что произошло. Всего несколько слов... а ощущение было такое, будто между нами за одну ночь выросла невидимая стена. Я ведь не хотела говорить, что мне больно. Не хотела, чтобы он снова переживал из-за моего состояния. Но, кажется, сегодня ему было совсем не до моих чувств.
Поднявшись с кровати, я подошла к зеркалу и стала медленно расчёсывать спутанные после сна волосы. Время от времени взгляд сам возвращался к двери ванной. В голове крутились десятки вопросов, но ни на один из них у меня не было ответа.
Через несколько минут дверь открылась. Лукас вышел, с мокрых волос всё ещё стекали капли воды. На нём было лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер. Он даже не посмотрел в мою сторону. Спокойно прошёл мимо меня к шкафу, на ходу снял полотенце и отбросил его на пол, словно вовсе не замечая моего присутствия. Достав костюм, он начал неторопливо одеваться: сначала бельё, затем брюки, рубашка... Его движения были уверенными и холодными, без единой лишней эмоции.
Я больше не выдержала и подошла ближе.
- Лукас... любимый... Что случилось? Расскажи мне.
Он застегнул последнюю пуговицу рубашки, поправил воротник, накинул пиджак и только после этого медленно поднял на меня глаза. Взгляд оставался таким же холодным и отчуждённым.
- Это я должен спросить тебя, Райли. Что случилось?
Я непонимающе покачала головой.
-Ничего... Если это из-за моих слов, то мне было не по себе.
Он долго смотрел мне прямо в глаза, словно пытался поймать меня на лжи. Потом молча отвернулся, открыл тумбочку возле кровати и начал доставать оружие, привычными движениями пряча его под пиджаком. Всё это время он полностью игнорировал моё присутствие.
- Куда ты собираешься? - тихо спросила я.
- В штаб. Вернусь ночью, - коротко ответил он тем же холодным, почти официальным голосом.
Я нахмурилась и подошла ещё ближе.
- Это из-за вчерашнего? Ты что-то узнал?
Он бросил на меня быстрый взгляд.
- Тебе не нужно лезть в эти дела. Занимайся своим.
Его слова больно ударили прямо в сердце. Никогда раньше он не разговаривал со мной так. Я почувствовала, как внутри всё болезненно сжалось, но не позволила себе показать это. Медленно подняв подбородок, я посмотрела ему прямо в глаза и уже таким же холодным голосом ответила:
- Хорошо. Езжай. И можешь вообще не возвращаться. Я тебя ждать не буду.
Я развернулась и направилась к ванной комнате, но не успела сделать и нескольких шагов. Лукас стремительно догнал меня, крепко обхватил ладонью за шею и резко притянул к себе. Его губы тут же накрыли мои. Поцелуй был совсем не таким, как обычно. В нём смешались злость, ревность, страх и какая-то отчаянная жажда удержать меня рядом. Он не отпускал меня ни на секунду, то прикусывая губы, то вновь впиваясь в них, а пальцы на моей шее сжимались всё сильнее. Второй рукой он притянул меня ещё ближе к себе, будто боялся, что я исчезну.
Едва оторвавшись от моих губ, он почти прорычал:
- Нет... Нет, ты не останешься с ним. Ты поедешь со мной. Только со мной.
Я растерянно подняла на него взгляд.
- Не останусь... с ним? О чём ты вообще говоришь?
Несколько секунд он молча смотрел мне в глаза. В его взгляде смешалось столько противоречивых чувств, что я не могла понять, что происходит. Недоверие сменялось болью, затем снова появлялась злость, а где-то глубоко за всем этим скрывалась привычная нежность, словно он сам отчаянно боролся с собственными мыслями. Наконец Лукас медленно отпустил меня и тихо произнёс:
- Оденься. Ты едешь со мной.
Не став больше ничего спрашивать, я направилась в ванную, чтобы переодеться. Но Лукас вдруг сдвинулся с места, подошёл к двери и, закрыв её своей спиной, остался стоять, полностью перекрывая мне выход.
- Я должна переодеться. Ты сам только что это сказал. Дай мне пройти.
Он даже не шелохнулся. Лишь продолжал внимательно смотреть на меня, словно пытался разглядеть то, чего не видел раньше.
- Переодевайся здесь, - спокойно сказал он. - Ты моя жена. Я ведь никогда ничего не скрываю от тебя. Спокойно переодеваюсь при тебе.
Я медленно прикусила внутреннюю сторону щеки, стараясь не сорваться.
- Лукас... объясни мне, что происходит. Что с тобой? Ты сам на себя не похож.
Он будто вовсе не услышал моего вопроса.
- А есть что-то, что ты скрываешь под этой одеждой?
Я устало закатила глаза.
- Серьёзно?..
Не говоря больше ни слова, я начала переодеваться прямо перед ним, оставаясь лишь в белье. Всё это время Лукас молча наблюдал за мной. Его взгляд медленно скользил по моему телу так внимательно, будто он искал на нём ответы на собственные вопросы.
Я не выдержала.
- На моём теле нет ничего, чего бы ты раньше не видел. И уж тем более тебе нечего искать.
Я отвернулась, быстро натянула свитер, брюки, застегнула сапоги на каблуках и надела сверху пальто. Когда снова посмотрела на Лукаса, его лицо уже не было таким жёстким. Теперь в его глазах читалось сомнение, словно всё это время он пытался убедить самого себя в том, во что до конца не верил.
Он медленно подошёл ко мне, осторожно коснулся моего лица и снова поцеловал. На этот раз поцелуй всё ещё оставался жадным, но в нём уже не было той ярости, что несколько минут назад. Скорее отчаяние.
Неохотно отстранившись, он тихо прошептал мне почти в самые губы:
- Райли...
Он ещё несколько секунд смотрел мне в глаза, затем развернулся и, уже стоя у двери, спокойно сказал:
- Давай быстрее. У тебя вся помада размазалась.
Он открыл дверь и вышел в коридор.
Я подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Помада действительно была безнадёжно размазана.
Я раздражённо посмотрела в сторону двери и громко крикнула ему вслед:
- Это вообще-то ты всё размазал, козёл!
Тот прошёл вперёд, а я быстро стёрла салфеткой размазанную помаду, ещё раз подкрасила губы и вышла следом.
Лукас уже ждал меня внизу. Стоило мне подойти ближе, как он без единого слова крепко взял меня за запястье и повёл к выходу. Его пальцы сжимали мою руку сильнее обычного, словно он боялся, что я исчезну, если хоть на секунду отпустит.
Во дворе нас уже ждала машина. Возле неё стоял Ромео. Заметив нас, он сразу сделал шаг вперёд и, уважительно кивнув, протянул Лукасу ключи.
- Вот ключи, мистер Лукас.
Лукас не спешил их брать. Он несколько секунд молча смотрел Ромео прямо в глаза. Настолько пристально, что даже мне стало не по себе. Ромео сначала спокойно выдерживал этот взгляд, но потом заметно нахмурился.
- Что-то случилось, мистер Лукас? - осторожно спросил он.
Лукас ничего не ответил. Лишь медленно забрал ключи из его руки, после чего холодно произнёс:
- Райли, садись в машину.
Я непонимающе посмотрела сначала на Лукаса, потом на Ромео. Между ними явно чувствовалось какое-то странное напряжение, которого я не могла понять. Лукас лишь коротко кивнул в сторону автомобиля и отпустил моё запястье.
Гордо приподняв подбородок, я обошла машину, открыла переднюю пассажирскую дверь и села рядом с водительским сиденьем. Закрывать дверь сразу не стала. Мне было хорошо видно обоих через лобовое стекло.
Ромео что-то тихо говорил Лукасу, иногда удивлённо качая головой. По его лицу было видно, что он искренне не понимает, почему тот ведёт себя настолько холодно. Лукас же стоял совершенно неподвижно. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Он отвечал коротко, сухо, не сводя с Ромео тяжёлого взгляда. От этой картины внутри почему-то стало тревожно.
Наконец разговор закончился. Лукас развернулся, подошёл к машине, сел за руль и с такой силой захлопнул дверь, что я невольно вздрогнула. Через секунду двигатель громко зарычал, и автомобиль резко сорвался с места.
Первые несколько минут мы ехали в полной тишине. Лукас не произнёс ни слова. Его взгляд был прикован только к дороге, а пальцы так сильно сжимали руль, что костяшки побелели. Казалось, внутри него происходила какая-то тяжёлая борьба, о которой он не собирался мне рассказывать.
Телефон тихо завибрировал. Он лишь мельком взглянул на экран, сразу заблокировал его и положил руку на рычаг коробки передач. Я осторожно посмотрела на его напряжённый профиль, а затем медленно накрыла его ладонь своей.
Лукас сразу повернул голову ко мне. Его взгляд оказался настолько тяжёлым, что сердце болезненно сжалось. В нём смешались злость, боль, сомнение и какая-то необъяснимая тоска.
Я слегка подалась вперёд и осторожно коснулась его губ своими.
- Извини... - тихо прошептала я. - Я не хотела с самого утра испортить тебе настроение. Правда... прости меня, Лукас.
Он ещё несколько долгих секунд молча смотрел мне в глаза, будто пытался найти ответ на какой-то мучивший его вопрос. Но так ничего и не сказал. Лишь медленно отвернулся и снова перевёл взгляд на дорогу.
От его молчания становилось всё тяжелее. Я совершенно не понимала, что происходит. Никогда прежде он не смотрел на меня с такой холодной отстранённостью. Казалось, рядом со мной сидел совсем другой человек.
Мы продолжали ехать всё дальше. За окном мелькали густые деревья, а дорога становилась всё уже. Я нахмурилась. Это был вовсе не путь к штабу. Я уже хотела спросить, куда мы направляемся, но, взглянув на напряжённое лицо Лукаса, снова промолчала.
Прошло ещё около двадцати минут, когда впереди среди деревьев показался большой деревянный дом. Лукас сразу сбросил скорость. Машина медленно остановилась в нескольких десятках метров от него.
Он уже потянулся к двери, но перед тем как выйти, коротко произнёс:
- Оставайся здесь.
Лукас уже потянулся к дверной ручке, собираясь выйти, как внезапно воздух разорвал оглушительный взрыв. Земля под машиной едва заметно дрогнула, а впереди огромный деревянный дом за считанные секунды исчез в ярком столбе огня. В небо взметнулись обломки, густой чёрный дым стремительно окутал верхушки деревьев. У меня заложило уши, сердце болезненно ударилось о грудную клетку, а дыхание на мгновение остановилось. Я ошеломлённо перевела взгляд на Лукаса. Он сидел неподвижно, не мигая смотрел на полыхающий дом, словно до последнего надеялся, что всё происходящее ему только кажется. Затем с силой ударил кулаком по рулю.
- Чёрт... Чёрт!..
Он резко развернул машину и на высокой скорости помчался обратно по лесной дороге. Я ещё несколько секунд смотрела на его напряжённый профиль, пытаясь понять, что вообще произошло. Он молчал. Настолько тяжёлое молчание я чувствовала впервые.
- Лукас... любимый... - тихо начала я. - Что случилось? Почему...
Он так резко ударил по тормозам возле трассы, что меня дёрнуло вперёд. Машина остановилась посреди обочины. Лукас медленно повернулся ко мне, и я вздрогнула. Никогда раньше я не видела в его глазах столько злости.
- Не называй меня так! - почти крикнул он. - Как ты можешь называть меня любимой, когда спокойно ложишься в постель к другому? Хватит, Райли! Я всё знаю!
Я застыла, не сразу понимая смысл его слов. Несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь осознать услышанное.
- Что?.. - мой голос дрогнул. - О чём ты вообще говоришь, Лукас? Какая постель? Какой другой мужчина? Ты сам понимаешь, что сейчас говоришь?
Он продолжал смотреть на меня не мигая. Его взгляд был настолько тяжёлым, что внутри всё болезненно сжалось.
- Я знаю про тебя и Ромео. Хватит строить из себя невиновную. И скажи спасибо, что этот ублюдок до сих пор жив.
- Ромео?.. - почти выкрикнула я. - При чём здесь Ромео? Лукас, ты вообще слышишь себя? Ты не в себе!
На его лице появилась горькая усмешка.
- Диана всё мне рассказала. Более того... она показала фотографии. Пока меня не было рядом, ты вместе с Ромео ездила в тот деревянный дом в лесу. Вы заходили туда вдвоём. Ты изменила мне, Райли.
В этот момент внутри будто что-то оборвалось. Всё затихло. Даже его голос перестал звучать. Я лишь смотрела ему в глаза, не веря, что человек, который ещё вчера клялся мне в любви, сейчас обвиняет меня в таком.
- Измена?.. - едва слышно повторила я. - И... ты действительно ей поверил?
Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы, но не позволила ни одной из них сорваться. Вместо боли внутри начала медленно подниматься обжигающая ярость.
- Лукас... ты даже не спросил меня. Не дал мне ничего объяснить. Ты просто выслушал её... и решил, что я способна на такое? После всего, что между нами было? После всего, через что мы прошли? От тебя... именно от тебя... я никогда не ожидала такого.
Он уже не выглядел таким уверенным. На мгновение в его взгляде промелькнуло сомнение, но он всё равно тихо произнёс:
- Хочешь сказать, этого не было? Я своими глазами видел фотографии. Ты и Ромео заходите вдвоём в деревянный дом.
Я горько усмехнулась, чувствуя, как внутри всё окончательно ломается.
- Мы были не вдвоём. Позади нас шли наши люди. И это был тот самый день, когда погибла Джиана. Место где умерла Джианна. Но зачем я вообще пытаюсь тебе что-то объяснить? Ты ведь уже сделал свой выбор. Ты поверил своей Диане... а не собственной жене.
Я отвернулась к окну, изо всех сил сдерживая дрожь в голосе.
- Отвези меня обратно в особняк... а потом можешь ехать куда захочешь. Сейчас я не хочу ни видеть тебя... ни слышать.
Он ещё долго молча сидел, не заводя машину. В салоне стояла такая тяжёлая тишина, что мне казалось, будто даже воздух между нами стал другим. Я чувствовала его взгляд на себе, чувствовала, что Лукас хочет что-то сказать, но не решается. Возможно, он ждал, что я первая заговорю, что снова посмотрю на него и всё забуду, как делала раньше. Но сейчас я не могла. Я просто смотрела в окно, наблюдая за деревьями, которые мелькали перед глазами, хотя на самом деле ничего вокруг не замечала.
Я боялась повернуться к нему. Боялась увидеть в его глазах то, что уже увидела раньше - сомнение. Сомнение в моих словах, в моей любви, во мне самой. Ведь самое болезненное было даже не обвинение в измене. Самым страшным было то, что человек, которому я доверяла больше всех, хотя бы на секунду смог подумать, что я способна сделать ему больно.
Для него я всегда была той, кто должна была стоять рядом, защищать его, верить ему даже тогда, когда весь мир был против него. А теперь получилось наоборот. Теперь именно он смотрел на меня так, будто я стала для него чужой.
Через несколько минут он всё-таки завёл машину. Двигатель тихо загудел, и мы снова поехали. Но даже после этого между нами ничего не изменилось. Мы оба молчали. Не было привычных разговоров, не было его попыток взять меня за руку или сказать что-нибудь, что заставило бы меня улыбнуться.
Я продолжала смотреть в окно, прижимаясь к двери. Внутри было слишком много мыслей, слишком много боли, чтобы сказать хоть слово. Я пыталась понять, в какой момент всё стало таким сложным. Когда любовь, которая раньше казалась самым сильным оружием против всего мира, вдруг стала причиной самой сильной боли.
Меня ранили не слова Дианы. Я знала, кто она и чего хочет. Я знала, что она может говорить что угодно ради того, чтобы получить Лукасa. Но от неё я и не ожидала ничего другого.
Меня ранил он.
То, что он поверил ей. То, что он не спросил меня сразу. То, что он позволил чужим словам встать между нами.
Спустя долгое время машина остановилась возле особняка. Я почувствовала, как Лукас повернулся ко мне, и его голос тихо произнёс:
- Райли...
Но я больше не могла слушать. Не потому что не хотела услышать его. А потому что боялась, что если он сейчас скажет что-то мягкое, если снова посмотрит на меня так, как раньше, я забуду всю боль и снова позволю ему ранить себя.
Я резко открыла дверь и вышла из машины, не дав ему договорить. Дверь с громким хлопком закрылась за мной, разнеся звук по всему двору. Я не посмотрела назад. Не хотела видеть его лицо. Не хотела знать, смотрит ли он мне вслед.
Я просто пошла вперёд, стараясь держать спину прямо, хотя внутри всё уже давно разрушалось.
Поднявшись по лестнице, я почти сразу увидела Диану. Она стояла рядом с Арией и что-то ей говорила. Услышав мои шаги, они обе повернулись. Ария посмотрела на меня всего несколько секунд, будто оценивая моё состояние, а потом что-то тихо сказала Диане и ушла вниз, оставляя нас одних.
Диана медленно осмотрела меня. В её взгляде не было ни капли сожаления. Только удовлетворение. Она будто наслаждалась тем, что видела перед собой женщину, которой удалось причинить боль.
На её губах появилась лёгкая улыбка.
- Что-то не так? Ты какая-то грустная.
Я остановилась напротив неё и несколько секунд просто смотрела на неё, пытаясь понять, насколько далеко она готова зайти ради своей игры.
- Диана, ты играешь в очень опасную для себя игру, - спокойно сказала я. - И если ты действительно думаешь, что сможешь поссорить меня с Лукасом, то ты сильно ошибаешься.
Она тихо усмехнулась и скрестила руки на груди.
- Я это уже сделала, - ответила она с такой уверенностью, будто давно ждала момента сказать эти слова. - И знаешь, это было намного проще, чем я ожидала.
Я слегка прищурилась. Её уверенность только подтверждала мои догадки.
- Кто тебе помог? - спросила я холодно. - Потому что, твоя голова слишком пуста, чтобы придумать что-то подобное самостоятельно.
Диана раздражённо закатила глаза, но ничего не ответила. И именно это молчание сказало мне больше, чем любые слова.
Я медленно улыбнулась.
- Ария... - произнесла я, наблюдая за её реакцией. - Не так ли?
На её лице на секунду появилась тень удивления, и этого было достаточно.
Я подошла ещё ближе и тихо продолжила:
- Тогда слушай внимательно, Диана. И передай своей помощнице тоже. Нас с Лукасом никто никогда не сможет поссорить.
Я сделала паузу, позволяя своим словам повиснуть между нами.
- Вы можете пытаться сколько угодно. Можете придумывать новые планы, можете искать новых людей, которые помогут вам разрушить то, что между нами есть. Но запомни одну вещь...
Я посмотрела ей прямо в глаза.
- Даже если вас станет больше, даже если весь мир будет против нас, его чувства ко мне не исчезнут. Они не погаснут только потому, что кому-то захотелось увидеть наше падение.
Я уже собиралась развернуться и уйти, потому что больше не хотела продолжать этот разговор. Мне казалось, что я уже всё сказала, что она не сможет изменить мою уверенность в нас с Лукасом, но именно в этот момент за моей спиной раздался её спокойный голос:
- Да? Поэтому вчера он был со мной?
Я остановилась не сразу понимая смысл её слов. Несколько секунд я просто стояла неподвижно, будто мой мозг отказывался принимать услышанное. Внутри что-то болезненно дрогнуло, и это была не злость, которую я привыкла показывать всем вокруг, а что-то намного глубже. Она словно нашла самое слабое место и ударила именно туда, куда я сама боялась смотреть.
Медленно я повернулась к ней, стараясь не показать, что её слова хоть как-то меня задели.
- Ты вообще с ума сошла? - произнесла я холодно, хотя внутри уже появилось неприятное чувство тревоги. - О какой ночи ты говоришь?
Диана не ответила сразу. Она сделала несколько шагов ближе, наслаждаясь тем, что впервые смогла заставить меня сомневаться. Её взгляд был слишком уверенным, слишком спокойным, будто она заранее знала, какой эффект произведут её слова.
- Вчера ночью Лукас был со мной, Райли, - сказала она тихо. - Он изменил тебе со мной. Сделал это в ответ на твою измену.
Я продолжала смотреть на неё, пытаясь найти хоть малейший признак лжи. Хоть что-то, что показало бы мне, что она просто пытается разрушить нас очередной своей игрой. Но она выглядела настолько уверенной, что внутри меня впервые за долгое время появилась холодная пустота.
- Мне даже жаль тебя, - продолжила она, будто действительно сожалела обо мне. - Может быть, ты и правда не виновата. Но тебе всё равно изменили.
Я медленно покачала головой, отказываясь верить в её слова. Но в памяти начали появляться моменты этого утра: его холодный взгляд, его резкость, то расстояние, которое вдруг появилось между нами. И самое страшное было не в том, что Диана говорила. Самое страшное было в том, что какие-то мелочи начали складываться в одну картину.
Она заметила мою реакцию и тихо усмехнулась.
- Теперь понимаешь, почему он был таким утром? Почему смотрел на тебя так? Ты ему больше не нужна, Райли.
Я несколько секунд молчала, чувствуя, как внутри поднимается боль. Мне хотелось закричать на неё, сказать, что она врёт, что она никогда не сможет занять моё место. Но я не позволила себе показать ей слабость. Если она действительно хотела увидеть, как я сломаюсь, я не собиралась доставлять ей это удовольствие.
Я медленно подняла подбородок и посмотрела ей прямо в глаза.
- Ты правда думаешь, что одна ночь сделает тебя мной?
Мой голос был спокойным, хотя внутри всё дрожало.
- Диана, запомни одну вещь. Ты можешь получить его внимание, можешь заставить его злиться на меня, можешь даже заставить его сомневаться во мне, но ты никогда не займёшь моё место.
Я сделала небольшую паузу, продолжая смотреть на неё.
- Потому что его сердце принадлежит мне. И даже если вокруг него будет миллион девушек, он всё равно будет искать меня среди всех остальных.
Я развернулась и ушла, не позволив ей увидеть, насколько сильно её слова задели меня. Я держалась до последнего, пока дверь нашей комнаты не закрылась за моей спиной, пока я наконец не осталась одна.
Только тогда вся сила исчезла.
Пальто соскользнуло с моих плеч и упало куда-то рядом, а я даже не заметила этого. Я просто опустилась на пол, чувствуя, как слёзы, которые я так долго удерживала, наконец вырвались наружу.
Я столько раз выбирала его. Столько раз ставила его жизнь выше своей. Я была готова закрыть его собой, потерять всё ради него, лишь бы он был жив и рядом со мной. Но почему сейчас оказалось так легко поверить чужим словам и так сложно поверить мне?
Я закрыла лицо руками, пытаясь остановить слёзы, но не могла.
- Почему я люблю тебя?.. - тихо прошептала я.
И больше всего меня разрушало даже не то, что он мог ошибиться. А то, что несмотря на всю боль, несмотря на его недоверие и слова, которые ранили меня сильнее любого оружия, моё сердце всё равно продолжало выбирать только его.
Я долго сидела на полу, не чувствуя времени. Слёзы уже перестали быть просто слезами - они стали единственным способом выпустить ту боль, которая будто разрывала меня изнутри. Я пыталась убедить себя, что слова Дианы ничего не значат, что она специально пытается разрушить нас, что Лукас никогда не смог бы так поступить со мной, но чем больше я думала, тем сильнее в голове всплывали его холодный взгляд, его отстранённость и то, как он смотрел на меня утром. Самое страшное было даже не то, что сказала Диана. Самое страшное было то, что где-то глубоко внутри появилась маленькая, ужасная мысль: «А вдруг это правда?»
Я закрыла глаза и прижала ладони к лицу, стараясь успокоиться, но сердце всё равно продолжало болезненно сжиматься. Я столько раз выбирала его, столько раз ставила его жизнь выше своей, не задумываясь о последствиях. Я была готова потерять всё, лишь бы с ним ничего не случилось. Но почему, когда пришло время выбрать между мной и чужими словами, он даже на секунду усомнился во мне?
Именно в этот момент в тишине комнаты раздался звук телефона. Сначала я даже не обратила внимания, но звонок продолжался, заставляя меня медленно поднять взгляд. Я посмотрела на экран и увидела неизвестный номер. Внутри сразу появилось неприятное чувство, будто что-то подсказывало мне, что этот звонок не случайность.
Я несколько секунд смотрела на телефон, размышляя, стоит ли отвечать, но всё же протянула руку и приняла вызов.
- Райли Картер...
Голос на другом конце был холодным и тяжёлым, от него по коже сразу прошёл неприятный холод.
- Да? Кто это? - спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.
- Человек, которого вы так долго искали вместе со своим мужем. Я хочу встретиться с вами. Один на один. Разговор будет о вашем муже.
Я нахмурилась, крепче сжав телефон в руке.
- Мне нечего говорить с вами о Лукасе.
На несколько секунд повисла тишина, а потом мужчина спокойно произнёс:
- Если вы не приедете, вашему мужу будет очень опасно. И тогда его не спасёт никто. Даже вы.
Моё сердце пропустило удар.
- Чего вы хотите?
- Только встречи. Мне больше ничего от вас не нужно. Но вы должны приехать одна. Если появитесь не одна, плохо будет не только Лукасу.
После этих слов связь оборвалась.
Я ещё несколько секунд сидела неподвижно, глядя на потухший экран телефона. В голове смешались злость, страх и боль. Ещё несколько минут назад я ненавидела Лукаса за то, что он мне не поверил, но стоило кому-то сказать, что ему грозит опасность, как все остальные чувства исчезли.
Я встала, вытерла оставшиеся слёзы и подошла к двери. Внутри я понимала, что это может быть ловушка. Понимала, что идти одной опасно. Но если этот человек действительно связан с теми, кто пытался убить Лукаса, я не могла просто остаться здесь и ждать.
Перед выходом мой взгляд остановился на оружии, которое лежало на тумбе Лукаса. Несколько секунд я колебалась, а потом взяла его с собой.
Я не знала, что меня ждёт впереди. Не знала, кто будет стоять передо мной. Но одно я знала точно: если кто-то решил использовать Лукаса, чтобы добраться до меня, он выбрал не того человека.
Я вышла из особняка, стараясь не думать о том, что делаю. Села в машину одна и завела двигатель. Я ещё несколько секунд сидела в машине, не заводя двигатель, глядя перед собой через лобовое стекло. В голове всё ещё звучал голос того человека, его спокойная угроза и слова о Лукасе. Я понимала, что это может быть ловушкой. Понимала, что человек, который действительно хочет причинить вред, никогда не станет предупреждать о своих намерениях. Но именно это и заставляло меня задуматься: если он знает о нападении, если он связан с теми людьми, которых мы ищем, значит, у него есть информация, которую нельзя упустить. Я слишком хорошо знала Лукаса, чтобы просто остаться в особняке и ждать, пока он снова будет рисковать своей жизнью.
Самым тяжёлым было то, что совсем недавно я хотела от него только одного - чтобы он поверил мне. Хотела, чтобы он посмотрел мне в глаза и понял, что я никогда не смогла бы предать его. Но даже после всего, что произошло между нами, даже после его обвинений и боли, которую он мне причинил, я всё равно не могла позволить, чтобы с ним что-то случилось. Возможно, это была моя слабость. Возможно, именно этим люди и могли пользоваться против меня. Но если любовь к нему была моей уязвимостью, я всё равно не собиралась от неё отказываться.
Я завела машину и направилась по координатам, которые пришли вместе с сообщением. Дорога становилась всё более пустой. Чем дальше я уезжала от города, тем сильнее становилось ощущение, что я добровольно еду туда, откуда могу уже не вернуться. Я несколько раз ловила себя на мысли, что нужно развернуться, позвонить охране или хотя бы предупредить кого-то, но каждый раз останавливала себя. Если этот человек действительно следил за нами, он бы сразу понял, что я пришла не одна. А если бы он решил действовать против Лукаса, времени на ошибки у меня не было.
Через некоторое время я увидела нужное место. Это была заброшенная часть дороги возле леса. Вокруг не было людей, только редкий свет фонарей вдали и густые деревья, которые скрывали всё вокруг. Немного дальше стоял большой чёрный автомобиль. Я остановилась на расстоянии и не сразу вышла, внимательно осматривая территорию. Слишком тихо. Слишком спокойно. Обычно именно такая тишина перед опасностью пугала больше всего.
Я взяла оружие, которое спрятала под пальто, и только после этого вышла из машины. Не показывая страха, я медленно пошла вперёд. Мужчина в чёрной маске стоял рядом с автомобилем и ждал меня. Он не двигался, будто заранее знал, что я всё равно приду.
Когда я остановилась на безопасном расстоянии, он повернулся ко мне.
- Вот и мы встретились, Райли Картер.
Я сразу узнала этот голос. Тот самый холодный, низкий голос, который несколько минут назад раздался в телефонной трубке и заставил меня оставить всё и приехать сюда. Я не показывала страха, хотя внутри всё было напряжено до предела. Каждая мышца была готова к опасности, а взгляд внимательно изучал мужчину напротив, пытаясь понять, кто скрывается за маской.
- Ты хотел разговора. Я пришла. Теперь говори, - спокойно произнесла я, стараясь, чтобы в моём голосе не было ни капли сомнения.
Мужчина несколько секунд молчал, словно специально растягивал этот момент и изучал мою реакцию. Казалось, он ожидал увидеть испуг или растерянность, но я лишь продолжала смотреть прямо на него, не позволяя ему получить то, чего он хотел.
- Интересно... Ты действительно пришла одна. Я ожидал, что Картеры будут осторожнее.
- Не трать моё время, - холодно ответила я.
Он слегка наклонил голову, будто мои слова его забавляли, а затем медленно сделал шаг ближе, но я осталась на месте, не двигаясь ни на сантиметр.
- Хорошо. Тогда перейдём сразу к тому, зачем ты здесь.
Его голос стал серьёзнее, и он продолжил:
- Я знаю, что происходит между тобой и Лукасом. Знаю, что между вами сейчас появились трещины. Знаю, что человек, который раньше смотрел на тебя так, будто ты была единственной женщиной в его мире, теперь смотрит на тебя через призму сомнений.
Внутри меня снова поднялась злость. Не потому что он говорил о Лукасе, а потому что этот незнакомец слишком много знал о том, что происходило между нами.
- Ты слишком много говоришь о том, чего не знаешь.
- Я знаю достаточно, - спокойно произнёс он. - Я знаю, что он поверил чужим словам быстрее, чем твоим. Знаю, что он позволил сомнениям разрушить доверие между вами. Знаю, что сейчас ты стоишь здесь не потому, что тебе всё равно, а потому что даже после всего этого ты всё ещё переживаешь за него.
Я сжала пальцы, стараясь сохранить спокойствие, но внутри всё болезненно отзывалось. Он говорил правду только наполовину, а именно поэтому его слова раздражали ещё сильнее.
- И что дальше? - спросила я, не отводя взгляда.
Мужчина сделал небольшую паузу, будто хотел убедиться, что я готова услышать его предложение.
- Дальше я предлагаю тебе то, чего ты сейчас хочешь больше всего.
Я прищурилась.
- И чего же?
За маской невозможно было увидеть его лицо, но в его голосе появилась холодная уверенность.
- Возмездия.
Несколько секунд между нами царила тишина.
- Ты злишься на Лукаса, - продолжил он. - Он причинил тебе боль. Он обвинил тебя в том, чего ты, возможно, не делала. Он выбрал поверить другой женщине, а не той, которая была готова стоять рядом с ним до конца. Разве ты не хочешь, чтобы он почувствовал хотя бы часть той боли, которую почувствовала ты?
Я медленно посмотрела на него, постепенно понимая, куда он ведёт этот разговор.
- Ты хочешь, чтобы я убила собственного мужа?
- Нет. Я хочу, чтобы ты позволила мне сделать это. А взамен я дам тебе то, что ты хочешь получить больше всего.
Я уже знала ответ ещё до того, как произнесла его.
- Диану.
Он ничего не ответил, но его молчание сказало больше любых слов.
Я медленно усмехнулась, чувствуя не злость, а настоящее разочарование.
- Ты действительно ничего не понимаешь.
Мужчина слегка нахмурился.
- Ты думаешь, что из-за одной ссоры, из-за одной ошибки я стану врагом человека, которого защищала даже тогда, когда он сам сделал мне больно? Думаешь, что моя обида сильнее того, что я чувствую к нему?
Мой голос стал холоднее.
- Да, я злюсь на Лукаса. Да, он ранил меня. Да, мне больно от того, что он смог усомниться во мне. Но это не значит, что я желаю ему смерти.
Я сделала шаг назад, продолжая смотреть ему прямо в глаза.
- Я никогда не предам его. Ни ради мести. Ни ради своей боли. Ни ради кого-либо ещё.
Некоторое время мужчина молчал, а потом тихо произнёс:
- Значит, ты всё ещё любишь его.
Я ничего не ответила. Потому что ответ был очевиден даже без слов. Несмотря на злость, несмотря на боль, несмотря на всё произошедшее, моё сердце всё ещё выбирало его.
- Тогда ты действительно его слабость, Райли Картер.
От этих слов внутри появилось неприятное предчувствие.
- Нет, - спокойно сказала я, глядя на него. - Ты ошибаешься. Лукас не моя слабость. И я не его.
Я уже собиралась развернуться и уйти, когда краем глаза заметила движение среди деревьев. Сначала я подумала, что мне показалось, но затем увидела силуэты, которые медленно выходили.
Всё это время разговор был лишь отвлечением.
Я резко напряглась и потянулась рукой к оружию, но они оказались быстрее. Двое мужчин появились рядом почти мгновенно. Один схватил меня за руку, пытаясь обездвижить, второй попытался сбить меня с равновесия.
Я сопротивлялась всеми силами, потому что теперь понимала их цель. Им нужна была не просто я. Они хотели использовать меня против Лукаса.
- Отпустите меня! - резко потребовала я, пытаясь вырваться.
Но их было слишком много. Каждое движение становилось тяжелее, хватки становились сильнее, а силы постепенно покидали меня.
Кто-то резко прижал к моему лицу ткань, и в следующий момент я почувствовала резкий запах. Я попыталась задержать дыхание, попыталась бороться, но тело уже переставало слушаться меня.
Последнее, что я услышала, был собственный голос, который становился всё тише:
- Лукас...
Я не знала, услышит ли он меня когда-нибудь. Не знала, успеет ли найти меня. Но даже в тот момент, когда сознание медленно уходило, когда весь мир начал растворяться вокруг, я звала только его.
А потом наступила тишина.
Лукас
Я поехал в тот самый деревянный дом в лесу. Именно тот, который был на фотографиях, показанных мне Дианой. Она уверяла, что именно здесь Райли изменила мне с Ромео. Но Райли говорила совсем другое. Она сказала, что это место, где она убила Джианну. Две совершенно разные истории. Две разные правды. Я долго сидел в машине, не сводя взгляда со старого деревянного дома. После нашего разговора мне уже не хотелось искать подтверждение измене. Наоборот, я хотел найти хоть что-то, что докажет, что Райли говорила правду. Я хотел вернуться в особняк, подойти к ней, извиниться за каждое сказанное слово, притянуть её к себе, поцеловать и просто сказать, что не могу без неё. Что всё это было не из-за недоверия, а из-за страха потерять её. Но она даже не дала мне договорить. Она ушла, оставив меня наедине с собственной ошибкой. До сих пор перед глазами стояло её лицо, полное боли и разочарования, и я понимал, что больше всего на свете не хочу видеть её такой. Я хотел только одного - чтобы она снова была рядом, смотрела только на меня и позволила всё исправить.
Войдя в дом, я медленно осмотрел гостиную. Диван был идеально заправлен, подушки лежали ровно, словно здесь давно никто не появлялся. На полу не было ни одной вещи, которая могла бы привлечь внимание. Я медленно прошёлся взглядом по комнате, после чего заметил лестницу и поднялся на второй этаж. Все спальни оказались закрыты. Я по очереди попробовал открыть каждую дверь, но безрезультатно. Я нахмурился и снова огляделся. Если бы здесь действительно произошла измена, как утверждала Диана, неужели не осталось бы хоть чего-нибудь? Хоть одного следа? Хоть малейшей детали, за которую можно было бы зацепиться? Но дом встречал меня лишь тишиной.
Я уже собирался уходить, когда заметил ещё одну комнату. Её дверь была приоткрыта. Я вошёл внутрь и внимательно осмотрелся. Комната оказалась почти пустой. Несколько старых вещей, голые стены и ничего больше. Я уже развернулся к выходу, решив, что и здесь ничего не найду, но вдруг взгляд зацепился за маленький блеск на полу. Я остановился, подошёл ближе и поднял лежавшую там брошь.
Это было маленькое солнце.
Я сразу узнал её.
Когда-то давно я сам подарил эту брошь Джианне. Тогда мне казалось, что она похожа на солнце - такая же яркая, шумная и живая. Она очень любила этот подарок и почти никогда не снимала его. Но потом всё изменилось. Мои чувства к ней исчезли так же незаметно, как когда-то появились. А когда в моей жизни появилась Райли, прошлое окончательно перестало иметь для меня значение. Я даже не заметил, как все мои мысли заняла только она. Чем бы я ни занимался, где бы ни находился, мысли всё равно возвращались к Райли. Даже во время работы я ловил себя на том, что думаю только о ней.
Я снова посмотрел на брошь, лежавшую в моей ладони, и в памяти сразу прозвучали слова Райли.
«Это место, где я убила Джианну».
Я замер.
В голове всё начало складываться само собой. Если брошь Джианны всё ещё лежит здесь, значит, она действительно была в этом доме. Диана ни разу не упоминала Джианну. Она говорила только об измене, пытаясь убедить меня, что Райли приехала сюда с Ромео. А Райли с самого начала сказала совсем другое. Она не оправдывалась. Не пыталась придумать ложь. Она сразу сказала, что именно здесь умерла Джианна.
Я так сильно сжал брошь в руке, что металл впился в ладонь. Злость накрыла меня с новой силой, но теперь она была направлена не на Райли. Я злился на себя. На собственную слепоту. На Диану, которая так легко заставила меня усомниться в женщине, которая ни разу не предала меня. Я поверил чужим словам, а не своей жене. Вместо того чтобы выслушать её, я обвинил её, сделал больно и позволил ей уйти, думая, что она потеряла моё доверие.
Я быстро вышел из дома и остановился возле машины. Ещё раз посмотрев на брошь, я с силой отбросил её далеко в сторону. Вместе с ней я хотел выбросить и все свои сомнения, потому что теперь знал правду. Сев за руль, я сразу завёл двигатель и поехал обратно в особняк. Мне нужно было как можно скорее найти Райли. Пока не стало слишком поздно.
И мысленно я уже тысячу раз просил у неё прощения. За каждое грубое слово. За каждый холодный взгляд. За то, что позволил чужой лжи оказаться сильнее доверия к собственной жене. Никогда ещё я не сожалел так сильно, как сейчас. Мне хотелось только одного - вернуться на несколько часов назад, остановить самого себя, не дать произнести ни единого обвинения, обнять Райли и сказать, что всё это было ошибкой. Но время не умеет идти назад. Оно только продолжает безжалостно двигаться вперёд, оставляя человеку лишь последствия собственных поступков.
Я приехал к особняку намного быстрее обычного, резко остановил машину и, почти не заглушив двигатель, вышел наружу. Быстрым шагом поднялся по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек сразу. Сердце билось всё быстрее. Я распахнул дверь нашей спальни, надеясь увидеть её, но внутри было пусто. Кровать была аккуратно застелена, вещи лежали на своих местах, а в комнате стояла непривычная тишина. Я заглянул в ванную - никого. Тогда, уже начиная чувствовать необъяснимую тревогу, быстро вышел обратно в коридор и почти бегом спустился вниз. В голове мелькнула мысль, что, возможно, она обедает вместе с семьёй, поэтому я сразу направился в столовую.
Но стоило мне переступить порог, как я сразу понял - что-то произошло. За столом собралась почти вся семья, однако никто не ел и даже не разговаривал. Лица были напряжёнными, растерянными, испуганными. В комнате стояла такая тяжёлая тишина, что её будто можно было потрогать руками. Все одновременно посмотрели на меня, и от этих взглядов внутри стало ещё тревожнее.
- Что происходит? - спросил я, переводя взгляд с одного лица на другое.
Отец медленно повернулся ко мне. Несколько секунд он молча смотрел мне в глаза, словно надеялся увидеть ответ раньше, чем задаст вопрос. Затем тяжело произнёс:
- Райли... не с тобой?
Я нахмурился и непонимающе покачал головой.
- В каком смысле не со мной? Я давно привёз её домой. Она должна быть здесь.
Отец медленно опустил взгляд, сжал челюсти так сильно, что на скулах заходили желваки, но так и не смог ничего сказать. Вместо него вперёд сделал шаг мой брат. Его лицо было непривычно серьёзным, а в глазах читалось то, чего я никогда раньше в них не видел.
- Райли похитили. Люди Тёмных. По нашим данным... её могут уже убить.
Всё вокруг словно исчезло в одно мгновение. Я больше не слышал голосов. Не видел лиц. Будто весь мир внезапно погрузился в абсолютную тишину. Воздуха стало катастрофически не хватать, а сердце болезненно сжалось так сильно, словно его сдавили чьей-то рукой. В голове осталась только одна мысль. Райли... Перед глазами вспыхнуло её лицо, её улыбка, её слёзы несколько часов назад, когда я собственными руками разбил её доверие. Если бы я тогда не поверил Диане... если бы не отпустил её одну... если бы просто обнял её вместо того, чтобы причинять боль... Ничего этого не произошло бы.
Я медленно прикрыл глаза, чувствуя, как всё внутри окончательно ломается. Это был я. Только я виноват в том, что случилось. Не Диана. Не Тёмные. Именно я своими руками оттолкнул женщину, которая любила меня сильнее собственной жизни. И теперь слова брата продолжали снова и снова бить по сознанию: «Её могут уже убить». Эти несколько слов причиняли боль сильнее любой пули. В тот момент я понял только одно - мне не нужно было ничего. Ни власть, ни деньги, ни место главы семьи. Я хотел лишь одного... ещё хотя бы раз увидеть Райли живой.
-Райли..
🤍 🖤 🤍
До финала осталось уже не так много глав. Мы почти подошли к концу этой истории.
Поэтому у меня к вам небольшая просьба. Если вам нравится эта книга, пожалуйста, проголосуйте за неё и оставьте отзыв. Для меня это невероятно важно. Именно ваша поддержка помогает мне не останавливаться и продолжать писать. А ещё есть вероятность, что у этой истории появится шанс попасть на полки, и ваша активность может сыграть в этом большую роль.
Обязательно напишите, как вам книга. Мне будет очень интересно прочитать мнение каждого из вас. И, конечно же, я отвечу на все ваши вопросы.
Спасибо, что вы рядом. 🖤
Ваша Кайла.💋