Глава 30. Он будет моим.
Мы сели в машину, и он сразу тронулся с места. За окнами медленно двигался город, размытый вечерними огнями, а внутри машины стояла тяжёлая тишина - напряжённая, давящая, словно между нами вот-вот должно было что-то произойти, и от этого молчания становилось только хуже, потому что каждый звук внутри казался лишним, неуместным и слишком громким, будто даже дыхание нарушало эту странную хрупкую грань между нами.
Поэтому первой заговорила я.
- Что мне сказать родителям, если они спросят про эту «красоту» на моей голове?
Я слегка коснулась повязки и повернулась к нему, чувствуя под пальцами грубую ткань бинта. Лукас мельком посмотрел на меня, задержав взгляд на бинте так, будто оценивал не мои слова, а последствия всего, что произошло за эти дни, и только потом спокойно ответил, не меняя выражения лица:
- Скажи, что ударилась. Или придумай что-нибудь ещё.Главное - не дай им узнать правду.
Я промолчала и отвернулась к окну, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение, но мысли путались, цеплялись друг за друга и снова рассыпались, оставляя внутри неприятную пустоту. Где-то под рёбрами неприятно ныло, будто это молчание медленно забиралось под кожу и становилось частью меня.
Машина остановилась на светофоре.
Несколько секунд он молчал, и эта тишина снова стала слишком плотной, почти ощутимой, будто воздух между нами сделался тяжелее, а потом Лукас неожиданно произнёс, не отрывая взгляда от дороги:
- Через четыре недели уже свадьба.
В его голосе слышалась усталость, как будто он говорил не о будущем, а о чём-то давно решённом и неизбежном, что уже невозможно изменить.
- Ты ведь не сделаешь ничего, чтобы союз сорвался?
Я повернулась к нему и встретилась с его взглядом.
Он смотрел прямо и слишком спокойно для человека, который задаёт такой вопрос. И в этом спокойствии было что-то опасное, отчего становилось сложнее дышать. Будто он видел гораздо больше, чем я пыталась показать.Будто он смотрел не на меня, а куда-то глубже - туда, куда я сама старалась не заглядывать.
Я едва заметно улыбнулась.
- Честно... сейчас я сама хочу, чтобы этот союз состоялся. Чтобы он помог вам.
Я ненадолго замолчала, чувствуя, как между нами всё ещё держится это странное напряжение, от которого сердце билось чуть быстрее обычного.
- И надеюсь, что всё получится. Я бы даже хотела увидеть самого Тёмного... или как там его... Зейда.
Уголки его губ едва заметно дрогнули в слабом подобии улыбки, почти незаметной, но достаточной, чтобы я успела это уловить. Однако взгляд остался прежним - тяжёлым, внимательным и каким-то слишком глубоким.
А потом его глаза медленно опустились к моим губам.
И в эту секунду всё внутри странно сбилось, будто кто-то резко убрал воздух из пространства между нами, оставив только эту тишину, от которой начинало шуметь в голове. Сердце забилось быстрее, слишком громко и отчётливо, отдавая тяжёлыми ударами под рёбрами, а дыхание внезапно стало неровным.
Было такое чувство, будто ещё немного - и расстояние между нами просто исчезнет.
И именно это пугало сильнее всего.
В этот момент реальность будто дрогнула.
Потому что вместе с его взглядом, с этой опасной близостью и напряжением между нами внутри внезапно всплыло что-то другое.
Не он.
Не Лукас.
А чувство, которое я уже когда-то переживала.
Перед глазами мягко, почти болезненно возникло другое время - тёплое лето, школьные коридоры, чужая улыбка и ощущение, будто рядом с этим человеком весь мир становился спокойнее.
Нейт.
Это имя не прозвучало вслух. Оно просто эхом отдалось внутри, тяжёлым и болезненно знакомым.
Я вдруг слишком ясно вспомнила первый день, когда увидела его. Тогда он только перевёлся в нашу школу и сел рядом со мной так спокойно, будто всегда там сидел. А потом как-то незаметно стал частью моей жизни.
Сначала дружба.
Потом чувства.
А после - человек, без которого я уже не представляла ни один свой день.
Мы почти ничего друг о друге не знали. Он не знал, что я дочь дона мафии, а я не знала, кем на самом деле был он. Но рядом с ним это казалось неважным, будто весь остальной мир просто переставал существовать.
Я любила его.
И доверяла так, как не доверяла никому.
Пока всё не разрушилось.
Его сбила машина.
В один самый обычный день, который навсегда разделил мою жизнь на «до» и «после».
Я даже не была рядом в тот момент. О случившемся мне рассказала его семья, и именно тогда мой мир словно перестал существовать.
Нет.
Не рухнул.
Скорее... внутри просто стало пусто.
Будто вместе с ним из меня исчезло всё - эмоции, мысли, чувства. Осталась только тишина, от которой невозможно было спрятаться.
Он обещал, что однажды мы станем мужем и женой.
Что будем жить долго и счастливо.
Но долго он не прожил.
И счастья у нас тоже не получилось.
Интересно...
Что бы он сказал, увидев меня сейчас рядом с другим?
От одной этой мысли становилось тяжело дышать, а под рёбрами неприятно сжималась вина, которую я не могла объяснить даже самой себе.
Резкий сигнал машины сзади заставил нас обоих вздрогнуть.
Лукас сразу отвернулся к рулю, сильнее сжав его руками. Светофор уже давно загорелся зелёным, а мы этого даже не заметили.
Я тоже поспешно отвела взгляд к окну, пытаясь прийти в себя, хотя внутри всё ещё оставалось это странное ощущение, будто между нами только что произошло что-то важное, но никто из нас так и не решился произнести это вслух.
Когда Лукас подъехал к нашему дому, я тихо выдохнула и уже хотела выйти из машины, но он неожиданно удержал меня за руку.
- Всё хорошо? - нахмурившись, спросил он. - Ты стала слишком бледной. Если дело в травме, я могу сам всё объяснить твоим родителям.
Я долго смотрела на его руку поверх своей, но мысли всё ещё были где-то далеко, рядом с прошлым, из-за чего становилось трудно нормально соображать.
Я медленно покачала головой.
- Не нужно... Пока, Лукас.
Он отпустил меня не сразу.
Я вышла из машины и направилась к дому. Передо мной распахнулись большие двери особняка, и я быстро вошла внутрь, надеясь незаметно подняться наверх, но меня тут же остановил голос мамы:
- О боже, доченька, что с твоей головой? Где Лукас? Почему ты не предупредила, что приедешь?
Она сразу подошла ко мне, взяла мои руки в свои и обеспокоенно заглянула в глаза.
- Ничего серьёзного, просто ударилась. Случайно. А Лукас подвёз меня и уехал домой.
- Почему он не зашёл? Он уже часть нашей семьи.
- Я сама сказала ему ехать домой, - устало ответила я. - Он был уставшим. Как и я.
Мама покачала головой.
- Какая же ты негостеприимная. Иди отдохни, а потом расскажешь, чем вы занимались с Лукасом эти два дня.
Она лукаво подмигнула.
Я лишь закатила глаза, отчего мама тихо рассмеялась и наконец отпустила меня наверх.
Зайдя в комнату, я вдруг поймала себя на странной мысли, будто мысленно уже прощаюсь с этим местом.
Хотя мне ещё жить здесь три недели.
Я подошла к зеркалу и осторожно начала снимать бинты с головы, вспоминая, как Лукас обрабатывал мои раны, как мы спали рядом прошлой ночью и как близко он был ко мне в машине.
И почему-то именно это пугало сильнее всего.
Не кровь.
Не опасность.
Не авария.
А то, что рядом с ним я начинала чувствовать слишком много.
И именно из-за этого воспоминания о Нейте вернулись так внезапно.
Я пододвинула стул к шкафу, поднялась на него и достала коробку, которую не открывала почти три года.
Она была покрыта тонким слоем пыли.
Внутри лежали письма, старые фотографии и мелочи, напоминающие о Нейте - остатки прошлого, которое я так и не смогла отпустить.
Я долго смотрела на них, чувствуя, как внутри одновременно разрастаются пустота и тупая, тянущая боль.
Но потом всё же приняла решение.
Я должна отпустить прошлое.
Я помолвлена с Лукасом.
И кроме этого... я обещала не разрушать его имя.
Да и свою жизнь тоже.
Лукас предупреждал: если рядом со мной появится кто-то другой, его убьют вместе со мной.
Я молча спустилась вниз, в одну из комнат с камином.
Несколько секунд просто стояла, глядя на огонь, а потом бросила коробку внутрь.
Пламя медленно охватило письма.
Бумага начала темнеть, сворачиваться и рассыпаться в пепел прямо у меня на глазах.
Как бы я хотела, чтобы воспоминания о нём сгорели так же легко.
Чтобы однажды проснуться и больше никогда не вспоминать его имя.
Утро меня разбудила мама, она уже выбрала людей и место, где будут примерять и подбирать мне свадебные платья. Мы поехали с ней в элитный свадебный бутик, где нам показывали разные прекрасные платья: пышные, закрытые, короткие, кружевные, лёгкие или усыпанные камнями. Я примеряла очень много вариантов, но мой выбор упал на пышное платье с роскошной юбкой и блестящей вышивкой, которая красиво переливалась по всей ткани. Открытые плечи делали образ более нежным и элегантным, а корсет идеально подчёркивал талию, создавая по-настоящему королевский силуэт. Платье выглядело дорого, утончённо и словно создано для невесты из богатой аристократической семьи.
Оно мне очень понравилось.
Шторы примерочной разошлись в стороны, мама улыбнулась:
- Очень красивое. И по лицу вижу, тебе тоже нравится. Может это выберем? Или ту пышную с камнями?
- Мам, мне это нравится. Мой выбор - этот.
Мама кивнула и ушла к консультантам, пока я переодевалась. Интересно, как это будет в день свадьбы...
Мы поехали дальше - за обувью и украшениями. Мама сидела с кофе и листала журнал с комплектами, пока я случайно не увидела её.
Джианну.
Уголки моих губ дрогнули.
Интересно... что она тут делает.
Я оставила маму:
- Я отойду.
И пошла к ней. Она была с подругой: подруга выбирала украшения, а Джианна стояла рядом, словно ей было всё равно - она просто наблюдала.
Я тихо кашлянула, привлекая её внимание. Она подняла глаза - и сразу же в её взгляде мелькнуло узнавание. Но не радость. Холод. Почти скука с раздражением.
Я улыбнулась первой.
- Привет. Давно не виделись. Я уже даже начала думать, что ты избегать меня стала.
Я чуть наклонила голову, спокойно:
- Или тебе просто стало неинтересно следить за моей жизнью со стороны?
Она медленно усмехнулась, окидывая меня взглядом:
- Избегать тебя? Нет. Просто сложно не заметить, как ты резко стала частью чужого мира.
Она чуть приподняла бровь:
- Помолвка, свадьба... и всё так быстро. Как будто у тебя не жизнь, а заранее написанный сценарий.
Я легко пожала плечами:
- У некоторых просто жизнь стоит на месте, вот и кажется, что у других всё слишком быстро.
Её улыбка стала тоньше:
- Или у некоторых всё слишком быстро, потому что если остановиться - становится видно, что внутри ничего не держится.
Я посмотрела прямо на неё:
- Ты всегда так уверенно разбираешь людей, которых почти не знаешь? Или это только со мной ты пытаешься быть... внимательной?
Пауза.
Её взгляд стал холоднее:
- В моей жизни хотя бы нет необходимости убеждать себя, что меня выбрали по-настоящему.
Я чуть усмехнулась:
- Забавно. Ты говоришь так, будто кто-то когда-то предлагал тебе проверить это на практике.
Её пальцы на секунду сжались на сумке.
- Ты правда думаешь, что он останется таким, каким ты его себе рисуешь?
Я спокойно ответила:
- Я его не рисую. Я просто не позволяю другим додумывать за меня.
Она тихо усмехнулась:
- Тогда тебе правда повезло... жить в иллюзии, которая тебе подходит.
Я сделала шаг ближе, голос стал тише:
- А тебе не повезло жить в реальности, где ты всё ещё возвращаешься к одному и тому же человеку мысленно.
Пауза.
Это попало точнее.
Она чуть выдохнула, но быстро вернула контроль:
- Я просто наблюдаю, как уверенность превращается в привычку. А привычка - в падение.
Я спокойно улыбнулась:
- А я наблюдаю, как чужая уверенность всегда раздражает тех, у кого внутри постоянное ожидание.
Тишина.
Она чуть отступила, но взгляд не сломался:
- Посмотрим, сколько ты будешь так уверенно говорить, когда узнаешь чуть больше, чем сейчас.
Я мягко наклонила голову:
- Тогда скажи сейчас. Или ты умеешь только намекать?
Пауза.
Она не ответила.
- Увидим, - наконец сказала она и отвернулась к подруге.
- Увидим.
И ушла.
Я проводила их взглядом и спокойно вернулась к маме.
Джианна думает, что я такая же, как все.
Но она ошибается.
Потому что эта игра уже началась не сегодня.
И если она решила играть - значит, она уже опоздала с первым ходом.
Я не дам растоптать ни своё имя... ни имя Лукаса.
Потому что Лукас будет моим.
И на этот раз я не просто это сказала.
Я это знаю.