почти любовь

я легла в кровать и уснула. не знаю, как это получилось — может, тело просто отключилось от перегрузки. но я провалилась в темноту без снов, без звуков, без ничего.

---

на утро я проснулась.

сначала — пустота. просто серый потолок и белые простыни. а потом память вернулась ударом под дых. я села на кровати, обхватила колени руками и начала обдумывать.

всё. с самого начала. тот вечер. убийство. полиция. побег. пропасть. его руки, вытащившие меня. его кровать, на которой я спала.

и слёзы потекли сами. не как вчера — от боли или страха. другие. тихие. горькие. это было принятие. я поняла, что не сбегу. что он не отпустит. что моя жизнь теперь — вот эта. в этом доме. с ним.

я плакала долго. пока не кончились слёзы. потом встала.

---

я вышла из комнаты. босиком. в той же футболке, что и вчера. пошла в кабинет — второй этаж, последняя дверь слева. постучала. тишина. открыла — пусто. бумаги на столе, ручка, вчерашняя лампа. но его нет.

тогда я пошла обыскивать дом.

я никогда не была в таких домах. даже на картинках. высокие потолки, лепнина, тяжёлые шторы, мраморные полы. картины на стенах — настоящие, я чувствовала. большие окна от пола до потолка, за ними — сад. я шла медленно, трогала пальцами стены, перила, подоконники. и наслаждалась. несмотря ни на что. потому что красота — она не спрашивает, заслужила ли ты её. она просто есть.

я могла бы заблудиться в этом доме. но в конце концов запах еды привёл меня на кухню.

---

я остановилась в дверях. огромная комната. длинный стол. и за ним — двое. винсент и брайс. они сидели с кружками, о чём-то тихо говорили. брайс жестикулировал, винсент слушал.

я сглотнула. ком в горле был такой большой, что я почти не могла дышать. я сделала шаг. второй.

- мне нужно увидеться с матерью, — сказала я.

мой голос прозвучал тихо, но в тишине кухни его услышали оба.

винсент поднял на меня глаза. спокойно. холодно.

вин- нет.

-  она сойдёт с ума, — сказала я. — я не выходила на связь. она думает, что я умерла. или что я бросила её. я не могу так.

вин- нет, — повторил он.

-  пожалуйста. один раз. на десять минут. я просто скажу ей, что я жива. что у меня всё хорошо. что я не могу приехать. что угодно. только чтобы она не волновалась.

вин- я сказал нет.

я сжала кулаки. посмотрела на брайса.

он сидел с кружкой в руках, смотрел то на меня, то на винсента. в его глазах я увидела то, что мне было нужно. не жалость. понимание.

брайс поставил кружку на стол. резко. громко.

бр- вин, — сказал он. — разреши. ну правда. хотя бы десять минут. она же не просит убежать. просто позвонить. или встретиться где-нибудь в людном месте. я сам с ней поеду, если хочешь. проконтролирую.

винсент повернул голову к брайсу. посмотрел на него долгим взглядом.

вин- нет, — сказал он. тихо. твёрдо.

брайс открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но винсент поднял руку. брайс замолчал.

я смотрела на них обоих. на холодное лицо винсента. на виноватые глаза брайса. и внутри меня что-то щёлкнуло. не злость. не отчаяние. что-то другое. последняя капля.

- знаешь что? — сказала я.

винсент поднял на меня глаза.

- я жалею о дне, в котором встретила тебя.

тишина. такая густая, что можно было порезаться.

- я жалею, что пошла той дорогой. ты разрушил мою жизнь не тогда, когда убил того человека. ты разрушил её в тот момент, когда я впервые на тебя посмотрела.

я повернулась и пошла к двери. не побежала. пошла. медленно. потому что бежать было уже некуда.

я не видела его лица. но спиной чувствовала его взгляд. тяжёлый. чёрный.

я вышла из кухни. пошла по длинному коридору. мимо картин. мимо мраморных полов. мимо красивых окон, за которыми было солнце. такое яркое. такое чужое.

я шла и не плакала. слёзы кончились сегодня утром. вместе с принятием.