почти любовь

07:00

я так больше не могу. не спала всю ночь. не могла. я ждала пока наступит утро.

надев на себя что попало я быстро выбежала из дома и направилась куда так торопилась.
я бегу, почти не разбирая дороги. мысли сбиваются:
«только бы не передумать, только бы он не появился из-за угла, только бы дверь была открыта».
несколько раз я ловлю себя на том, что оглядываюсь через плечо. в груди колотится так, что перехватывает дыхание. я вбегаю в отделение, тяжело дыша, щёки горят от холода и бега.

я стараюсь держаться незаметно. сажусь на край скамейки, сжимаю в руках край чёрного худи, комкаю ткань. ни с кем не заговариваю, не смотрю по сторонам. в голове прокручиваю слова, которые скажу — по слогам, по буквам, как молитву.

сотрудник полиции : обычный, уставший, с бледным лицом и тёмными кругами под глазами. листает бумаги, даже не поднимая головы. я сажусь напротив, руки трясутся. он спрашивает вяло:

?- что у вас?
- я хочу написать заявление.
?- имя, фамилия.
- винсент хакер.

он поднимает глаза.
медленно. не резко. как будто проверяет — не ослышался ли. или не шутка ли. смотрит на меня пару секунд. в его взгляде нет страха, нет удивления — скорее странное спокойствие. усталое, профессиональное спокойствие. как будто он уже слышал это имя.

?- причины? — спрашивает он ровным голосом.
- он убил человека. вчера. н а моих глазах.
он кивает. не моргает. достаёт чистый бланк.
?- продиктуйте ваши данные. адрес. и опишите, что видели.

диктую. заикаюсь, путаюсь в датах, но говорю. пальцы дрожат, когда я подписываю бумагу. внутри — страх пополам с надеждой. я сделала это. я здесь. он не сможет до меня добраться, потому что теперь он в системе.

он берёт заявление, кладёт в папку, даже не просматривая полностью. поднимает на меня уже спокойный, отстранённый взгляд.

?- мы вам позвоним.
- позвоните?!
возмутилась я.
?- да мисс, вы свободны.
возмущеным взглядом продиктовал тот.

я иду по улице, не разбирая дороги, и всё моё тело дрожит мелкой противной дрожью — от недосыпа, от страха, от той ужасной фразы «мы вам позвоним», которая значит ровно одно: никто не позвонит.

зайдя в дом я увидела маму.
усталая и поношеная женщина сидела за столом и пила чай.
не узнаю ее от слова совсем.
это точно моя мать?
взглянув на меня женщина расплылась в улыбке.
мама.
подбежав к ней крепко обняла, как будто мы живём в разных городах, и видимся один раз в 5 лет.

- почему ты дома? ты нашла другую работу?
ма- меня уволили со второй работы.
я сразу же отстранилась от неё.
- за что?
ма- сокращение.
встав со стола я направилась в комнату.
достав коробку я взяла все деньги которые накопила. сумма была золотой серединой. 
положив их маме на стол она удивилась.

ма- откуда у тебя деньги?!
- заработала.
ма- какая работа! тебе учиться надо!
- я и за тем тоже успеваю...
ма- как ты сдавать предметы будешь! или пропустишь из за работы?!
- я учусь и работаю, ничего не поменялось..
ма- тебе все силы  учёбе уделять надо, а не работать! ты что хочешь как я жить?!
мама кричала на весь дом.
тяжело вздохнув под громкие крики я вышла из дома.

идя по тротуару я пинала камни.
почему такая реакция на деньги?
наверно я никогда не пойму этот мир.
повернув голову у видела чёрную машину которая ехала рядом, окно было открыто.  сердце начало биться бешено.

бр- садись.

от одного только голоса, одного слова, меня бросило в дрожь.
сзади послышался еще один голос.
вин- ты слышала?
вскрикнув и подпрыгнув на месте я повернулась, а после чего, видимо, потеряла

я просыпаюсь от того, что не могу пошевелить руками.

сознание возвращается кусками. сначала — запах. пыль, старое дерево, металл. потом — звук. чьё-то дыхание. ровное, спокойное. потом — боль. плечи вывернуты назад, запястья стянуты чем-то жёстким, наверное верёвкой. ноги тоже не двигаются.

я открываю глаза.

винсент стоит напротив. смотрит на меня. спокойно. даже как будто с любопытством.

вин- далеко собралась?

и вот здесь внутри меня начинается что-то, для чего нет слов.

меня трясёт. не мелко — крупно, как в ознобе, хотя мне не холодно. зубы начинают стучать сами собой, я не могу это остановить. ладони — влажные, скользкие, но я не чувствую их, потому что пальцы онемели от верёвок. по спине течёт пот, хотя я не двигалась. тело живёт своей жизнью. оно помнит. оно знает.

я смотрю на него и понимаю: передо мной человек, который убил. я видела. своими глазами. и он знает, что я видела.я пытаюсь что-то сказать, но из горла выходит только сиплый выдох. язык прилип к нёбу. сердце колотится так, что я слышу пульс в ушах.

перед глазами плывут чёрные точки. чувствую, как слёзы текут сами — не от грусти, не от боли. от животного, первобытного ужаса. я не контролирую своё тело. оно плачет. оно трясётся. оно хочет бежать, но привязано к стулу.

сквозь тяжёлый и большой ком в горле я еле выговорила.
- что ты хочешь..
парень подошёл к столу и взяв с него листок приблизил к моему лицу.
глаза разбежались. и лишь одно слово выделялось, оно было первым, посередине, главным.

заявление.