8
Утро началось с того, что Ксюша уже не спала, а просто лежала и смотрела в потолок.
Сон в больнице стал чем-то условным — вроде бы есть, но он не отдыхает.
Дверь открылась без стука.
Адель.
Как всегда быстро, без паузы, будто она вообще не умеет входить медленно.
Кудрявые короткие волосы чуть растрёпаны, но уже привычно «её стиль».
Татуировки на руке видны, когда она держит планшет.
Пирсинг в губе блеснул, когда она повернула голову.
Разные глаза — один цепкий, второй чуть спокойнее, но оба внимательные.
— Как ночь? — сразу спросила она.
— Нормально, — ответила Ксюша.
Адель кивнула, посмотрела на монитор.
— Давление стабильное. Хорошо.
Пауза.
Она уже привычно собиралась что-то записать, но Ксюша вдруг заговорила первой:
— Слушайте.
Адель остановилась, не поднимая головы.
— Угу?
— Я понимаю, что я тут под наблюдением и всё такое... но вы можете не говорить со мной как с... прибором?
Тишина.
Адель медленно подняла взгляд.
— Я с тобой не как с прибором говорю.
Ксюша чуть прищурилась.
— Ну почти.
Адель на секунду замолчала.
Потом спокойно:
— Хорошо. Тогда как ты хочешь, чтобы я говорила?
Ксюша пожала плечами.
— Как с человеком, у которого есть мозг. Он иногда работает.
Эта фраза прозвучала без агрессии — скорее ровно, даже с лёгкой иронией.
Адель чуть хмыкнула.
— Это уже прогресс.
И всё.
Без обиды, без напряжения.
Она отложила планшет.
— Ладно. Тогда по-человечески: как ты сама себя чувствуешь?
Ксюша подумала.
— Устала. Но не разваливаюсь.
— Отличная формулировка, — кивнула Адель.
Пауза.
— Анализы сегодня будут быстрее, чем вчера.
— Почему?
— Потому что я так сказала, — спокойно ответила Адель.
Ксюша посмотрела на неё.
— Это медицинский аргумент?
— Абсолютно.
Ксюша чуть усмехнулась.
— Поняла.
Адель уже развернулась к выходу, но остановилась у двери.
— И ещё.
Ксюша подняла взгляд.
— Ты ночью не вставала без надобности?
— Нет.
— Хорошо.
Пауза.
И уже чуть тише:
— Если начнёт «вести» — сразу кнопку.
Ксюша кивнула.
— Я помню.
Адель вышла.
⸻
Через пару часов пришла мама.
Она принесла еду и сразу заметила, что Ксюша сидит не так, как раньше — не напряжённо, а более спокойно.
— Ты сегодня какая-то... другая, — сказала мама, ставя пакет.
— В смысле?
— Не знаю. Более живая.
Ксюша задумалась.
— Может, просто выспалась странно.
Мама хмыкнула.
— Или врач тебя довела до нормального состояния.
— Она меня больше доводит до вопросов, — спокойно ответила Ксюша.
Мама села рядом.
— Она тебе не нравится?
Ксюша чуть задержала взгляд.
— Она нормальная.
— Это не ответ.
Ксюша пожала плечами.
— Она просто не делает вид, что тут всё легко. Мне это... подходит.
Мама посмотрела на неё внимательно.
— Ты редко так про людей говоришь.
— Я вообще редко про людей говорю.
Мама чуть улыбнулась.
— Это правда.
В этот момент дверь снова открылась.
Адель.
Она зашла, уже на ходу смотря в планшет.
— Быстро, — сказала она. — У нас консультация через час.
Ксюша подняла голову.
— С кем?
— Кардиолог.
Ксюша кивнула.
— Ладно.
Адель уже собиралась уйти дальше, но на секунду задержала взгляд на ней.
— И да, — добавила она ровно. — Ты сегодня более разговорчивая.
Ксюша спокойно ответила:
— Вы тоже.
Пауза.
Адель чуть приподняла бровь.
— Это комплимент или жалоба?
— Пока не решила.
И вот тут Адель впервые за всё время коротко усмехнулась — почти незаметно.
— Разберёшься позже.
И вышла.
Через час Ксюшу перевели в другой кабинет.
Не страшно — просто привычная больничная рутина.
Но всё равно это всегда немного напрягало: новые люди, новые вопросы, новые взгляды.
Рядом шла мама.
— Ты как? — тихо спросила она.
— Нормально, — ответила Ксюша.
Мама посмотрела на неё боком.
— Ты слишком часто это говоришь.
— Потому что чаще всего так и есть.
Они зашли в кабинет.
Там уже сидел врач постарше — кардиолог. Спокойный, с папкой документов.
И Адель тоже была там.
Она стояла чуть в стороне, опираясь на край стола, листая результаты на планшете.
Как будто просто наблюдала, но при этом контролировала всё сразу.
Кудрявые короткие волосы чуть падали на лоб.
Пирсинг в губе отражал свет лампы.
Татуировки на руке были видны, когда она перелистывала экран.
— Садитесь, — сказал кардиолог.
Ксюша села спокойно.
Мама рядом.
Адель даже не села — осталась стоять.
— У нас есть результаты предварительных анализов, — начал кардиолог. — Серьёзных структурных проблем мы не видим, что уже хорошо.
Мама чуть выдохнула.
Ксюша просто слушала.
— Но, — продолжил он, — есть эпизоды нестабильной работы сердечного ритма. Пока не критично, но требует наблюдения и уточнения причины.
Тишина.
Мама напряглась снова.
— Это лечится?
— В большинстве случаев — да, — спокойно ответил врач. — Но сначала нужно понять, почему это происходит.
Адель впервые вмешалась:
— Мы ещё ждём гормональные показатели и результаты суточного мониторинга.
Голос ровный. Без лишних эмоций.
Но в комнате сразу стало чуть собраннее.
Ксюша посмотрела на неё.
— То есть причина всё ещё неизвестна?
Адель кивнула.
— Да.
Пауза.
Ксюша чуть наклонила голову.
— А это нормально, что я при этом просто... хожу и разговариваю, как обычно?
Кардиолог хотел ответить, но Адель опередила:
— Да. Такое бывает. Симптомы не всегда выглядят драматично.
Ксюша усмехнулась.
— Жаль. Я думала, будет понятнее, когда что-то не так.
Адель посмотрела на неё коротко.
— Организм не обязан устраивать тебе понятные сигналы.
Ксюша кивнула.
— Справедливо.
Мама посмотрела на неё внимательно.
— Ты вообще не нервничаешь?
Ксюша пожала плечами.
— Нервничаю. Просто не показываю.
Адель на секунду задержала взгляд на ней.
Не долго. Но достаточно, чтобы заметить.
Кардиолог продолжил объяснять план наблюдения, но Ксюша уже больше слушала не слова, а общий смысл:
её не «отпускают», но и не считают критической.
Это было странное состояние — между.
После консультации они вышли в коридор.
Мама шла чуть впереди, что-то обсуждая с телефоном.
Ксюша замедлилась.
Адель шла рядом, но не слишком близко.
— Ты нормально всё поняла? — спросила она.
— Да.
— Пересказывать не надо?
Ксюша чуть усмехнулась.
— Я не настолько потеряна.
Адель кивнула.
— Хорошо.
Пауза.
Они шли пару шагов молча.
Потом Ксюша сказала:
— Вы всегда так разговариваете с пациентами?
Адель посмотрела на неё.
— Как?
— Как будто они могут думать.
Адель на секунду задержала взгляд.
— Это базовое требование, вообще-то.
Ксюша кивнула.
— Тогда вам повезло, что я соответствую.
Адель чуть хмыкнула.
— Пока — да.
И это «пока» прозвучало не как угроза, а как факт наблюдения.
Они подошли к палате.
Адель остановилась.
— Отдыхай. Сегодня без лишних движений.
Ксюша кивнула.
— Постараюсь.
Адель уже развернулась уходить, но добавила:
— И да.
Ксюша подняла взгляд.
— Ты нормально держишься.
Короткая пауза.
Без эмоций.
Просто констатация.
Ксюша чуть прищурилась.
— Это комплимент?
Адель на секунду задумалась.
— Это наблюдение.
И ушла.