Часть 32
Кабинка колеса обозрения медленно плыла на огромной высоте, а для Джисона весь мир сузился до одного этого момента. От обиды на Минхо и отчаянного желания почувствовать себя нужным он крепко зажмурился и ответил на поцелуй Сынмина. Он обнял мафиози за шею, полностью отдаваясь этому моменту. Сынмин, почувствовав эту внезапную взаимность, стал целовать его еще глубже и увереннее, крепко сжимая ладонями его талию и доказывая, что он, в отличие от Ли, свою добычу из рук не выпустит. Джисон утопал в этом поцелуе, стараясь выжечь из памяти всё, что связывало его с прошлым.
А в это же самое время в японском ресторане атмосфера изменилась до неузнаваемости. Минхо, который еще час назад готов был разнести полгорода от ярости, теперь расслабленно сидел за столом. Оказалось, что общие вкусы в дорамах — отличная тема для разговора. Минхо весело шутил, рассказывал смешные случаи со съемок, которые краем уха слышал по телевизору, и совершенно забыл о Джисоне, словно того и не существовало в его жизни.
Феликс поддерживал беседу, но поздний час и сытный ужин давали о себе знать. В какой-то момент он не сдержался и тихонько, прикрыв рот ладошкой, зевнул. При этом на его нижней губе остался едва заметный след от соуса для роллов.
Минхо заметил это и улыбнулся. Он потянулся к бумажной салфетке, намереваясь осторожно утереть губы своего помощника, как делал уже сотни раз на официальных приемах. Но когда его пальцы оказались в миллиметрах от лица Феликса, а тот доверчиво посмотрел на него своими огромными глазами, в голове Минхо что-то перемкнуло.
Вместо того чтобы приложить салфетку, Минхо резко подался вперед и накрыл мягкие губы Феликса своими.
Это был внезапный, импульсивный поцелуй, который застал Феликса врасплох. Салфетка так и осталась зажатой в руке Минхо, а «Истинная красота» в мыслях Ликса окончательно разбилась о суровую реальность: его босс только что поцеловал его прямо посреди дорогого ресторана.