125 серия. А он?
Кывылджим в ресторане с Тунджаем.
— Видишь, хорошо, что ты послушала меня и не сбежала, — начал Тунджай, явно демонстрируя свою расположенность. — Хорошо пообщались, отличный был вечер... но... вопреки всему...
— Всё же, — перебила его Кывылджим и посмотрела на него, — мне очень стыдно. Бадэ правда сумасшедшая.
— Кывылджим... — Тунджай сделал паузу, подбирая нужные слова. — Хочу кое-что сказать, — он посмотрел ей в глаза. — Прости, если лезу не в своё дело.
Кывылджим внимательно его слушала.
— Разве Бадэ одна виновата в этом сумасшествии? А Омер тут что, ни при чём?
Кывылджим отвела глаза в сторону и вздохнула, испытывая неловкость.
— Сейчас мне ещё стыднее, — начала она, оправдываясь. — Должно быть, тебе показалось, что я из тех дам, которые во всём обвиняют женщин, но, поверь, это не так.
— То есть? — с явным интересом и лёгким удивлением спросил Тунджай.
— Я стараюсь быть справедливой в суждениях, — продолжила Кывылджим, стараясь донести свою позицию. — Конечно, и Омер виноват, но набросился на нас не Омер. Между собой они сами разберутся. Зато сегодняшний некрасивый поступок Бадэ напрямую касается нас.
— Всё непросто. Никогда не знаешь: сумасшедший виноват или кто-то его до этого довёл, — возразил Тунджай.
— Конечно, я тоже об этом думала. Но Бадэ, кажется, без разборок жить не может. Знаешь, после загса она прибежала ко мне, размахивая свидетельством, будто мне есть до них какое-то дело, — закончила слегка возмущённо Кывылджим, делая глоток чая.
— А что, правда нет? — с любопытством уточнил Тунджай.
Кывылджим поставила кружку с чаем на стол и посмотрела на него.
— Нет, — твёрдо сказала она. — Правда, поначалу мне действительно было больно. Легко ли? Бадэ объявила о своей беременности на празднике моего сына. Конечно, я была страшно расстроена и зла. Но это прошло, — произнесла она и опустила глаза.
Тунджай с пониманием посмотрел на Кывылджим.
— Я так рад это слышать, — улыбнулся он.
— В два мы учимся говорить, — рассуждала она, — но в сорок — молчать, к сожалению.
— Бывает так, что плохое ведёт к лучшему. Не забывай об этом, — подхватил Тунджай.
Кывылджим смущённо покачала головой и перевела взгляд.
— Что ж, спасибо за то, что приняла моё приглашение, — Тунджай сделал паузу, явно желая, чтобы Кывылджим на него посмотрела. — Узнавать тебя, слышать тебя, говорить с тобой так приятно.
Кывылджим приняла его слова молчаливым кивком, затем опустила глаза, явно не находя слов. Возникла небольшая пауза.
— Но по домам? — предложила она, надеясь на положительный ответ.
— Да-да, конечно, — не стал спорить Тунджай.
— Вызову-ка я такси, — Кывылджим полезла в сумку за телефоном.
— Не вздумай! — запротестовал Тунджай. — Естественно, я подвезу.
— Ладно, хорошо, спасибо, — вежливо сказала Кывылджим.
— Не за что, — ответил Тунджай, подзывая к себе официанта.
Тунджай подошёл к своей машине, открыл перед Кывылджим дверцу. Она поблагодарила и села. Он обошёл капот, устроился за рулём. Машина мягко тронулась.
Кывылджим смотрела в окно. Вспомнила, как раньше ехала рядом с Омером. Как он вёл машину одной рукой, а другой держал её ладонь. Как они о чём-то говорили — и это было естественно, легко. А сейчас рядом сидел чужой человек. Любезный, отзывчивый, внимательный. Но абсолютно чужой. Разговаривать не хотелось. Смотреть в его сторону — тоже. Несмотря на то что в ресторане он защитил её и поддержал, внутри было пусто.
«Бывает, что плохое ведёт к лучшему». За столом она кивнула, соглашаясь со словами Тунджая. А сейчас думала: какое к лучшему? Этот вечер я запомню не как приятный ужин с умным мужчиной, а как позор. Орущая на весь ресторан Бадэ. Омер со своей неуместной ревностью, который в итоге уходит с женой. Тунджай, вынужденный защищать её от всего этого бедлама, от прилюдных оскорблений.
И что теперь о ней подумает Тунджай? Что она женщина, за которой бегает сумасшедшая жена бывшего мужа?
Кывылджим вздохнула.
Господи, когда же вы меня оставите в покое?!
А на самом деле — правду ли я сказала, что мне нет дела до Омера? До Бадэ — точно нет. Видеть её не могу! Слышать — тоже.
По лицу Кывылджим пробежала гримаса брезгливого отвращения.
А он?!