Глава 39. Конец.
Праздник набирал обороты. Комната наполнилась смехом, разговорами и ароматом ванильного торта с шоколадным кремом — Билл, к всеобщему удивлению, в этот раз справился с выпечкой без происшествий.
Гирлянды мерцали разноцветными огоньками, воздушные шары покачивались у потолка, а на столе красовались подарки, завёрнутые в яркую бумагу с узорами.
Том стоял рядом со мной, его рука ненавязчиво лежала на моей талии. Он наклонился к моему уху и шепнул с привычной дерзкой ухмылкой:
— Ну что, малявка, признай — я лучший парень на свете, да?
Я рассмеялась и шутливо ткнула его в бок:
— Только если считать «лучшим» того, кто постоянно дразнит меня.
— О, это лишь часть моего обаяния, — он подмигнул и быстро поцеловал меня в щёку. — К тому же, кто ещё будет так терпеливо выносить твои кошмары по ночам?
— Ты невыносим, — я покачала головой, но не смогла сдержать улыбки.
— Зато я твой, — он снова наклонился и на этот раз поцеловал меня в губы — коротко, но так, что внутри всё перевернулось.
Кайла и Билл снова начали свои вечные перепалки.
— Билл, ты опять поставил тарелку не на ту сторону! — возмутилась Кайла, указывая на стол.
— Это художественный беспорядок! — парировал Билл. — К тому же, кто считает стороны тарелок в день рождения?
— Люди с чувством эстетики!
— А я с чувством юмора! И, кстати, кто тут главный шутник?
— Тот, чьи шутки иногда слишком тупые, чтобы быть смешными.
— Ой‑ой, какая жёсткая критика! Но знаешь что? Сегодня день рождения Дианы, и я обещаю — никаких шуток про соль в торте. Честное слово!
Кайла закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку:
— Ладно, на сегодня ты прощён. Но только на сегодня!
В этот момент дверь открылась, и вошли Амалия и лорд Каулитц. За ними следом — семья призраков: девочка Мила с плюшевым медвежонком в руках, девушка с серебряными волосами Хайла, мама‑призрак Тойла и папа‑призрак Фрек.
— С днём рождения, Диана! — хором произнесли они.
Мила подбежала ко мне, протянула медвежонка:
— Это тебе! Он приносит удачу! И защищает от плохих снов.
Я присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, и улыбнулась:
— Спасибо, Мила. Он чудесный. Я буду беречь его.
Девочка просияла и обняла меня за шею:
— Теперь ты будешь спать спокойно!
Хайла подошла ближе, её серебряные волосы мерцали, словно покрытые инеем. Она слегка склонила голову:
— Мы рады, что ты теперь в безопасности. Пусть этот день будет наполнен радостью, а каждый следующий — ещё лучше.
Тойла и Фрек улыбнулись — их полупрозрачные фигуры мягко светились в свете гирлянд.
— Пусть твоя жизнь будет светлой, — произнёс Фрек глубоким, но добрым голосом. — И пусть рядом всегда будут те, кто готов поддержать.
— Мы будем рядом, — добавила Тойла. — В этом мире и за его пределами.
Лорд Каулитц протянул мне небольшую шкатулку:
— Здесь амулет защиты. Он поможет, если вдруг... ну, ты понимаешь. Он реагирует на тёмную магию и предупреждает заранее.
— Спасибо, — я с благодарностью приняла подарок. — Вы все так добры ко мне. Я не знаю, как вас отблагодарить.
— Просто будь счастлива, — мягко сказала Амалия. — Это лучшая благодарность.
Она обняла меня:
— Ты заслуживаешь счастья, Диана. И мы все здесь, чтобы его обеспечить.
Густав и Холли стояли в стороне, переглядываясь и улыбаясь друг другу. Билл, заметив это, тут же оживился:
— О‑о, смотрите‑ка! Густав и Холли опять строят друг другу глазки! Когда свадьба?
— Билл! — Холли покраснела, но не смогла сдержать улыбки.
— Никаких свадеб, — строго сказал Густав, но в глазах у него плясали смешинки. — Мы просто друзья.
— Конечно‑конечно, — Билл подмигнул мне. — «Друзья», ага. И я — королева Англии.
Все снова рассмеялись.
Том притянул меня к себе и тихо спросил:
— Всё хорошо? Ты выглядишь задумчивой.
— Да, — я прижалась к нему. — Впервые за долгое время я чувствую себя... по‑настоящему счастливой. Просто пытаюсь запомнить каждую деталь.
Он улыбнулся, провёл рукой по моим волосам и нежно поцеловал меня — не быстро, не мимолётно, а так, чтобы я почувствовала: он здесь, он со мной, и он никуда не уйдёт.
— Запомни это ощущение, — прошептал он. — Потому что оно теперь навсегда.
Мы вернулись к столу. Билл торжественно разрезал торт, Кайла разливала чай, Густав и Холли помогали расставлять тарелки. Мила показывала мне, как её медвежонок умеет «танцевать», Хайла рассказывала забавные истории из жизни призраков, а Тойла и Фрек делились мудрыми советами.
— Знаешь, — сказала Хайла, — когда я была маленькой, я думала, что призраки — это просто тени. А потом поняла: мы — воспоминания, которые не хотят исчезать. И это не так уж плохо.
— Особенно когда рядом есть такие друзья, — добавила Тойла, кивая в сторону собравшихся.
Фрек усмехнулся:
— Да, с вами скучать не приходится. Особенно с этим шутником, — он кивнул в сторону Билла.
— Эй, я — душа компании! — возмутился Билл.
— И это пугает, — поддразнила его Кайла.
Когда все собрались вокруг стола, Том поднял бокал:
— За Диану. За её силу, за её стойкость, за то, что она нашла в себе смелость начать всё сначала. Пусть каждый её день будет таким же светлым, как этот. Пусть рядом будут те, кто любит её, пусть сердце её будет свободно от страха, а душа — от боли. За новую жизнь!
— За Диану! — подхватили все.
Я оглядела собравшихся — друзей, новых знакомых, тех, кто стал мне почти семьёй. В груди разливалась теплота, которую я давно не чувствовала. Впервые за много лет я не боялась завтрашнего дня.
Билл вдруг вскочил и объявил:
— А теперь — подарки! И танцы! Кто со мной?
— Только если ты не будешь пытаться учить всех своим «фирменным» движениям, — фыркнула Кайла.
— Обижаешь! Мои движения — это классика!
Все рассмеялись, и вскоре комната наполнилась музыкой. Густав достал гитару, Холли подхватила мелодию, а Мила пустилась в пляс с медвежонком.
Том протянул мне руку:
— Потанцуем?
— Конечно, — я вложила свою ладонь в его.
Он обнял меня за талию, я положила руку ему на плечо, и мы закружились в танце — медленно, в такт музыке. Его глаза смотрели так, будто кроме меня в мире ничего не существовало.
— Спасибо, — прошептала я.
— За что? — он слегка улыбнулся.
— За то, что ты есть. За то, что спас меня. За то, что даёшь мне шанс на новую жизнь.
— Это не я, — тихо ответил Том. — Это ты сама. Ты боролась, выжила, не сломалась. А я просто оказался рядом в нужный момент.
— Но ты остался.
— И останусь. Всегда.
Мы снова поцеловались — долго, нежно, с той самой глубиной, которая говорит
больше любых слов.
Позже, когда гости начали расходиться, я стояла у окна и смотрела, как они прощаются. Мила помахала мне медвежонком, Хайла улыбнулась, лорд Каулитц слегка поклонился, а семья призраков растаяла в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание.
Том подошёл сзади, обнял меня за плечи и положил подбородок на макушку:
— Ну что, именинница, довольна?
— Более чем, — я повернулась к нему и улыбнулась. — Это был лучший день рождения в моей жизни.
— Значит, мы будем делать их такими каждый год, — он подмигнул. — А теперь — спать. Завтра нас ждёт новый день. И много таких дней впереди.
Я прижалась к нему, слушая, как ровно бьётся его сердце. В голове всплыли слова, которые, казалось, пришли откуда‑то извне:
«Жизнь может измениться в любой момент. Даже когда кажется, что всё потеряно, судьба может подарить тебе второй шанс. Главное — найти в себе силы его принять. И тех, кто поможет его использовать».