бред сумасшедшего
Блейн крепко, почти до боли, сжал запястье Лилии. Его пальцы были холодными, как лед снаружи, и это прикосновение не сулило ничего доброго. Он буквально втащил её в полумрак здания, где запах пыли смешивался с ароматом старого железа и пороха. Внутри их уже ждал Бобби. Он сидел на перевернутом ящике, и его плечи сотрясались от приступа истерического смеха.
— Вы там что, глотки друг другу на вкус проверяли? — выдохнул Бобби, вытирая выступившие от смеха слезы. — Блейн, ты выглядишь так, будто тебя переехал снегоход, а потом еще и извинился!
Лилия резко вырвала руку. Её глаза сверкнули первобытной яростью, которую редко увидишь у городских жителей. Она шагнула к Бобби, и тот инстинктивно вжал голову в плечи.
— Бобби, послушай меня внимательно, — её голос был тихим, но в нем отчетливо слышался лязг стали. — Если ты сейчас не закроешь свой длинный язык, ты отправишься прямиком в гроб. Мне всё равно терять нечего, а в мире станет чуточку тише и спокойнее. Хочешь проверить мою теорию?
Смех Бобби оборвался на полуслове. Он продолжал улыбаться — скорее по привычке или от нервного тика, — но в глазах промелькнуло понимание: она не шутит. Он поднял руки в примирительном жесте и притих.
В комнату вошел Чейз. Он выглядел как всегда собранным, но напряжение в воздухе можно было резать ножом. Блейн, игнорируя колкость Бобби, вплотную подошел к Лилии. Его не отпускал один вопрос: кто она такая? Как она выжила?
— Хватит цирка, — бросил Блейн. — Скажи мне наконец, кем ты работаешь? Откуда у тебя эти навыки?
Лилия медленно обвела взглядом присутствующих. Она видела их оружие, их шрамы, их пустые взгляды. Она поняла, что игра в кошки-мышки затянулась.
— А если я задам встречный вопрос? — она посмотрела прямо в глаза Блейну, а затем перевела взгляд на Чейза. — Кем работаете вы? Вы бы ответили мне честно?
— Нет, — отрезал Чейз, скрестив руки на груди.
— Да, — одновременно с ним произнес Блейн.
Чейз резко повернулся к напарнику, его лицо исказилось от гнева:
— Блейн, какого черта?! Ты совсем голову потерял? Это было прописано в контракте, в договоре о неразглашении! Если об этом узнают «наверху», нас сотрут из реальности быстрее, чем ты успеешь моргнуть!
Блейн криво усмехнулся, в его глазах блеснул опасный огонек:
— Ой, брось, Чейз. Своей «принцессе» ты же всё рассказал, верно? Почему мы должны скрывать это от неё сейчас, когда мир и так катится в бездну?
Лилия перебила их, прежде чем Чейз успел ударить напарника:
— Значит, я повторю вопрос официально: кем работаете вы? И не вздумайте врать, я чувствую ложь за милю.
Блейн глубоко вздохнул и прислонился к бетонной стене.
— Мы — опытные спецагенты, Лилия. Но не те, что спасают котят с деревьев. Мы служим против закона. Мы — тени, которые делают грязную работу. Нас учили убивать, взламывать самые защищенные системы и выживать там, где другие дохнут через пять минут. С подросткового возраста в нас выжигали эмоции. Нас дрессировали быть машинами, инструментами, а не людьми. Мы стали почти идеальными убийцами.
Он замолчал на секунду, глядя куда-то сквозь неё, в свое темное прошлое.
— Примерно год назад произошел этот апокалипсис. Снежные твари, вечный холод... всё превратилось в ад. Я проезжал мимо одного поселения и просто забрал их — Лену, Элли и Кэсси. Я украл их, потому что мог. Они не были рады, — Блейн горько усмехнулся. — У Чейза есть брат, Эван. У Лены был брат Бен, но он мертв. А Бобби... этот идиот влюбился в Элли. Но её забрала Поворотная дорога. Как и Эвана. Как и Брендона. Они просто исчезли, засосанные этой аномалией, и мы даже не знаем, живы они или их плоть уже разложилась в ином измерении.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Было слышно только, как завывает ветер в щелях разбитых окон. Лилия смотрела на Блейна так, будто у него выросла вторая голова.
— Вы понимаете, что всё, что ты сейчас наговорил, звучит как полный бред сумасшедшего? — наконец выдавила она. — Спецагенты, краденые девушки, исчезающие дороги... Это звучит как сценарий дешевого хоррора.
— Понимаем, — тихо ответил Блейн, делая шаг к ней. — Понимаем лучше, чем кто-либо. Но мы очень надеемся, что ты нам поверишь. Потому что если ты не поверишь нам, ты не выживешь в том, что грядет.
Лилия нервно сглотнула. Комок в горле мешал дышать. Она смотрела на их серьезные, изможденные лица и понимала: они не шутят. В этом безумном мире правда часто оказывалась безумнее лжи. Прошло долгих десять секунд, прежде чем она смогла заговорить.
— Если всё это правда... — она сделала паузу, собираясь с мыслями. — То я даже не знаю, кто из нас здесь более ненормальный: вы, рассказавшие это, или я, потому что начинаю вам верить.
_______________________________________
Знаю глава маленькая как и прошлая но зато вышла в тот же день)