Ты слишком хорошая для всего этого.
После драки на крыше между нами будто что-то треснуло.
Не сломалось окончательно.
Но треснуло.
И хуже всего было то, что мы оба это чувствовали.
На следующий день Сынджун почти не писал мне.
Только короткое:
«Дошла?»
И всё.
Никаких привычных сообщений ночью.
Никаких «сладких снов,моя любовь».
Никаких внезапных фотографий
Сначала я пыталась делать вид, что мне всё равно.
Но к вечеру внутри уже неприятно ныло раздражение вперемешку с тревогой.
Потому что это было не похоже на него.
Сынджун никогда не отдалялся первым.
Никогда.
В школе стало ещё страннее.
Он сидел рядом как обычно.
Но теперь между нами будто появилась невидимая стена.
Раньше он постоянно касался меня - случайно или нет.
Рука на талии.
Пальцы на запястье.
Лёгкий толчок плечом.
Теперь - ничего.
И именно отсутствие этого я начала замечать сильнее всего.
Он почти не смотрел мне в глаза.
Зато на остальных смотрел ещё хуже.
На большой перемене какой-то парень случайно слишком громко засмеялся рядом с нашим столом.
Сынджун поднял взгляд так резко, что тот сразу затих.
А потом вообще ушёл.
Я молча наблюдала за этим несколько секунд.
Потом тихо сказала:
- Ты пугаешь людей.
Он даже не посмотрел на меня.
- Мне плевать.
Холодно.
Без эмоций.
Я сжала челюсть.
- А мне нет.
Пауза.
Он наконец перевёл взгляд.
Тяжёлый.
Уставший.
И почему-то именно этот взгляд раздражал сильнее всего.
Будто он уже заранее решил, что всё испортил.
Будто сам себя наказал раньше, чем это успел сделать кто-то другой.
- Сынджун...
- Не сейчас.
Он резко поднялся из-за парты и вышел из класса.
Я проводила его взглядом.
И внутри снова неприятно кольнуло то чувство.
Страх.
Тихий.
Будто я медленно теряю человека прямо у себя на глазах.И теряю саму себя,потому что люблю его.
Сынсик заметил всё почти сразу.
Конечно заметил.
Вечером я сидела в студии, листая телефон, пока вокруг снова был привычный шум - музыка, чужие разговоры, сигаретный дым.
Но Сынджуна не было.
И это уже начинало бесить.
Сынсик стоял возле стола с парнями, что-то обсуждая, но периодически смотрел на меня слишком внимательно.
Потом всё-таки подошёл.
- Вы поссорились?
Я раздражённо подняла взгляд.
- С чего ты взял?
- Потому что он вторую ночь подряд дерётся и лезет туда куда не следует.
Я замерла.
- Что?
Сынсик нахмурился.
- Ты не знала?
Внутри сразу стало холодно.
- Куда он уходит?
- А ты как думаешь?
Я резко поднялась с дивана.
- Почему ты его не остановишь?!
Сынсик усмехнулся коротко.
- А мне оно надо?благодаря тому что он вернулся в спорт,он начал драться ещё лучше.Меня беспокоит только то как ты себя из за этого чувствуешь.Но признаю,я говорил ему не лезть.
Тишина ударила слишком резко.
Сейчас Сынджун вообще никого не слышал.
Я нашла его только поздно ночью.
В зале.
Там почти не горел свет.
Только слабая лампа у дальней стены.
Я медленно открыла дверь и сразу почувствовала запах крови и железа.
Сердце неприятно сжалось.
Сынджун сидел на полу возле ринга, опершись локтями на колени.
Голова опущена.
Костяшки снова разбиты.
На щеке свежая ссадина.
Футболка местами в крови.
Не только чужой.
Я застыла у входа.
Он даже не поднял голову.
Будто уже знал, что это я.
Несколько секунд стояла тишина.
Потом он тихо сказал:
- Не подходи.
Голос был хриплым.
Уставшим.
И почему-то именно это ударило сильнее всего.
Я нахмурилась.
- Ты серьёзно?
Он медленно провёл рукой по лицу.
На пальцах осталась кровь.
- Просто не подходи сейчас.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри снова поднимается раздражение.
- И что это вообще значит?
Он усмехнулся.
Глухо.
Без эмоций.
- А сама не понимаешь?
Я сделала шаг ближе.
- Нет. Не понимаю.
Он наконец поднял голову.
И у меня внутри всё сжалось.
Потому что выглядел он ужасно.
Не из-за синяков.
Из-за взгляда.
Пустого.
Будто он несколько дней вообще не спал.
- Ты испугалась меня, - тихо сказал он.
Я замерла.
Вот оно.
То, о чём он думал всё это время.
Я медленно выдохнула.
- Сынджун...
- Не надо врать.
Он резко поднялся на ноги.
Я невольно напряглась.
И он это заметил.
Конечно заметил.
Взгляд сразу потемнел ещё сильнее.
Он усмехнулся.
Горько.
- Видишь?
Эти слова прозвучали почти убивающе спокойно.
- Даже сейчас.
- Потому что ты ведёшь себя как псих! - не выдержала я.
Тишина.
Тяжёлая.
Он смотрел прямо на меня.
Не моргая.
- Я и есть псих.
- Не смей так говорить.
- Почему? - он шагнул ближе. - Юнги же прав.
Я резко нахмурилась.
- Причём тут он?
Сынджун отвёл взгляд и засмеялся тихо.
Но в этом смехе вообще не было ничего нормального.
- Потому что я реально порчу всё, к чему привязываюсь.
- Прекрати.
- Ты сама меня испугалась.
Слова ударили прямо внутрь.
Потому что...
это было правдой.
На крыше я действительно испугалась.
И теперь он это носил в себе.
Я медленно подошла ближе.
Он сразу напрягся.
Будто собирался отойти.
Но не ушёл.
Я остановилась прямо перед ним.
- Да, я испугалась.
Он сжал челюсть.
А я продолжила тише:
- Но знаешь, чего я боюсь больше?
Пауза.
Он молчал.
Я подняла взгляд прямо на него.
- Что ты сейчас сам себя уничтожишь.
Тишина стала абсолютной.
Сынджун смотрел на меня так, будто вообще не ожидал услышать это.
Я осторожно взяла его за разбитую руку.
Он дёрнулся от боли, но не убрал её.
- Ты уходишь драться каждый вечер.
Срываешься на всех.
Смотришь на людей так, будто ненавидишь весь мир.
Я сглотнула.
- И мне страшно не потому, что ты монстр.
Пауза.
- А потому что ты ведёшь себя так, будто тебе больше нечего терять.
Он резко отвернулся.
Я впервые увидела, как у него дрогнула челюсть.
Совсем слабо.
Но дрогнула.
- Я не умею по-другому, - тихо сказал он.
И от этих слов внутри всё сжалось окончательно.
Потому что это прозвучало слишком честно.
Без защиты.
Без привычного холода.
Просто человек, который действительно не умеет нормально любить.
Я медленно подошла ещё ближе.
- Тогда учись.
Он усмехнулся.
Слабо.
- Думаешь, это так просто?
- Нет.
Пауза.
- Но я всё ещё здесь.
Сынджун наконец посмотрел на меня.
Долго.
Тяжело.
Будто пытался понять, почему я ещё не ушла.
А потом тихо спросил:
- И если однажды я опять сорвусь?
Я замерла.
Потому что это был настоящий вопрос.
Без масок.
Без уверенности.
Я медленно выдохнула.
- Надеюсь..нет.
Он смотрел на меня ещё несколько секунд.
А потом вдруг закрыл глаза и тяжело выдохнул.
Будто впервые за эти дни позволил себе устать.
Я осторожно коснулась его лица.
Он сразу перехватил моё запястье.
Но не грубо.
Наоборот.
Будто просто хотел убедиться, что я правда рядом.
- Ты слишком хорошая для всего этого, - тихо сказал он.
Я усмехнулась слабо.
- А ты слишком драматичный.
Он впервые за несколько дней нормально улыбнулся.
Совсем чуть-чуть.
Но по-настоящему.
И именно в этот момент я поняла:
это ещё не конец.
Потому что внутри Сынджуна всё ещё шла война.
И, возможно, самое страшное только начиналось.