Жанна Де Роло

Утро в доме Камден началось… слишком громко.

Слишком резко.
Слишком по-бабушкиному.
Жанна ещё спала.
Глубоко.
Сладко.
С тем редким спокойствием, которое приходит после слишком долгого дня.

Одеяло было натянуто до подбородка, волосы растрёпаны, а выражение лица — почти детское.

Редкость.

Очень редкость.

БАХ!

Дверь распахнулась так, будто в комнату ворвался ураган.

— ЖАННА!

— Ммм… революция отменяется…

Пробормотала она, даже не открывая глаз.

— ВСТАВАЙ!

Жанна резко подпрыгнула в кровати, волосы взлетели во все стороны.

— Кто умер?!

Перед ней стояла
Лиллиана Де Роло.

Живая.
Злая.
Опасная.

— Мы возвращаемся в Париж.

Тишина.

Абсолютная.

Жанна моргнула.

Один раз.

Второй.

И…

— ЧТО?!

Она вскочила на ноги так резко, что чуть не запуталась в одеяле.

— В Париж?!

— Да.

— В тот самый Париж?!

— У нас нет другого.

Жанна схватилась за голову:

— В тот, где люди в шестнадцатом веке теряли головы быстрее, чем я терпение?!

— Не драматизируй.

— Я НЕ ДРАМАТИЗИРУЮ, Я ПРЕДУПРЕЖДАЮ!

Она начала ходить по комнате, размахивая руками:

— Там же… традиции! Там же… приличия! Там же… ты в двойном размере!

— ЖАННА!

— Нет, серьёзно, бабушка, ты там становишься сильнее?

Лиллиана сузила глаза.

— Причина есть.

— Очень надеюсь, что это пожар, война или хотя бы конец света.

— Письмо.

Жанна замерла.

— Какое ещё письмо…

— Месье Корентен прибыл из России.

Пауза.

Маленькая.

Но… смертельная.
Жанна медленно повернулась.

— Кто…

— Месье. Корентен.

И вот тут… всё рухнуло.

— НЕТ.

Она резко схватила одеяло и залезла обратно под него.

— Я не слышу! Я ничего не знаю!  
Меня здесь нет!

Из-под одеяла донёсся приглушённый крик:

— ЭТО ТОТ САМЫЙ ПРИЩАВЫЙ КОЛОБОК, КОТОРОГО ТЫ ХОТЕЛА ВЫДАТЬ ЗА МЕНЯ В ШЕСТНАДЦАТЬ?!

— Он уважаемый человек.

— ОН ЕСТ СУП КАК БИТВУ ВЕДЁТ!

— ЖАННА!

— И ЖУЁТ ТАК, ЧТО СТЕНЫ ПЛАЧУТ!

Лиллиана резко дёрнула одеяло.

— ВЫЛЕЗАЙ!

Жанна держалась.

— НЕ ВЫЛЕЗУ!

— ВЫЛЕЗАЙ, Я СКАЗАЛА!

— Я ПРЕДПОЧТУ УМЕРЕТЬ!

— Я МОГУ ОРГАНИЗОВАТЬ!

Одеяло дёрнулось сильнее.

И…

Жанна с грохотом упала на пол.

— ПРЕДАТЕЛЬСТВО!

Она лежала на полу, раскинув руки:

— Меня убили собственным одеялом…

В этот момент дверь снова открылась.

— У вас всё в порядке?

Дэвид Де Роло замер на пороге.
Перед ним была картина:
Жанна — на полу.
Одеяло — в стороне.
Лиллиана — с боевым выражением лица.

Он вздохнул:

— Я даже спрашивать боюсь…

— Мы едем в Париж!

Вскочила Жанна.

— Прекрасно.

Спокойно ответил он.

— И меня хотят выдать за…

Она сделала драматическую паузу:

— КОРЕНТЕНА!

Дэвид на секунду задумался.

— Того самого?

— ТОГО САМОГО!

— О…

Он кивнул.

— Тогда я на твоей стороне.

— СПАСИБО!

— ДЭВИД!

Дезко сказала Лиллиана.

— Что? Я честен.

И вот тут началось.
Настоящее.
Громкое.
Эпичное.
Семейное.

— Она поедет!

— Я не поеду!

— Поедешь!

— Нет!

— Да!

— НЕТ!

— Это для твоего будущего!

— Это для моего кошмара!

— Ты должна думать о браке!

— Я думаю! И мне не нравится!

— В Лондоне тебе больше нечего делать!

Тишина.

Жанна замерла.

Слова попали точно.

Лариса…

уже не здесь.

Она теперь — часть другой жизни.
Аджай Фаднавис
и… её новый мир.

Жанна медленно села на пол.

— Это нечестно…

Но Лиллиана уже подошла ближе.

— Вставай.

И снова потянула её за руку.

— Мы уезжаем.

Жанна резко вскочила:

— Я НЕ ПОЕДУ В ПАРИЖ РАДИ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ЕСТ КАК КАТАСТРОФА!

— Ты будешь вести себя как леди!

— Я лучше буду вести себя как беглец!

— ЖАННА!

— ЛИЛЛИАНА!

Дэвид стоял в стороне…
и тихо пробормотал:

— Французская революция, часть вторая…

Он посмотрел на потолок:

— Надеюсь, дом выдержит.

А в комнате…
уже начиналась новая битва.

Громкая.

Яркая.

И абсолютно безнадёжная.
Потому что это была
семья Де Роло.

                        .....................

Утро в доме Камден окончательно потеряло всякое достоинство.

Если ещё десять минут назад это был уважаемый дом…
то теперь это было поле боя.

С открытыми дверями.
И одной очень упрямой внучкой.

— ВЫХОДИ!

— НЕТ!

Лиллиана Де Роло стояла в дверях, сжимая руку Жанны.

А Жанна…

держалась.

Буквально.

Руками за косяк.
Ногами за вторую сторону.

— Я часть архитектуры!

Кричала она.

— Меня нельзя перемещать!

— Ты позор семьи!

— Я украшение!

— ВЫХОДИ!

— Я ВРОСЛА!

Жанна Де Роло уже почти лежала горизонтально, вытянутая между дверью и свободой.

Но держалась.

С отчаянием.
С драмой.
С достоинством… ну, насколько это было возможно.

— Я не поеду в Париж!

Кричала она.

— Я лучше выйду замуж за дерево!

— Я могу это устроить!

— О НЕТ, СПАСИБО!

И тут… хруст.
Руки соскользнули.

И…

Жанна вылетела наружу.
С грохотом.
Прямо на ступени.

— Я умерла.

Спокойно заявила она, не двигаясь.

Пауза.

— Передайте Кристоферу, что он был…

Она задумалась.

— Иногда терпим.

— ВСТАВАЙ!

— Я дух! Я не могу вставать!

Но Лиллиана не собиралась проигрывать.
Никогда.
Она схватила Жанну за ноги.
И… потащила.

— ЭТО ПОХИЩЕНИЕ!

Закричала Жанна, цепляясь за ступеньки.

— ЭТО ВОСПИТАНИЕ!

— Я БУДУ ПИСАТЬ ЖАЛОБУ!

— ПИШИ ИЗ КАРЕТЫ!

Рейнольд Де Роло стоял рядом, сложив руки за спиной.

— Я всегда говорил, что утро должно начинаться спокойно…

— ПАПА!

Крикнул Дэвид.

Дэвид Де Роло посмотрел на происходящее и покачал головой:

— Я не вмешиваюсь. Это исторический момент.

— ПОМОГИТЕ МНЕ!

Закричала Лиллиана, таща внучку.

— Я морально с тобой.

Ответил Рейнольд.

— МНЕ НУЖНА ФИЗИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ!

— Это уже сложнее…

Жанна, лежа на спине и скользя по полу, вдруг подняла голову.

И…
замерла.

— О.

На дорожке перед домом стоял
Вильям Аттертон.

С цветами.
И абсолютно неподходящим выражением лица.

— Я… кажется, не вовремя.

Тихо сказал он.

— ВОВРЕМЯ!

Закричала Жанна.
И резко вырвала одну ногу из хватки бабушки.

— СПАСИ МЕНЯ!

Она вскочила — впервые за всё утро — и подбежала к нему.
Схватила его за руку.

— Я СДЕЛАЮ ВСЁ!

Пауза.

— Всё?

Переспросил он.

— ВСЁ!

— Даже…

— ДА!

— Даже будешь вежливой?

— НЕ ПЕРЕГИБАЙ!

Вильям на секунду задумался.
Посмотрел на Лиллиану.
На Жанну.
На карету.

И…
улыбнулся.

— Тогда… бежим.

— ЧТО—

Но он уже схватил её за руку.
И потянул за собой.

— ЖАННА!!!

Крик Лиллианы разнёсся по улице.

— ВЕРНИСЬ НЕМЕДЛЕННО!!!

Но Жанна уже бежала.
Смеясь.

С растрёпанными волосами.
С абсолютно безумным выражением лица.

— Я СВОБОДНАААА!

— Это временно!

Крикнул Вильям.

— МНЕ ХВАТИТ!

Позади…

Лиллиана стояла, тяжело дыша.
С идеально испорченным утром.

— Рейнольд…

Очень тихо.
Очень опасно.

— Найди её.

Рейнольд медленно кивнул:

— С удовольствием. Это будет весело.

Дэвид вздохнул:

— Я чувствую, что это только начало…

А впереди…
Жанна и Вильям уже исчезали за поворотом.

И впервые за всё утро
она смеялась по-настоящему.