21 глава
Солнце уже стояло высоко, когда Лариса и принц Аджай решили прогуляться по улицам Лондона. Воздух был свежий, лёгкий ветерок шевелил занавески в окнах домов, и над городом витала та особенная атмосфера — когда утро ещё не закончилось, а день уже обещает бедлам.
— Сегодняшнее утро было… весьма оживлённым.
Сказал Аджай, мягко улыбаясь.
Он слегка пригладил волосы и добавил:
— Два джентльмена, одна дама и букет тюльпанов против роз — это даже лучше, чем индийская драма о наследстве.
Лариса рассмеялась, прикрывая рот перчаткой.
— Да уж. Я думала, только французы умеют устраивать такие романтические спектакли, но, видимо, лондонские джентльмены ничем не хуже.
Они шли по набережной, глядя на отражения в воде. Кареты проезжали мимо, торговцы выкрикивали свои цены, и всё вокруг казалось живым и немного безумным.
Аджай, как обычно, был галантен. Он шёл чуть сбоку от Ларисы, будто создавая вокруг неё невидимую защиту, и говорил с лёгкой, почти застенчивой интонацией:
— Вы знаете, мисс Камден, вы удивительная девушка. Весёлая, добрая… и не боитесь хаоса, что редкость для леди.
— Вы просто льстите мне, ваше высочество.
Кокетливо ответила Лариса.
— Нет.
Покачал он головой.
— Я просто вижу, как вы заботитесь о Жанне. А ведь вы могли бы думать только о себе…
Она повернулась к нему с хитрой улыбкой.
— Хм. Звучит как намёк, принц.
Он пожал плечами, глядя вдаль.
— Может, и намёк. Я просто думаю, что такая милая и добрая леди заслуживает идеального мужа. Того, кто будет рядом всегда, кто поддержит во всём… и, возможно, кто не спотыкается о ковры на балах.
Лариса рассмеялась, и Аджай с облегчением тоже улыбнулся — шутка спасла его от неловкости.
— Ах, ваше высочество, вам нужно быть осторожнее с такими словами.
Сказала она, слегка касаясь веером его руки.
— А то кто-нибудь подумает, что вы делаете предложение.
— А если бы и делал?
Ответил он с улыбкой, чуть склонив голову.
Она быстро отвернулась, будто рассматривая витрину с шляпками, хотя щёки её уже пылали.
— Я… я бы притворилась, что не поняла, чтобы это продолжалось чуть дольше.
Тихо ответила она.
Между ними повисла тишина, наполненная лёгким смехом и неосознанным волнением. Всё было идеально… до тех пор, пока не появились знакомые лица.
— Мадемуазель Камден!
Раздался уверенный голос.
Лариса вздрогнула и обернулась. Перед ней стояли Дэвид Де Роло — высокий, солидный мужчина с густыми усами и чуть суровым взглядом — и Лиллиана Де Роло, бабушка Жанны, с лицом, которое могло бы остановить целый парад.
— О, Господи.
Прошептала Лариса.
— Родственники.
Принц Аджай вежливо поклонился.
— Добрый день, достопочтенные дамы и господа.
Произнёс он с лёгкой улыбкой.
Лиллиана смерила его взглядом с головы до ног и произнесла сухо:
— И кто этот смуглый молодой человек рядом с вами, Лариса?
— Это принц Аджай Фаднавис…
Начала Лариса, но бабушка перебила:
— Принц? Из Индии? Ах, вот почему ты так счастливо выглядишь. Тёплый климат явно идёт тебе на пользу.
Аджай кашлянул в ладонь, не зная, смеяться или поклониться снова.
— Приятно познакомиться, мадам.
Сказал он мягко.
— Ваше чувство наблюдения безупречно.
— Я в курсе.
Ответила Лиллиана с ледяной улыбкой.
— Но, если позволите, мы ищем мою внучку. Мою… дорогую внучку, которую я не видела уже год. Вы ведь знаете, где она, Лариса?
Лариса сглотнула, бросив быстрый взгляд на принца, который тихо шепнул:
— Кажется, буря надвигается.
— Да… да, конечно, знаю.
Ответила Лариса, нервно улыбаясь.
— Жанна дома… но, может быть, вам стоит сначала выпить чаю? Или пообедать? Или…
— Нет!
Строго ответил Дэвид.
— Мы хотим увидеть дочь.
— Ах, семейная сцена.
Пробормотал Аджай с лёгкой улыбкой.
— Может, я останусь позади?
— Нет!
Прошипела Лариса, схватив его за руку.
— Если я останусь одна, я умру от страха. Вы идёте со мной.
Принц тихо усмехнулся, кивнул и сказал:
— Хорошо. Но если они начнут кричать, я просто сделаю вид, что осматриваю цветы.
И вот они трое — Лариса, принц и суровая делегация семьи Де Роло — направились к дому, где Жанна, ничего не подозревая, обсуждала с Анне новый чайный сервиз.
Лариса шла впереди, как человек, ведущий диких зверей в клетке, а Аджай тихо бормотал себе под нос:
— Я приехал в Лондон ради культуры… но, похоже, попал в комедию.