Ты лучший брат, честно.
Тепло от маратовой спины медленно просачивалось сквозь плотную ткань домашней кофты, согревая лопатки. Аля затихла, чувствуя, как ушибленное колено под тяжелым ватным слоем наконец-то окончательно перестало дергать. Жар от наташиной мази улегся, превратившись в ровное, усыпляющее тепло. В комнате пахло этой самой ментоловой мазью, мокрым снегом от куртки марата,брошенной на стул.
Марат дышал уже ровно, глубоко, его плечи расслабились, и он совсем по-детски уткнулся носом в алину лопатку. За окном метель окончательно утихла. Мороз затянул стекла такой плотной белой изморозью, что комната казалась отрезанной от всего остального замерзшего города.
Аля прикрыла глаза. В полусне ей казалось, что они все еще сидят в том шалаше под Челнами, у костра, а впереди — бесконечная, полная приключений жизнь. в принципе.. так и оказалось, только это совсем не те приключения, которые хотела аля. Где-то там, на краю сознания, еще крутился образ Валеры — его мокрые темные кудри, горячие пальцы, поправляющие ей шарф, и серый плеер на тумбочке. Но страх ушел.
Небо за окном медленно, неохотно начало окрашиваться в блеклый, предрассветный серый цвет. В прихожей тихонько вздохнул во сне Гуфи, перевернувшись на другой бок.
Близко-близко друг к другу, делясь последним домашним теплом, брат с сестрой наконец-то окончательно заснули. Они спали крепко, без тревог, в этой огромной, холодной казанской ночи.
Серый, сырой свет зимнего утра медленно просачивался сквозь ледяные узоры на стекле, окрашивая комнату в блеклые полутона. На улице, где-то далеко у проспекта, глухо и надрывно завывал застрявший в сугробе мусоровоз, а под самыми окнами методично, со скрипом скреб по асфальту лопатой дворник. Этот монотонный, привычный звук казанского утра понемногу вытягивал Алю из тяжелого, глубокого сна.
Она открыла глаза и не сразу поняла, почему ей так тепло и тесно. На плечо давила чужая тяжелая голова. Брат спал, тихонько и мерно сопя. Его рука, затянутая в рукав синей олимпийки, поперек лежала на ее талии.
Аля осторожно, стараясь не разбудить его, пошевелила левой ногой. Колено отозвалось тупой, тянущей болью, но резкой рези, от которой ночью темнело в глазах, уже не было. Сустав будто разжался, освободившись от каменных тисков.Она скосила глаза на прикроватную тумбочку. В сером утреннем свете пластиковый корпус плеера «Электроника» казался совсем блеклым, а синяя изолента на крышке — темным грязным пятном. Но само присутствие этой вещи здесь, рядом, дарило странное, упрямое чувство тепла.
Марат вдруг шумно вздохнул, заерзал и медленно открыл глаза. Несколько секунд он непонимающе щурился на морозное окно, а потом, сообразив, где находится, быстро отпрянул, усаживаясь на кровати и потирая затекшую шею.
м: как ты блин тут спишь — хриплым утренним голосом проворчал он,— Узкая она у тебя. И дует всё-таки из угла, мне кажется у меня шею продуло.
а: слышишь , сам приперся — тихонько улыбнулась Аля, подтягивая одеяло до подбородка. — Тебя никто не гнал. Замерз как собака.
Марат беззлобно буркнул что-то в ответ, сполз с кровати и подошел к окну. Он прижал ладонь к стеклу, протапливая кругляшок в изморози, и заглянул во двор.
м: Метель кончилась, — негромко сказал он. — Но замело всё знатно. Жигули дяди Степы по самую крышу в сугробе стоят.
а: Вовка, походу, уже встал.
С кухни действительно доносились тихие, глухие звуки — стук сковороды о чугунную конфорку, шарканье тяжелых вовиных тапочек и ровный, монотонный гул закипающего чайника. Вова всегда вставал рано, особенно когда день обещал быть тяжелым.
Придерживаясь за деревянную спинку кровати, Аля осторожно спустила ноги на пол. Наступать на левую ногу было всё еще боязно, но опора появилась. Кое-как, хромая и припадая на один бок, она побрела вслед за Маратом в коридор. Шерстяные носки приятно грели линолеум.
Вова стоял у плиты в одних спортивных штанах и серой армейской майке. Его широкая спина со шрамом у лопатки была напряжена. Он сосредоточенно разбивал яйца на горячую сковородку. Увидев близнецов, Вова не обернулся, только коротко качнул головой.
во; Проснулись, сони, — негромко сказал он. — Время десятый час. Давайте за стол, пока горячее.
а: доброе утро — сонно сказала аля —
м: доброе утро.. — еще более сонно пробурчал Марат, потирая шею—
На кухне пахло крепким чаем со зверобоем — вовкина привычка, привезенная из Афганистана, — Марат молча уселся на свой табурет, пододвигая к себе тарелку, а Вова аккуратно взял Алю за локоть и помог ей устроиться на угловом сиденье у окна, бережно уложив ее больную ногу на соседний стул.
во: Как колено? — спросил он, присаживаясь напротив и наливая заварку в праздничные чашки со слоном.
а: Лучше, вов, — тихо ответила Аля, грея ладони о теплую кружку. — Почти не болит, когда лежу. Только наступать еще страшно.
во: И не наступай, — отрезал Вова, и его взгляд сразу стал серьезным, деловым. — Наташа после смены часам к семи вечера обещала прийти. Мазь другую принесет, посильнее. вы сегодня постарайтесь дома посидеть, особенно ты - Аль. Марат, за сестрой приглядывай. Если узнаю, что она хоть во двор вышла — уши оборву обоим.
м: ты же сам сказал что б я пацанов собрал, коробку почистить от снега надо.
во: почистишь и домой сразу. — Марат лишь кивнул, он не любил спорить с Вовой —
после завтрака в квартире Суворовых вновь стоял запах мази. Але нужно было растереть колено и поменять бинт.
старший брат аккуратно снял старую повязку и оголил распухший сустав, он уже выглядел лучше. нанеся холодную мазь он аккуратными движениями растирал ее по колену, доставляя аля очень не приятные ощущения.
во:терпи маленькая,почти всё—закончив растирать мазь,он повязал сестрой новый бинт—
во: вот и все , умница.
брат пошел к раковине и тщательно, до скрипа вымыл руки под краном, смывая резкий камфорный запах наташиной мази. Вытер ладони потемневшим вафельным полотенцем и повернулся к близнецам. Его лицо, обычно спокойное дома, сейчас казалось серым и жестким. На лбу прорезалась глубокая складка — Адидас уже полностью ушел мыслями в предстоящие терки.
во: Значит так, — Вова бросил полотенце на спинку стула и тяжело оперся руками о стол. — Сегодня в два часа у нас разговор со старшими хадишевских. Базар тяжелый будет, неизвестно, чем закончится. поэтому Марат,будьте на чеку.
Он перевел взгляд на притихшего Марата.
во; Как только мы со всеми старшими уедем к нефтебазе, бери скорлупу. Собирай всех младших, берите лопаты и выметайтесь чистить коробку. Замело её по самые борта после метели. Работой пацанов займи, по улицам не шатались и под раздачу не попали. Всё понял?
м: Понял, вов, — тихо буркнул Марат, поправляя воротник олимпийки.
во: Всё. Я собираться. Надо куртку плотную найти и... — Вова не договорил, махнул рукой и быстро вышел из кухни, плотно притворив за собой дверь своей комнаты. Оттуда почти сразу послышался шорох перекладываемых вещей и тяжелый стук его армейских ботинок.
Как только шаги брата затихли, Аля мгновенно подалась вперед. Колено противно дернуло болью, но она даже не поморщилась. Она вцепилась обеими руками в маратово плечо, заглядывая ему прямо в глаза.
а: Марат, возьми меня с собой. Пожалуйста.
Брат от неожиданности отпрянул, уставившись на нее круглыми глазами.
м: Ты чё, с ума сошла, Алька? — зашептал он, испуганно косясь на закрытую дверь вовиной комнаты. — Какая коробка? У тебя нога не сгибается!
а: Да плевать..— так же горячо, срываясь на дрожащий шепот, заговорила Аля. — Маратка, ну чё мне дома одной делать? Сидеть в пустой квартире и с ума сходить? Я не смогу одна, честно. В груди всё разрывается.
Марат нахмурился, его упрямая челюсть дернулась. Он попытался убрать ее руки со своего плеча, но сестра держала намертво.
м: Аль, ну как ты пойдешь? — уже мягче, с досадой спросил он. — До коробки топать прилично, снега навалило по колено. Ты же упадешь на первом сугробе. А если реально хадишевские набег утроят, пока старших нет? там одна скорлупа будет, у нас половина пацанов лопату еле держит.
а: Я не упаду, ты мне поможешь дойти, поможешь же? — быстро, глотая слова от волнения, упрашивала Аля. — А на коробке... Там же качалка рядом, я зайду туда и там посижу. Марат, ну мы же близнецы. Ты обещал, что мы прорвемся. Не оставляй меня одну, мне страшно. Очень страшно.
В ее глазах, обычно упрямых и гордых, сейчас плескался такой чистый, детский испуг, что Марат не выдержал. Он посмотрел на ее бледное лицо, вспомнил вчерашний танец в ДК, вспомнил хмурого Турбо у гаражей и тяжело, обреченно выдохнул сквозь зубы. Спорить с сестрой, когда она смотрела на него вот так, было выше его сил.
м: Чёрт с тобой, Суворова , — глухо проворчал он, сдаваясь и раздраженно дернув плечом. — Но если вовка узнает — нам обоим пиздец. Короче: натягивай самые толстые штаны поверх повязки.доковыляем тихонько дворами, пока старшие не уехали.
а: Поняла! — Аля радостно закивала, чувствуя, как от сердца мгновенно отлегает огромный, тяжелый камень. — Маратка, спасибо. Ты лучший брат, честно.
м: Ага, лучший, — пробурчал Марат, торопливо поднимаясь со стула и поглядывая на часы. — Лучший кандидат на получение в фанеру от Вовы. Давай быстрее, у нас три минуты на сборы.
___________________________________
1396 слов, поддержите пожалуйста ⭐️