Рогатая звезда и небесный волк

Небеса затянулись черными тучами и пролили на землю стремительный поток воды, слово это были слезы скорби по всем горестям этого бренного мира.

На веранде маленькой бамбуковой хижины с одной комнаткой сидела девушка с белоснежными, как свежевыпавший снег волосами, часть которых была заплетена в тонкие косы ободки поверх распущенных, достающих до копчика, полупрозрачными пушистыми бровями и длинными, слово покрывший веки иней, ресницами.На ней были надеты такие же белесые монашеские одеяния, а на спине, частично скрытая копной гладких волос, висела шляпа доули, покрытая небольшим отрезком вторящей одеждам ее хозяйки по цвету газовой ткани.Шею украшала плотно обмотанная вокруг атласная лента с кружевом все того же оттенка и длинное ожерелье бусин белого нефрита.

Скучающе оперевшись о балку головой и слушая мерно барабанящий по черепице шум дождя, она ела сочную, спелую черешню из плетеной корзины, переданной ей вместе с парой медяков в дорогу местными жителями деревни, за помощь в истреблении разбушевавшегося демона.

В последнее время в этих краях ситуация становилась все более опасной: демоны лезли изо всех щелей как сорняки, все чаще устраивая набеги на поселения простых людей, устраивали погром, убивали взрослых и похищали детей, чье мясо среди нечисти традиционно считалось самым мягким и вкусным, и,
держа в качестве живой съестной провизии, они таскали их с собой как домашний скот, чтобы полакомиться свеженьким в дороге.

И по мере приближения к самому сердцу Империи Иньхэ, столице государства Чжунсинь-городу Тайян Си, все только усугублялось:один из четырех великих кланов заклинателей Юдоу чжи фун и Да цзяо син, в связи со стремительным распространением скверны уже ввел в городе карантин и поместил всех жителей под защитный купол, через который нельзя пройти без досмотра специально выставленных дозорных на границе .

Скверной в царстве людей называли страшное тяжёлое поветрие демонического происхождения, которой могли заразиться все живые существа, начиная от людей и животных и заканчивая землей, почвой под ногами и самими демонами, которые и были источником хвори.Зачастую, она появлялась у мелких грязных падальщиков, в народе прозванных демонами осквернителями.

Изначально эти осквернители были настолько слабы, что могли только подъедать трупы не первой свежести, обладали самым примитивным сознанием или не имели его вовсе и были озлобленны настолько, что в какой-то момент вмещали в своих телах темной ци больше, чем оно могло выдержать, что и вызывало появление скверны, которая передавалась всем, к кому прикасался распространитель поветрия.Самого демона хворь убить не могла и он оставался лишь на первой стадии заражения-разложении.

Однако, скверна окончательно сводила и без того гадкого и недалекого осквернителя с ума, придавая недюжинной свирепости, делая его сильнее и опаснее, чем когда бы то ни было, пробуждая звериный голод и вынуждая отбросить былой страх, вытаскивая на поверхность самые темные желания своей жертвы, вынуждала искать свежую добычу вновь и вновь, не давая возможности насытиться.
Такой зараженный, если его не остановить, за раз мог съесть целый небольшой город, но для опытных заклинателей, тем не менее, все еще считался мелкой сошкой,
так что останавливать таких, в большинстве случаев, не представляло труда.

Самым неприятным было то, что заразиться мог кто угодно, достаточно одного, даже непрямого касания демона, а вылечить хворь было не так уж и легко.
Всего существовало три этапа её развития:
На первой стадии все тело человека за считанные дни покрывалось трупными пятнами и начинало пахнуть невыносимым запахом разложения.

На второй же скверна проникала глубже, отчего даже меридианы начинали тускнеть и сохнуть - особенно болезненным этот процесс был у заклинателей с наличием в них светлой ци, которая искажалась и приносила владельцу невыразимые муки, а по уже сформированному ядру шли маленькие трещины и оно медленно разрушалось.

Последняя, третья стадия была необратимой:хворь полностью завладевала  разумом человека, делая его похожим на демона осквернителя.

Конечно, заклинателям в этом плане было гораздо проще, ведь чем дальше самосовершенствующимуся удавалось продвинуться на пути духовного развития, тем сильнее было духовное ядро и тем больше в организме имелось светлой ци, соответственно, и сопротивляемость всего организма была выше.У некоторых самых прославленных мастеров вырабатывался настолько крепкий иммунитет , что для них опасность представляла только кровь демона, попавшая, непосредственно, в открытую рану.

Однако, среди простых людей повальные эпидемии вспыхивали повсеместно, и нынешний случай был одним из них.

Погрузившись в туманные думы о множестве различных вещей, включая свои дальнейшие действия и все вероятные исходы событий в будущем, Син Сюань даже не заметила, как одним махом уплела всю черешню.Так что в очередной раз потянув руку в корзину и обнаружив ее пустой, удивленно выпучила глаза.

Дождь к тому моменту уже встал, а из под убывающих вдаль темных облаков пробились первые лучи солнца, напоминавшие тонкие золотистые нити, сплетенные священными шелкопрядами из величественного главного сада Небесных чертогов.Словно переливаясь чистым духовым сиянием, слегка отражающим преломление цветов только-только образовавшейся напротив полупрозрачной радуги, они свисали до самой земли, будто стремясь озарить её этим божественным сиянием до самых недр, растворив собой все нечистоты, оставленные всеми когда-либо ступавшими по ней живыми организмами.

-Дао Сюй-нюй, вы собираетесь в город?Если да, то этот старик мог бы подвести вас.

Хриплый мужской голос прозвучал почти над самой головой девушки, окончательно вытолкнув её из собственных мыслей, заставив вскинуть голову и взглянуть на говорившего из-под слегка опущенных, будто сонных век, после чего произнести ровным тоном:

—Эта Дао Сюй-нюй мэй будет премного благодарна господину за заботу.Прошу, если вас не затруднит, не могли бы вы помочь мне добраться до Тайян Си?

Седовласый, слегка морщинистый и невысокий крестьянин в простецких одеждах, смущенно улыбнувшись и небрежно махнув рукой, произнес:
—Что вы, что вы, Дао Сюй нюй, ни к чему такие манеры, мы ведь здесь люди простые, к тому же вы спасли жизнь этому старику и всем жителям деревни, как же я могу вам отказать?Это меньшее, чем мы можем вас отблагодарить.

—В таком случае, когда вы планируете отправляться в путь?

—Лошадей я только что запряг а товар погружен еще с утра, так что если вы уже закончили в наших краях и не против ехать в повозке забитой дарами природы прямиком с полей, то милости прошу вас в карету, "молодая госпожа", Хе-хе.

Последние слова старик произнес несколько манерно, даже слегка слащаво, будто обращался к богатому клиенту в каком-нибудь питейном заведении или трактире.

В ответ на это девушка лишь мягко и сдержанно улыбнулась, слегка кивнув старику, после чего они вместе прошли к повозке, устроились каждый на свои места и двинулись в сторону столицы.

Син Сюань была бродячей заклинательницей пилигримом без клана, духовной школы и постоянного места жительства.Подрабатывая то тут то там, она постоянно перебиралась с места на место, из города в город и, скажи ей кто-то, что в соседнем царстве можно не плохо подзаработать-шустро распределив свои скудные пожитки в пару мешочков цянькунь  для удобства, девушка тут же пустилась бы в путь-только и видели такую.

Конечно, защитой населения Империи был обязан заниматься Император, но тот, к большому сожалению всех своих подданных, по причине своей раздутой до небес гордыни и откровенно скудного ума, с первых дней своего восхождения на трон питал расположение исключительно к самым знатным и давно заслужившим доверие его правящими предками главам четырех великих кланов,  испокон веков преданно служившим престолу и народу.

Посему, издав приказ спонсировать лишь высокопоставленных фаворитов, все остальные духовные школы были вынуждены начать брать плату за свои услуги, чтобы иметь возможность хоть как-то существовать.

Хотя члены кланов все ещё боролись с нечистью с тем же рвением и безвозмездно, тем не менее,  многовековые традиции не позволяли иметь даже временные базы за пределами стен основной территории, которая никогда не менялась ни в расположении, ни в размерах , и распределять их по территории Чжунсиня, в связи с чем, во первых, было ограничено количество мест в клане, а во вторых, помимо нехватки рук, мастера далеко не всегда успевали на помощь в отдаленные места.

И пусть услуги государственных заклинателей полностью покрывались деньгами налогоплательщиков, многим поселениям, находившимся в отдалении, ничего не оставалось, кроме как приплатить мелким духовным школам или, если посчастливится, бродячим заклинателям и монахам.А  последние, в некоторых случаях, как и Син Сюань, не имея за душой ни кола ни двора, могли и вовсе не устанавливать фиксированную плату, молвив "отблагодарите ровно столько, сколько по вашему мнению этот скромный монах заслуживает".

Нельзя сказать, что попытки обмануть пилигримов были частым явлением-кто в своем уме станет дурить человека, который в разы сильнее любого бравого молодца без духовной силы?Однако, одно дело заиметь каплю, и совсем другое быть способным доказать её на деле.

Для своего немногочисленного на вид возраста Син Сюань была крайне способной и часто бралась за гиблые дела, когда толпы старых монахов махали на хозяев рукой и велели либо платить слишком большие суммы денег даже для не самых бедных людей крупным школам и сектам, либо вовсе месяцами ждать мастеров из клана и молиться Небесному Владыке, чтобы они не были съедены демоном или редко встречающимся злым духом за это время.

Спустя два шичэня повозка с овощами и сидящей на мешке картофеля юной хрупкой фигурой в белоснежных одеждах подъехала к границе города Тайян Си.Едва обогнув последние лесные деревья уже можно было явственно увидеть огромный, ярко голубой полупрозрачный купол, возвышающийся над всей столицей.

В длинную очередь примерно за 2 ли от купола выстроилось множество как стоящих, так и сидящих после пешего пути людей, повозок, запряженных лошадьми, быками, коровами и даже ослами, тележек со всевозможным продовольствием и несколько богато украшенных паланкинов с носильщиками.

Подъехав поближе можно было увидеть выстроившихся в ряд высоких, стройных и грациозных, словно лань, заклинателей в светло бирюзовых и аквамариновых одеждах из чистого шелка, с вышитыми на длинных, просторных рукавах голубыми бабочками на фоне звёздного неба, излучавшими легкое голубое свечение и потоками ветерка, колышемыми их большими крылышками.

В центре лба у каждого из них была отличительная татуировка клана:белая семи конечная звезда, а на тыльной стороне правой ладони созвездие Му фу цзо.

Народ, толпившийся вокруг них был явно недоволен-люди нервничали, шумно и возмущенно обсуждая происходящее друг с другом, они тяжко вздыхали, цокали языком, громко топали одной ногой перевалившись на другую, и выказывали свое недовольство стоящим перед собой мужчинам:

—Да где это видано, чтобы людей в столицу не пускали!А коль мы тут живем и удалялись по делам, что ж теперь нам прикажете, бросить свой дом и стать нищими бродягами?

—Вот именно!Мы все прекрасно понимаем, что в городе эпидемия, но ведь сколько времени прошло, уже и лекари из клана Шу вот-вот подоспеют, разве вы не должны теперь взять ситуацию под контроль?Тем более всего лишь на первой-то стадии хвори, которую сами ведь прекрасно лечите!

—Верно говорите!-Вторили высказавшимся ранее ораторам стоявшие неподалёку люди.

Один из заклинателей-стройный юноша лет семнадцати на вид, с мягкими приятными чертами лица ответил толпе:

—Уважаемые граждане, клану Юдоу чжи фун и Да цзяо син в настоящий момент удалось подавить распространение скверны, однако, многочисленные демоны осквернители пришедшие с деревни Баньюань все еще не были полностью переловлены и преданы огню, посему угроза для населения до сих пор сохраняется.В содружестве с союзными кланами мы сделаем все возможное для предотвращения дальнейших возможных негативных событий, посему мы настоятельно просим всех жителей города запастись терпением и проявить понимание, соблюдая временные правила и ограничения.

Толпа все ещё негодовала, но, тем не менее, делать было нечего-пусть и крайне неохотно, однако понемногу люди поумерили свой пыл и вернулись к обычным праздным разговорам между собой в ожидании, когда заклинатели проверят их личность в порядке очереди и, наконец, пропустят внутрь.

Син Сюань спрыгнула с повозки, поблагодарила своего спутника и, распрощавшись, направилась прямиком к заклинателям.Первый среди них, увидевших хрупкую низкую фигуру, приближающуюся, словно плывущее в небе белое облако, слегка поклонился девушке и произнес:

—Приветствую юную Дао Сюй-нюй, сегодня вы прибыли в столицу в связи с недавним происшествием?

—Приветствую брата на пути самосовершенствования, все верно, это скромная Дао Сюй-нюй мэй хотела бы оказать свою посильную помощь в поимке оставшихся осквернителей и, если потребуется, в очищении.

Говоривший с ней заклинатель был тем же, кто успокаивал толпу пару минут назад.Улыбнувшись, он ответил Син Сюань:

—Что ж, судя по всему, вы весьма талантливы и наверняка обучались у крайне искусного и высокочтимого мастера.Жители Тайян Си и члены клана Юдоу чжи фун и Да цзяо син будут весьма признательны  за оказанную вами заботу.Прошу, сестра, проходите, вас проводят к территории клана и введут в курс дела более подробно вместе с остальными новоприбывшими союзниками.

Син Сюань лишь скромно улыбнулась и медленно моргнув, едва заметно кивнула головой
в ответ, после чего заклинатель начертил пальцем на барьере незамысловатую печать.Всего через несколько секунд небольшой прямоугольный участок барьера стал более тусклым, пока вовсе не исчез, и юноша в аквамариновых одеждах жестом пригласил стоявшую рядом девушку внутрь.

Миновав барьер и высокую арочную алею, застланную брусчатой серой плиткой, Син Сюань переступила порог толстых, напрочь распахнутых железных врат и застыла.

Пред ярко голубыми, широко распахнутыми и слегка изумленными от увиденного очами этой скромной монахини предстал всецело безлюдный город, опутанный туманной навесой над головой, напоминавшей ещё один защитный купол.

Сквозь него не пробивалось ни единого лучика закатного солнца, только что все еще заметно озарявшего Поднебесную за пределами города.Пройдя немного дальше, ей удалось разглядеть на дверях и окнах домов защитные печати, а в нос ударил сладкий запах благовоний.Син Сюань с её острым, практически лисьим обонянием без труда удалось узнать этот запах-так пахли особые травы, используемые мастерами клана Юдоу чжи фун для создания очищающих и повышающих иммунитет от заражения скверной благовоний на основе традиционных методик клана, когда-то специализировавшегося на технике "Союз со стихией воздуха", и по сей день использующего некоторые знания, переданные этой стихией.

—Прошу, Дао Сюй-нюй, следуйте за мной.
Все тот же юноша в аквамариновых одеждах окликнул Син Сюань, отвлекая от разглядывания удручающей картины и повел девушку в сторону от центральной площади на главной улице по узкому переулку между домами.

Отправившись вслед за ним и теребя на ходу длинные широкие рукава своего халата, монахиня даоска неуверенно спросила:

—Господин заклинатель, куда же подевались все жители города?

—Все простые люди заперлись по домам и не рискуют ступить за порог и шагу.За последнюю неделю мы не видели никого кроме других заклинателей, бездомных бродяг в самом бедном районе на окраине и редко пробегающих мимо перепуганных до смерти личных слуг знатных господ.

Плохое предчувствие закралось в душу девушки и смутные предположения поселились чувством резко возникшей легкой тревоги в животе.В конце концов, уже сейчас обстановка в столице казалось значительно хуже, чем она предполагала ранее.По детски-наивно надеясь, что человек рядом с ней сможет развеять эти предположения и одновременно страшась их подтверждения, она уточнила:

—Господин заклинатель, позвольте полюбопытствовать, что же именно произошло?С чего началось поветрие и почему один из величайших кланов так долго не может стабилизировать ситуацию?

Заклинатель хмуро сдвинул густые чёрные брови к переносице, и о чем-то задумавшись, молча опустил свой взгляд к уровню земли.Спустя время он все же ответил:

—Девять дней назад к нам прилетел гамаюн с письмом от неизвестного автора, упомянувшего лишь то, что написано оно было в деревне Баньюань.

В нем говорилось о недавнем рождении нового дитя Великой пустоты.Сразу после своего появления в поднебесной этот демон дал о себе знать-как и у каждого дитя пустоты, он довольно быстро обнаружил свою уникальную врожденную способность, а именно-осквернять земли и воздух, заражая всех находящихся поблизости осквернителей, которые сеяли поветрие дальше, пока не дошли до самой столицы.

К тому моменту клан едва успел сгруппироваться и раздать большей части жителей дополнительные свежие талисманы и специальные благовония от наших мастеров и сопутствующее рекомендации.

Учитывая небывалую скорость как распространения, так и неестественной мутации осквернителей, нам еще повезло, что между Баньюань и Тайян Си больше нет жилых поселений, иначе количество жертв было бы...

И без того бледная от природы, словно гуй Син Сюань, казалось, сотворила чудо, побледнев сильнее самой бледной бледости, настолько сильно, что в какой-то момент стало казаться, будто сквозь её кожу вот-вот явят взору все внутренности.

Ну почему ей сегодня так не везет-сокрушалась про себя девушка.Вслух же, спокойным и ровным голосом она сказала следующее:

—Дитя пустоты, заражающее землю и провоцирующее ускоренное развитие скверны у осквернителей...Господин заклинатель, всё это никого вам не напоминает?

—Если вы говорите про Сеятеля Хуо Цзая, то достопочтенные мастера Юдоу чжи фун, также как и вы, в первую очередь предположили его причастность.Хотя тело Сеятеля было уничтожено всего пятнадцать лет назад, а единственным за всю историю Небес и Поднебесной когда-либо возрождавшимся демоном был лишь властитель пяти стихий Сыван, и тот смог это сделать лишь спустя тысячелетие, никогда нельзя исключать любую возможную вероятность, когда речь идет о жизнях множества людей.

Следом за вышесказанным суждением,
достопочтенные мастера также не исключают, что пустота вполне могла породить кого-то тождественного своему предыдущему отпрыску.

В любом случае , кем бы ни был этот сеятель-Хуо Цзаем или кем-то равным ему по силе-справиться с подобной проблемой обитателям Поднебесной будет крайне сложно.

И не только потому, что это существо является ходячей смертельной хворью, и даже не столько из-за того, что заклинателям придется, объединившись, бросить все силы, чтобы вновь сразить его, но ещё и по той причине, что все отпрыски пустоты, так или иначе, уже по праву рождения имели связь с пятой, исключительно темной и доступной для освоения лишь неправедным, запретным учением Кунсю, основанного на принципах взаимодействия со стихией изначального Хаоса-первостепенное культивирование которой во времена зарождения и расцвета истинного пути самосовершенствования означало изменение структуры Ци в пределах нашего тела, когда из Хоутянь Ци она должна трансформироваться в Юань(Сяньтянь)Ци.

И вот однажды, не одномоментно, но планомерно-человеческая жадность, алчность и жажда бессмертия привели к появлению в поднебесной приверженцев идолопоклонства пред тайнами великой, неизведанной и непостижимой пустоты, в тандеме с Хаосом порождающей непревзойденных и безупречных, совершенно отличных от законов поднебесной существ также легко, как и безвозвратно поглощающей в себе все попавшее в недра этой ужасающей бездонной пропасти неизвестного, а возможно и космического происхождения.

Так, со временем в Поднебесной и появилось переданное одним из сильнейших созданий, когда либо порождённых этой энергией-по слухам, самим дитём пустоты Сываном учение Кунсю, основывающееся на управлении мертвым и живым телом, сознанием, и при полном освоении, по слухам и легендам, любыми мельчайшими частицами материи, позволяющими изменять структуру самого пространства.

К счастью, учение Кунсю, на сегодняшний день было сложнейшим в мире и в отличие от традиционных, праведных учений, зачастую, включавших в себя тринадцать ступеней освоения, тождественно тринадцати ступеням духовного развития,
запретное учение, однажды пришедшее в Поднебесную, насчитывало, в общей сложности, двадцать одну ступень.

Однако, большинству его последователей, зачастую, удавалось освоить не более двух, в лучшем случае трех.Великими мастерами Кунсю уже могли считаться те, кому удалось освоить четвертую ступень.Тем не менее, каждое рождение любимчиков обычно крайне привередливой стихии, которым это учение было и не к чему, предвещало за собой хаос буквальный.

Тяжко вздохнув и отодвинув на время свою глубокую задумчивость в сторону, Син Сюань покачала головой, словно отгоняя роившиеся в голове множественные мысли, и не упуская возможности уточнить кое-что ещё, продолжила свои расспросы:

—Господин Заклинатель ранее упомянул о птице-вестнице смерти гамаюн, принесшей с собой письмо.Неужели...неужели в городе уже были жертвы?

Слегка сбавив шаг, юноша сжал костяшки тут же побелевших пальцев, и произнёс:

—Первые осквернители явились поздно ночью, и хотя деревня Баньюань частично отрезана от города, будучи зажатой со всех сторон непроходимыми всеми известными препятствиями, все же в лесу Кувэй есть две узкие тропы, ведущие прямиком к реке Юэгуан, как вам наверняка должно быть известно ,протекающей прямо напротив Тайян Си.Безусловно, эти тропы  давно перекрыты магическими барьерами и, вдобавок, завалены камнями, однако, у всего есть свой срок годности, и любой барьер со временем ослабевает.

К тому же...-Юноша вдруг неожиданно замолчал.

—К тому же?-подстрекнула его к пролонгированию рассказа Син Сюань.

—Да, простите...-пробубнил тот себе под нос , и уже громче продолжил:

—К тому же, как выяснилось позже, эти демоны внешне слегка отличаются от обычных падальщиков, притом они ощутимо сильнее и быстрее, а также, казалось, не полностью лишены рассудка и могут, пусть все еще довольно примитивно , но мыслить и осуществлять самый простой анализ происходящего.

В общем...Мы не были к такому готовы и пропустили небольшую группу осквернителей в город...Конечно, далеко они не смогли продвинуться, притом что все жители уже давно были проинформированы и сидели по хорошо запертым и облепленным талисманами домам, но люди бывают разные...И некоторых все же не удалось спасти...

—И скольких именно?

Подобные детали, в общем то, уже не относились напрямую к задачам, выставленным Син Сюань перед самой собой, а именно:внести как можно больший вклад в поимку Сеятеля, сделать все возможное чтобы обезопасить Тасян Си и получить заслуженное вознаграждение.Но по мере просвещения в детали вся эта история становилась все более занятной.

—Съедено было, по меньшей мере, тридцать шесть человек.Это из тех, от которых осталось хоть что-то...А вот зараженных на второй стадии было заперто уже около трёх сотен...

—Погодите, вы хотите сказать, что за такой короткий срок сквера уже развилась до второй стадии?

—Я вам скажу даже больше-первые люди с повреждением меридиан были обнаружены уже на следующий день после прихода демонов.

На этих словах глаза Син невольно расширились, или правильнее сказать, из зачастую полузакрытых распахнулись до обычного состояния, словно только полностью проснувшиеся от удивления-обычно на развитие второй стадии уходило, по меньшей мере, две недели, и чем крепче организм человека-тем дольше проходил процесс мутации.

—По этому все мастера и адепты Юдоу джи фун, да и наверняка все люди в городе с нетерпением ждут приезда лекарей из клана Шу.Мы очень надеемся, что они подоспеют вовремя, и нам не придется своими руками...

—Не придется своими руками убивать перешедших на третью стадию ни в чем не повинных людей.-Закончила за бедолагу с побледневшим лицом и посиневшими от расстройства чувств губами явственно помрачневшая, словно туча от услышанного девушка.

Теперь Син было не только занятно, но и приторно тоскливо из-за жалости к этим людям.Ей захотелось выместить на ком-то все своё недовольство за необходимость испытать ненавистное ей чувство, даже звучание которого было ей неприятно:Ж А-Л О С Т Ь.

А ещё слегка не по себе в связи с тем, что положение дел лишь усложнялось с каждым словом идущего рядом с ней заклинателя.

За разговором и собственными молчаливыми рассуждениями две фигуры в светлых просторных халатах-одна высокая-в аквамариновом, а вторая низкая-в белом, практически прошли большую часть пути от врат к выходу из города-долине Тайян Яобань, пронизанной ровно посредине стремительной, длинной и узкой рекой Юэгуан.

Бурным потоком эти чистейшие, прозрачные аквамариновые воды высвобождались из водопада в расщелине огромной скалы, неразрывно соединенной с одним из пиков клана Юдоу чжи фун с множеством уступов у подножья и усеянной маленькими отвесными домиками, соединенными между собой множеством канатных деревянных лестниц, словно парящими над долиной.

Над рекой, соединяя границы Тайян Си и территории клана Юдоу чжи фун, раскинулся широкий арочный мост из
брусчатого камня.

Минуя последние дома на подходе к переправе стало особо заметно, насколько длинным и узким был город-обогнув его по вертикали всего за четверть шичэня, можно было увидеть, как вдоль долины, благодаря особым свойствам реки Юэгуан, опутавший город туман слово встречал невидимую стену, и клубясь вокруг выхода в долину, все же никак не мог в нее попасть.

Но не смотря на это, на западной стороне
всевозможные здания столицы все ещё утопали за бескрайним горизонтом.На востоке же смутно виднелось небольшое круглое озеро, мимо которого протекала лунная река, а над ним высился величественный, отливающий золотом Императорский дворец, инкрустированный высеченными серебристыми шести и семиконечными звездами на многоярусной загнутой крыше.

Син Сюань, засмотревшаяся местными пейзажами, уже собиралась ступить на мост вслед за заклинателем, как вдруг вода неожиданно забурлила, и ещё до того, как девушка успела хоть как-то среагировать, что-то с плеском вынырнуло наружу и ринулось прямиком в сторону девушки.

Реакция её была молниеносной:из длинного широкого рукава вылетел изысканный веер шань небесно-голубого цвета, украшенный движущимися термическими потоками, усеянными маленькими белоснежными звездами и упал в бледную худую руку, своими размерами больше напоминавшую детскую.Тем не менее , один необычайно грациозный взмах кистью, и веер в этой миниатюрной ручке тут же породил ощутимо сильный порыв ветра, сбивший нападавшего с ног.

Вслед за темной тенью осквернителя из воды стремительно начали появляться и другие такие же, разрозненно кидаясь кто на выбранную своим предшественником жертву, кто на заклинателя на мосту.Последний достал висящий на поясе меч и отбил пару ударов нападающих, один из которых отсёк демону запястье, но тот, казалось, вовсе не обратил на это внимания, и с прежним остервенением, зловеще скалясь, в следующее мгновение вновь напал на юношу, силясь разорвать того на части своими огромными и острыми, словно лезвие когтями.

Тем временем ещё пару раз отправленные в полёт Син Сюань противники, подпрыгивая в мгновение ока, в конце концов приловчились, и теперь практически не теряя равновесия после взмаха веером, в конце концов, зажали монахиню в плотное непроходимое кольцо.

Ситуация вырисовалась удручающей-напавшие на них демоны казались значительно сильнее обычных осквернителей, да и выглядели как прежде разумные представители своей расы.
Девушка бросила краткий взгляд на заклинателя, который, уже успев порвать широкие рукава своего халата до самого локтя, также начал понемногу уступать в бою.

Здраво оценив их положение, она взмахнула своим веером с большей силой и рвением, чем до этого, направив
поток воздуха себе под ноги, и вновь раскидав стоявших вокруг, совершила стремительный прыжок, взлетев высоко над головами демонов.Допрыгнув к юноше, Син толкнула его себе за спину, сразу после чего, стянув с шеи нефритовое ожерелье, начертила над ним замысловатую печать, подкинув в воздух.

Испустив сияние , бусины разлетелись над головами толпы, соединяя между собой все нарастающий  ослепительный белый свет тонкими лучами,  образовывая непроходимый купол, наткнувшись на который демонов отталкивало назад.Монахиня практически зажмурила глаза, словно испытывая боль от этого яркого света, развернулась, и схватив под руку заклинателя, который изумлённо вперил взгляд перед собой, ринулась дальше по длинному мосту.

К сожалению, так легко перебраться на другую сторону берега им было не суждено-когда им оставалось всего несколько шагов, мостовую под ними с грохотом пробила массивная и мускулистая рука, а через миг из расщелины выпрыгнул демон ростом полтора чжана длиной.

Син Сюань ничего не осталось, как с остервенением вновь замахать веером, с трудом вглядываясь перед собой нещадно пекшими глазами-щелочками, однако, исходящие из него потоки ветра лишь слегка колыхали массивную фигуру, словно юная дева, в пылу ссоры толкающая своего крепко сложенного возлюбленного, на две головы выше неё самой.

К тому моменту демоны за их спинами рассвирепели пуще прежнего, а от их мощных и интенсивных ударов барьер  предательски затрещал, захрустел, заискрился, и в конце концов лопнул, словно раскалившееся стекло, разлетевшись на тысячи мелких осколков.

Вдруг молчаливо стоящий рядом заклинатель с крепко сжатым в обеих руках мечом резко поддался вперёд, и приняв боевую стойку ринулся на громадного демона.Син прекрасно понимала, что у этого дитя нет ни единого шанса, однако ничего не успела предпринять:после первого же перехваченного громадной ручищей удара, грубо схватившей лезвие меча, словно бамбуковую палку, юноша был отброшен в сторону на тридцать цуней.

Рослый демон мигом вытащил застрявший в ладони меч, и держа его за рукоять, остался какое-то время стоять на месте, пару секунд рассматривая тонкое холодное лезвие, в его внушительных руках, однако, больше походившее на шпильку, вполне осознанным взглядом, после чего ухмыльнулся и двинулся добивать свою жертву, судя по всему, её же мечом.

Монахиня вновь устало сомкнула веки, тяжко вздохнув.Немного погодя, она повторно набрала полную грудь воздуха, но в этот раз ненадолго задержав дыхание, прежде чем пронзительно закричать.

Демон спереди практически навис над заклинателем, а орава осквернителей уже дышала ей в затылок, как вдруг все пространство сотряс этот истошный крик, вмиг породивший вокруг своего источника вихрь, поднявший высоко вверх воды реки, пыль и камни на мостовой и уносящий прочь всех стоявших на ней, включая юношу, которого монахиня буквально на ощупь тут же схватила за руку и подтянула поближе к себе-туда, где ветер будто сталкивался с невидимым барьером и никак не мог затронуть этих двоих.

Впрочем, когда голос стих, это похожее на разрастающееся стихийное бедствие явление растворилось без следа так же быстро, как и возникло.На смену сему ступила безмятежная тишина, которую очень быстро разрезал ужасающе хриплый и низкий смех-это смеялся пришлый тучный демон, ухватившийся за мостовую балку.Син Сюань все также стояла, не раскрывая век, и держала за руку осевшего юношу в полубессознательном состоянии.

На то, чтобы вызвать ещё одну бурю её бы уже не хватило-полученная в далеком прошлом и доселе не исцеленная до конца рана вновь дала о себе знать-меридианы девушки обдало леденящим холодом, а тело пронзила весьма резкая боль, но всё также стоя со смеженными веками и сжимая обмякшее тело в одной руке и веер, нацеленный на противника в другой, она оставалась безмятежно спокойна.

Было ли это потому, что ей уже не впервой находиться на грани, и она попросту привыкла, или по причине хорошей интуиции, вовремя подсказавшей , что помощь уже близко-об этом подумать она даже не успела.

К этому моменту слуха коснулась нежная и чарующая трель гуциня-она была столь пленительно прекрасна, словно лилась, подобно горному ручью, из под подушечек пальцев обворожительной бессмертной Небожительницы, богини музыки извещающей о прибытии самого Небесного Владыки Тянь-Ди.

Эта божественная мелодия успокоила и согрела заледеневшие меридианы Син Сюань, возобновляя естественный баланс и налаживая циркуляцию потоков ци, а также даруя душевный покой и равновесие.

Но по отношению к демону эффект музыки проявился прямо противоположно, совершенно беспощадно - услыхав эти звуки, великан вмиг взревел, заваливаясь на колени и хватаясь за голову, словно от мучительной боли.

Со свистом рассекая воздух, к краю мостовой приземлился и спрыгнул с меча заклинатель лет тридцати на вид, одетый в несколько слоев аквамариново-белоснежных халатов, чуть более вычурных, нежели одеяния сопровождающего Син Сюань юноши, которые, тем не менее, не выглядели вызывающе, но и не были лишены изысканного вкуса.

На длинных волосах цвета янтаря, часть которых была собрана в маленький пучок и обвязана шелковой лентой, виднелась серебристо-хрустальная тиара, усеянная семиконечными звездами-точно такие же, как и татуировка в центре лба.Тождественные ей звезды украшали и  небольшой нефритовый колокольчик, висящий у него на груди.
Лицо мужчины было крайне изящным, черты-мягкими и утонченными, а весь его облик излучал возвышенное благородство.

Длинные пальцы непрерывно, грациозно перебирали струны гуциня из белого дерева, украшенного свежими бутонами пиона, вторящего по цвету инструменту, зависшему в воздухе на уровне пояса своего хозяина.

Ступив на мостовую, мужчина краем глаза окинул своего младшего брата по самосовершенствованию, решительно не обратив внимания на Син Сюань, после чего вперил его на извивающегося в агонии демона, и нежная спокойная мелодия резко сменилась более стремительной, грубой и неприятно лязгающей слух, словно вонзая в ушные раковины тонкие иглы.

Спустя пару секунд массивную тушу врага опутали прозрачные, почти невесомые сияющие нити-блики, точно натянутые, словно тетива, слегка прорезавшие и пустившие кровь из крайне толстой, словно панцирь, кожи здоровяка.То были струны гуциня, опутанные сиянием истинной ци его владельца, намертво сковавшие свою жертву, после чего неприятный звук стих, а на смену ему раздался тихий, спокойный, но достаточно решительный голос играющего:

—С чего представители рассы демонов с таким неистовым рвением вдруг начали интересоваться столицей нашего скромного государства?Неужто дитя пустоты вас надоумил?

Демон криво ухмыльнулся, и пренебрежительно выплюнул:

—Да кому какое дело до вашего ничтожного государства, у этого достопочтенного здесь поручение от господина, только и всего.

—И какое же?

На второй вопрос здоровяк уже не ответил-вместо этого он перевел взгляд на стоявшую чуть поодаль девушку, и оскалив свою омерзительную улыбку ещё шире, довольно протянул:

—А ты напоминаешь мне одну помершую когда-то игрушку его превосходительства Сывана.Кажется, даже этот дрянной веер такой же.Не припомню только, как её звали-то...Сисин...Сяньсин...Сяньмин...Сяоин...Сисяин...Син...Синси, тьфу ты!Син Синси, дрянная ветреная девка, ха-ха-ха, еле вспомнил.

Син Сюань, слегка приоткрывшая почти переставшие болеть после, судя по всему, смешанной очищающей мелодии глаза, перевела взгляд с демона на мужчину, резко повернувшегося в её сторону, и столкнувшись со встречным изумленным взором больших голубых глаз, слегка растерялась.

—Эм...-только и смогла вымолвить она.

Заклинатель также ничего не произнес, лишь ещё пару секунд постоял в исступлении, словно пытаясь прожечь дыру в лице девушки, после чего повернулся к демону и вновь задал вопрос:

—Кто ты такой?Что тебе известно про покойную главу Син?

Здоровяк тут же закатил глаза-да так сильно, что казалось, ещё чуть-чуть, и они выкрутятся к мозгу, и зло фыркнул:

—Какая жалость, сынишка ни про матушку свою, ни про сестрёнку, как погляжу, ничегошеньки не знает, да настолько отчаялся, что у демона расспрашивает.Эй, чудо белокурое, ты ведь сестрёнка, да?

Заклинатель сжал кулаки до побелевших костяшек, на тыльной стороне ладони от напряжения у него вздулись вены, а до того бледное лицо буквально позеленело.Пару раз он судорожно переводил взгляд со связанного тела на девушку в белоснежных одеждах и обратно, словно обдумывая, то ли к кому первым обратиться, то ли кого убить.Однако, чуть поумерив свой гнев, все же остановился на последней, и произнес, обращаясь к ней:

—Позвольте узнать ваше имя, Сюй Нюй.

Монахиня пару раз моргнула, прежде чем ответить, обдумывая, стоит ли ей говорить правду в такой-то ситуации, но так и не решив окончательно, сказала:

—Моя фамилия Син, а имя-Сюань.Однако, я не знаю никакой главы Син, и никого из клана Юдоу чжи фун тоже.Мои родители были заклинателями из некогда совсем маленькой духовной школы на востоке, а после и вовсе разоренной, в захудалой и ничем не примечательной деревушке, и умерли рано.

Господин заклинатель, неужели вы правда верите какому-то грязному демону?Их же мясом не корми-дай кого-нибудь обдурить...а после...после и съесть можно...-Последние слова она произнесла слегка запинаясь,совершенно не задумываясь, сама не зная отчего так разнервничавшись.

—Да ну вас, болванов-вздохнул демон.—Думаете, я вздор несу?А у этого достопочтенного, между прочим, свободного времени в обрез.Дел за последние двести лет целая уйма навалилась!-с этими словами здоровяк ровно встал на две ноги, слегка напрягся телом, и в пару мгновений опутавшие его струны с треском лопнули.

—Посему временно спешу откланяться, господа-работа не требует отлагательств.
Но не беспокойтесь, мы ещё непременно встретимся.-Ухмыльнулся воссиявший здоровяк, после чего вновь спрыгнул в пробитую им ранее дыру на мостовой, скрывшись в глубине вод реки-и был таковой.

На несколько секунд повисла гробовая тишина.Заклинатель с гуцинем все также стоял темнее тучи как вкопанный, то ли пытаясь переварить сказанное демоном, то ли сложившуюся ситуацию в целом.

Син Сюань все также держала так и не пришедшего в себя валяющегося юношу за руку, в принципе на какое-то время потеряв способность мыслить.Как вдруг её извилины нещадно заработали, закрутились, только что не начали искриться от активного мозгового процесса, и осознав в сие мгновение представшую пред ней картину, она воскликнула:

—Это что, мать его старуху за ногу, тот самый сеятель Хуо Цзай?-после чего тыкнула пальцем в пустое пространство перед собой.—Да что тут вообще творится?Зачем этот шут плешивый учудил такой спектакль?

От потока брани, исходящего из уст совсем юной на вид монахини даоски, заклинатель тут же пришел в себя:вновь вперив в неё удивленный, если не сказать, самый ошеломленный и озадаченный с момента их недолгой встречи взгляд из всех, что были до этого.

Мужчина уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумав, закрыл его обратно и молча закинул гуцинь за спину.После чего он подошёл к девушке, взял под руки обмякшее тело побратима и жестом велел ей идти за ним.

Девушка быстро обернулась, наспех начертила в воздухе печать, и маленькие бусины из белого нефрита, все ещё лежащие на мостовой взмыли ввысь, степенно вновь сплетясь в ожерелье, подплыли к ней по воздуху и упали прямо в руку.Надев своё незаурядное украшение, Син без лишних слов устремилась за заклинателем.