13 глава.
Тихонько прикрыв за собой дверь, девушка скинула с себя пальто и повесила его на вешалку, не заметив, что оно упало, стоило ей отойти.
Не став заглядывать на кухню, чтобы поздороваться с матерью, Ева остановилась у двери, ведущей в спальню мамы. Около неё стояла небольшая тумба, на которой располагался телефон.
Ева замерла перед тумбой, разглядывая старый дисковый аппарат, словно видела его впервые. Пластик чуть пожелтел от времени, диск с цифрами покрылся трещинками.
«Надо позвонить. Надо. Просто снять трубку и набрать номер».
Но пальцы не слушались. Она представила бабушкин голос - чуть дребезжащий, но всё ещё бодрый, представила, как та спросит: «Ну что, внучка, когда приедешь? Соскучилась я». И внутри всё сжалось в тугой узел.
Как объяснить бабушке, что она сама не знает, когда придёт? И приедет ли вообще?
- Позвоню вечером, - прошептала она, отступая от тумбы. - Обязательно позвоню.
Трусость. Самая обыкновенная трусость, и Ева прекрасно это осознавала. Но сейчас у неё просто не было сил на ещё один тяжёлый разговор. Сначала мать с прослушиванием, потом Марат с не очень приятными новостями о том, что Валера, оказывается, вовсе не школьник. Голова шла кругом.
Она прошла в свою комнату, бросила рюкзак на пол и рухнула на кровать, раскинув руки. Потолок был всё тем же - белым, с едва заметной трещиной в углу, которую она знала наизусть. Сколько раз она вот так лежала и смотрела в эту трещину, пытаясь найти ответы на вопросы, на которые их не существовало?
Взгляд упал на шкаф. Там, в нижнем ящике, за стопкой старых тетрадей, лежала тонкая папка с нотами. Мария Николаевна когда-то отдала их ей со словами: «Это твой билет в будущее, Ева. Не потеряй». Она не теряла. Просто спрятала подальше, когда поняла, что петь больше не сможет. Не потому что голос пропал - голос был. А потому что пропало что-то другое. То, что заставляло этот голос звучать.
Прослушивание. В пятницу. Через три дня.
Ева прикрыла глаза. Перед внутренним взором всплыл образ мамы - той мамы, какой она была сегодня утром. Растерянной, испуганной её криком, но одновременно какой-то живой, настоящей. И этот звонок соседке, и дрожь в голосе, когда она сказала «мы обязаны». Обязаны. Снова это слово. Но сейчас, как ни странно, оно не вызвало привычного раздражения.
Может, мама просто не умеет иначе? Может, для неё «обязаны» - это единственный способ сказать «я в тебя верю»?
Ева резко села на кровати. Сняла шарф Марата, который всё ещё висел на плечах, и аккуратно сложила его на стуле. Провела пальцами по мягкой шерсти.
«С пацанами, а тем более такими, как он, не дружат».
Он сказал это с такой уверенностью, что Еве стало не по себе. А ведь она действительно ничего не знала о Валере. Вернее, о Турбо. Думала - старшеклассник, ну максимум на год-два старше. А он, оказывается, уже школу закончил.
Он часть какой-то группировки, где люди избивают друг друга до полусмерти. Она видела своими глазами, что случается после их так называемых драк, замесов. Вспомнила, как выглядел Андрей вчера. Как Марат стоял весь как на иголках после случившегося. И как Валера, побитый, но при этом до жути спокойный. Словно для него это обыденно.
И всё же он помог. Вмешался. Предложил помощь, в конце концов.
«Но с какой целью?» - спросила она сама у себя.
Ева тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли. Она слишком устала, чтобы сейчас анализировать мотивы человека, которого видела всего несколько раз. Позже. Она подумает об этом позже.
С кухни донёсся звон посуды, потом шаги матери, а затем - тихий, едва различимый напев. Мама мурлыкала какую-то мелодию себе под нос. Ева прислушалась и вдруг узнала её - старый романс, который когда-то пела ей перед сном. Лет сто назад. В другой жизни, наверное?
Девушка встала, подошла к шкафу и, поколебавшись, выдвинула нижний ящик. Под стопкой тетрадей действительно лежала папка - потрёпанная, с загнутыми уголками. Она достала её, прижала к груди и на секунду зажмурилась.
- Ладно, - сказала она пустой комнате. - Попробуем.
И открыла папку.
Ноты были на месте. Мелкий, аккуратный почерк Марии Николаевны, пометки на полях, стрелочки, указывающие на дыхание, на паузы. «Здесь - тише», «Здесь - с чувством», «Не форсируй». Ева провела пальцем по строчкам, и в груди что-то дрогнуло - то ли страх, то ли предвкушение.
Она прокашлялась. В комнате было тихо, только тиканье часов и далёкий гул машин за окном.
Первые ноты вышли робкими, неуверенными. Голос слушался не сразу - месяц без практики давал о себе знать. Но к концу первого куплета что-то щёлкнуло. Дыхание выровнялось, звук стал глубже, чище. Она закрыла глаза и позволила мелодии заполнить комнату, вытесняя всё лишнее - страх, сомнения, усталость. Как вдруг, перестав себя хоть как-то контролировать, - сбилась. Плотно сжав губы, она помотала головой и начала заново. Снова. Ошибка на том же месте. Ещё раз, и ещё раз она напевала одни и те же строчки, на которых сбивалась. И вот, кажется, что всё вполне себе отлично, как она сбивается совсем в другом месте.
Сама не осознавая, она начала кусать губы. Чёрт. Привычка, от которой она так долго избавлялась, возвращается, стоило ей взять в руки лист с нотами.
«Потерплю. Сама виновата. Долго не тренировалась, вот и результат», - раздражённо говорила она сама себе.
Наконец спев без единой запинки, она увидела стоящую в дверях мать. Ева не слышала, как та подошла. Женщина стояла, прислонившись к косяку.
- Ты всё помнишь, - прошептала Ира. - Я знала. Знала, что ты всё помнишь.
Ева не ответила. Она просто смотрела на маму, не зная, что сказать. Она чувствовала себя виноватой. Очень. Ведь она не помнила. Не помнила совсем.
Левицкая понимала, что и вправду задумывалась о том, чтобы бросить дело чуть ли не всей её жизни. Глупо.. Она не посмеет, а если и задумается об этом в очередной раз, то сразу выкинет эту мысль из головы. В крайнем случае даст себе пощёчину.
- Я же тебе говорила.. - сказала она будничным голосом. - Один месяц против нескольких лет - ничто.
- Да.. ты права, - кивнула Ева и вдруг улыбнулась. Но вовсе не искренне.
***
Дни тянулись медленно, и единственное, что радовало Еву, так это резкие перемены в Айгуль. Подруга расцвела на глазах. Похоже, Марат прислушался к совету, и они смогли понять друг друга, хоть, видимо, и не сразу.
А также, что не менее важно, в их небольшую компанию прибавился человек. Диана. Она умела поднять настроение не только Еве, но и всей компании в принципе. Изначально блондинке показалось, что Айгуль невзлюбила брюнетку, но со временем она поняла, что глубоко ошибалась.
Она поймала себя на мысли, что наблюдает за ними со стороны - как Айгуль, ещё неделю назад замкнутая и колючая, теперь запрокидывает голову, смеясь над очередной шуткой Дианы. Как Марат, расслабленный, без привычного напряжения в плечах, идёт чуть позади, перешёптываясь о чём-то с Андреем и пиная попавшийся под ноги камешек. И как сама Ева чувствует себя намного лучше, находясь в компании близких людей.
- Эй, Левицкая, ты чего там плетёшься? - Диана обернулась, выдыхая сигаретный дым.
Айгуль явно было не по нраву то, что девушка курила в её присутствии. Но почему-то терпела и не делала замечаний.
- Догоняй, а то все секреты без тебя обсудим!
- Да иду я, иду, - отозвалась Ева, ускоряя шаг.
Айгуль, услышав это, бросила на неё короткий взгляд через плечо и улыбнулась уголком рта. Улыбкой, которой Еве так не хватало все эти дни.
Они впятером свернули на узкую тропинку, ведущую через старый парк. Снег здесь ещё не растаял до конца, хрустел под ногами. Солнце пробивалось сквозь голые ветки.
- Слушайте, - вдруг сказала Айгуль, замедляя шаг. - Вы же знаете, что завтра в ДК, чуть ли не перед самой дискотекой, ребята из нашей школы выступать будут? И я есть в их числе, так вот... - девушка замялась.
- Да говори, не томи, - Ева легонько толкнула её плечом.
- Ну.. если хотите, кто-то из вас бы.. ну.. мог прийти на моё выступление.
Ева споткнулась на ровном месте. Каблук ботинка зацепился за что-то, и она бы точно полетела носом в снег, если бы Марат не придержал её за локоть.
- Аккуратнее, - буркнул он и тут же отдёрнул руку, сунул обратно в карман.
- Спасибо, - пробормотала она на автомате.
Точно! Она ведь совсем забыла! Завтра пятница! День прослушивания!
Айгуль продолжала, кажется, не заметив ни этой сцены, ни резкой смены настроения у подруги:
- Говорят, в жюри сидит какая-то важная тётенька из музыкалки. Те, кто хорошо выступит, могут получить приглашение на индивидуальные занятия, а в дальнейшем, может, и прорвутся куда-то. Представляете? Я не то чтобы имею что-то против учителей в нашей школе, но.. если меня попросят выбирать между ними и возможным будущим, я без раздумий выберу второе.
Сердце у Евы, кажется, пропустило удар. Неужели её будет прослушивать она? Страх и восторг схлестнулись внутри, подняв волну мурашек по спине. Она уже открыла рот, чтобы сказать что-то, сама не зная что - может, отшутиться, может, поделиться, - но Диана её опередила.
- Это же круто! - подруга резко повернулась к Еве, и глаза у неё горели тем самым азартным огоньком, который Левицкая не раз замечала у Валеры. - Конечно, мы придём! Да, Ев?
- Я.. - она запнулась. Две пары глаз смотрели на неё выжидающе. - Я не знаю..
Диана, похоже, единственная уловив едва заметную грусть в голосе подруги, промолчала.
- Я приду. Всё равно на дискач собирался, - проговорил Марат спокойно.
Девушка поймала его взгляд, и в его глазах читалось что-то, похожее на поддержку.
- Думаю, я тоже смогу, - добавил до этого молчавший Андрей, неловко переглянувшись с Евой.
Ева выдохнула, понимая, что единственная из компании ответила что-то напоминающее отказ. Хотя именно она была Айгуль ближе всех.
Спустя пару минут, прервав очередной разговор девушек, который, несмотря на то, что только начался, уже был в самом разгаре, Марат с Андреем подошли ближе.
- Слушайте, - начал он, похоже, переживая. - Диан, тебя это не касается. Девчонки, вы же рисовать умеете?
Ева и Айгуль непонимающе переглянулись.
***
Остаток дня пролетел незаметно. Они проводили Диану до автобусной остановки, а потом Ева с Айгуль узнали, почему и зачем Марат интересовался, умеют ли они рисовать.
Друг, по совместительству парень подруги Евы, попросил помочь нарисовать афиши для их видеосалона. За эту работу он расплатился с девушками пирожками с рынка.
***
Стоило Еве под руку с Айгуль переступить порог помещения, как её взгляд зацепился за него. За Валеру.
Рука неосознанно сжалась, но Айгуль, видимо, списав это на случайность, с недоумением взглянула на подругу.
***
Глаза Турбо неосознанно расширились, стоило ему увидеть входящую в здание Еву.
«Какого.. чёрта..» - пронеслось у него в голове.
Он был зол. Зол на Марата за то, что он позволил девушке сюда прийти. Если ещё его девушка, Айгуль, вроде, под его присмотром, то Ева под чьим? За двумя сразу ведь не уследишь.
***
Айгуль недовольно повела плечом, аккуратно высвобождая свой локоть из хватки Евы. На её лице промелькнуло мимолётное раздражение. Она явно приняла резкое движение подруги за банальную трусость перед пацанами или за нежелание находиться здесь.
- Ты чего? - тихо, одними губами спросила Айгуль. - Нормально же всё. Марат обещал, что нас никто не тронет.
Ева даже не услышала её. Всё её внимание было приковано к Валере.
Туркин стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди. На его лице ещё желтели сходящие синяки после недавнего, но взгляд был острым, колючим и.. злым. Он смотрел прямо на Еву, и в его глазах отчётливо читалось недоумение.
Спустя пару минут Марат объяснил девчонкам, что да как и где рисовать.
Стоило парням оставить их в покое и дать время нарисовать афишу, между девушками воцарилась какая-то по-особенному спокойная, без лишних тревог тишина. И тогда Айгуль заговорила первая:
- Знаешь, - заговорила Айгуль, когда они закончили надпись. Голос звучал непривычно серьёзно. - Я, наверное.. должна извиниться.
- За что?
- За то, что вела себя как.. как дура, в общем. Отстранилась, молчала. Ты же ни в чём не виновата, а я, можно сказать, срывалась на тебе.
Ева замедлилась. Айгуль случайно вышла за линию, но её это не смутило.
- Айгуль..
- Нет, подожди. Я думала, что справлюсь сама. Что сама разберусь с обидой, со всем этим. А в итоге чуть не потеряла единственного человека, которому.. ну, ты понимаешь.
Ева понимала. Она сама была такой же - привыкшей всё носить в себе, не просить о помощи, даже когда тонешь. Два сапога пара.
- Всё в порядке, - тихо сказала она и накрыла руку Айгуль своей. Ладонь у подруги была холодной, и Ева сжала её покрепче, пытаясь согреть.
Ева шмыгнула носом и вдруг улыбнулась.
Когда работа была готова, девушки явно испытали гордость за себя и смущение, стоило парням начать их хвалить.
Пока пацаны, видимо, что-то настраивали в кассете, а Айгуль и Марат тихо о чём-то переговаривались, к Еве подошёл Валера и кивнул на дверь, тем самым намекнув и дав указание, что им надо поговорить наедине.
Ева хоть и нехотя, но проследовала за ним, не зная, да и в принципе боясь представить, что её ожидает.
- Ты что тут забыла? - без лишних прелюдий начал Валера. Голос его звучал глухо, угрожающе тихо, так, чтобы слышала только она. - Тебе проблем мало?
Ева сглотнула. Внутри неё всё кричало о том, что нужно развернуться и сбежать, вернуться к Марату с Айгуль, поговорить с Андреем, в конце концов.
- Меня Марат попросил помочь, - ответила Ева, стараясь, чтобы голос не дрожал. Она расправила плечи и посмотрела прямо в его тёмные, непредсказуемые глаза. - И вообще, почему я должна перед тобой оправдываться?
Турбо опешил, качнув головой, и сделал ещё шаг вперёд, почти вплотную приближаясь к ней. Ева инстинктивно отступила.
- Ты дура, Левицкая, или прикидываешься? Сюда в любой момент могут прийти чужие. И если они увидят здесь девчонок.. - он оборвал фразу, резко отстранился и снова посмотрел на неё. - Марат за своей-то не углядит, случись что. А за тобой кто смотреть будет? Я, что ли?
В его словах была жестокая правда, которую Ева так отчаянно пыталась игнорировать. Ей стало не по себе от осознания, что этот парень - совершенно чужой - сейчас, по сути, думал о её безопасности больше, чем её собственный друг Марат.
- Мне не нужна нянька, - тихо, но твёрдо бросила она.
- Турбо, ну ты чего там застрял? - подал голос один из пацанов, прервав их. - Видак заработал!
Турбо тяжело вздохнул, смерив выглядывающего Зиму таким взглядом, словно готов был прописать ему хорошего леща прямо здесь. Затем он снова повернулся к Еве. Его пыл немного угас, уступая место какому-то мрачному равнодушию, за которым скрывалась тревога.
- Иди домой, - жёстко отчеканил Валера, не желая продолжать разговор, а также сделав вид, что его не интересует её ответ.
Он развернулся и направился обратно.
В помещении повисла тишина. Ева, не зная куда себя деть, переминалась с ноги на ногу.
Как вдруг из комнаты, где располагался видак, ровно в тот момент, как туда зашёл Валера, вышел Андрей.
- Ева, ты как? Я услышал ваш разговор.. с Турбо, - начал парень неловко.
- Точнее, подслушал? - ответила Ева, опустив голову.
Рядом с Валерой Еве приходилось приподнимать голову, что хоть и не должно было радовать, но всё равно радовало. С Андреем же они говорили с глазу на глаз.
Она прошла к дальнему столу и опустилась на жёсткий стул. Руки всё ещё слегка подрагивали.
- Точнее, да.. прости.
Андрей виновато пожал плечами, но уходить не спешил. Он подошёл ближе и присел на корточки рядом с её стулом, заглядывая в лицо.
- Ты не обижайся на него. Ну, на Турбо, - тихо сказал он. - В какой-то степени он прав.
Ева подняла на него взгляд. Андрей выглядел уставшим, но в глазах теплилось что-то, чего она раньше не замечала, - искренность пополам с неловкостью.
- Прав? - переспросила она, криво усмехнувшись. - Он только что меня дурой назвал и приказал идти домой. Я не люблю, когда ко мне относятся как к ребёнку, не способному за себя постоять.
Андрей тихо хмыкнул, потёр переносицу.
- Ну.. мне кажется, не умеет иначе, или просто не может.
В голосе Андрея слышалась горечь, на которую Ева не решилась обратить должного внимания. Парню было тяжело это говорить. Тяжело оправдывать ей Турбо, но это делал, сам не зная зачем.
Ева промолчала. Перед глазами стояло лицо Валеры - злое, напряжённое.
- Андрей, - она вдруг понизила голос, - а что это вообще за люди? Которые могут прийти? Я слышала, вы с кем-то.. у вас конфликт?
Андрей помрачнел, отвёл глаза.
- Долгая история, - уклончиво ответил он. - Но да, есть одна группировка.. Мы с ними не ладим. Иногда доходит до драк. Серьёзных драк, Ева, - как можно мягче попытался произнести он, чтобы Ева отнеслась к этому проще, чем следовало.
Он замолчал, не решаясь продолжить.
Девушка сглотнула. В памяти снова всплыл разбитый, но жутко спокойный Валера и его «Маленькая». Теперь это прозвище обретало другой смысл.
- Понятно, - тихо сказала она. - Только я всё равно не понимаю, почему Марат тогда привёл сюда Айгуль. И меня заодно. Если это правда опасно..
Андрей горько усмехнулся.
- Марат, как бы правильней выразиться... оптимист, - сказал он с теплотой, но и с лёгкой укоризной.
В комнате, откуда доносились голоса, что-то громко зашумело - кажется, включили кассету на полную громкость, и кто-то из пацанов тут же попросил сделать потише. Андрей поднялся.
- Ладно, пойдём. Нечего тут одной сидеть, - он протянул ей руку. - Или хочешь, я тебя домой провожу?
Ева секунду поколебалась, но вложила ладонь в его. Рука у Андрея была тёплая.
- Не стоит, и.. - сказала она, поднимаясь. - Спасибо.
- За что?
- За то, что объяснил. Я правда думала, что он просто ну.. самодур.
Андрей тихо рассмеялся, открывая перед ней дверь в комнату с видаком.
- Он и есть самодур, - шепнул он ей на ухо, понижая голос. - Ты только не говори никому, что я тебе рассказал.
Ева фыркнула, и это вышло почти искренне.
В комнате их встретила Айгуль. Подруга сидела на подоконнике, болтая ногами, и махала рукой, призывая Еву подойти.
- Ну, вы чего там шушукаетесь? - весело спросила она.
Ева подошла к Айгуль и встала у подоконника, оперевшись на него локтем. Обвела взглядом помещение. Пацаны расселись кто где: на стульях, на ящиках, один прямо на полу, скрестив ноги. Валера стоял у видака, спиной ко всем, что-то подкручивая. Напряжение в его плечах чуть ослабло, но он, кажется, нарочно не оборачивался.
- Не шушукались мы, - усмехнулась Ева.
- Садись давай, - Айгуль дёрнула Еву за рукав, вынуждая сесть рядом на широкий подоконник.
Экран телевизора замерцал, пошли начальные титры. Ева почувствовала, как внутри медленно отпускает пружина, сжавшаяся во время разговора с Валерой.
- Ева, - Айгуль легонько коснулась её плеча и заговорила шёпотом, пока на экране мелькали начальные кадры. - А что завтра? Ты так странно отреагировала на мои слова про выступление.
Ева вздрогнула. Вот оно. Она надеялась, что этот разговор отложится хотя бы до завтра, но подруга слишком хорошо её знала.
- Завтра у меня тоже.. кое-что, - нехотя призналась Ева.
- Что?
Левицкая помолчала, глядя на экран. Там полицейский как раз расправлялся с первым плохим парнем - всё как обещали, в одиночку.
- Прослушивание, - на выдохе сказала она. - По вокалу. Я ещё не знаю, у кого именно, и могу лишь.. предполагать.
Айгуль резко повернулась к ней, забыв про фильм.
- Я не знаю, смогу ли я, - не дав начать что-либо говорить, перебила её Ева. - Я месяц не занималась.
- Сможешь, - сказала она убеждённо. - У тебя голос от Бога.
- Скажешь мне тоже..
Айгуль улыбнулась.
- Ты моя лучшая подруга. Мне лучше знать.
Ева сглотнула комок в горле. Захотелось обнять Айгуль, но она сдержалась, только кивнула и повернулась обратно к экрану, хотя фильм её уже совершенно не интересовал.
Завтра. Всего один день.
Сбоку тихо скрипнула половица. Валера всё-таки пересёк комнату и остановился у двери. На мгновение их взгляды встретились.
Он ничего не сказал, лишь едва заметно покачал головой и вышел в коридор. Хлопнула входная дверь.
Марат, оторвавшись от экрана, обернулся на звук, но тут же махнул рукой и вернулся к фильму, что-то прошептав сидевшему рядом Зиме. Айгуль этого даже не заметила, полностью погружённая в боевик.
----------
Буду рада звёздочкам и комментариям!
Тгк: Кивори печатает . . .
Выход глав, новости и эксклюзивный контент вы сможете увидеть именно там!