18
Камилла шла быстро, почти бежала, не разбирая дороги. Холодный утренний воздух обжигал легкие, но это было ничто по сравнению с тем пожаром, который полыхал у нее внутри. Обида, стыд и злость смешались в один тугой ком. Она чувствовала себя дурой. Неужели она действительно поверила, что всё может быть иначе? Что этот мир хоккеистов, шуток "раздевалок" и грубой силы может предложить ей что-то, кроме насмешек?
— Камилла! Камилл, стой! — Громкий голос Гриши раздался совсем рядом.
Она не остановилась, лишь прибавила шагу, но куда там — за несколько секунд он догнал её и осторожно, но крепко перехватил за локоть, заставляя обернуться.
— Пусти, Ляхов! Иди обратно к своему другу, будете вместе упражняться в остроумии! — выкрикнула она, пытаясь вырваться. Её глаза блестели от подступающих слез, которые она отчаянно пыталась скрыть.
Гриша не отпустил. Вместо этого он сделал шаг вперед и просто притянул её к себе, заключая в кольцо своих сильных рук. Камилла сначала упиралась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но он прижал её крепче, укрывая от всего мира своей курткой.
— Тише, тише… — негромко сказал он, и в его голосе не было и следа той привычной насмешки. — Посмотри на меня.
Она медленно подняла голову. Гриша смотрел на неё с такой серьезностью и теплотой, что её гнев начал понемногу таять, уступая место горькой обиде.
— Не обращай внимания на Артёма, — тихо произнес Гриша, поглаживая её по волосам. — Он идиот, Камилл. Ты же знаешь, у него язык иногда живет отдельно от мозгов. Он ловит кураж и не видит берегов, не соображает, что переходит черту.
— Это было мерзко, Гриш, — прошептала она, шмыгнув носом. — Он выставил всё так, будто…
— Я знаю, — перебил он её, прижимаясь своим лбом к её. — Но это только его слова. Для него это повод для тупого стёба, но для меня… То, что было ночью, это не шутка. И я не позволю ему или кому-то другому так об этом говорить. Я с ним поговорю, обещаю. Он больше не посмеет открыть рот в твою сторону.
Камилла затихла, вслушиваясь в его сердцебиение. Оно было частым и мощным.
— Ты правда так думаешь? — спросила она, немного отстраняясь.
Гриша взял её лицо в свои ладони, большими пальцами стирая одинокую слезинку, скатившуюся по её щеке.
— Я думаю, что ты — самое лучшее, что случалось со мной на этом катке за все годы. И мне плевать, что там болтает Никитин. Главное — что между нами, понимаешь?
Он снова обнял её, и Камилла наконец-то расслабилась, пряча лицо у него на груди. Ей всё еще было неприятно из-за выходки Артёма, но то, как Гриша бросился за ней, как он сейчас защищал её, меняло всё.
— Пойдем отсюда, — сказал он через минуту. — К черту этот завтрак. Я отвезу тебя домой, или просто покатаемся по городу, пока ты не успокоишься. Хочешь?
Камилла кивнула.
— Хочу. Только подальше от этого кафе.
Гриша взял её за руку, переплетая свои пальцы с её, и они пошли к машине. В этот момент она поняла: Ляхов может быть невыносимым, грубым и заносчивым, но когда дело касается её — он превращается в ту самую стену, за которой ей впервые в жизни захотелось спрятаться.
Продолжение следует...