Глава 37
Ночь во дворце стала ещё тяжелее.
После случившегося с Мелек
Махфирузе султан
не стала ждать решения шехзаде.
Она сама пошла в зал допроса.
Рядом с ней стоял
Гюль ага - холодный, собранный, готовый выполнить любой приказ.
Служанок привели одну за другой.
Двери закрыли.
- Говорите, - голос Махфирузе был спокойным, но твёрдым.
- Всё, что знаете. Кто был рядом с Мелек.
Пауза.
- Если будете молчать... будете отвечать за это вместе с виновным.
Гюль ага добавил холодно:
- И наказание будет одно для всех.
Тишина стала тяжёлой.
Одна из служанок задрожала:
- Я... я не хотела... я просто...
Вторая перебила её, почти плача:
- Это была Фирузе султан!
Тишина.
Слово повисло в воздухе.
Махфирузе султан
не удивилась.
Лицо осталось спокойным.
Но внутри всё сложилось в одну линию.
- Продолжайте, - тихо сказала она.
Служанки начали говорить быстрее, сбивчиво:
- Она приказала... оставить ребёнка...
- Она сказала, что это нужно... чтобы всё выглядело иначе...
Гюль ага нахмурился.
Махфирузе подняла взгляд:
- Достаточно.
Пауза.
- Отведите её.
Она посмотрела на служанок:
- Всех троих.
Голос был ровным, без эмоций:
- В покои шехзаде.
Гюль ага кивнул.
- А Фирузе султан... - Махфирузе сделала паузу.
- Тоже туда.
Служанки побледнели.
Охрана уже подошла.
Когда Фирузе увели, она не успела даже до конца осознать происходящее.
Фирузе хатун
ещё пыталась что-то сказать, но её голос утонул в коридоре.
Махфирузе стояла неподвижно.
Ни радости.
Ни торжества.
Только холодная ясность.
В покоях шехзаде стояла тяжёлая тишина.
Шехзаде Мехмед
ещё не успел полностью понять, что происходит, когда двери открылись.
Вошли стража и
Гюль ага
а за ними - три служанки и Фирузе.
Махфирузе султан
шла спокойно, но её взгляд был твёрдым.
Служанки сразу упали на колени.
Первая дрожащим голосом сказала:
- Это... Фирузе султан приказала...
Вторая перебила:
- Она велела оставить ребёнка одного и сказать, что Мелек плачет... чтобы Махвирузе султан сама пришла туда...
Третья заплакала:
- И... она сказала, что нужно всё сделать так, будто это Махвирузе виновата...
Пауза.
И затем добавила:
- Я видела... как она несколько раз ущипнула ребёнка... чтобы остались следы...
Тишина стала ледяной.
Лицо Мехмеда изменилось мгновенно.
Злость.
Холодная.
Опасная.
- Достаточно.
Гюль ага
молча увёл служанок.
Фирузе хатун
побледнела.
- Шехзаде... я... прошу вас... простите...
Но Мехмед даже не дал ей договорить.
- ХВАТИТ!
Его голос прозвучал так, что стены будто дрогнули.
- Как ты посмела?!
Пауза.
- Это твоя дочь!
Фирузе опустила взгляд.
- Стража! - резко сказал он.
- В темницу.
Фирузе подняла голову:
- Шехзаде, прошу вас...
Но он уже не слушал.
- Я сам решу твою судьбу.
Её увели.
Когда дверь закрылась, в комнате осталась тишина.
Мехмед стоял неподвижно.
Шехзаде Мехмед
смотрел в одну точку.
- Как она могла... - тихо сказал он.
- Это же её ребёнок...
Его голос сорвался.
- Я видел, как ты страдала... но она...
Он не закончил.
Махфирузе султан
подошла ближе.
И спокойно села рядом с ним.
Она взяла его лицо в ладони.
- Не думай об этом сейчас.
Тихо.
- Всё закончилось.
Он закрыл глаза.
И впервые за долгое время позволил себе слабость.
- Я не понимаю... как можно так с ребёнком...
Махфирузе молча обняла его.
Крепко.
Без слов.
И он не отстранился.
После всей правды дворец словно замер.
Интриги не исчезли, но на время притихли - будто боялись разбудить то, что произошло в покоях шехзаде.
Шехзаде Мехмед
почти не отходил от ребёнка.
Мелек
после долгого дня наконец уснула спокойно.
Без крика. Без тревоги.
Махфирузе султан
сидела рядом, наблюдая за ней.
И впервые за долгое время в её взгляде не было напряжения.
Только тихая усталость.
Мехмед вошёл тихо.
Он не сказал ничего сразу.
Просто сел рядом.
Посмотрел на дочь.
Потом на Махфирузе.
- Она сегодня впервые так спокойно спит... - тихо сказал он.
Махфирузе кивнула:
- Потому что теперь ей ничего не угрожает.
Они сидели рядом.
Не как правитель и хасеки.
Не как люди, пережившие предательство.
А как двое, которые наконец могут просто дышать рядом.
Мехмед осторожно поправил одеяло Мелек.
- Я не позволю больше никому причинить ей боль, - сказал он тихо.
Махфирузе посмотрела на него:
- И я тоже.
На секунду в его взгляде мелькнула усталость.
- Я не понимаю, как она могла... - сказал он про Фирузе.
Но Махфирузе мягко остановила его:
- Не сегодня.
Пауза.
- Сегодня она просто спит.
Он кивнул.
Мелек спала между тишиной и светом свечей.
Дворец за окнами жил своей жизнью, но здесь, в этой комнате, время будто остановилось.
И впервые за долгое время:
никто не боялся завтрашнего дня.
***
Утро в покоях шехзаде было холодным.
Не по погоде - по решению.
Шехзаде Мехмед
стоял у окна, не оборачиваясь, когда стража привела её.
Фирузе хатун
вошла уже не как фаворитка.
А как человек, который потерял всё.
Мехмед наконец повернулся.
Голос был ровным.
- Ты больше не останешься во дворце.
Пауза.
- Ты изгнана.
Тишина.
Фирузе побледнела.
- Шехзаде... прошу вас... простите...
Она опустилась почти в поклоне.
Но он не дрогнул.
- Ты даже не спросила о Мелек.
Голос Мехмеда стал жёстче.
- Ни разу.
Пауза.
- Ты думала только о себе.
Фирузе попыталась что-то сказать, но он остановил её жестом.
- Благодари, что ты не казнена.
Тишина стала тяжёлой.
- И благодари, что я не отправил тебя в старый дворец.
Он посмотрел прямо:
- Там ты жила бы в заточении всю жизнь.
Фирузе замерла.
- Я дал тебе свободу выгнав. Только за то что ты родила мне дочь. Не смотря на всё.
Пауза.
- Снаружи ты можешь жить как хочешь.
Голос стал холоднее:
- Но больше ты не принадлежишь этому дворцу.
Он сделал шаг назад.
- И не приближайся к моей семье.
Стража подошла.
Фирузе попыталась в последний раз:
- Шехзаде...
Но её уже не слушали.
Её вывели.
Дверь закрылась.
Снаружи дворца Фирузе остановилась.
Роскошь осталась за воротами.
Власть - тоже.
Но она не была казнена.
И не была заперта.
Фирузе хатун
сделала вдох.
И впервые за долгое время поняла:
это не победа.
Но и не смерть.
Это - выживание.
Во дворце снова стало тише.
Шехзаде Мехмед
молча смотрел в окно.
Махфирузе султан
где-то рядом заботилась о Мелек.
И теперь у этой истории остались только двое, которые пытались построить что-то новое...
на руинах старого доверия.