Пепел Флегетона

Адриан

Не сказать, что я безумно рад ее звонку, но я чувствую что-то такое, что заставляет внутри прыгать и делать двойное сальто. Надеюсь, она не решила все же прикончить меня. Хоть у нее и нет оружия, но она может придушить меня голыми руками.

Да и насрать. Она же позвала меня. Меня. Позвала.

Тряпка. Я стал тряпкой.

Ладно, сегодня я побуду тряпкой, но когда она выйдет из этой лечебницы, я устрою ей шоу. И она не забудет его до конца своих дней. А их она проведет рядом со мной. Все свои дни она будет рядом.

Вхожу в палату без стука. Черт, да здесь задохнуться можно. Окно хоть и открыто, но и это не помогает. Скажу этому врачу, чтобы установил ей кондиционер.

- Тебя стучать не учили? - спрашивает она ровно, стоя ко мне спиной. Ее тонкие пальцы гладят лепестки цветов, которые я принес.

Не выкинула. Это же хороший знак?

- Некому было учить, Tempesta, - отвечаю я.

Она оборачивается, нахмурившись и глядя на ее немое раздражение понимаю, что это звучало как обвинение.

- Я не это имел в виду, - не даю ей ничего сказать.

- Неважно. Сядь.

Она указывает на кресло рядом с кроватью, а сама садится на нее. И этот гребаный красный обтягивающий топик с глубоким вырезом и... блядь, она в одном топике и я вижу, как напряжены ее соски.

Откашливаюсь и сажусь напротив. Закидываю ногу на ногу, чтобы так явно не показывать ей свой стояк. И это очень трудно. Как спрятать его, так и сдержаться в эту секунду и не наброситься на нее.

- Что-то случилось? - спрашиваю я, стараясь смотреть только ей в глаза.

Она опирается на руки, отставляя грудь вперед. Я убью ее. Буду трахать так, что она имя свое забудет. Но не забудет мое. Она будет кричать его так громко, пока не сорвет голос. А потом я трахну ее рот, чтобы не закусывала так свои губы!

- Перейду сразу к делу, - начинает она, детально рассматривая меня.

И твою же мать, у меня рубашка начинает мокнуть, а по спине скатывается капелька пота от этого взгляда. Она будто гладит меня своими молниями. Ненавижу ее.

- Во-первых, я думаю, ты в курсе, что Талия и Иден в городе. И мы хотим сходить втроем в СПА-салон сегодня. Если быть точнее, то через час. И для того, чтобы это исполнить, мне нужно, чтобы ты приказал Кристиану выпустить меня и предупредил врача, что я буду отсутствовать некоторое время.

Она проводит языком по нижней губе, и я на автомате киваю. Насрать. Поедет с охраной. Ничего не случится.

- Хорошо, - говорю я, и она улыбается. Той самой улыбкой, когда хотела меня. Дьяволица.

- Отлично. Во-вторых, - продолжает она, касаясь меня всеми невозможными способами. Взгляда, запаха, жаром тела, дыханием. - Я хочу, чтобы меня выписали из этой больницы до выходных, - она переводит взгляд на календарь на стене. - То есть, в течение двух дней.

Из меня вырывается смешок. Теперь понятно, почему она не надела гребаный лифчик. Это не случайность. Она знает, что делает. Маленькая Tempesta захотела поиграть.

- Нет, - отвечаю я, и ее взгляд меняется в долю секунды. Она прищуривается и вскидывает подбородок.

- Что значит, нет?

В памяти всплывают ее же слова.

- Нет, значит, нет, Tempesta.

Она держит лицо, но ее грудь слишком часто вздымается, и я вижу, как она бесится. Она спрашивала, когда я привыкну к отказам, а сама не умеет их принимать.

- Ты будешь здесь столько, сколько скажет врач, - продолжаю я провоцировать ее. Ей нельзя нервничать, но это не стресс. Это злость. Ее топливо. - Или пока я не решу, что ты можешь покинуть это здание.

И вот оно. Гребаная молния бьет мне прямо в лицо, искры сверкают вокруг нее, и я даже на секунду начинаю верить, что ее волосы трансформируются в змей и превратят меня в статую.

- Я говорила не называть меня так, - подскакивает она с кровати и отходит к окну.

- Первый раз тебя это не смутило, Tempesta.

Она передергивает плечами и бросает на меня убийственный взгляд. Хочется подыграть ей и сделать вид, что умер. Но не дождется. Такого удовольствия она никогда не получит.

- Скажи, насколько тяжело быть таким самовлюбленным говнюком, Адриан?

В этот раз я смеюсь, не скрывая своей забавы.

- Довольно просто, - отвечаю я сквозь смех.

Она фыркает и отворачивается к окну. Короткие шорты так сильно обтягивают ее задницу, что мой член снова напоминает о себе, дернувшись.

- Я согласна работать с тобой, - выдает она, и я замираю.

- Правда?

- У меня есть условия.

- Внимательно выслушаю их, Tempesta.

Она подтягивается и запрыгивает на подоконник, сложив руки на груди. И теперь ложбинка между ними стала глубже. Точно убью ее.

- Одно из моих условий: я выхожу отсюда. Принимать лекарства и встречаться с доктором я могу и, живя у Аурелио.

- Аргумент, - соглашаюсь я. - Дальше.

Она вскидывает брови, и ее плечи немного расслабляются.

- Ладно, - протягивает она. - Мы будем работать как партнеры. Без приказов, без одностороннего принятия решений, без требований. Также наши, - она медлит и тихо вздыхает, - отношения - в прошлом. Никаких намеков, прикосновений и... - в ее глазах мелькает боль и она замирает.

- Секса, - заканчиваю я за нее.

Она кивает.

- Да. Только партнерские отношения. И ещё одно, - говорит она, и мне уже становится хреново от такого списка условий. - Ты так и не сказал мне, что в мафиозных Семьях есть клятва. Ритуал. Ты позволял мне думать, что я часть твоей семьи, но никогда не давал мне права стать ею по-настоящему. Ты врал мне даже тогда, когда, казалось, доверяешь. Это не партнёрство. Это контроль.

- Не во всех Семьях есть ритуал. В моей его нет. Я не признаю своих предков, своего отца. Он не заслужил уважения и поэтому я отменил эту клятву. В мою Семью вступают после первого убийства за нее. Ты это сделала на следующий день после того, как оказалась в моей доме.

- Но я думала...

- Ты - часть моей Семьи, Tempesta. И это не изменилось даже когда ты дала клятву Семье Санторо.

Поднимаюсь и подхожу к ней почти вплотную. Никаких прикосновений. Это будет сложно. Очень.

Но теперь я вижу страх в ее глазах. Только он - не передо мной. Раньше ее испуг разжигал во мне огонь, заставлял чувствовать власть. И я помню, как ей это нравилось. Как она кричала подо мной. Делала вид, что ей противно, пыталась сопротивляться, но как она текла подо мной говорило о противоположном.

Сейчас она боится другого. Того, кто держал ее в плену. Того, кто сделал с ней то, о чем она молчит. И этот страх - не моя заслуга. Он меня не заводит. Он меня... расстраивает. Потому что я не могу его убрать одним своим присутствием. И потому что я сам когда-то был для нее таким же ублюдком, который похитил ее.

Даю обещание, моя Tempesta, он будет страдать. Будет захлебываться собственными слюнями, и молить тебя о прощении. Но ты не простишь. Я знаю.

- У меня тоже есть условия, Tempesta.

- Какие? - шепчет она.

Наклоняюсь, чтобы глубже вдохнуть ее запах, и она замирает. Останавливаюсь.

- Я обещаю, что больше не буду тебе лгать. Но ты должна пообещать то же самое. Только правда. Как в работе, так и в отношениях. Даже в партнерских.

- Хорошо.

- Следующее: я снял квартиру в городе. Ты будешь жить со мной, пока нужно будет ездить к врачу. Не хочу, чтобы ты жила у Аурелио. Он и его люди меня бесят.

Я вижу, как в ней плещется сомнение.

- Будешь спать в другой комнате, - успокаиваю ее.

Она спрыгивает с подоконника и обходит меня, увеличивая расстояние.

- Ладно. Это все?

Усмехаюсь.

- Нет. Если хочешь, чтобы я держался от тебя подальше, перестань пытаться меня соблазнить. Мне, конечно, нравится, что ты хочешь вызвать во мне реакцию вырезом на топе и короткими шортами, но твое тело и без этого заставляет мой член долбиться в трусы.

Она резко оборачивается, вызывая смех.

- Придурок.

Прохожу мимо нее к двери.

- Я знаю, что ты без ума от меня, - бросаю я через плечо.

Берусь за ручку и открываю дверь, но меня останавливает ее голос.

- Я сама убью его.

Киваю в ответ.

- Я принесу его к твоим ногам, Tempesta, не волнуйся.

Я уже мог это сделать, но я стал более терпелив. Нужно подождать, пока она станет чувствовать себя лучше, тогда я все сделаю. Тогда отрежу ему яйца, а голову она отсечет сама.

Выхожу из палаты. Кристиан с одной стороны, Дэвид-идиот с другой. Что-то не нравится мне его преданность. Слишком перебарщивает. Кошусь на него и прохожу мимо.

- Кристиан, отойдем, - говорю я.

Останавливаюсь тогда, когда убеждаюсь, что на таком расстоянии Дэвид нас не услышит.

- Ты не ответил на мой вопрос в самолете. С каких пор она стала тебе небезразлична? - начинаю я без предисловий.

Все эти дни мне давала покоя его реакция. Tempesta собирается ехать в город, и мне нужно убедиться, что Крис не позволит себе лишнего, если я приставлю к ней его.

- Это идиотский вопрос, Босс, - фыркает он.

Делаю шаг к нему и оказываюсь почти рядом с его лицом. Он смотрит мне в глаза, но без страха, хоть и напряжен.

- Ты готов умереть из-за того, что вспылил? Из-за нее.

- Я готов умереть, если ты так решишь. Но я не буду врать или молчать, чтобы спасти свою шкуру. И да, за нее я умереть готов. Точно также как и за тебя, Босс. Она заслужила как минимум уважения.

Сжимаю челюсти.

- Объяснись.

- Хорошо. Я отвечу на твой вопрос. Она стала мне небезразлична тогда, когда ты был в коме. Когда она, сцепив зубы, тащила на себе всю Семью, хотя могла сбежать, - он тычет мне пальцем в грудь, и если он сделает так еще раз, я сломаю ему нахрен руку. - Тогда, когда я видел, как она плачет над тобой на том гребанном заводе. Как она плачет, рядом с твоей больничной койкой. Когда она работала днями и ночами, лишь бы мы все не подохли от рук Совета. А я знал все то дерьмо, которое ты хотел сделать и притворялся, что она делает все правильно. Хотя она должна была убить тебя еще тогда, когда ты был в коме и свалить на хрен из этого мира.

Он отступает и вскидывает подбородок.

- Я не хочу ее трахнуть, но я хочу, чтобы ты перестал быть мудаком и начал ценить хоть кого-то в своей дерьмовой жизни. Она это заслужила. Она заслужила больше, чем постоянные издевательства.

- Ты из благородства мне врезал?

- Я врезал тебе, потому что ты нес херню. И потому что ты заслужил.

Застываю, прокручивая его слова. Я заслужил. Согласен. Но это никак не касается моего солдата. Даже если этот солдат - мой заместитель.

- Ладно. Пока живи. Но предупреждаю: один лишний взгляд или слово - ты труп.

- Понял, Босс.

- Отвезешь ее в СПА сегодня, она сама скажет во сколько. И ее придурка телохранителя возьми. Завтра ее выписывают.

Он ничего не говорит, просто кивает.

- Свободен.

Крис уходит, а я иду к Джону. Уже завтра она будет в моей квартире. Даже то, что я не смогу к ней прикасаться не злит меня. Это будет даже интереснее, чем раньше. Сделаю так, что она сама откажется от своих слов и нарушит свои условия.