Пепел Флегетона

Адриан

Оклахома — серая дыра, в которой она думала, сможет спрятаться. Солнце безбожно печет и меня это злит даже больше, чем ее побег. Ведь я уже здесь. Она близко.

Для того чтобы стереть этот штат с лица земли мне нужно меньше, чем неделя. Но сначала я найду ее. И она будет смотреть, как ее дом будет полыхать.

Спускаюсь по трапу и скидываю с себя пиджак. Кристиан плетется следом с моими чемоданами, и я слышу, как он тяжело дышит.

— Ты будто в отпуск собрался, — стонет он. — На хрена тебе столько вещей?

— Это и есть отпуск, Крис, — отвечаю я, не поворачиваясь. — Скоро здесь будет жарче, чем в русской бане, сможешь попариться.

Он что-то бубнит себе под нос, но не спорит. Он знает, что я прав. И он не в курсе, что я взял с собой целый арсенал. И он именно в той сумке, которую он тащит.

Мы садимся в заранее арендованную машину и выезжаем с территории аэропорта. Мои парни приехали сюда раньше и запрятались на время. Я планирую устроить сюрприз своей Буре. Думаю, она будет рада меня видеть. Возможно, попытается меня пристрелить. Не это ли счастье?

— Что планируешь делать? — спрашивает Кристиан, не отводя взгляд от дороги.

— Сначала в отель. Приведешь себя в порядок, — говорю я, смотря на его красное лицо и пятна пота на рубашке, — и съездим в гости к Вильяму Санторо. Его племянница должна быть там.

— А что, если ее там нет? Жерардо мог дать неточную информацию.

А что, если ее там нет? Убью тех, кто там есть. Проблем то. Я ее из-под земли достану, даже если она решит запрятаться и здесь. Далеко все равно не уйдет.

— Вот и проверим.

Опускаю окно и вдыхаю запах Оклахома-Сити. Кажется, даже воздух пропитан ее запахом. И я как пес иду по нему. Еще немного. Еще немного и я заберу ее домой. К нам домой. И на этот раз я не потеряю бдительность рядом с ней, как в последнюю нашу встречу.

Этот взгляд дурманит, и я просто не могу рационально мыслить рядом с ней. Закрою ее в подвале и буду держать там до тех пор, пока сама не поймет, что хочет меня. Пока не вспомнит — кто здесь главный.

***

Через два часа мы уже были готовы. Выхожу из комнаты. Кай сидит в кресле и чистит пистолет. Кристиан лежит на небольшом диванчике. Полностью он на нем не помещается и его ноги стоят на полу. Эллиот — придурок, как всегда, что-то строчит в своем телефоне. И он может делать вид, что работает, но я знаю, что он написывает своей возлюбленной. Даже когда я сказал, что мы выдвигаемся в Оклахому, он просил остаться в Нью-Йорке. Якобы для того, чтобы следить за безопасностью дома. Или безопасностью Талии.

Они действуют мне на нервы, когда находятся вместе. Я даже приказал им не попадаться мне на глаза, лишь бы не видеть их слащавых взглядов и улыбок. Да даже когда не вместе, бесят. Элиот не слазит с телефона, а Талия... такая же.

— Едем на трех машинах, — начинаю я, поднимаю сумку и кидаю ее на стол. — Едем на ранчо, где по наводкам Боньето «раньше» жил Санторо.

Парни переводят на меня взгляд.

Достаю из сумки два пистолета, проверяю магазины. Один засовываю за пояс, второй в кобуру на бедре.

— Вторая группа едет с Крисом под его руководством. Кай, — смотрю на Кая, — под твоим руководством третья группа.

— А я? — спрашивает Элиот, и я усмехаюсь.

— А под твоим руководством может быть только Талия, — отвечаю я, и Кай с Крисом хмыкают. — Поедешь со мной. Будешь на подхвате.

Вижу по его глазам, что ему не нравится такое распределение обязанностей, но он молча кивает. Попробовал бы сказать что-то против, и я бы на несколько секунд выпустил пар на нем. Но, увы.

— Где остальные? — спрашиваю я.

— У входа. Ждут твоего приказа, — отвечает Кай.

Достаю из сумки коробочки с микронаушниками и кидаю парням.

— Тогда начнем, — вставляю я наушник.

Жди меня, моя навязчивая секретарша. Ты настолько сильно навязалась на мои внутренности, что я не могу тебя отпустить. Не так просто.

***

Мы почти приехали. Вдали уже мелькают редкие огни. Вокруг одни поля и мне нравится та мысль, что я возьму ее на этих ржаных колосьях.

Обе группы едут за нами. Я перестраховался и в каждой машине по четыре человека. Не хочу, чтобы меня отвлекали от охоты ее солдаты. Мне нужна только она. Остальные подождут, пока я ее не прикую к своей машине.

Первое, что меня злит, но совсем не удивляет, это то, что она снова не позаботилась о своей безопасности. Нет забора. Идиотка.

Хоть этот факт и упрощает мне игру, но это мог прийти не я. Я точно выпорю ее. В особняке Вивьен была лишь формальность. Она и не знает на что я способен. Не представляет, что я с ней сделаю.

На улице тишина. Ни одного человека. Ни одного звука. Слишком тихо для жизни. И мне это не нравится.

Выхожу из машины.

— Вторая группа заходит с севера, третья расчищает сараи и коровники, — отдаю я приказ и слышу голоса Кая и Кристиана.

— Есть.

— Есть.

— Убивать по необходимости. Ее не трогать. Она моя, — продолжаю я.

В ответ я слышу то же самое. Держу пистолет наготове и двигаюсь ближе к дому. Элиот и остальные идут за мной.

Приближаюсь к входной двери и прислушиваюсь. Несколько мужских голосов, но не ее. Пальцы на рукоятке белеют от силы, с которой я ее сдавливаю.

Медленно толкаю дверь, хотя все мои внутренности скручивает от того, что я сдерживаюсь. Хочется выбить эту дверь с петель, вместе с зубами этих ублюдков, чьи голоса я слышу. И ее гребанному муженьку. И я сделаю это. И выбью не только зубы.

Я стараюсь меньше думать о ней с другим, но у меня пока плохо выходит. Представляю, как ее касаются чужие руки, а потом ломаю их. Отрубаю. Отпиливаю. Сука.

Уничтожу. Его. Ее. Всех, кто посмел прикоснуться к ней за это время.

Тихо входим в дом. Поднимаю руку и делаю взмах в сторону, откуда исходят голоса. Сам сворачиваю в сторону лестницы и почти бегом поднимаюсь. В коридоре темно и чувствую ее запах. Она здесь. Или была.

Внизу раздаются выстрелы. В окне вспыхивают огни. Третья группа тоже уже работает.

Держу ствол наготове и пинком распахиваю первую дверь. Сквозь темноту ни хрена не видно, но я сразу понимаю, что ее здесь нет. Ее запаха здесь нет.

Точно также открываю следующую дверь, но безрезультатно.

Третья, четвертая, пятая.

Распахиваю шестую и наконец чувствую гребанную ваниль. Медленно вхожу внутрь, оглядываюсь. Щелкаю выключателем, свет загорается, но и тут пусто.

Подхожу к кровати, беру подушку и вдыхаю. Она точно спала в этой комнате. Но я не знаю, ее ли это комната. Или ее мужа.

Убью.

И ее придушу, суку.

Бросаю подушку в сторону и вылетаю из комнаты. Дверей не осталось, значит она может быть внизу.

Спускаюсь вниз и вхожу в гостиную. Не пойму, какого хера.

Трое убиты, двое живы. Всего пятеро? Что за хрень?

Те, что живы лежат мордой в пол. Мои парни следят за ними. Подхожу к одному и рывком поднимаю его за ворот. Он слишком молодой, и я нутром чую, что трусливый.

— Где остальные? — рычу я, прижимая его к стене.

Его глаза находят мои и он узнает меня. Конечно, блядь. А как иначе?

— К... кто вам нужен? — заикаясь, спрашивает он.

— Охрана? Твой Босс?

— Из охраны только мы, — судорожно выпаливает он. — А Босс улетел сегодня утром. Он не сказал куда. Знают только доверенные лица.

Я замираю, как от удара. Что он сейчас сказал?

— Он? — переспрашиваю я. — Твой Босс Вильям?

Его глаза расширяются еще больше.

— Вильям мертв уже несколько месяцев. Йен — Босс.

— Кто такой Йен, блядь? — говорю я сквозь зубы.

Моему терпению приходит конец, и если он будет продолжать говорить загадками, я его убью нахрен!

Хотя я его и так убью.

— Он... он...

Да твою же мать!

Отрываю его от поверхности и бью затылком о стену. Он тут же обмякает и зажмуривается.

— Говори! — рявкаю я.

— Он — муж Авроры. Она передала власть ему. Он возглавляет Семью, — тараторит он.

— Она не передавала власть, придурок, — подает голос второй на полу.

Поворачиваю на него голову, но не отпускаю первого. Он выглядит куда старше этого. Лицо в морщинах, руки дрожат. Но дрожат они не только от страха.

— Что значит, не передавала? — спрашиваю я.

— Он занял ее место не по праву, — продолжает он, не поднимая головы. — Ходят слухи, что он запер ее в своей квартире и издевается над ней.

Да это цирк с клоунами какой-то. Моя Tempesta? Заперта? И позволяет над собой издеваться? Это же смешно!

В глазах темнеет. Я почти нажимаю на курок, и чуть не убиваю старика — просто потому, что он знал и не остановил его.

— Ты что несешь?!

Он поднимает свой взгляд на меня.

— Она не появляется на людях уже два месяца. Как раз тогда он показал всем документ с ее подписью на передачу всех полномочий.

Разжимаю пальцы и подхожу к старику.

— Почему я должен тебе верить?

Он смотрит мне в глаза, и я не вижу, чтобы он врал.

— Потому что, если ты здесь, Флегетон, значит, ты можешь помочь ей. Некоторые из нас не хотят, чтобы Боссом Санторо был не Санторо.

Я смотрю на него несколько долгих секунд и перевариваю его слова. Он выдерживает мой взгляд, пока по моим венам разливается гнев.

Кто-то посмел тронуть мою Бурю?! Кто-то посмел сделать ей больно?! Только я могу делать ей больно!

— Ты знаешь адрес, где ее могут держать? — спрашиваю я, но меня начинает трясти и у меня совсем нет желания разговаривать ни с одним из них.

— Клэндон Вэй сорок, квартира семьдесят один. Я был там несколько лет назад.

Ноги сами срываются с места.

— Крис, остаешься за главного. Тех, что в доме не убивать, — отдаю приказ на ходу.

Вылетаю из дома, сажусь в машину и вдавливаю газ. Если все что сказал старик правда — я не знаю, что я сделаю с этим Йеном. Он будет мучиться годами перед своей смертью. Ему не сойдет так просто то, что он посмел коснуться ее.

Навигатор показывает, что до места назначения ехать час двадцать минут, но я приезжаю за пятьдесят минут. И если бы в этой колымаге было побольше лошадей, я бы был здесь еще раньше.

Оставляю машину на подземной парковке и выхожу. И первое, что чувствую — это ее запах. Она была здесь совсем недавно.

Сканирую взглядом местность. Ничего подозрительного. Прохожу мимо машин, иду на запах, но он быстро рассеивается.

Она настолько сильно засела в моей голове, что у меня уже начались галлюцинации.

Подхожу к лифту. Кодовый замок.

— Блядь!

Оборачиваюсь и ищу взглядом кого-нибудь, кого можно пристрелить прямо сейчас.

На глаза попадается что-то темное чуть дальше лифта. Приглядываюсь и понимаю, что это ботинки. Подхожу ближе.

Мужчина с тремя выстрелами в грудь. Почерк не ее. Она всегда стреляет в голову.

Подношу пальцы к его шее. Сердцебиения нет. Еле теплый. Значит, лежит здесь как минимум четыре часа. Но почему не убрали тело? Торопились?

Поднимаю футболку и шарю по карманам джинсов. Телефон, жвачка. Черт, никогда не думал, что буду лапать мужика. Все ради тебя, Tempesta.

Нащупываю что-то похожее на карту и достаю. Ключ-карта. На ней номер семьдесят один.

Срываюсь с места и подношу карту к считывателю. Двери лифта закрываются, и я сжимаю пистолет сильнее. Целюсь в двери. На табле быстро меняются числа, и кровь циркулирует во мне быстрее.

Двери звякают и открываются. Сразу передо мной открывается прекрасный вид. За диваном лежит тело, а вокруг лужа крови.

Вхожу и направляю дуло в сторону коридора. В голову сразу ударяет запах ванили, смешанный с порохом. Нет, сейчас это точно не галлюцинации. Я отчетливо чувствую его.

Подхожу ближе к трупу и замечаю еще одного за барной стойкой. Но то, что я вижу перед собой, мне нравится куда больше. Даже не сосчитаю сколько пуль всадили в его лицо, потому что оно просто превращено в месиво. И что-то мне подсказывает, что это могла быть она. И она очень зла. А это может быть плохо для тех, кто решит встать у нее на пути.

В груди щемит от гордости. Моя девочка.

Прохожу по коридору и не заглядываю в ненужные комнаты. Иду по запаху, и он приводит меня туда, где она точно была.

Какая-то белая больничная комната. Да, как и все вокруг. И какой дебил будет делать всю квартиру в белом цвете? Только дегенерат.

Заглядываю в ванную, и в глаза бросается розовый оттенок. Подхожу ближе и вижу наполненную розовой водой ванную с белой простынью. Кровь. И кто-то пытался отстирать ее. Меня прошибает дрожью от этого зрелища. Что здесь происходило?

Даже если она жила здесь, тут совсем не чувствуется жизни. Выхожу обратно в комнату и открываю шкаф. Вся одежда тоже белая. Даже гребаные вешалки белые. У этого придурка фетиш на трупы что ли?

С силой захлопываю шкаф и передергиваю плечами. Ее здесь нет. И его здесь нет.

Куда ты сбежала на этот раз, Tempesta?

И почему не пришла ко мне?